А у нас, Славка, слышь, домовой завёлся! – дед то ли покопался твёрдыми, как высохшие деревяшки пальцами в короткой бороде, то ли поскреб подбородок, как всегда хитро посмотрев на внука.

- Я этому домовому бороду-то повыдергаю! – тут же глухо отозвалась из подпола бабка. – Я ему подштанники-то узлами позавязываю, как он мне рубахи! Домовой! По грядам у нас тоже домовой топтался? А следы точь-в-точь как у твоих сапог резиновых.

- Я и говорю – домовой. Нешто я бы себя выдал, а, Славка?

Славик, весело улыбаясь, покачал головой.

- Вона как, понимаешь. Выхожу утром до ветру, глядь, а сапоги мои в грязюке все. Будто ходил в них кто, свежая грязь-то…

- Ты когда это до ветру в сапогах ходил? Ты ж с крыльца не соступаешь!

- Молчи, баба! Я мало ли по какой нужде собиралси. А перед тем чего было, Славка: вечером покурить вышел, на сон грядущий, перекурил значит, только в хату идти, смотрю, а у дровника стоит… Ну, чисто, знаешь, этот… секондхенд , по тиливизеру я таких видел. Худющий, лысый, рожа страшная. Только исчез, я и сморгнуть не успел.

- Э… Скинхед что ли?

- Он, родимый.

- Дед, - Славик, с трудом удерживая подступающий приступ смеха, доверительно наклонился к старику. – А ты что курил?

- Ну как… Свою, домашнюю. Добрая махорка. Сладкая.

- Ты, старый, в зеркале себя давно видел? Так, чтоб полностью? Скинхенды ему мерещатся. Лысые и худые, – бабка, отдуваясь выставляла на пол у открытого лаза в подпол банки с соленьями. – Ты кепку то сними, да и посмотрись. Может, узнаешь демона-то свово. Это ж взять и полбидона бражки в бочку с огурцами вылить! Ирод!

- Вот! Вот, Славка, рассуди, мог я такое сделать? Своими собственными руками чтоб, в здравом уме и твёрдой памяти?

- Ой! Какой там ум, какая память?!

- Нет, бабушка, не мог он такого сделать, – хрюкнув в кулак, заявил Славик. – Точно, барабашка у вас завёлся.

Дед браво вытянулся, сидя на колченогом табурете, и орлом посмотрел на бабку, ползком поправляющую длинный полосатый половик. – Я и говорю, домовой. Порох мне с махоркой смешал, поганец, добро ещё, что не всю попортил. Ночами туды-сюды вошкается, дверями хлопает, скажи ещё, что не так, баба?

- Да так, так. Чёрт этот старый храпит, что есть силы, а дверьми, всё одно кто-то ляпает. Не знаю, что и думать. Евтюхъевна тож мне по секрету жалилась будто кто-то у ней шкодничает. Бельё, говорит, каждую ночь будто из лейки кто поливает – никак не высохнет. Это, говорит, только твой – больше некому. Уж я и клялась и божилась… Стыд-то какой!

- Не я это, – мрачно буркнул дед. – Не додумалси.

- Да она это так, по старой памяти. Видела она чегой-то, вроде, говорит, ангела. В сиянии, говорит, плыл. Прям по двору. А как её огледил – исчез, с той поры и началось… За грехи, говорит, это ей.

- Давно пора, змеюке.

- Молчи уже! Гляди, чтоб самому ангела того не узреть. Всю жизнь мне испоганил…

- Пойдём, Славка, перекурим, что ли это дело, – дед поднялся со скрипнувшего табурета и подмигнул Славке.

- Да и поеду я уже. Дела ещё есть кое-какие.

- Погодите, курцы, – прикрикнула бабушка. - Вот, Славка, варенье тут. Клубничное, гляди, твоё любимое. Это, кажись, крыжовник, огурчики летошние... Бабка брала стеклянные банки с пола, протирала передником и, подслеповато, поднеся к свету в низком оконце, вглядевшись в содержимое, с глухим стуком ставила на покрытый старой липкой клеёнкой стол. – Ты бери сам, этому демону косолапому нельзя ж стеклянное в руки давать.

