И зачем я только согласилась приехать – так больно…. Неужели все ещё люблю его? Хорошо, что его нет в Березовке. Что хорошего? Нет, хорошо: иначе я не смогла бы туда приехать. Он никогда не узнает.  Они не должны встретиться… Спит  зайчонок,  такой сладкий! Почему я назвала его Сергеем? Других имен даже в мыслях не было. Теперь у меня есть свой Сергей, Сереженька - единственный и только мой. Прости, сынок, но ты никогда не узнаешь отца: умер, нет его, улетел в космос. А если понадобится отец, лучше найдем другого; не сейчас - потом, когда-нибудь. Сейчас нам и вдвоем хорошо. Говорят, что я эгоистка, думаю только о себе. Пусть. Да, эгоистка, не хочу ни с кем его делить.  Ну разве ему плохо со мной? А теперь вот еще бабушка с дедушкой  ультиматумы выставляют, к телефону не подходят - внука к ним вези. Ладно, они тоже правы: я и сама соскучилась, сколько лет дома не была. Но почему так больно, почему так тревожно?…

Голова гудела, как пустой казан: Лена с тоской смотрела в окно, на мелькающие зеленые склоны, понимая, что поток мыслей уже не остановить.  Воспоминания, словно поджидая, когда Ленкино сознание даст слабинку, вырвались на свободу: а вместе с ним и чувства, однажды уже разодравшие в кровь ее сердце, снова сжимали его жесткими тисками.

Лена и Сергей были одноклассниками. Они, конечно же, влюблялись друг в друга, но для каждого это было в разное время. Сергей первый приметил её – смешливую озорную отличницу: неуд по поведению был единственной её проблемой. Училась Лена играючи, легко, поэтому и относилась к соклассникам, да и к учителям, как участникам большого, веселого спектакля. Её забавляли ухаживания Сергея, но она никак не хотела видеть в нем рыцаря, без страха и упрека, как он ни старался.

- «Неужели любовь только такой и бывает – когда один любит, а другой позволяет себя любить.… Или не позволяет. Любовь, любовь – ждешь неизвестно чего, страдаешь неизвестно от чего. Сваливается на тебя, как чума, просто капризный ребенок, избалованный донельзя – играет твоей судьбой, как мячиком от «пинг-понга». Почему, когда Сергей не сводил с меня глаз, мне было смешно и только, а когда я поняла, что без него жизнь теряет смысл, он уже стал тенью принцессы Светки.…

Когда их увидели вместе, её и по имени перестали называть – принцесса: пухленькая, с нежной кожей, зеленоглазая, русые, пушистые волосы короной. Она всегда шла впереди, гордо задрав носик. А чуть позади  Сергей; с кипой толстенных книг, не похожий сам на себя. Верный цепной пес. Казалось он  и ночевал у ворот Светки. И все эта вздорная девчонка – любовь.… А я – куда мне было до принцессы: с моим «конским хвостом», плоской грудью и выпирающими ключицами. Но разве мое бедное сердечко могло это понять тогда, только твердило жалобно – люблю, люблю, люблю. А тут ещё выпускные экзамены: бедная моя мама, намучилась со мной. .

Светка тоже взбрыкнула перед самыми экзаменами – вдруг увидела, что её одноклассник Витюша на целую голову выше Сергея и на пальце вертит ключи от папиной «девятки», а у Сергея только мотоцикл. И он получил отставку.

На первые экзамены он вообще не ходил.  Учителя поставили ему трояки автоматом; даже те, кто недолюбливали его за острый язык, сжалились. Верные его друзья готовы были сколько угодно унижаться перед учителями и директором, лишь бы он получил атестат. Досталось тогда и Витюше, и Светке…

На выпускной вечер его тоже вытащили друзья – он был мрачен и пил вино: а так как Лена старалась быть к нему поближе, то очередной стакан достался ей: - Пей, Лена - это единственное, что нам с тобой сейчас может помочь, - грустно улыбаясь, Сергей смотрел на неё: - Ты не представляешь, как я мечтал когда-то, что бы ты на меня так смотрела, как сейчас, - он вздохнул. Ленка смогла только улыбнуться и молча, сдерживая волнение, выпила.

«- Странно, подумала она, - похоже на сладкий компот, чем он может помочь? – но минут через десять она улыбнулась неизвестно чему, её щеки разрумянились, а голова слегка кружилась. Когда Сергей предложил ей второй стакан, она хотела отказаться: - Мне хватит, я домой не дойду.

- Не бойся, если хочешь, я провожу тебя! – Она пила вино, как божественный нектар и земля плыла под ногами от счастья. Потом был подъем с факелами на вершину холма, песни под гитару у костра и танцы. Сергей подошел неожиданно.

- Лена, я не хочу оставаться до рассвета - скажу ребятам, чтобы тебя проводили.

- Нет, я тоже ухожу! – Лена шагнула к нему, и они тихо исчезли в ночи. Шли молча, Сергей впереди, она следом. Разгоряченное костром и танцами тело остывало, и её стал бить легкий озноб. Спускаться с холма было трудней, чем подниматься: каблуки мешали, длинный подол платья путал ноги, но она терпеливо шла, стараясь не отставать от него.

Тропинка свернула на луг, по которому кружила заросшая хмелем и ежевикой речка Талинка. Заросли тальника сделали ночь ещё непроглядней, больно хлестали по лицу и рукам. Нога подвернулась предательски, на ровном месте: скользнув по мокрой траве.  Ленка ойкнула – Сергей остановился, резко повернулся, протянул к ней руки: - Прости, прости меня, Лена», - он снял пиджак, накинул на плечи Ленки, стал укутывать, пытаясь унять её дрожь.

