Где-то звёзды водят хоровод.
Где-то звёзды водят хоровод,
Месяц вновь родиться не успел.
И, наверное, проспал восход,
Позабыв про неотложность дел.
Съёжилась опавшая листва –
Насмерть защипал мороз ночной.
А в хрусталь одетых луж канва
Крошкой льдинок брызжет под ногой.
Огоньки мерцающих лампад
В вороновой черноте утра
За окном часовенки дрожат.
Может это молятся ветра?
Зябко кутается в мрак земля,
Пряча беззащитность наготы.
О роскошных шубах декабря
Все её безмолвные мечты.
Ночью выпал…
Ночью выпал долгожданный снег
И укутал землю в кружева,
На кусты набросил белый мех,
Словно невесомые боа.
Легкое воздушное шитьё,
Так любовно тканное зимой,
Крестиком расшило вороньё
Незамысловатою каймой.
Боязно ступить на красоту
И пятнать её штрихом следов,
Разрушая чуда чистоту,
Белоснежный сказочный покров.
Не слышим голоса.
Подобны сын, отец и дочь,
Такими сделал нас Господь.
Как под копирку мы, точь в точь,
Материя – лишь плоть и кровь.
А древо Бог создал иным:
Из древесины и листвы.
Хоть и другим, но всё ж живым,
Плоды дающим и цветы.
Срубили древо топором
И гладко остругали ствол.
На доски распилён потом,
Чтоб сделать стул, а может стол.
Так и живём, рубя леса,
Стремясь творить и созидать.
Мы древ не слыша голоса,
Их продолжаем убивать.
Зима, огромной белой птицей…
Зима, огромной белой птицей,
Легко раскинув два крыла,
Поёт нам вьюгой небылицы,
И так мелодия светла.
А в песне той слышна надежда,
Что расцветёт опять весна.
И побегут ручьи, как прежде
Будить природу ото сна.
И лопнут на деревьях почки
Под громкий птичий пересвист.
Оттенок первого листочка
Немного будет серебрист.
Пурга метёт, а мне не спится,
Мороз рисует на окне.
Зима, огромной белой птицей,
Поёт о будущей весне.
Снова к нам оттепель в дверь постучала…
Снова к нам оттепель в дверь постучала,
Плотным туманом окутав дома.
Осень, бороться ты что, не устала?
Ведь календарная ныне зима.
Слякотно, грустно наряженным ёлкам,
В мороси слабо мерцают огни.
Капли дождя заплутали в иголках,
В снах не об этом мечтают они.
Танцы снежинок в большом хороводе,
Иней на ветках, бодрящий мороз.
Звёзд загорятся цветы в небосводе,
Санки по снегу нарежут борозд.
В воздухе запах лимона и хвои,
Словно качают сугробы дома.
Осень, ну, хватит бороться, пустое!
Дай уже с нами побудет зима.
Не спится.
Спят родные, в доме тихо,
Мне не спится до утра.
Не бессонница, не прихоть,
Не стихи из-под пера.
В лунных призрачных отсветах
Кофе, я и тишина.
Жаль, как раньше, сигарету
Не закуришь у окна.
За окном, как на картинке,
В ярком свете фонарей
В вальсе кружатся снежинки
Все быстрей, быстрей, быстрей.
А под снегом город дремлет,
Утомившись от забот.
И незримо ходит время,
Унося за годом год.
Пасадобль.
За заснеженным окном кутерьма,
Над землёй поёт там ветер без слов.
С ним танцует пасадобль зима,
Под аккорды тонких струн - проводов.
Миллиардами пайеток блестит
Белоснежный на зиме палантин.
Ветер страстно ускоряет свой ритм,
Он сегодня для неё господин.
Небеса черны, как зрительный зал,
Заняла луна вольготно партер,
А с галёрки жадно смотрят на бал
Звёзд соцветья из космических сфер.
Сколько различных оттенков у чёрного?
Сколько различных оттенков у чёрного?
Раньше я думала - жизнь полосатая.
Только пропали вкрапления белого,
Мир затуманила темень проклятая.
Ночи покрашены в цвет антрацитовый -
Мрак, неразбавленный звёздным сиянием.
Серые будни, маренго покрытые,
Тяжко влачит на себе мироздание.
А на графитовых пасмурных улицах,
Солнце забывшей, озябшей столицы,
Не улыбаются встречным, а хмурятся,
Тени прохожих с несчастными лицами.