- Да много что-то, бабушка. Нам этого на год хватит.

- А ты матери отвези. Чего это она разболелась-то? Какая там такая работа в городе, что от нее хвореют-то? Газ тебе есть, вода горячая прям из крана льётся, в дому чисто, натоплено, скотины нет никакой. Баловство одно, а не жизнь. Откуда хвори?

Славик пожал плечами.

- Отвезёшь вот ей и скажи пусть сама приезжает. Нечего. Ты бульбу-то взял?

- Взял мешок, мне больше пока не надо, да и не поместится. Приеду ещё.

- Ну гляди. Приезжай. И Светку-то привози, а то взяли моду! Городские.

- Привезу, бабушка.

Славик, сидя с дедом на свежей завалинке, попыхтел самокруткой, зарыл поглубже окурок, чтобы не ругалась показавшаяся в дверях бабушка, попрощался со стариками, хлопнул дверью и мягко тронул нагруженный «Гольф» с сырой, проседающей под колёсами, обочины. Выбрался на старый, ноздреватый асфальт деревенской улицы и покатил мимо разноцветных домиков с разорёнными осенними садами и огородами. Скоро мимо промелькнуло свежеокрашенное в ярко-розовый цвет здание клуба, сельсовет с серым, хитро прищурившимся железобетонным Ильичом посреди круглой клумбы и пара тусклых силосных башен. Снова пробежал короткий ряд домиков и дорога, вильнув, вырвалась в пустые поля с бродящими между борозд воронами.

- Вы разрешите к Вам присоединиться? – тонкий, похожий на детский, голос раздался откуда-то сзади, со стороны багажника. Славик резко обернулся, так что машина вильнула по дороге. В салоне, само собой, никого не было. На всякий случай, Славик проверил, не опущены ли стёкла, приглушил приёмник, прислушался к звукам движущегося автомобиля и, растерянно поёрзав в кресле, чуть придавил педаль.

- Пожалуйста, не совершайте импульсивных поступков. Я могу оставаться здесь, но мне бы хотелось…

Машина с визгом остановилась. Славик, путаясь в ремне безопасности, распахнул дверь и выскочил на дорогу, отбежал на несколько шагов, быстро походил взад-прерёд, не зная куда девать руки: он то совал их в карманы, то за ремень, то хватал себя за подбородок или приглаживал волосы. Потом ему подумалось, что нужно обязательно включить аварийную сигнализацию: он быстро подошёл к распахнутой дверце и, не глядя внутрь, нажал кнопку. В тишине успокаивающе защёлкало реле. Славик снова прошёлся вдоль обочины, неловко достал дрожащими руками сигарету и прикурил. Знакомое облачко сизого дыма добавило уверенности. Машина стояла посреди пустой дороги, распахнув водительскую дверь и мигая указателями поворотов. Внутри было пусто. В четыре затяжки выкурив сигарету, Славик вернулся к машине, нарочито спокойно прошёл мимо отражающих серое небо с бегущими облаками стёкол, взялся за ручку пятой двери и, нажав кнопку, отпрыгнул назад. В багажнике не было ничего подозрительного: большой бумажный мешок с картошкой, банки с соленьями, ящик с инструментом, обрезок шланга… Куда-то пропал маленький полосатый мешочек, который кто-то из стариков, ничего не сказав, сунул в багажник, а Славик не посмотрел что там. «Закатился, наверное…». Он захлопнул дверь, постоял немного, глубоко вздохнул и сел за руль.

- Здравствуйте. Извините, что… - в правом кресле сидел белобрысый мальчишка в растянутой, выгоревшей тельняшке, коротких серых штанах на помочах и босой. Славик снова толкнул, уже закрывающуюся дверь, зацепился носком за порог, упал и на четвереньках быстро отполз от машины.

- Ты кто? Ты откуда?...

- К сожалению, я не имею возможности в понятных вам категориях образов или же терминов описать свою природу и место моего возникновения…

- Что?

- Чувак, ты однозначно не въедешь…

- Чего?