- Лена ты такая хрупкая…. Можно я тебя поцелую? – вдруг тихим, хрипловатым голосом произнес Сергей. Ленка обвила руками его шею, ища губами его губы, ноги её слабели, и она медленно опускалась на траву. Поцелуи Сергея становились все жарче, он целовал её шею, плечи, рука его скользнула ей на грудь, ниже, ниже…. Ленка все понимала, но даже не подумала его остановить: она не думала ни о девичьей чести, которую надо беречь, ни о том, что в первый раз бывает больно. Колоколом в голове только одна мысль – он уходит, уходит, быть может, навсегда. Если он хочет, пусть это будет – решила Лена. Она мечтала коснуться его волос, руки и теперь жадно гладила его голову, плечи, все крепче прижимая к себе. Вдруг возбужденный Сергей зашептал ей в самое ухо, - Света, Светочка, я люблю тебя!…

И тогда Ленка не оттолкнула его: Из глаз её потекли слезы, сердце сжалось – его  словно обвили две змеи, жаля одна больнее другой. Одна была «боль и обида» и она шипела – он не твой, не твой, даже сейчас он не с тобой. Вторая жалила – но ведь ты его любиш-ш-шь.… В какой-то миг, словно обжегшись о её слезы, Сергей открыл глаза и испуганно прошептал – Лена! Из груди Ленки вырвался стон, она обхватила его руками и прижала так, будто хотела вдавить в себя и, провалилась в бездну.… Падала она, или летела, минута прошла, или час: мыслей не было, только ощущение наполненности:  Она словно вместила в себя всю радость и все счастье мира, словно сама стала этим миром – ощутила радость журчащей речки и радость мерцающих звезд. Очнувшись, Лена, услышала тяжелое дыхание Сергея.  Едва объятия ослабли, она оттолкнула его и соскочила с земли.

- Господи что мы наделали, Лена! Леночка, прости меня! – из темноты звучал голос Сергея, его самого не было видно.

- Не ходи за мной! – оборвала его Лена. Шагнув в ночь, она оставила за спиной Сергея, детство и себя прежнюю.

Лена нервно погладила по голове спящего сынишку и улыбнулась: "наверно я тогда очень страдала, что судьба сжалилась и подарила мне точную копию большого Сергея: до последней черточки – даже имя я не смогла ему дать другое".

За окном мелькнули знакомые очертания гор вдали, а через минуту с вершины склона открылась и вся Березовка, утопающая в садах. Ленка едва сдерживала слезы – оказывается, она так соскучилась по дому. А когда, уже дома, увидев, как розовые пятки Сережки засверкали на тропике, ведущей в сад, как радовался отец, ведя его за руку, она все же расплакалась, - мама, ну почему ты не заставила меня приехать раньше? Мать только обняла её ласково, - слава богу, дочка, вы дома!…

Сергей остановил такси у края аллеи и вышел, удивленно оглядываясь – откуда столько новостроек: пятиэтажки ровным квадратом расположились на некогда заброшенном пустыре?  Даже деревца, высаженные ровными рядами, успели подняться и окрепнуть. В одном из этих домов жила теперь Оля, единственная из сестер, оставшаяся в Березовке. Сергею не терпелось поскорей обнять сестру, племянника, бросить сумку и помчаться туда, на другой конец села, где ничего не изменилось, где родной дом и друг Сашка, почти что брат, которого у Сергея никогда не было. Он торопливо шел по дорожке, вглядываясь в таблички номеров  и вдруг услышал, - Сережа! – резко обернулся: Светка стояла возле детской песочницы, а у ног её копошился белокурый малыш, едва стоявший на ногах.

От неожиданности Сергей остолбенел. Светка первая опомнилась, подбежала к нему и прильнула так горячо, нежно, словно дни и ночи только его и ждала. Сергея бросило в жар, для него: недавно списавшегося на берег, на твердую землю, все это было так волнующе. Светкина пышная грудь упиралась в него так откровенно и непринужденно, а сама Светка стала ещё красивей и ярче, просто расцвела. Малыш, увидев, что мама его оставила и обнимает чужого дядю, поднял рев: ей пришлось оставить Сергея и поднять сына на руки. Сергей подошел, погладил его по голове, - Витькин?

- Ну что ты, Сережа - Витюша это детство… Ты его не знаешь, мы в институте познакомились. Правда, уже раззнакомились – год только пожили.

- Не сошлись характерами?

- Да ну его. Помнишь, мы учили, «уж замуж невтерпеж». Я ведь теперь учительница Сереженька, с твоей Олей вместе работаем. Мы и живем в одном подъезде, хочешь, провожу? – Сергей кивнул, улыбаясь, они пошли рядом, Светка щебетала, а в нем что-то пробуждалось, порядком, позабытое за строгим корабельным уставом.

Оля не дала брату даже войти, с визгом повисла у него на шее, плача и смеясь, - Приехал, приехал! – повторяла она, словно убеждала сама себя. Сергей и сам плакал: за кем скучал он больше всех, кого не хватало ему в минуты грусти и одиночества, чьи письма он ждал с особым нетерпением: Оля была младшей из четырех сестер, а Сергей последним ребенком. Все сестры любили его и отдавали все лучшее ему: не даром двое старших сестер стали врачами, а младшие педагогами: но с Олей у Сергея было особое родство душ. Они внешне были очень похожи, добродушными, веселыми характерами, острым умом, искрометным юмором выгодно отличались от других детей, их постоянно окружали друзья. И шалили они больше всех, и получали, конечно, больше всех; оба сразу: отец не любил долго разбираться, но очень любил их, своих детей – редко наказание было равноценно поступку.

На шум из комнаты выскочил Олин муж Володя и сын Кирюша. В отличие от Ольги, Володя степенно обнял шурина, похлопал по плечу и подтолкнул к нему сына, - знакомься с дядькой капитаном!

- Да нет, пока ещё не капитан.

- Для него ты уже капитан, только о тебе и говорит всем своим друзьям.