Что за штука это – счастье?
Счастье? Вот бы знать ответ,
Что за штука это - счастье.
Может, солнца яркий свет
Иль дождливое ненастье?
Птичий гомон поутру,
Тишина в ночи безлунной?
Шелест листьев на ветру,
Звук гитары семиструнной?
Смех, восторг, а, может, плач,
Слёз кристальных очищенье?
Горечь долгих неудач
И от радости волненье.
Просто в этом мире быть
С близкими и дорогими.
Жить, творить, дышать, любить
С ними рядом, рядом с ними.
Отгремели праздники.
Отгремели праздники пышными салютами,
Будни по накатанной мчатся колее.
По промозглым улицам разными маршрутами
Кто куда торопится в ранней толчее.
О былом веселии нам напоминание –
Ёлки новогодние в мусоре лежат.
Иглы растерявшие, словно в наказание,
Ветки в нитях дождика на ветру дрожат.
Так недавно бусами, звёздами украшены,
В разноцветных лампочек яркое стекло.
А теперь ненужные на морозе брошены,
Сёстрам их искусственным больше повезло.
Королева правит – Зима.
В плен сугробов каравеллы – дома:
Королева правит – Зима!
Хрустко белый снег трещит под ногой,
Небосвод – сапфир голубой.
В льды закованные воды реки,
На морозе звуки резки.
И сосулек бриллиантовый смех
Солнечными зайками в снег.
Гроздь рябины полыхает огнём,
Иней на ветвях хрусталём.
Ели, как на дефиле модниц ряд,
Кружевной на каждой наряд.
Раскрасила мой мир любовь.
Я умирал душой в снегах,
Укрытый тишиной.
И ночи в чёрно – белых снах
Несли немой покой.
Я слышать музыку не мог,
Не различал цветов.
И красоты лиричных строк
Не видел у стихов.
Раскрасила мой мир любовь,
Все чувства подарив.
Пишу стихи и песни вновь,
Спасён и, значит, жив.
Весна пьянит…
Весна пьянит любовью разум,
И ослепляет красотой.
Нарушены каноны разом,
Весь без остатка только твой.
От чувств избытка задыхаюсь,
Тону в волшебной бездне глаз.
С тобой живу, а врозь - лишь маюсь,
Пустым считая каждый час.
Не сдаётся зима.
Не сдаётся зима без боя.
Вновь кружит за окном метель
И, беснуясь, утробно воет,
Словно дикий опасный зверь.
Заметает места проталин,
Убирая весны следы.
Птиц пугает, чтоб перестали
Звонко щёлкать на все лады.
Злится яро зима седая
На исходе последних дней.
Только скоро совсем, я знаю,
Мы надолго простимся с ней.
Наши чувства скрыли облака…
Наши чувства скрыли облака,
Облака обиды и непониманья.
Только не готова я пока
Вслух произнести слова прощанья.
Вдруг подует ветер перемен
И разгонит расставанья тучи.
И досаде с горечью взамен
Между них пробьётся счастья лучик.
Но пока черно на небесах,
А раскаты грома еле слышно.
И застыли слёзы на глазах,
Что с тобой у нас любовь не вышла.
Все женщины мечтают об одном…
Все женщины мечтают об одном,
Чтоб рядом с ней любимый был мужчина.
Здоровы дети, полна чаша - дом,
И чтоб сама она была любима.
Друг друга с полуслова понимать,
Единства в мнениях, мечтах и взглядах.
Чтоб одинокой ночью не бывать.
А большего, пожалуй, и не надо.
Что нужно мужчине?
Что нужно мужчине? Любимой вниманье,
Где радость от встречи, и грусть от прощанья.
И вкусный обед, и наглажены брюки,
Супруга, чтоб с ним не зевала от скуки.
Чтоб слово его было главным и важным,
Чтоб дети считали, что папа отважный.
В семье он - глава, и его уважают -
Наверно, об этом мужчины мечтают.
В стылых лужах…
В стылых лужах свет неверный
Фонарей дрожит с утра.
Ах, как муторно и скверно:
Осень грустная пора.
Тучи в небе виснут хмуро,
Меркнет золото берёз.
И редеют крон фигуры,
Ветер треплет их, как пёс.
Птицам стало бесприютно,
Южных стран манит тепло.
Вдаль зовёт ежеминутно,
Где привольно и светло.
На озябшую столицу
Льёт который день с небес.
И грустны прохожих лица
Под зонтами или без.
