Оскал допотопного мира
Четырнадцатилетняя девочка сказала мне, что в школе им задали изучать жизнь Христофора Колумба, и она недоумевала, для чего это ей нужно. «На что мне сдался Колумб?» –спросила она меня, в надежде получить поддержку. Как странно... Дело в том, что эта девочка живет в Америке...
Человек сделал смелый комментарий: «Что интересного может быть в истории?»
Многие почему-то не любят историю. Они живут настоящим. Они стремятся в будущее, в прогресс. А что интересного может быть в прошлом?
Наверное, все же неплохо знать историю своего народа, своей страны. Да и мировую историю полезно изучить, хотя бы просто для общего развития. Но, кроме этого самого «общего развития» есть еще нечто, что необходимо знать. Уроки прошлого... Не надо, это вовсе не выглядит скучно и не отдает «зеленой тоской» задней парты на школьных уроках истории! На самом деле, уроки прошлого – это совсем другое. Это то, что помогает нам жить в сегодняшнем дне и, если хотите, помогает выжить!
Самые ценные из этих уроков оставлены на страницах самой древней Книги, единственной Книги в мире, описавшей земную историю, начиная с ее истоков. Вдумчивый читатель этой Книги и ревностный искатель истины найдет все необходимые подтверждения Ее правдивости.
Итак, давайте обратимся к одной из таких историй.
Наверное, большинству из нас эта история знакома. Хотя многие считают ее чем-то вроде сказки, наподобие легенд и мифов Древней Греции. И вот, в наши дни создан «ковчег» в натуральную величину, будто в качестве насмешки над страшной трагедией... Надо сказать, что современный «ковчег» уже открыл свои двери 10 декабря 2012 года в Дордрехте, маленьком городке в Нидерландах. Его создатель, голландский инженер Йохан Хьюберс потратил на осуществление своей мечты 1,6 миллиона долларов и, вместе с группой энтузиастов, построил его за три года. «Ковчег», уже спущенный на воду, будет принимать до 3000 посетителей в день. А чтобы им не было «скучно», в «ковчеге» будет открыт ресторан и два кинотеатра... Что это? Бизнес? Богохульство? Или и то, и другое? Если бы этот человек с благоговением верил в библейское свидетельство, то никогда бы не сделал этого... Но, вернемся в допотопный мир.
Здесь будет не лишним сказать, что жители того времени многие события тоже считали ни чем иным, как сказкой. Что именно? Рассказы Адама, первого человека, о том, что непослушание влечет за собой смерть, с течением лет все больше воспринимались, как нечто, не имеющее под собой реальной основы. Еве, его жене, верили еще меньше. Заметим, что продолжительность жизни первых людей была очень долгой, примерно 900 лет. Жизнь казалась им бесконечной... Господь сказал первым людям, что земля произрастит
Благодаря такой долгой жизни многие последующие поколения имели возможность слышать рассказы Адама неоднократно, но беспечность порождала еще большую беспечность. Так, Мафусал, дедушка Ноя, в течение 243-х лет жил при Адаме и, несомненно, общался с ним, кроме того, отцом Мафусала был сам праведный Енох... Ламех, первенец Мафусала и отец Ноя, тоже жил в одно время с Адамом... Целых 56 лет жил... Представьте только!! Иметь личное свидетельство «из первых уст» об изгнании из Едемского сада, о смысле бытия (!), и проявить такое равнодушие!! Невероятно!
Время шло. Когда Творец воззвал к Ною, с момента изгнания прошло уже более 1500 лет... Многие ли из нас помнят, что происходило в 5-ом веке от Рождества Христова? Ну, хотя бы примерно... Это такой же отрезок времени. Но ведь 5-й век – это всего лишь одно из звеньев в цепи истории, а рассказ Адама был началом, точкой отсчета... То, что определяло их дальнейшее бытие. Как можно было такое забыть? Какая короткая память!
Потоп пришел для большинства неожиданно. Хотя... Разве так неожиданно? 120 лет – немалый срок. В течение всего этого времени Ной со своей семьей (женой, тремя послушными сыновьями и их женами) занимался строительством ковчега, а заодно рассказывал о том, что должно было произойти, если люди не покаются и не начнут жить в послушании Всевышнему. Люди подходили, интересовались. Виданное ли дело: строить корабль на суше! Да и кораблей никто еще в глаза не видел, ведь плавать было негде. Да и что такое дождь, никто понятия не имел! Конечно, интересовались! Некоторые даже вызывались помогать. Но потом что-нибудь перехватывало их интерес или они вспоминали о неотложных делах и уходили. И больше не возвращались. Им было некогда.