Сергей подхватил мальчика на руки, поцеловал: в его глазах он заметил тех же бесенят, что жили и в глазах его матери, - наш человек! – подмигнул он сестре и с племянником на руках, наконец, вошел в квартиру. Уже через пять минут Оля таскала его за уши и ругала, - Ну разве так можно, Сережа, ну хоть бы позвонил, я бы подготовилась, ждала бы.

- Мешок пельменей налепила бы, - улыбался Сергей.

- А что ты смеешься: знаешь, сколько народу соберется здесь - когда я все успею?

- Нашла о чем горевать – ты же у нас главный специалист по устраиванию праздников, - засмеялся Володя, - правда, правда, Сергей, без неё ни одна свадьба не обходится – главный консультант.

- Оленька, - Сергей смущенно смотрел на сестру, - ты не обидишься, если я сегодня не буду ночевать у вас?

- Знаю, знаю, - надула губки Оля, - Сашка тебе роднее сестры. Ладно, - засмеялась она, обижаться не было сил, - но пока не поешь у нас, никуда не пойдешь! – За столом Света вдруг спросила, - Сережа, а почему ты меня с собой не приглашаешь, неужели все ещё обижаешься на меня?

- Ну что ты, - смутился Сергей и посмотрел на ее сына.

- Не волнуйся, Костю я у мамы оставлю, - поняла его взгляд Светка.

- Зачем у мамы, - вмешалась Оля, - Костик любит у тети Оли оставаться, с Кирюшей играть – правда, Костик? – мальчик закивал головой.

Сергей шел по родной Березовке, рядом, держа его под руку, прижимаясь к нему и болтая без умолка, шла Светка – и это был не сон.

Не доходя до ворот Санькиного дома, Сергей потянул Светку в сторону: они едва протиснулись сквозь лаз в заборе, в который когда-то шмыгали запросто, и, наконец, выбравшись из зарослей вишни, оказались в саду, где за столом собралась вся семья.

- Дядя Коля, а Саша будет играть? – Сергей не успел договорить, переполох поднялся мгновенно: - А-а-а-а! – Заорал Сашка и чуть не перевернул стол поднимаясь. Через минуту они уже боролись: каждый старался прижать покрепче, приподнять повыше. – Ах ты, бродяга, пират, - сопел раскрасневшийся Санька, - сильный значит, сильный да – а мы вот так! Разняла их тетя Аня, мать Саши, - Хватит, петухи, хватит – грядки потопчите! На шум стали собираться соседи, друзья, через час за столом стало тесно, вынесли еще один из дома: женщины засуетились у плиты. Света помогала Наташе, жене Саньки, но все равно зорко следила за всем происходящим, она казалась очень спокойной, на самом же деле была напряжена до предела: ей снова предстояли серьезные перемены в жизни, она это чувствовала, хотелось не ошибиться на этот раз и решить все серьезно, по-взрослому. Наблюдая за Сергеем, она отмечала, что он выше всех, шире в плечах, более спокоен, чувствовалась в нем мужская сила, и Светка все больше убеждалась – это он! А соперниц она не боялась – не было у нее в Березовке соперниц.

За столом было шумно, только и слышалось – а помнишь, а помнишь! Вдруг Сергей напрягся, услышав чей-то вопрос – ребята, а кто знает, где Лена Свиридова, как она, что? – Не знаю – не знаю – качали головами ее сокласники, глядя друг на друга, и все посмотрели не Веру, ее близкую подругу:

- Увы, - развела она руками, - я сама ни чего не знаю – уехала, не попрощавшись, и не написала ни строчки. А когда я попросила ее адрес, тетя Валя не дала, сказала, что Лена просила ни кому не давать. Странно все это, я до сих пор не пойму, за что она обиделась на меня.

- Действительно, странно – на Ленку это не похоже, - послышались голоса. Сергей задумался, - что с Леной, где она? Я должен ее найти обязательно. Нет! – сердце больно кольнуло, - нет! Ленка проститутка – нет! Она умная девчонка, не в ее характере.… А что если от обиды? О господи – не уеду пока не найду ее.

Гости к утру разошлись, в доме погас свет, за пустым столом остались сидеть, друг против друга, только Санька и Сергей.

- Ну, как ты? – наконец смог спросить Сергей, вглядываясь в лицо друга.

- Нормально. Я теперь фермер, Серега, с отцом работаю. Здоровье у него не очень, сам знаешь: после школы пришлось дома остаться. Сначала переживал – все разъехались, а потом втянулся, теперь нравится – это мое мне кажется. Заочно в сельхозе учусь, жену вот привез из армии…

- Наташа твоя красивая и дочка тоже. Знаешь, на вас посмотрел, и так стало одиноко и грустно, как будто я совсем не так жил, не то делал. Во мне наверно тоже фермер сидит.

- Ну, так что ты решил, что дальше? Может и правда – домой к корням?

- Не знаю, не знаю,… Командир просил хорошо подумать и возвращаться.

- Извини, Серега – со Светкой у тебя что, серьезно?

- Сань, спроси об этом хотя бы через неделю: сейчас я знаю только одно – она меня все еще волнует. Светка тоже изменилась и еще красивей стала.

- Ты давно с женщиной был?

- Да уж порядком – мы недавно только из похода вернулись.

- Ясно, сына ее видел?

- Хороший пацан – он сейчас у Оли. Знаешь, я вот вспомнил – когда на вокзале поезд ждал, ко мне цыганка подошла, с детьми: пристала – давай погадаю. Я говорю не надо гадать, пусть будет, что будет: купюру вынул, дал ее сыну на мороженное. Дети убежали, а она все равно за мной идет. «– Вижу, морячок, домой ты собрался – если поспешишь, все хорошо будет, семья твоя тебя ждет, заждались уже». – Саш, а что если Света с сыном - это моя судьба?…

- Все-таки сестры тебя испортили – сентиментальным ты стал. Над сериалами не плачешь еще?