- Так. Сейчас я выйду и помогу Вам обрести контроль над своими эмоциями. Пожалуйста, не…

Славик быстро развернулся и, по-прежнему, на четвереньках добрался до противоположной обочины. – Сиди, где сидишь!

- Я хотел бы помочь…

- Я тебе сейчас помогу! – Славик нашарил на дорожной насыпи булыжник, встал на ноги и сделал шаг к машине. – А ну пошёл вон!

- Ваша агрессия не имеет оснований. Я не…

- Вали, говорю!

- Хорошо, – мальчишка исчез из машины и, через мгновение появился в пяти метрах справа. – Иначе, Вы можете повредить своё транспортное средство.

- Та-ам и стой, а то я тебя сейчас поврежу, – от волнения Славика стал подводить язык. Он сделал ещё несколько шагов к машине, но мальчишка непонятным образом придвинулся ближе.

- Стой на месте! – выкрикнул Славик и сделал ещё шаг.

Мальчишка придвинулся ещё. Тогда Славик швырнул булыжник и рванулся к машине. Камень влетел точно в грудь даже не пытавшегося увернуться белобрысого и, не встретив сопротивления, полетел дальше, а через мгновение мальчишка оказался на водительском месте. Славик, часто дыша, остановился в метре от машины. Белобрысый мальчишка просительно смотрел на него подозрительно знакомыми голубыми глазами, ничего не говоря и не двигаясь. Славик заставил себя взять тайм-аут и попробовать успокоиться. Вокруг было тихо, пустая дорога терялась где-то на краю поля, где темнел застывший осенний лес, серая рвань в небе бежала над самыми верхушками деревьев и никак не хотела выпускать не небо солнце. «В конце концов, ничего особенного не происходит. Всё на своих местах. Надо просто разобраться ».

- Ладно. Ещё раз: ты кто и чего тебе надо?

- Я же говорил, что не могу объяснить…

- Получишь!

- Мне нужно попасть в точку земной поверхности, находящуюся на пятидесяти двух градусах, пятьдесят одной минуте и шести секундах северной широты и двадцати семи градусах, четырёх минутах восточной долготы.

- Допустим. Для чего? Ты кто вообще, скажешь, нет?

- Я… - мальчишка мучительно соображал. – Я - Разум. Это лучшее, что я могу придумать для описания своей природы.

- Ага. Бестелесный.

- Да!

- Что «да»?

- Вы абсолютно точно меня поняли! – мальчишка исчез. Просто исчез, мгновенно и безо всяких спецэффектов. Над подушкой сиденья клубилось что-то похожее на маленькое облачко тёмного тумана. Потом облачко медленно стало принимать какие-то определённые очертания, и на сиденье оказался небольшой полосатый мешочек, а через мгновение – снова белобрысый, голубоглазый мальчишка лет двенадцати.

- О, чёрт…

- Да нет, почему же?

- Что?

- Мне кажется, вы ещё не вполне владеете своими эмоциями. Экстраполяция мифических или религиозных образов в данном случае некорректна.

- Нормально говорить можешь? Разум, твою…

- Черт здесь совершенно не при чём. Так понятно?

- Я понял, ты - дедов домовой!

- Я же говорю…

- Говоришь, и ни черта не понятно. Если ты Разум, так и объяснил бы толково! Ты пришелец что ли?

- Да.

- Ну и откуда?

- Я не… Можно сказать: из параллельной реальности.

- Скользкий ты тип какой-то.

- Почему? – Разум оглядел себя. – А. Понял! Это сложно объяснить. Не для Вашего уровня восприятия. Извините. Мне очень нужна помощь. Пожалуйста.

В мальчишке было что-то трогательное, честное и непонятно-знакомое Славику.

- Да ну тебя. Куда тебе нужно попасть-то? Домой? Там… переход? Ничего что я со своего уровня восприятия глупые вопросы задаю?

- Мне нужно попасть в точку с координатами…

- Стоп. На карте покажешь. Далеко это?

- По кратчайшему пути из данной точки – шестьдесят километров. Вам по пути, отклонения не требуется.

- Откуда ты знаешь, куда мне с тобой по пути, а куда нет? Стой. Простыми словами, пожалуйста – и так голова не работает.