Жарко.
В тени тридцать, сонный морок,
От удушья дремлет город. Лето.
С высоты ярило - ворог,
Бьёт безжалостно, как молох. Светом.
В зыбком мареве и парком
Битум плавится огарком. Жарко.
Над столицей Бабье лето.
Над столицей Бабье лето.
Солнцем улицы залиты.
И не верится, что где-то
Тучи хмурятся сердито.
Словно лето вновь вернулось,
Нас порадовать немного.
Может быть, ему взгрустнулось,
Перед дальнею дорогой?
И у осени отсрочку
Ненадолго намолило.
Их согласие, уж точно,
Нас приятно удивило.
Капризы непогоды.
День капризный, непогожий
Сеет сумрачный рассвет.
И бросают вслед прохожим
Фонари неяркий свет.
Сыро, холодно, уныло
В дождь под стареньким зонтом.
А недавно лето било
По брусчатке каблучком.
Осень сыплет листопадом,
В клумбах жухлая трава.
Скоро первым снегопадом
Приукрасит мир едва.
Зарубинилась калина,
Ягоды роняет вниз.
И горят в кустах рябины
Гроздья солнечных монист.
Я осенью люблю…
Я осенью люблю по Старому Арбату,
Где тихие дворы, с зонтом над головой
Бродить под шум дождя и шёпот листопада.
Там ненадолго я наедине с собой.
И где-то вдалеке гудящий гул моторов,
Мобильников звонки, шаги по мостовой.
Спешащих москвичей неслышно разговоры.
Недолгий на душе, но благостный покой.
Я знаю наизусть названья переулков
И складываю их, как песенный куплет.
С надеждой обрести в неспешных тех прогулках
На мучивший вопрос единственный ответ.
Первый снег.
У нас сегодня выпал первый снег,
Мир невозможно стал красив и бел,
Но днём зима замедлила разбег,
Снег молод был и вовсе был не смел.
Он испугался и истёк ручьём,
Капели грустью и печалью с крыш.
Оставив вскоре в память нам о нём
Зимы виденье, словно розыгрыш.
Ноябрьское.
Обнажились дерева,
Ветви к небесам.
Поутру блестит в траве
Льдинками роса.
В обрамленьи хрусталя
Поздние цветы.
Ждёт приход зимы земля,
Снега ждут сады.
Но снежинки средь ветвей
Вновь кружатся зря.
Грудень, ледень, листовей –
Имя ноября.
Крошит в лужах тонкий лёд,
Льдинки – зеркала.
Нудный дождь на землю льёт,
Чтобы не спала.
Хмур ноябрь, суров и строг,
Стынет на ветру.
Не пускает на порог
Зимушку – сестру.
Боишься?
Боишься, что утрачу разум,
От долгожданного «люблю»?
И жизнь былую брошу сразу
За счастье в призрачном раю?
Или воспользуюсь признаньем,
За униженье отомщу:
Как сатана, владея знаньем,
Любовь на ветер отпущу?
И что раскаешься однажды,
Отдав мне от души ключи,
И всё окажется неважным
Боишься? Что ж, тогда молчи.
Кистью лёгкою пороша…
Кистью лёгкою пороша
Побелила за окном.
С невесомой снежной ношей
Спят деревья зимним сном.
Оторочен белым мехом
По ветвям рябины куст.
И в морозном звонком эхо
Колокольный голос густ.
А в хрустальном поднебесье
Высь прозрачна и пуста.
Верю, мы начнём всё вместе
Снова с чистого листа.
Пока не поздно.
По сердцу резко ножами слов -
Так безразлично ты бьёшь любовь.
И нитью пульса дрожит душа,
Пытаясь выжить, спастись спеша.
Не жду пощады, не вижу снов.
Шипы повсюду взамен цветов.
Парила в небе, но камнем вниз
Низвергнул грубо судьбы каприз.
С тобой познала и рай, и ад.
Не верю в чудо, не жду назад.
Тебя у Бога я отмолю,
Пока не поздно, пока люблю.
Искривлённый мир.
В сознаньи, болью искривлённом,
Брожу по улицам пустым.
Мир чётким был, неразделённым,
А стал неправильным таким.
Луна взирает изумлённо,
В отчаяньи оцепенев.
Меняет формы изощрённо
Мозг, геометрию презрев.
На вогнутых домов фасадах
Безжизненных окон бельмо.