- Ну почему – я только приехал и сразу, с ходу с ними столкнулся? Ты бы видел, как она обрадовалась.

- Серега, пообещай мне, что не будешь спешить, как брат тебя прошу!

- Ладно, братишка, ладно, - Сергей положил руку на плечо друга, - обещаю! Тем более что у меня есть неотложное дело – кое с кем надо повидаться.

- Ты думаешь, с ней что-то случилось? – Санька легко догадался, о ком говорил Сергей. Тот только пожал плечами, - Пока не найду не успокоюсь.

Утром Санька выгнал из гаража свою гордость – недавно купленный джип вдвоем они долго его осматривали, обсуждали, потом посадили Наташу с дочкой, Светку и поехали к Ольге. Та сразу всучила им список продуктов и адреса, кому надо было обязательно передать приглашения: Света забрала сына, чтобы отвезти его к матери. Сергей сел на заднее сиденье, рядом со Светкой и усадил на колени обоих детей – ему было непривычно и забавно общаться с ними.

Когда, проехав центр, они свернули на тихую улочку, Сергей выхватил взглядом голубые деревянные ворота, блестевшие новой краской: за ними в глубине двора, среди яблонь, скрывался дом Лены. Он вспомнил разговор, и ему вдруг захотелось узнать о ней хоть что-нибудь, - если тетя Валя ничего не скажет – найду ее брата. На обратном пути он тронул Саньку за плечо, - к Свиридовым заверни! - тот молча кивнул и остановил машину у лужайки, не подъезжая близко к дому, Сергей направился к калитке, за ним из машины выползли дети, за ними вышла и Светка. Он видел, что со двора на звук машины тоже кто-то торопится и остановился, ожидая, мысленно подбирая слова.

- Ленка! – выдохнул он, увидев молодую, стройную девушку в коротком халатике. Ленка вздрогнула так, словно увидела приведение:

-Т-т-ты? За-зачем? Почему здесь? – лепетала она испуганно. – Они смотрели друг на друга так, будто виделись впервые. – «Именно такой я ее и видел во сне, - вдруг мелькнула мысль у Сергея. Взгляд Лены скользнул дальше, за его спину, на детей и Светку, внимательно наблюдающую за ней, приветливо махнувшую рукой. Ленка вмиг «протрезвела» - Зачем ты приехал? – сухо спросила она Сергея.

- Лена! Здравствуй!

- Здравствуй – извини, меня ждут.

- Нам надо поговорить – обязательно! Лена!

- Хорошо только не здесь, скажи, где и когда – я приду.

За спиной Ленки зашлепали по дорожке босые ноги, она испуганно резко прижала спиной калитку ворот.

- Мама, открой, мама – я тоже хочу на улицу, послышался детский голос с той стороны.

- Ты вышла замуж?

- Да, уходи - пожалуйста!

Лена была в порядке, вышла замуж, совсем не хотела впускать в свою жизнь Сергея: только и повторяла испуганно – уходи, уходи. В его благородных порывах никто не нуждался, можно было с легким сердцем уходить: но что-то тревожило Сергея и не давало тронуться с места. Странно вела себя Лена: почему она так испугалась? Непрестанно повторяла – уходи, а ее глаза – в них мольба и боль: Сергей не мог оторвать взгляд от ее лица, искал слова, чтобы продолжить разговор, но они выветрились, в голове было пусто, а сердце ныло.

-Хорошо, хорошо – ухожу, наконец, произнес он, видя отчаяние Ленки, и улыбнулся, - вот только с сыном твоим познакомлюсь, он наверно такой же умный и красивый как мама! – с этими словами он приподнял Ленку за плечи, легко, как пушинку и переставил чуть в сторону.

- Нет! Не надо, нет! Мама забери его! – громко закричала Лена, бессильно трепыхаясь в руках Сергея: но было поздно – калитка распахнулась, и в его ловко подставленные руки вывалился загорелый крепыш, босоногий и почти голый, в одних плавочках.

- Стоп – тормози, - засмеялся Сергей, - давай герой с тобой зна… …

За его спиной громко ахнула Светка, Санька выскочил из машины, Лена со стоном прикрыла глаза рукой: большой и маленький молча смотрели друг на друга, не понимая, что происходит. На крик Лены выбежала тетя Валя, - О господи! – всплеснула она руками, подхватила Сережу, и унесла его во двор…. Сергей остался сидеть на корточках, бледный, обескураженный: воцарилась тишина, и вдруг, ясно раздался дрожащий детский голосок, - бабуля, этот дядя кто – мой папа что ли?

- Нет, Сереженька, что ты, это просто дядя, мамин знакомый.

- Почему тогда он весь на меня похожий? - что ответила бабушка, уже не было слышно, они вошли в дом.

Огромных усилий стоило Сергею подняться, ноги дрожали и подкашивались:

- Почему? – едва смог он разжать губы, - почему ты молчала?

- Кому и что я должна говорить? Это мой сын! Понимаешь – мой! Извини, Сергей, ты умный и добрый, ты поймешь, о чем я говорю: пожалуйста, забудь о его существовании, он еще маленький – страдать будет! Пожалуйста – уезжай!…

Не взглянув больше на Сергея, ни с кем не попрощавшись, Лена тоже скрылась за голубой калиткой.

- Ты видел? – улыбающийся Сергей повернулся к другу.

- Да-а-а! – развел руками Санька.

- Все, ребята! Я приехал! Здесь мой причал! Вы езжайте, я остаюсь. Сань, Ольге скажи, пусть без меня как-нибудь, я вечером не смогу быть у нее.

- Ты хотя бы скажи, что делать собираешься – не могу же я тебя оставить и просто уехать.

- Если бы я знал, дружище! Останусь один, приду в себя, соберусь с мыслями и решу: Знаю только то, что я должен быть с ними!