- Ну, как бы, ваши мыслишки в воздухе прямо болтаются. Бери, да смотри. Сечёшь?

Славик, потер подбородок. – Это слишком просто. Ты как-нибудь нормальным языком можешь, без крайностей?

- Информационное поле, знаете?

- Понимаю. Дело тёмное.

- Как Вы себя чувствуете? Мы можем ехать? Мне нужно успеть до двадцати часов…

- Шестьдесят километров мы до двадцати часов раз пять можем проехать. – Славик достал сигареты. – Будешь? Только не начинай лекцию о вреде курения.

Разум виновато улыбнулся. – Я не смогу испытать никаких ощущений.

- И объясни мне, пожалуйста, почему у меня крыша не едет.

- Крыша? А. Понял. У Вас достаточно гибкая психика. Я правильно выражаюсь?

- Вроде, да. Во всяком случае, я тебя понимаю.

- Кроме того, Вы находитесь в пределах досягаемости моего… э… поля. Как бы это сказать… Дело в том, что мы с Вами общаемся не только посредством звуковых колебаний.

- В мозги ко мне влез, да?

- Нет-нет. Чтение мыслей – это ваша, человеческая выдумка. Такое, в принципе, не возможно в вашем случае. Но некоторый ментальный контакт вполне возможен даже на данном эволюционном уровне.

- Короче, влез. Ладно. Давай, что ли, я за руль сяду?

- Да, конечно, – Разум исчез с водительского места и тут же появился на пассажирском. Славик затоптал окурок, огляделся вокруг и, покачав головой, сел в машину.

- Там, в бардачке – карта. Достань и покажи, куда тебе нужно, а то мне эволюционный уровень не позволяет по координатам сориентироваться. Славик уже приготовился увидеть, как карта сама собой окажется в руках Разума, но тот обычным человеческим движением открыл ящик, достал дорожную карту, развернул её у себя на коленях, покрутил с ног на голову и ткнул пальцем в точку на изгибе дороги.

- Это здесь. Вообще-то я назвал приблизительные координаты. Мне достаточно добраться до этой точки, потом всё равно потребуется некоторая коррекция.

- Покажи. – Славик взял карту, случайно коснувшись руки Разума. Рука была самая обычна, человеческая: тёплая и живая. – Чёрт, ты совсем как настоящий.

- Что Вас удивляет?

- Ну… Я же видел тебя… Таким, какой ты на самом деле.

- А. Это не сложно. Я могу принимать любую форму. Проще, конечно, копировать объекты неживой природы, но не намного сложнее сымитировать любое живое существо или даже человека. Человек, кстати, не самый сложный организм в вашем мире.

- Ну да?

-Да, – Разум виновато развёл руками.

- А кто тогда?

- Вы с ними ещё не знакомы…

- С кем?

- С теми, что сложнее.

- Приехали!

- А может и не познакомитесь никогда…

- Успокоил. Ладно, это дело не близкое, как я понимаю. И что, ты в кого угодно можешь превратиться? А в слона слабо?

- Размер и форма не имеют значения – Я использую не своё физическое… э… тело, плотность которого относительно мала, а… строю нужный мне объект из элементов, присутствующих в окружающем пространстве. В слона, наверное, могу. Показать?

- Не, не надо. Я тебе верю.

- Основная сложность в том, что для точного копирования нужны исчерпывающие данные по… конструкции объекта. Но у меня достаточно знаний о вашей фауне.

- Откуда? – Славик выключил «аварийку», запустил двигатель и тронулся вперёд.

- Библиотека в клубе. Информация там разрознена и плохо систематизирована, но на начальном этапе мне этого хватило. Затем я смог использовать вашу Глобальную Сеть.

- И что, там оказалось систематизировано лучше?

- Нет. – Разум с удивлением посмотрел на Славика. – Ещё хуже. Но на этом этапе я искал информацию по конкретным, интересующим меня аспектам.

- К проводам присасывался?

- Разве Вы не знаете, что информация передается в форме электрических импульсов. Что можно узнать «присосавшись» к проводу? Я использовал те же устройства ввода-вывода, что и люди.

- Я шучу. И, давай на «ты» что ли…

- Давай.