Там счастья нет, любви не рады,
И затаилась смерть давно.
Отпусти.
Отпусти меня. От усталости
Отболело, прошло в душе.
Не осталось в ней даже малости
От былого чувства уже.
Мне не надо прощанья долгого,
Обвинений и грубых слов.
Приговора от злобы горького,
Что играла с тобой в любовь.
Не удерживай, отпусти меня.
Подневольной любви не быть.
Жаль, но прежнего больше нет огня.
Ну, так дай же сердцу остыть.
Конечно.
Конечно, это осень виновата,
Что чувства с листопадом облетели.
Душа ветрами стылыми распята
И ждёт, как благо, зимние метели,
Свернуться под пуховым одеялом.
Укрыться там от боли и печали.
Раскаянье приходит запоздало,
И память кружит только по спирали
Вокруг любви, к которой нет возврата
Двум людям, с очерствевшими сердцами.
Конечно, это осень виновата
С холодными и «мёртвыми» дождями.
Я тебе сказала…
Я тебе сказала, что люблю
В сотый раз, наверно, без ответа.
Ты другою ранен был в бою
За любовь, а я плачу за это.
Смотришь на меня ты свысока,
И подёрнут взгляд льдом недоверья.
Вроде я с тобой, но лишь слегка.
Всё топчусь перед закрытой дверью.
Я совсем другая, не она,
Ты теперь боишься ошибаться.
Для тебя любимой та, одна
Навсегда должна будет остаться.
Как же жить мне с этою бедой?
Вот уже пять лет не понимаю.
В том бою ты ранен был другою
За любовь. А я теперь страдаю.
Скупой.
В твоих глазах читаю я любовь.
Но слов не слышу, сколько не прошу.
Надеясь, жду и замираю вновь,
И только от отчаянья дрожу.
Быть может, не нужны слова? К чему?
Так проще жить, любви не обещая.
И знать, что ты свободен посему,
Что душу никому не открываешь.
От этого и горько и смешно,
Что ты, молчанием пытаясь защититься,
Скрываешь чувство, всё – равно оно
В твоих глазах отчаянно таится.
Если…
Если любовь уходит,
Нужно выпрямить спину,
Голову гордо вскинуть,
Быстро смахнуть слезу.
Если любовь уходит,
В себе ищите причину,
А не вините мужчину,
Что с неба не дал звезду.
Если любовь уходит,
Руки не опускайте,
К строю не примыкайте
Разбитых навек сердец.
Если любовь уходит,
Дело найти пытайтесь,
Чаще себе улыбайтесь.
Уход не значит конец.
Если любовь уходит,
Кто знает, что будет завтра,
Может, совсем внезапно,
Взгляды встретятся вновь.
Если любовь уходит,
Кто может ответить точно
Какой постучится ночью
Другая твоя любовь.
Сказать люблю легко…
Сказать «люблю» легко, слова, слова,
Так упоительно шептать их в тишине.
От этих слов кружится голова,
Когда в ответ ты тоже шепчешь мне.
Сказать «люблю» легко, мечта, мечта.
Чтоб нам всегда хотелось одного.
Всю жизнь глаза в глаза, уста в уста,
Быть словно половинки целого.
Сказать «люблю» легко, а вот любить,
Жить для другого, жертвовать собой,
Свою гордыню с эго усмирить,
Чтоб не имело слово смысл пустой.
Сказать «люблю» легко...
Прошли года…
Прошли года, но боль жива.
Терзает в снах меня жестоко.
Я помню все твои слова.
И без тебя мне одиноко.
Мечтаю я обнять тебя,
Смотря в глаза, ловить дыханье.
Зачем расстались мы, любя?
Мне сны теперь, как наказанье.
Всё это – любовь.
Любовь - это солнце,
Любовь - это дождь,
Бутоны цветов и колючки от роз.
Любовь - это небо,
Любовь - облака.
И тонкий родник, и большая река.
Ты только вокруг себя оглянись,
Любовь - это просто вся наша жизнь.
Между нами тишина…
Между нами тишина
Плотным ватным покрывалом.
Всё. Конец. Опять одна.
"Вместе" нас уже не стало.
Ну и пусть. Я, неспеша,
Поднимусь опять из пепла.
Сколько раз моя душа
Умирала. Но воскресла.
Значит, это не любовь.
А тоска по ней глухая.
Просто обманулась вновь,
Встретить где её, не зная.
Всё-равно любовь искать
Буду продолжать по свету.