- А знаешь, Сережа, - Светка смотрела на него, улыбаясь - Семья не на долге строится… - Он внимательно посмотрел на нее и улыбнулся в ответ виновато:

- Света, ты прости меня! Может, я надежду какую-то тебе дал – прости, пожалуйста!

Светка хмыкнула, обижено поджала губы: усадила детей в машину, села сама и хлопнула дверцей. Сергей остался один: он сел на сухой ствол дерева, лежащий у голубого забора и обхватил голову руками. Он вспомнил взгляд Лены, лицо малыша, его голосок и сердце забилось так сильно, что он почувствовал боль в груди, и дыхание перехватило, но лицо его расплылось в глупо-смешной улыбке до ушей, - Я успел, я успел! – повторял он вслух.

Сашка отвез Светлану к матери, Наташу с дочкой оставил дома, а сам поехал к Оле. Он вошел в квартиру, так и не решив, что и как сказать – смотрел на Ольгу и улыбался.

- А Сережа? – спросила удивленно Оля.

- А он, он остался – там!

- Где там, со Светой? Но это нечестно, он обещал сегодня быть дома. И потом: Саша тебе не кажется, что Сережа торопится? Нет, я не против Светы, но зачем он так спешит – ты бы поговорил с ним!

Они вошли в комнату, Саша, все еще улыбаясь, взял с полки альбом с фотографиями,

- Оля, ты только не волнуйся – у тебя есть племянник!

- Костик что ли? Они что, уже все решили?

- Нет, его зовут Сережа. Сергей Сергеевич получается.

- Какой Сергей Сергеевич – Саша, о чем ты, объясни толком?!

- Объясняю – у Сергея есть сын, ему года четыре и он точная копия вот этого пацана на фотографии. Знаешь, я, когда увидел.… С таким же мальчиком я в садике играл!

- У Сережки сын? У нашего Сережки? А мать кто? – наконец опомнилась Ольга.

- … Лена Свиридова.

- Лена???! Господи! Как он мог? Как он мог?

- Не знаю, как они смогли, но пацан получился отличный – факт!

- Значит Сергей сейчас с ними?

- Не совсем: Лена не хотела, чтоб он узнал, а когда он все-таки увидел, забрала мальчика, попросила уехать и забыть о его существовании. В общем, я оставил его на улице, возле их ворот? Сергей хотел побыть один, и я его понимаю.

- Поехали! - Ольга вылетела из комнаты, Санька догнал ее уже на лестнице, она и слушать ничего не хотела – ее брат где-то на улице один…

Взвизгнув тормозами и подняв клубы пыли, машина резко остановилась у голубых ворот: Сергей, улыбаясь, поднялся на встречу Оле, но та в фартуке, в комнатных тапочках, подлетела к нему и стала бить кулаками по груди, по плечам, куда могла дотянуться.

- Как ты мог, Сережа, как ты мог? Почему все эти годы ты молчал?

- Оленька не все можно рассказать, даже самым близким. Послушай, может, ты подождешь немного, пока я сам…

- Нет уж! – не дала договорить ему Ольга, - Ты можешь сидеть до «второго пришествия», а я должна увидеть племянника.

Она решительно направилась к калитке, если бы та была заперта изнутри, Оля легко перемахнула бы через забор. Сергей только покачал головой.

- Лену не обижай - она твоя единственная сноха.…А ты ничего не хочешь мне сказать? – он повернулся к другу, тот засмеялся.

- Теперь я буду верить всем цыганкам!

- Всем не надо – некоторым. Женюсь я, Саня!

- А я против что ли, – давно пора! – они засмеялись, обняв друг друга за плечи.

- Но ты так уверенно говоришь за вас двоих?

- Я видел ее глаза, – она любит меня, а мне ни кто кроме нее не нужен.

Во дворе заливался пес Тобик, но Оля не видела и не слышала его: она вошла в дом, ее встретила тетя Валя.

- Мне надо увидеть Лену! - та чуть отступила, пропуская ее.

Лена держала сына на руках, была настроена не менее решительно, но, увидев обалдевшую от удивления Ольгу, расхохоталась, уткнувшись лицом в плечо Сережки: на Олю он был похож даже больше, чем на Сергея – губки припухлые, ямочки на щеках, а глаза у всех троих были одинаковые. Чувствительная Оля, только и смогла прошептать, - Ой, мамочка! – подошла к ним, обхватила руками и разрыдалась. Ленка плакала, пряча слезы от Сережи, в соседней комнате плакала тетя Валя, отец Лены, Александр Петрович, громко, напряженно сопел и только Сережа хотел прежде выяснить – зачем плакать?

- Мама, почему она плачет? – повторял он, готовый тоже разреветься.

- А ну хватит мокроту разводить, чего похороны устроили!? – не выдержал Александр Петрович. - Не буду! – сквозь слезы улыбалась Оля, Деточка, это я от радости плачу, что с тобой встретилась – я ведь по тебе соскучилась, я твоя тетя – знаешь? Сережа отрицательно закачал головой и посмотрел на маму: Лена молча ему улыбалась. Ольга подхватила Сережку на руки: - Знаешь, солнышко – у тебя есть еще бабушка с дедушкой, еще три тети и много братьев и сестер, а там, на улице твой папа! Ах, Лена, Лена! - укоризненно закачала она головой. - Ленка не могла с ней спорить и обижаться. Оля сама была похоже на обиженного ребенка. Понемногу успокаиваясь, она засыпала Лену вопросами, ее интересовало все – как Сережа родился, кто им помогал, что они едят каждый день. Наконец она опомнилась, - Лена, я позову Сережу – он ждет?!

- Нет! – голос Лены стал сухим и жестким, - извини Оля, но я не хочу видеть Сергея. Знаешь, я отпущу Сережку с тобой, пусть они познакомятся, раз уж так получилось, но потом ты его и привезешь – решай!