Ученые со своими знаниями тоже не оставались равнодушными. Тогда тоже были люди, которые думали, что знают больше остальных! Уж они то все могли объяснить и доказать. В особенности то, что дождь по всем правилам невозможен. «Откуда на небе возьмется вода? Но, даже если она и возьмется там, то землю все равно не затопит! Волнения излишни!» И многим эти объяснения казались весьма разумными. И большинство им почему-то верило.
В те времена также жили очень «духовные» люди, которые, однако, не помогали Ною строить ковчег. На это у них были сильные аргументы, которые привлекали к ним массы людей. Эти аргументы выражались в том, что... Бог есть любовь! Не верите? Давайте послушаем одного из таких:
– Бог есть любовь! Не бойтесь, дорогие друзья, братья и сестры! Бог слишком благ, чтобы наказывать тех, кого Он сотворил. Этот Ной – просто паникер. И, возможно, он еще немного не в себе. Неужели можно поверить, что ему это сказал Бог? Какой абсурд! Бог не таков! Бог добр! Не обращайте на Ноя внимания, драгоценные мои! Пусть он себе строит, если ему больше делать нечего. А нам есть, чем заняться, не правда ли? У нас впереди – прогресс и забота о процветании нашей прекрасной планеты! У нас много планов! Вперед! Бог есть любовь!
– Любовь! Любовь! – выступление подхватывает сразу несколько голосов.
Но не все были такими «любвеобильными». Были и те, которые насмехались и издевались над Ноем в открытую, попросту называя его сумасшедшим. Похоже, что им больше нечем был заняться, и они ежедневно приходили на стройку, чтобы продолжать свои насмешки и оскорбления. Но Ною некогда было отвлекаться на таких, ведь если бы он поступал подобным образом, то строительство не было бы окончено и за 120 лет!
Переживал ли Ной на самом деле из-за всего, что происходило вокруг? Да!! Будучи праведником, единственным, на кого призрел Бог, он всей душой старался вразумить остальных. Но все было тщетно.Он переживал, печалился, удивлялся людскому равнодушию и беспечности, сам с трудом представляя, как будет происходить то, о чем говорил ему Господь. Однако Ной привык во всем верить Господу. Только Ему. Поэтому, несмотря на то, что иногда его посещали бессонные ночи, (в которые он предавался молитвам и размышлениям), а затем – не очень бодрые дни, он упорно продолжал строительство.
Но всякий раз, когда Ной всматривался в лица окружавших его людей, он невольно замечал одну странную деталь... И, поражаясь своему наблюдению, он вынужден был признать: он все реже видел улыбки на людских лицах. Хотя улыбались и смеялись многие... Вместо человеческих улыбок он все чаще замечал... звериный оскал.
Сыновья Ноя родились у него уже во время строительства ковчега. Старший, Сим, появился на свет через 20 лет после начала работ. Первые годы Ною пришлось особенно нелегко, так как работать приходилось одному. Его родственники сразу же сочли его за сумасшедшего. Впрочем, Ной и раньше сильно отличался от них, поэтому и слыл «черной овцой». На самом деле, он был среди всего своего окружения, и даже среди всей земли единственной «белой овцой», но люди с огрубевшими сердцами все видели в перевернутом виде...
Со дня призвания Ноя к строительству, ему стало особенно трудно. Дело было необычным, опыта в нем он не имел, да и вокруг все либо отговаривали его, либо издевались. Никто не понимал и не поддерживал его, ни многочисленные братья и сестры, ни отец Ламех, ни дедушка Мафусал... Поэтому Господь и послал ему на подмогу трех сыновей, которые могли бы помочь ему окончить начатое дело. Они выросли в послушании Богу и отцу, однако тоже нередко становились помехой в продвижении работы. Еще будучи подростками и в очередной раз придя от своих друзей, они приставали к Ною с разными каверзными вопросами, вольно или невольно сея разного рода сомнения. Пока Ной переубеждал их, они уже засыпали его новыми вопросами. И, хотя в целом, Сим, Хам и Иафет верили больше отцу, чем друзьям, гладкими их отношения нельзя было назвать. Когда они, один за другим, женились, их жены тоже не облегчили ситуации, так как у них тоже были подруги... Зато Бог дал Ною жену, которая стала ему настоящей помощницей. Ее долгом было помогать ему во всем, что она честно выполняла, стремясь всеми силами поддержать мир в их разросшейся семье.