- Меня Славой звать.

- Я знаю.

- Да, действительно…

Славик вырулил на магистраль и разогнал машину. Разум увлечённо смотрел пробегающие мимо сосны и убранные поля.

- Слушай, а что тебе сдалось на той горке, достопримечательности осматриваешь? И как ты вообще в деревне-то оказался, что там интересного?

- Это случайно. – Разум грустно вздохнул. – Так получилось. Совершенно неожиданно. Ошибка.

- В другое место собирался, да?

- Да. Теперь мне нужно вернуться, а ближайшее, подходящее для этого место, там, куда мы едем.

- М-да. Все пытаются из этой страны свалить… Не нравится, да?

- Нет, мне очень интересно! Но я должен быть в другом месте… Сегодня и завтра такая возможность наиболее вероятна.

- Ну, не переживай, успеем. Слушай, а ты не шпион? Какие-то там антенны торчат, я вспомнил, вроде военные. Ты может, вторжение организуешь?

- Зачем? – Разум изобразил искреннее удивление. – Для чего?

- Ну, не знаю. Может у нас есть что-то такое, что вам очень нужно.

- Поверь мне, нет.

- Вот так. Обидно даже как-то. - Славик вытащил из пачки очередную сигарету и чуть опустил стекло. – Не продует?

Разум покачал головой.

Хотя, какой из тебя шпион. – он критически осмотрел съёжившегося в кресле Разума. – Шпион бы так не оделся. Гаврош, блин. Ты кого скопировал-то, имитатор?

- Отца Вашей… твоей матери. Деда, да?

- Что?! – машина вильнула, выскочив на соседний ряд, и с визгом вернулась обратно.

- Дело в том, - Разум замялся. – Дело в том, что он был первым мыслящим существом, с которым я встретился. Это имеет значение. Я не могу объяснить, извини. Но, кроме того, между нами существует определённая когерентность. Э… как же это…

- Родство душ. – Славик выплюнул окурок в форточку. – Это ты шкодничал?

- Совершал иррациональные поступки? Я.

- Шкодничал. Зачем?

- Я не владел необходимыми знаниями о данном социуме и принятых в нём нормах поведения. – Разум помолчал. – Мне стыдно.

- Да ладно. Ничего так получалось.

- Да? Я заметил, что бабушка испытывала удовлетворение, поэтому считал это допустимым.

- Бабушка?

- Да. Это улучшало её эмоциональное состояние, придавало уверенности, успокаивало…

- Это что-то новое. Ну, хорошо, а почему ты – пацан? Изобразил бы мне деда, например, всё проще было бы, – Славик зябко пожал плечами. – Наверное.

- Но я ведь его и сымитировал. Просто не учёл, что ты его таким не помнишь.

- Да уж.

- А возраст. Мне кажется – он соответствует моему.

- Так ты дитё ещё, шпион-имитатор?

- Это относительно.

- Да понятно, мне-то что, – улыбнулся Славик. Мимо проскочил указатель с силуэтом заправочной колонки. - Мне нужно заправиться.

- Пополнить возимый запас топлива?

- Ага. Углеводородного. Слушай, ты или одежду изобрази какую-нибудь приличную или, ну не знаю, сделай что-нибудь, чтобы не привлекать внимания. Мало ли.

- А можно так?

На этот раз Славик не позволил машине выехать за пределы полосы, но заставить не шевелиться волосы на затылке не смог: в кресле сидела бабушка.

- Ты, давай предупреждать меня будешь, ладно? Ну, хоть за десять секунд? А то я загнусь раньше, чем мы до места доедем.

- Загнусь?

- Уйду в лучший мир, прекращу физическое существование. Сердце у меня остановится!

- При таком уровне адреналина - маловероятно, но я постараюсь не причинять неудобств.

- Спасибо.

Славик свернул под высокий навес заправочной станции и остановился у одной из колонок.

- Зайду ещё водички куплю, что-то сушит меня.

- Я с тобой.

- Лучше не надо.

- Я не буду привлекать внимание. – настойчиво проговорил Разум бабушкиным голосом.

- Ну, пойдём, бабушка.