Оля только горестно покачала головой. Она несла Сережку и чувствовала, как руки его все крепче сжимают ее шею от волнения. Все происходило как в немом кино. Он взял сына на руки. Они молча обнялись. Оба беззвучно плакали. Оля и Санька отошли в сторону, пряча друг от друга лица. Сережа вел себя по взрослому – сдержанно: кто знал, что творилось в его маленькой душе, может, он все еще не мог поверить, что у него тоже ест папа, да еще такой – большой, сильный и красивый! Сергей заговорил первым. – Давай я тебе на ушко скажу – сынок, а ты мне скажешь – папа! – мальчик кивнул головой.

- Ты мой сынок! – четко, медленно проговорил Сергей прямо в ухо!

- А ты мой папа! – так же четко сказал Сережа, и они рассмеялись.

Сергей целовал сына и вдруг подумал, - вот за кого я готов умереть…

Подошли Оля с Санькой.

- Давай знакомиться, герой, меня зовут дядя Саша! – как взрослому протянул он руку Сереже.

- А Лена? – Сергей посмотрел на Олю.

- Она не хочет. Сказала, если ты зайдешь, она заберет Сережу и уедет.

Сергей засмеялся, передавая сына Саше.

- Но без мамы, нам никак нельзя – правда, сынок? - тот кивнул, - тогда ты побудь с тетей Олей и дядей Сашей, а я поговорю с твоей мамой. Да – снова кивнул Сережа.

- Сергей, может, ты не будешь спешить? - с тревогой сказала Оля, но тот уже был во дворе.

Тобик заливался изо всех сил, не понимая, почему на него не обращают никакого внимания. Родители Лены были во дворе. – Где она? – спросил Сергей, Александр Петрович молча кивнул головой в сторону дома. Комнату за комнатой проходил он, пока в последней, полутемной спальне не увидел Лену, лежащую на кровати, лицом к стене, накрывшей голову подушкой. Плечи ее вздрагивали. В один миг он очутился рядом с ней, сгреб ее в охапку, вместе с подушкой и прижал к себе. От неожиданности Лена вскрикнула, подушка упала на пол, а ее голова оказалась на груди у Сергея. Они оба замерли, боясь шевельнуться – какая-то волна напряжения прижимала их друг к другу, у Лены перехватило дыхание, она хватала ртом воздух и в то же время слышала, как громко стучит сердце Сергея, оно словно рвалось наружу. Едва оцепенение прошло, Ленка попыталась, освободится, но объятия Сергея были крепки.

- Лена! – заговорил он, не давая ей опомниться, - Лена, пожалуйста, выслушай! Прости меня, пожалуйста, Леночка! Я последний дурак, я идиот, но ради сына – прости! Мы с тобой давно не виделись, ничего не знаем, друг о друге, но я хочу тебя попросить – давай побудем вместе - хоть немного, несколько дней, просто рядом: без всяких обязательств и объяснений. Давай заключим договор, это нужно нашему сыну. Послушай Лена – у него была мама, не было папы, появился папа, но без мамы. Почему у него должно быть так – когда у нас есть возможность побыть вместе, хотя бы две недели…

- Одну.

- Что?

- Одну неделю – отпусти меня! – Лена встала, поправила волосы, - через неделю нам уезжать, отпуск кончается. У меня есть дополнение к договору – руками меня не трогать, о чувствах не говорить.

- А губами можно? Мне так хочется дотронуться до тебя губами!

- Сергей, я серьезно!..

- Все! Все, Леночка – извини! Нельзя так нельзя, я же просто уточняю.

- Скажи, а Светка согласится с тем, что ты целую неделю будешь здесь пропадать. Кстати – у вас чудесные дети, ты собираешься их знакомить с Сережей? Пожалуйста, обдумай все - я не хочу, чтоб мой сын страдал!

Сергей смотрел на нее внимательно, потом лицо его начало расплываться в улыбке. Ленка не понимала, она ему о серьезных вещах - а он!

- Дети чудесные, Лена, но они не мои, - наконец, заговорил Сергей, видя, что Лена, вот-вот обидится, - а со Светой мы встретились вчера утром, она живет в одном доме с Олей. А я служил Леночка, во флоте – четыре года без женского тепла, без ласки, а ты не позволяешь даже дружеский поцелуй – разве это справедливо? – Он стал приближаться к ней, но Ленка выскользнула в другую комнату, всеми силами стараясь скрыть радость от услышанного.

- Идем на улицу! – позвала она и, не дожидаясь его, вышла.

И Оля с Сережей на руках, и Саша уже сидели во дворе, за деревянным столом, на котором россыпью лежали крупные яблоки, с красно-румяными боками – гордость Александра Петровича.

- Слава богу, дети мои! – поднялась она, - Теперь я могу спокойно ехать, не хочется вас оставлять, но у меня полный дом народу, скоро соберутся гости. Так что Лена, пока оставайтесь, а вечером ко мне - Саша за вами заедет. А завтра я заберу на весь день Сережу – надо же нам познакомиться и подружиться, – Она не дала Ленке рта открыть. Поцеловала Сережу, ее, ее родителей и уехала.

Александр Петрович позвал жену в дом. За столом остались сидеть два Сергея рядом и Лена, с другой стороны: некоторое время они молча переглядывались.

- Я вам не мешаю? – улыбнулась Лена, - может мне тоже уйти?

- Нет! – хором ответили оба, - все трое засмеялись, и напряжение прошло, завязалась шутливая беседа, в основном между двумя Сергеями, состоящая из вопросов и ответов – когда тетя Валя, позвала к чаю, это уже были два друга – большой нес маленького на руках, а тот обнимал его крепкую шею.