Когда ковчег был завершен, были сделаны все последние приготовления и запасена пища на длительный срок, неисполненным оставалось только одно дело. Оно заключалось в повелении Господа взять животных в ковчег:
Утро следующего дня Ной встретил, стоя в раздумье перед ковчегом. Первые солнечные лучи едва начинали трепетать над линией горизонта. Ной был совершенно один. Ему хотелось задержать этот рассвет, эти тихие мгновенья, в которые было так радостно вновь предавать себя на волю Божью. Вдруг он заметил, что по земле мимо его ног кто-то проскакал. Это был заяц. Упругими прыжками он уверенно следовал по направлению к ковчегу. За ним прыгал другой. Оба они взобрались по деревянной лестнице к закрытой двери ковчега и оглянулись на Ноя. «Эти два зайчишки... Чего они хотят? – подумал Ной. – Как странно... Пойду, дам им чего-нибудь поесть, раз пришли.» Ной поднялся за ними по лестнице. Не успел он открыть дверь, как зайцы тут же юркнули внутрь. Тут он заметил, что еще кто-то прошмыгнул мимо него и скрылся в полутьме ковчега... Ной удивленно пожал плечами и невольно оглянулся. То, что он увидел, привело его в величайшее изумление. Отовсюду к ковчегу приближались самые разнообразные животные. Трава вокруг шуршала от движения змей и других пресмыкающихся. В небе слышался все нарастающий шум крыльев от множества птиц. Ной постарался поскорее спрыгнуть с лестницы, чтобы дать проход столь странной и одновременно величественной процессии. Он обомлел, следя за всем происходящим. Такого он не мог предположить! Все животные, включая самых свирепых, входили друг за другом, не издавая ни единого звука. Другие в спокойствии ожидали своей очереди перед ковчегом. А новые все прибывали и прибывали... Ной заметил свою семью, в ошеломлении остановившуюся неподалеку. С другой стороны уже собрались некоторые из живущих по соседству. Все они, как и сам Ной, были потрясены от пребывания в окружении всех представителей животного мира. Когда Ной пришел в себя от удивления, на душе его стало легко от сознания того, что Господь сотворил столь великое чудо и Сам выполнил то, что было не под силу Ною. Итак, последний знак для допотопного человечества был сделан.
Как только все, определенные Богом, животные, птицы и пресмыкающиеся заняли свои места, Ной в последний раз пригласил собравшуюся толпу войти в ковчег. Стоя в проеме раскрытой двери, он выглядел печально и торжественно.
– Неважно, что вы не помогали мне в строительстве. Оставим это! Вы видели, как эти твари входили в ковчег? Неужели вы глупее их? Сейчас ваш последний шанс. Другого не будет! Войдите!... – говоря это, Ной чуть не плакал.
– Предположим, что мы и захотим войти в твою нелепую постройку. Но места все равно всем не хватит! Не хватит! Да и почти все места уже заняты твоими животными! – эти выкрики раздались со всех сторон.
– Бог позаботится об этом.
– Как?
– Я не знаю. Он знает.
– Но ведь это не только мы, твои родственники и соседи, собравшиеся вокруг тебя. Это – все население земли. Нужно мыслить глобально! Что же будет с ними?
– Не искушайте Господа вашими вопросми, – Ной схватился за грудь. – Я знаю вас слишком хорошо. Вы не понимаете, что говорите... Я строил этот ковчег спасения не один десяток лет. Разве они ничего не знают об этом? Большинство из них побывало тут. Они даже организовали здесь туристический центр. Вам известно, что это за шатры вот там, неподалеку? Не делайте вида, что не знаете. Это лагерь турбюро «Ковчег», организующий сюда экскурсии. На этом кощунстве кто-то сильно обогатился, а кто-то – развлекся. Они приезжали и только отвлекали меня. Я лишь напоминаю вам об этом. Наверное, и среди вас есть кто-то из них. И где же те, что побывали здесь? Туристический сезон длиной в 120 лет подходит к концу! Они уже осмотрели все достопримечательности ковчега, и им больше нечего здесь делать. Они вернулись к своим делам. Вернее, это даже нельзя назвать делами. Они учатся и работают для того, чтобы накопить побольше, развлечься и предаться всевозможным наслаждениям. Они работают, чтобы выделиться перед другими, занять лучшее место и, по возможности, отнять то, что принадлежит ближнему, который в отместку совершает то же самое. Вот их дела! Мерзкие дела! А те, кто не делает этого явного зла, просто живут для себя. Их разговоры, как и сама их жизнь, наполнены самолюбованием и суетой. Их благочестие – пустота! Итак, войдите хотя бы вы, мои родственники и соседи...
– Ты, конечно, хорошо говоришь, Ной, но разве Бог не пригласил только тебя и твою семью?
– Он сделал так потому, что нашел меня достойным. Однако покаяние может сделать достойным каждого. Бог примет ваше покаяние.