Пока Славик отпирал пробку топливного бака, Разум, точно копируя неторопливые бабушкины движения, осмотрелся вокруг и направился к магазину, посмотрел сквозь витрину внутрь и, помахав Славику рукой, подался к дверям с надписью «WC». Славик пожал плечами, вставил пистолет в горловину и пошёл расплачиваться. В магазинчике было пусто, он достал из холодильника бутылку минеральной воды, подошёл к кассе и, пока девушка-оператор отсчитывала сдачу, смотрел поверх её головы на улицу. На заправке происходило что-то необычное: двое плотных мужиков с вытянувшимися лицами, очень быстро, не оборачиваясь, подошли к своей машине и, торопливо хлопнув дверцами, сорвались с места, через секунду, на ходу заталкивая в джинсы рубашку, за окном прошёл молодой парень и, так же, торопясь уехал. Ещё через некоторое время в поле зрения Славика появилась «бабушка», она степенно подошла к колонке и стала внимательно наблюдать за сменяющимися на табло цифрами. Девушка, наконец, отсчитала сдачу и Славик, поблагодарив, выскочил на улицу.

- Что это было?

- Где?

- В туалете, я так понимаю. В мужском. – Славик повесил заправочный пистолет на колонку и захлопнул лючок бензобака. – Садись, «бабушка».

Машина выкатилась с заправки и снова повернула на шоссе.

- Так что там было?

- Я определил, что все посетители заправочной станции, в данный момент времени находятся там.

- В туалете?

- Да.

- А тебе обязательно нужно быть рядом с людьми, да?

- Да. Мне интересно.

- И ты попёрся в мужской туалет? Ты же – бабушка. – Славик искоса глянул на Разума. – И хватит уже, давай снова дедушкой… Я как-то привык, что ли.

- Хорошо. – В кресле снова появился привычный, босой Разум. – Всё нормально. Я понял свою ошибку и скорректировал параметры носимого тела в соответствии с физиологическими особенностями, обусловленными половыми различиями.

- Что-что?

- Ну, привёл в соответствие…

- Короче, слоника ты сегодня всё же изобразил.

- Как это?

- Не обращай внимания, – Славик давился приступом идиотского смеха. – И остался при этом во всех этих юбках и платочке.

Да, – Разум посмотрел на Славика непонимающе. – Ой. Я не всё откорректировал.

- Ну ты силён, имитатор!

Разум, насупившись смотрел в окно.

- Короче, больше нигде не останавливаемся и никуда не исчезай, без моего ведома, а то мы рискуем поймать приключения на свою голову. Тебе-то всё равно, а у меня проблемы могут появиться.

- Хорошо, я понял.

Дорога бежала по поросшим лесом холмам. За окнами мелькали облетающие осенние деревья, короткие мостки, переброшенные через узкие речушки и каналы, редкие автобусные остановки и площадки для отдыха с яркими беседками и контейнерами для мусора.

- Слушай, Разум, а ты будущее предсказывать умеешь?

- Будущее нельзя предсказать.

- Что, совсем?

- Будущее многовариантно. Можно составить приблизительный прогноз, учитывающий наиболее вероятные из вариантов, но точность его не высока.

- А на короткий отрезок времени?

- Смотря насколько короткий.

- Ну, например. – Славик задумался. – Например: вот мы едем, а где-то впереди у нас стоит патруль с радаром…

- А. Это не сложно. Это не будущее, это – настоящее. Нельзя сказать остановит он нас или нет, но то, что он стоит – это свершившийся факт.

- Что, серьёзно?

- Ты же сам сказал.

- А на самом деле?

- На самом деле стоит.

- Ого! Далеко? Километров пятнадцать?

- Километров пятнадцать.

- Ты чего меня дуришь?

- Всё так, как ты сказал. – Разум удивлённо посмотрел на Славика и снова уставился в окно. – Ты сам всё прекрасно видишь, просто считаешь это невозможным. Не доверяешь.

- А это возможно?

- Я же говорю: это так и есть. По какой-то причине эти способности у вас не развиваются, а те люди, которые видят чуть дальше, чем это возможно с помощью зрения считаются уникумами, хотя ничего сверхъестественного в этом нет.