Вечер наступил неожиданно быстро. Приехал Саша, сияющий, нарядный и сразу стал торопить, - Лена ты, почему еще не готова – Оля ждет, гости собрались – давайте быстрее, ребятки!

Сергей молчал: он видел, что Лена совсем не хочет никуда ехать – пусть решает сама: не захочет, не поедем – думал он.

- Подождите, я быстро!

Сережу Александр Петрович брать с собой не разрешил, взял его на руки и унес в сад, что-то тихо ему объясняя. Ленки не было минут пятнадцать: то что эффект будет сногсшибательным она не сомневалась – она только так и выглядела на вечеринках. Они с подругами так развлекались, иногда устраивая себе праздники: искали самые красивые и дорогие ткани, сами придумывали модели, шили у самых лучших модельеров: по несколько часов в день проводили в тренажерных залах – когда, наконец, снимали свои любимые брюки, джинсы и перевоплощались. И если собирались в ресторане – мужчинам их компании завидовали все остальные.

Домой Лена взяла самое скромное, как ей казалось платье, но результат даже для нее был неожиданным – оба, и Сергей и Санька устаивались на нее молча: вместо девчонки, в халатике, с хвостиком на затылке, перед ними стояла экранная дива…

- Ну, ты, Ленка, - хамелеон, - восхищенно смотрел на нее Санька, - то была своя в доску, а теперь! Сударыня, вы хотите всех наших мужиков к своим ногам штабелями уложить?

- Нет, не хочу, - засмеялась Лена и посмотрела на Сергея, - мне переодеться?

- Нет, что ты! – Сергей шагнул к ней, поднял руки и тут же их опустил, не решившись даже прикоснуться.

Шум долго не утихал, Оля все не могла усадить гостей за стол – всем хотелось лично поздороваться с Леной и Сергеем, узнать, где они пропадали так долго, чем занимаются, похвастать своими успехами. Светлана, конечно, была здесь: она использовала весь свой «боевой» запас, чтобы достойно встретить соперницу, но все же до Ленкиного столичного лоска ей было далеко, она так и осталась в тени – королевой вечера была Ленка. Да и вся вечеринка больше походила на свадебное застолье: Сергей не сводил глаз с Ленки, все тосты поднимались за них, все шутки обращены к ним. Время перевалило за полночь, а веселье было в самом разгаре – хитрая Оля, чтобы не было жалоб на шум, приглашала к себе в гости всех соседей и, в конце концов, этот дом стал отличаться во всем микрорайоне дружными соседями и веселыми застольями.

Единственно грустная в этот вечер была только Светка: обида сжигала ее, было невыносимо смотреть на счастливую парочку, но она не уходила – не в ее характере так просто сдаваться. Место возле Сергея принадлежало ей, и сердце его принадлежало только ей, она это знала наверняка, и ждала момента, чтобы высказать все в лицо этой самозванке.

Была уже глубокая ночь, когда разгоряченная танцами, уставшая Лена, вышла припудрить носик. Она вошла в ванную, оставив дверь полуоткрытой. Тут же, следом за ней туда влетела Светка, резко закрыла дверь и задвинула щеколду. Над раковиной висело зеркало, и Ленка не оборачиваясь, наблюдала за происходящим. Лицо Светки оказалось очень близко от нее и Лена внимательно, с явным любопытством рассматривала ее. Ее нисколько не смутила ситуация, скорее даже насмешливая улыбка заиграла на губах: она спокойно мыла руки, понимая, что одним движением локтя в этот пухленький животик, заставит Светку корчиться у своих ног.

- Улыбаешься? – Светка кипела от злости, - Думаешь, он твой? Как бы не так! Он меня любит, и ты это знаешь. Если бы ты видела, как он обрадовался вчера, увидев меня, как смотрел на меня весь вечер, ты бы так не сияла. Тогда воспользовалась ситуацией и теперь, с помощью сына собираешься удержать его возле себя. А знаешь, что Сережа сказал, увидев его: - Я должен теперь быть с ними, - Да, так и сказал – я должен. И ты знаешь Сережу – он благородный добрый и конечно уже собирается жениться на тебе. Но я не смирюсь с этим, Слышишь – я буду бороться за наше с ним счастье. И то, что у тебя от него ребенок, еще ничего не значит…

Ленка домыла руки, вытерла их и обернулась:

- Если ты так хорошо знаешь Сергея, зачем променяла его на этого придурка Витюшу? Как я поняла, вчера у тебя был шанс, и ты его упустила, но причем здесь я? Может, ты думаешь, что я приведу его к тебе и соединю ваши руки – я похожа на идиотку? Не знаю, что будет даже завтра, но сегодня он мой, и ты это прекрасно понимаешь. Кстати – ты используешь очень много косметики, Сережа этого никогда не любил – ты забыла?

Лена улыбнулась и спокойно вышла, радуясь, что Светка не подняла крик и не затеяла драку. Но едва дверь закрылась, ее улыбка растаяла: обманывать можно кого угодно, но не себя.

- «А ведь она права, - мрачнея, думала Ленка, - Если я его люблю так же сильно, ведь он тоже может. Да не может – он любит ее: они приехали ко мне сегодня вместе. Значит – все правда! Господи, я купилась на эти взгляды, улыбки, а это просто игра: благородный добрый Сережа решил осчастливить нас любой ценой, а потом будет путать наши имена».

Ленка вздрогнула, ей стало плохо, а Сергей, такой же веселый и нежный ждал ее в прихожей.

- Отвези меня домой, пожалуйста, я устала! – подошла к нему Лена.

«Светка» понял Сергей, взглянув в ее потухшие глаза, и улыбнулся, - Домой, так домой. Лоб его чуть нахмурился, брови дрогнули: Ленке было знакомо это – так он делал, когда надо было принять быстрое решение: особенно, когда играл в шахматы или шашки – казалось, он играет не думая, моментально делая ответные ходы, но выиграть у него никто не мог…

Лена готовилась отмести любое предложение – только домой, но он просто сказал, все так же невинно улыбаясь, - Давай на кухню зайдем, с Олей попрощаемся… - Она молча кивнула и направилась в кухню.