– Мы и так достойны! – взорвалась толпа. – Мы не нуждаемся в покаянии! Ты, Ной, просто гордец и глупец! Кто ты такой, чтобы учить нас? Мы не желаем залезать в эту клетку вместе с твоими хищниками! Это твоя семья достанется им на обед!
Ной отшатнулся. Он увидел то, что много раз замечал раньше: звериный оскал на человеческих лицах. Только сейчас это наблюдалось в намного большей степени, будто в людях уже не осталось ничего человеческого. И еще меньше Божьего... Ной тяжел вздохнул, затем повернулся спиной к толпе и вошел в ковчег, где уже находилась его семья. После этого дверь ковчега закрылась.
Все!! Однако еще семь долгих дней светило солнце и стояла прекрасная погода. Представьте, что допотопный мир жил своей обычной будничной (как и праздничной) жизнью. Где-то кипела работа, кто-то влюблялся «по-настоящему», кто-то просто прелюбодействовал, где-то отмечались свадьбы и новоселья, кто-то продолжал проповедовать любовь, кто-то кого-то потихоньку обкрадывал, кто-то в открытую мстил, убивал... Занятий хватало всем. Только все, кто мог лицезреть перед собой это внушительного вида строение, этот корабль, стоящий на сухом месте, вольно или невольно все больше смеялись над находящимися внутри...
– Эй, не душно Вам там? Ведь, судя по всему, дышать там нечем... – посмеивался один человек, стуча в дверь ковчега.
– Надолго вас так не хватит! Лучше выходите, пока не поздно! – это слова его товарища.
– Если самим жить надоело, так подумали бы о животных! – очень пожилой мужчина, по-видимому, скотовод.
– Кстати, что-то у вас там очень тихо... Вас там еще не съели?
– Поигрались и хватит! – то, что можно было выхватить из высказываний группы женщин.
– Ха, ха, ха!! А дождя то пока нет! Сколько дней уже прошло, как вы там засели? У нас на одной руке пальцы уже сосчитаны! Сим, Хам, Иафет! Идите к нам! – это выкрики молодежной группы.
– Бог есть любовь! Ничего не произойдет!
– Послушай, Ной! Я могу научно объяснить тебе, почему дождь невозможен. Да выйди же ты! Открой дверь! Давай поговорим снова, пока не поздно!
Ною и его семье хватило терпения с верой выдержать эти долгие семь дней внутри ковчега. Им хватило сил промолчать и не ответить изнутри ни на одно оскорбление, ни на одну насмешку... Они только молились, обслуживали животных, которые вели себя чрезвычайно смирно, и ждали, ждали, ждали...
Пока не поздно... Для кого поздно?
Так для кого было уже поздно? Когда странные серые тучи впервые стали затягивать небо, а вскоре первые тяжелые капли дождя начали падать на землю, тогда смех и издевки тут же прекратились. Ковчег был окружен плотным живым кольцом тех, кто еще недавно едко скалился или глубокомысленно закатывал глаза, но теперь реакция была другой. В дверь ковчега уже не стучали – в нее ломились! И, если бы не вмешательство Божественной силы, то сильные и здоровые люди, пришедшие в отчаяние от мгновенного отрезвления, конечно, разнесли бы дверь в щепки! Но им не удалось этого сделать. Дождь усиливался чрезвычайн быстро, одновременно с ним из под земли открывались все новые фонтаны. Уровень воды начал стремительно повышаться, приподнимая ковчег и оставляя барахтавшихся вокруг него людей, в безумии пытавшихся ухватиться за гладкие края ковчега...
Ной начал строить ковчег в возрасте 480 лет, а когда закончил строительство, ему было уже 600... Целый год провел он со своей семьей внутри душного ковчега, плавающего по поверхности вод, вместе с многочисленными и разнообразными живыми существами. После окончания дождя вода прибывала еще 150 дней. Вся земля превратилась в один огромный океан. Прошел целый год, прежде чем восемь человек смогли вновь ступить на твердую землю.
Целый год взаперти, и вот теперь – освоение новых пространств! Дело нелегкое... Но еще тяжелее было тем, кто остался похороненным между залежами земли, песка и морского ила. Вернее, теперь для них уже было все кончено: их повседневные заботы, труды и забавы. Теперь они уже ничего не ощущали: ни бушующих струй холодной воды, ни страха, ни отчаяния, схватывающего ледяным объятием неизбежности... Ничего. Для них все закончилось. Но остужающий кровь ужас, с которым они тонули в бушующих водах, навсегда остался в памяти Вселенной... Земля, по велению Бога, скрыла их трупы в своих недрах, чтобы новая жизнь могла произрасти на ее поверхности.