И не стоит называть
"Грешницей" меня за это.
А пройдёмся ночью?
А пройдёмся ночью под дождём
По Московским улицам пустым?
Что неразрешимо было днём,
В темноте покажется простым.
Зонт возьмём один мы на двоих,
Чтоб рука в руке, плечо к плечу.
И дождя уютный шёпот тихо
Спросит то, о чём давно молчу.
За тебя ответит перестук
Тёплых, летних капель по зонту.
Подтверждение в пожатьи рук
И сияньи глаз твоих прочту.
Противоположности.
Я громкая музыка - ты тишина,
Хотя тишина порой и нужна.
Свет солнца я яркий - ты чёрная мгла,
Чтоб в ней отдохнуть от света могла.
Я смех и веселье - ты нежный покой,
Недосягаемый берег земной.
Где я безрассудство - там разум ты,
Но нет полёта волшебной мечты.
Я чистая радость - ты грусть и печаль,
Я мягкий воск - ты дамасская сталь.
Я пламя, а ты ледяная вода.
Я счастье тебе, только ты мне - беда.
Вот такие нелепые сложности,
Мы с тобой противоположности.
За морозами, за метелями…
За морозами, за метелями
Встречи так безумно хотели мы.
Но устали от ожидания,
Запоздали в любви признания.
Сквозь морозы и сквозь метели
Лебеди-души наши летели.
Ветры сбили с пути жестокие.
Теперь маются одинокие.
Заморозило, заметелило
Всё, чему давно сердце верило.
Строки эсэмэс полны горечью,
Доиграли с тобой мы любовь в ничью.
С негативом мы живём…
С негативом мы живём, с негативом.
И становится порой так тоскливо:
Улыбаемся друг другу притворно,
А эмоции окрашены чёрным.
Мы не радуемся друга успеху,
И фальшивыми звучат нотки смеха.
Стали чаще злобно вслух материться,
Разучились в снах летать, словно птицы.
Поскорее бы весна наступила,
Принесла из тёплых стран позитива.
Заиграют ярко сочные краски,
Упадут с унылых лиц грусти маски.
По московской шумной зимней улице…
По московской шумной зимней улице
Мы идём неспешно, налегке.
И смешно глаза на солнце щурятся,
Разговор о всякой чепухе.
Пусть у нас с тобой проблемы разные,
На двоих прожита сотня лет
Локоны, давно седые, крашу я.
Ты жалеешь, что ещё не дед.
А морозцем щёки нарумянило,
И снежинки оживили взгляд.
На короткий миг забыты правила,
Словно между нами нет преград.
На московской шумной зимней улице
Мы одни среди людской толпы.
Жизнь течёт, а грешный шарик крутится,
И счастливых двое – я и ты.
Школьной подруге.
Почему мы потерялись?
Были – не разлей вода.
Напролёт всю ночь шептались,
И смешила ерунда.
Вместе в классики играли,
Сочиняли буриме.
И совсем ещё не знали,
Что у Бога на уме.
Слишком разными вдруг стали,
Ты студентка, а я мать.
У тебя другие дали,
Мне пелёнки постирать.
Время быстро пролетело,
Старше мы на 30 лет.
Просто я сказать хотела,
Что остался дружбы свет.
Он струится километры,
Через целый океан.
Хоть прошли десятилетья,
Нам он видно Богом дан.
Выросла.
Моей младшей дочери.
Под небом древней Ликии,
Где ласковый прибой,
Вчера ещё безликие
Бродили мы с тобой.
Глаза случайно встретились,
И в них зажёгся свет.
И полетело сердце ввысь
В мои шестнадцать лет.
Я маме не скажу пока,
Скрывая свой секрет.
Бегу по ярким облакам,
Ищу в себе ответ.
Без лишних слов мать поняла,
Что с дочерью случилось.
За плечи нежно обняла:
«Ну, вот и ты влюбилась!»
Осеннее.
Во всем уже печально видеть осень:
В ветрах холодных, в шёпоте дождя.
Меж туч в просветы робко смотрит просинь.
И первый день разменян сентября.
И заморозков тонкое стекло
Сожмёт в своих объятьях нежно лужи.
В палитру осень заберёт тепло,
В багрянец перекрасит леса кружево.
И стаи журавлиной крик прощальный
Щемящей нотой в сердце отзовётся.
Они трубят перед дорогой дальней:
Не скоро лето, но оно вернётся.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/