Там полным ходом кипела работа: три Олины подруги справлялись с немытой посудой, рядом с ними уже высились пирамиды сияющих чистотой тарелок.

- Что, девчата – устали наверно, с ног валитесь? – Сергей вошел следом за Леной.

- Ничего, Сереженька, завтра отоспимся, зато какой вечер замечательный получился – правда?!

- Правда, вечер чудесный! – Сергей окинул комнату взглядом,- а что, Лен, давай поможем немного, а потом и домой?

- Конечно, - пожала плечами Ленка.

- Что ты – не надо, не надо! – замахала руками Оля, но Сергей уже снимал фартук с одной из женщин, отдал его Ленке.

- А мы будем с вами посуду носить, идем Оля!

Лена встала к мойке, ополаскивать уже вымытую в пене посуду. Понемногу она стала успокаиваться: собственно ничего и не произошло, Сергей соблюдал уговор, обниматься не лез, был обходительным, а что восхищенных глаз с нее не сводил, так не он один, многие на нее сегодня так смотрели.

Она даже не заметила, что женщины стали исчезать – сначала позвали одну, по какому-то делу, а потом и последняя помощница отправилась узнать – куда все подевались, и сама пропала. Музыка гремела, посуды осталось немного, Лена не спеша мыла задумавшись.

Вместо Олиных подруг на кухне появился Сергей с фартуком в руке: он улыбнулся Ленке, ловко повязал фартук, встал рядом с ней, теперь она мыла тарелки в пене и ложила их под струю воды: Сергей старался брать посуду прямо из ее рук. Они не разговаривали и не смотрели друг на друга, только на руки: в какой-то момент им обоим показалось, что их руки существуют отдельно от них – Ленкины маленькие розовые, пугливо опускали тарелки под струю, а руки Сергея как два коршуна поджидали их. Они не спешили, всякий раз приближаясь, все ближе к розовым птахам. Оба улыбались, увлекшись игрой. И вдруг Сергей просто взял ее руки в свои. Ленка вздрогнула.

Неожиданно-резко громкая музыка в комнате оборвалась, наступила гнетущая тишина - только вода в кране шумела. Сначала Лена не могла сообразить – что не так, А потом испуганно посмотрела на Сергея.

- Почему так тихо, где все?

- Ушли. Мы с тобой одни и можем спокойно поговорить.

- Как ушли? Ты что, всех выгнал?

- Нет, пригласил их всех на свадьбу и попрощался за нас обоих.

- Какую свадьбу?

Брови Сергея снова дрогнули.

- Нет, Лена, давай не будем спешить со свадьбой я еще не готов!

- Сергей, если будешь играть со мной, как кошка с мышкой – я обижусь.

- Прости! Давай перейдем в комнату и поговорим серьезно!

В комнате была чистота идеальная: дверь на балкон открыта, свежий ночной ветерок чуть шевелил легкие шторы, на журнальном столике стояла ваза с фруктами, два фужера и нераспечатанная бутылка вина, на краю столика открытая коробка конфет…

Ленка только покачала головой и молча села на диван, Сергей сел рядом.

- Лена, что тебе сказала Света, что тебя так расстроило?

- Почему ты решил, что мы разговаривали?

- Леночка! – Сергей смотрел на нее укоризненно, как на маленькую врушу.

- Она сказала правду. Правду, которую даже ты от себя пытаешься скрыть.

- Ты думаешь, я ее люблю?

Ленка промолчала. Сергей откинулся на спинку дивана, потер руками лицо.

- Да-а, - заговорил он, немного помолчав, - веселой свадьбы с друзьями в Березовке не будет. Завтра к вечеру здесь соберутся все мои сестрички… Родители прилететь должны.… Так и уедут, бедные, несолоно хлебавши.… Ну а самое печальное – молодая цветущая жизнь – под откос. Буду сидеть под вашей дверью, месяц за месяцем, год за годом. Сережа будет прятать котлеты, и подкармливать меня, я стану обросшим, грязным бомжом. Ты запретишь ему ко мне приходить, я с горя сопьюсь, начну воровать, и, пропаду в тюряге или под колесами машины, – какая жестокая судьба.… А ведь все так красиво начиналось. Двое молодых, красивых, умных, обточенных жизнью снова встретились – они рады друг другу, любят друг друга. Им бы сказать – спасибо, судьбе, свадьбу сыграть, да жить в радости, детишек рожать – в год по штуке…

Ленка вдруг вспомнила сына: когда она собиралась его наказать, он такое придумывал… что она, в конце концов, начинала хохотать. Теперь она поняла, откуда у него это. Как ни старалась она скрыть улыбку, но все же засмеялась. Они, улыбаясь, смотрели друг на друга, Сергей молчал.

- Но ведь все просто, Сережа!.. Тебе надо поменять имя невесты и твое счастье станет возможным.

- Нет! – он покачал головой, - Имя и есть ключ к счастью. Четыре буквы – это код, зашифрованный в космосе. Я тебя люблю!

Он взял Ленкину руку и стал ее целовать: вдруг голос его стал хриплым.

- Лена, ты помнишь ту ночь? Со мной тогда что-то случилось – это нельзя передать словами, я не смогу объяснить. Знаю только, что ни с кем у меня так не было…

- Сережа! – Ленка вся горела, – не могу больше! Я же люблю тебя! Что ты делаешь?!

Она не договорила, его губы жадно искали ответа, он подхватил ее как пушинку: голова ее закружилась, комната закружилась… или это была уже не комната. Поцелуи жгли, плечи ощутили холод простыней, и все…

Разве слова могут противостоять любви!?