Земля изменилась до неузнаваемости, и обитатели ковчега, выбравшиеся на сушу, с трудом верили собственным глазам. Новый земной рельеф образовал новые скалистые горы с острыми вершинами и крутыми обрывами, еще не поросшими травой, а влажные долины со вздыбленной почвой, где, между разбросанными огромными камнями едва начали проклевываться первые ростки будущих деревьев и кустарников, выглядели одиноко и уныло...
Ной со всей своей семьей в молчании созерцал это нерадостное зрелище, невольно предаваясь воспоминаниям о том, какой прекрасной была земля год назад, когда они затворили за собой дверь в ковчег. Их воспоминания перемежались почти физическими слуховыми галлюцинациями, в которых они продолжали слышать душераздирающие вопли тех, кто тонул вокруг ковчега. Эти голоса приходили к ним в ночных кошмарах. Это невозможно было забыть...
В продолжение их воспоминаний животные, птицы и пресмыкающиеся один за другим выходили (вылетали, выползали) из ковчега и исчезали из вида. Люди следили за их уходом со спокойствием, граничащим с безразличием. Ну, что ж, с нуля, значит, с нуля... Другого выбора не было.
Ной был благодарен Богу за спасение, но печаль не покидала его сердце. Его семья разделяла его чувства:
– Конечно, хорошо, что мы спаслись, но что нам делать дальше? – этот вопрос, в разных интерпретациях, повторялся вновь и вновь.
– Возблагодарим Бога и начнем все сначала. Вы слышали повеление Господа? – каждый раз терпеливо отвечал Ной.
– Но здесь ничего нет для жизни... Ты помнишь, какие урожаи мы собирали на ТОЙ земле? А тут... Как бы нам с голоду не умереть... Ведь пока что-нибудь вырастет и даст плоды, пройдет немало времени.
– Для того Господь и разрешил нам теперь есть животных. Они всегда найдут, что поесть, а благодаря им и мы останемся в живых. Нельзя впускать неверие в сердце, – отвечал Ной.
– Это хорошо, хотя и непривычно. Но, смотри, отец, мы совершенно одни на всей земле! Тебя не охватывает тоска по нашей прежней жизни?
– Я стараюсь не думать об этом, потому что знаю, что Господу это неугодно. Тот мир потому и потонул в водах потопа, что жил развратно и нечестиво. Да, я помню, что погибли многие из тех, кого мы хорошо знали и любили, но они сделали свой выбор самостоятельно, и на все наши уговоры не обратили внимания. Мы больше не должны о них вспоминать, и тем более, тосковать. Прежняя жизнь ушла безвозвратно в морскую пучину. Благодарность Господу за спасение – вот что должно сейчас занимать наши умы, а не сетование на трудности и, что намного хуже, сожаление о бедствии. Но сохранить память об этом необходимо! Для грядущих поколений! Чтобы они не поступали подобно тем, кого уже не вернуть...
Ной увещевал свою семью, а печаль все равно не покидала его сердце. Его чувства не поддавались полному контролю. Он верил Богу без тени сомнения и без рассуждений. Но происшедшая трагедия оставила неизгладимый след в его душе. Ему было трудно свыкнуться с мыслью, что прежний мир навеки прекратил свое существование. И вдруг... Все, как один, были удивлены необычайным явлением на небе. Это была нечто прекрасное. Никогда еще они не видели ничего подобного! Даже в своей прежней жизни, где вокруг было столько красот, никогда небо не сверкало столькими красками. Разноцветная дуга переливалась семью цветами, гармонично соединенными всевозможными оттенками. Она поднималась с одной стороны горизонта, проходила по всему небосводу, и опускалась с противоположной стороны. В ней было нечто Божественное, чему они еще не знали названия. Эта красота сияла на фоне мрачных серых облаков, все еще носящихся по небу, а подножием ей служила бурая развороченная почва и неровные выступы скал. Возможно ли? Быть может, им это только казалось? Плод воображения? Или это был мираж, пришедший как отклик на их душевные терзания?
Небо во всю свою ширь продолжало сиять всеми известными цветами, когда раздался голос Божий:
Восхищению и радости семьи Ноя не было предела. Так легко на душе у них не было уже целых 120 лет... Появились силы к преодолению трудностей и опасностей, к продвижению вперед и к укреплению веры. Так в лице Ноя и его семьи человечество получило новую уникальную возможность жить в согласии с волей Господа.
А радуга продолжала сиять...
Татьяна Осокина
Буэнос-Айрес
10.02.13
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/