"Русская идея", какое твое лицо? Ты харизматическая наследница византизма, взрастившая Святую Русь - Третий Рим? Иль, может быть, ты больше страстная поклонница европейского Просвещения, предавшая свой родимый кров и саму себя? Ты непостоянна и шаловливая любовница идей? Тогда слабая и жалкая морфозная душа твоя давно бы рассыпались под давлением порывов времени. Но ты выстояла перед наполеоновским нашествием и перед притязанием Четверного союза, сама будучи в антлантическом союзе, ты своим могуществом навела на многих страх. Ты объяла в себе и сонм святых, и могущественную литературу, и научный взор, и философское глубокомыслие. Во всем твоя особая красота и содержание. Ты не Византия и не Европа. Ты имеешь свой особый лик. И под час красного террора, вновь предавая саму себя, ты миру просияла свои прекрасные, неповторимые черты советского народа. Теперь сидишь ты перед зеркалом убита, саму себя не видя. И я тебя хочу увидеть, но не вижу или вижу, но смутно, как в тумане, растерявшись. Какая ты, "Русская идея"? Какой же я? "Я"... Кто же на самом деле "Я"? Какая же твоя, "Русская идея", идейность? Нет, ты не платонический идеализм, указывающая на биполярность мироздания. Ты симфония, соединяющая крайности - Небо и землю - в Богочеловеческом Теле Иисуса Христа. Ты не человеческая мысль в временном пространстве, по словам Владимира Соловьева, а Божественное попечение в вечности. Соответственно, если Ты идея, это не означает, что в тебе постулируется идеализм, и если ты русская, это не означает, что ты замыкаешь себя в ограниченном национализме. Ты свободна от всего этого, потому что Христос в Своем кенозисе Воплощения централизует идейность твою, "Русская идея", на Себе. Поэтому Ф. М. Достоевский пишет, что "без Бога Россия дрянь", а "идеал нации Христос". Но и христологичность твоя далека от византизма, от той святоотеческого построения мировоззрения богословской доктрины. В тебе святые отцы, как бы, в стороне, в молитвенном безмолвии. Ты, как замечает Николай Бердяев, эсхатологическая в отличии от цветущего и могущественного византизма. Но эсхатология твоя, "Русская идея" не ограничивается годами, десятилетиями или даже несколькими веками. В ней, в твоей эсхатологии, могут вмещаться и тысячилетия. В ней оскудевает преподобный. В ней истощается и иссякает любовь и Свет Христов. Поэтому тобою русский не гордится, тобою он печалится из-за запустения в пустыне бытия.