- Ага. В тебе тоже нет ничего сверхъестественного?

- Конечно.

- Ну да, само собой. Я таких, как ты по десять штук в день подвожу.

Разум пожал плечами.

- А почему одни видят, а другие – нет?

- Это как… - Разум помолчал. – Вот в твоём автомобиле, в системе питания стоит маленькое устройство, выполненное на основе неодима – элемента с порядковым номером шестьдесят. На самом деле, он не шестидесятый, но это не важно…

- Откуда знаешь? А, извини, не подумал. Продолжай.

- Когда, через устройство протекает топливо, магнитно-частотный резонанс выравнивает его гидрокарбонатные цепочки. Другими словами: спин-состояние молекул изменяется с пара-, на орто-, что значительно увеличивает их реактивность. Это, в свою очередь приводит к более полному сгоранию топлива и, как результат – меньший его расход, сокращение вредных выбросов… Ну, это ты сам знаешь.

- Ты это всё кому сейчас говорил?

- Тебе. Извини. Я о резонансе... У вас есть такое понятие: «душа».

- Понятие есть, а души – ни разу. Метафизика.

- Неважно. Оно достаточно точно многие вещи объясняет. А ещё есть забавная наука – астрология. Но тоже с «зерном истины» как вы говорите. Дело не в небесных телах, конечно, а в резонансе. Понимаешь, кто-то попадает, кто-то – нет, кроме того, каждый в состоянии этот резонанс настроить, но почему-то вы не считаете это нужным. Ваша эволюция не считает… А чудес никаких нет. Бывают у тебя спонтанные желания?

- Бывают, само собой.

- Вот это и есть предвидение. Или ментальный контакт… Но чаще – предвидение.

- Интересно. И даже понятно. – Славик ухмыльнулся, – а как его настроить, резонанс?

- Так хочется видеть?

- Интересно просто.

- Хочется. А зачем? Это серьёзное отличие от большинства особей вашего вида. Велика вероятность утратить лояльность окружающих, а вам трудно существовать поодиночке. И бессмысленно. Слишком большая… Цена, да?

- Ты чего? Я же спросил просто. Нельзя, так нельзя, подумаешь.

- Нельзя, да. Просто я для тебя тоже, как тот магнит для твоего автомобиля…

- Ну и всё, чего там. Как это: «как магнит»?

- Да неважно, – Разум задумчиво посмотрел, вперёд, на дорогу. – Возможно, что раньше таких людей было значительно больше.

- Вырождаемся, да?

- Ретроспективное сравнение не релевантно в данном случае. Одни качества исчезли, другие, не менее важные, появились – таков путь любой эволюции… Это тот самый «пост»? – впереди показался бело-синий автомобиль с мигалками и несколько прижавшихся к обочине легковушек.

- Он самый. Похоже, всех тормозят – ловят кого-то. Не тебя?

- Я же ничего плохого не сделал.

- Подумаешь, пару мужиков перепугал. – Славик рассмеялся. – Да не бойся ты, спрячься только как-нибудь. Тебе же не трудно.

- Да, конечно, – Разум с сожалением вздохнул. – Спрячусь.

- Оп! По закону жанра, нас просто обязаны были остановить!

Инспектор виртуозно взмахнул жезлом, указав на обочину. Славик остановил машину и вышел, нашаривая во внутреннем кармане бумажник. Невнятно представившийся старший лейтенант без интереса полистал книжечку с документами, посмотрел на номер автомобиля и, возвращая документы, спросил:

- Ребёнку двенадцать есть?

- Есть, – машинально ответил Славик. – А… Я ведь один, – на всякий случай, он заглянул в салон. Разума небыло.

- Разве? – с сомнением произнёс старлей, так же заглядывая в машину. – Багажник откройте, пожалуйста.

Славик поднял заднюю дверь. Милиционер рассеянно посмотрел на содержимое багажника и махнул рукой. – Закрывайте. Счастливого пути.

- Всего хорошего!

Славик сел за руль, тщательно пристегнулся, включил указатель поворота и аккуратно выехал на дорожное полотно.

- Ты где, Разум? Только не появляйся, пока не отъедем.

- Я здесь, – голос раздался со стороны пассажирского кресла. Славик повернулся на голос – на подушке кресла лежали две одинаковые дорожные карты. – Ты – карта что-ли?

- Да.

- Могёшь! Чуть не спалились.

- Как это?

- Долго объяснять, появляйся уже. Можно.

Тельняшка и помочи снова появились справа от Славика.

- Слушай, ты же можешь стать чем угодно! Зачем же ты человека изображаешь?

- Как, зачем?

- Ну, ты мог стать мухой, например. Влетел бы ко мне в машину и ехал бы себе спокойно. А чтобы выйти начал бы ко мне приставать, я бы открыл форточку и выгнал тебя! А мог бы вообще птицей. Своим ходом добрался бы без шума и пыли.

Разум молча смотрел на Славика.

- Или нельзя было так? Какие-то сложности?

- Нет никаких. Я не подумал.

- Что серьезно?

- Да.

- Чудак ты, Разум.

- Я не подумал… Не подумал, – Разум забрался в кресло, обхватив колени руками. - Здесь всё очень сложно, мне поэтому сюда и нельзя.

- Плохо, что наследил?

- Да, плохо.

- Влетит тебе?

- Как это? А. Да,… влетит.

- Я никому не скажу. Всё равно ведь, не поверят. – Славик усмехнулся. – Так что я – могила, не сомневайся.

- Это уже не важно.

- Да не кисни ты! Всё хорошо будет. Никто кроме меня с тобой не разговаривал и, считай, не видел. Да ты мне и не рассказал ведь ничего. Не горюй.

- Я не рассказал. Я – хуже…

- Брось, жив я буду. Подумаешь, пришельца встретил! У нас таких знаешь сколько? – уже и в психушки не закрывают.

- Да, конечно, – растерянно проговорил Разум. – Мы приехали, да? Искомая точка в нескольких минутах к северу.

- Да. Тут парковочка как раз. Я ближе не буду подъезжать, чтобы нам ещё на каких-нибудь полицаев не наскочить.

- Да, хорошо.

Славик, притормозив, съехал на усыпанную щебнем площадку для отдыха и остановился. Разум исчез с сиденья и снова появился в нескольких метрах от машины, под кривыми соснами на краю леса.

- Подожди, – Славик вышел из машины. – Давай попрощаемся что ли.

Он подошёл к Разуму.

- Давай, но дальше я сам.

- Ладно. Удачи тебе, имитатор. Давай пять.

Разум подал Славику ладошку и неловко улыбнулся. – Спасибо.

- Да ладно, чего там. Счастливо тебе добраться! – Славик посмотрел на верхушки сосен. – Я пойму как-нибудь, что ты… уехал? А то, может снова выручать нужно будет.

- Ты поймёшь.

- Ну, давай тогда. Будь здоров.

- Прощай.

- Прощай, да. Может ещё заглянешь?

Разум пожал плечами.

- Ну иди, иди. Счастливо!

Разум развернулся и зашагал вглубь леса, сверкая белыми пятками. Славик старался не отводить от него взгляд, но так и не смог заметить, как тот исчез.

Славик вернулся к машине, вытряхнул из мятой пачки последнюю сигарету, присел на пыльный капот «Гольфа», закурил и стал ждать. Появившееся, было, неяркое солнце снова затянуло серой рванью, по пустой дороге прошелестело несколько машин, в верхушках сосен чуть слышно шелестел ветер. Славик почти докурил, когда над лесом беззвучно полыхнула зарница. Он потушил сигарету о подошву, потянулся и сел за руль. Неисправная свеча в третьем цилиндре время от времени давала пропуски зажигания, впереди, в пяти километрах по трассе, за плоским, нарисованным на листе жести гаишником, прятался настоящий, с радаром; в двух километрах позади, двигалась его потенциальная жертва, а в городе, растрепанная Светка оторвала взгляд от монитора с неизменными «Одноклассниками», не в силах справиться со спонтанным желанием немного прибраться в квартире, привести в порядок себя и приготовить Славику что-нибудь вкусненькое.