ВЕСЕЛАЯ ЦИРЮЛЬНЯ.
Стрижка волос в жизни «хомо сапиенса эректус», т.е. человека разумного прямоходящего играет такую же существенную роль, как скажем утренний завтрак или вечерний променад для улучшения пищеварения. Ну, а, если говорить серьезно, то кому приятно созерцать копну лохматых, грязных и осыпающихся белой пыльцой волос на голове своего ближнего.
Это, как ни странно, больше касается представителей сильного пола, нежели «томных, изящных и хитрых подруг» вечных страдальцев мужчин, находящихся в вечном поиске « философского камня», движимые импульсом любопытства» по принципу» ты меня уважаешь?»
«Что-то куда-то далеко унесло в сложности психологического анализа мужского самобичевания. Надо, немедленно, возвращаться обратно к спокойному релиз-анализу каждого отдельного мужика или взятого в куче ему подобных.
Но, что это, все про мужчин. Наверное, сила привычки, или реальный факт биологической и физиологической принадлежности к классу мужчин подвида приматов.
Однако стрижка волос и у женщин - есть один из необходимых атрибутов повседневной жизни. Женщины тоже обожают быть красивыми, с хорошей укладкой волос на голове и облитыми духами» Кармен», ну, чаще всего, в отдаленных от мозговых центров горных или таежных поселках, где парикмахер – главнее полицейского.
В городах и поселках городского типа, однако же, барышни и дамы разнобойных возрастов более современны, и от них так исходит французскими парфюмерными запахами, что прямо таки, даже и неприлично.
Вот почему, их мужские партнеры и уходят, не выдержав заморских запахов, в дальние, морские запои. Не выдерживают сердешные «удушающего амбре» и созерцания модной укладки и завитков на головах своих спутниц жизни. Но, что поделаешь, красивой быть – не запретишь! Словом стричься – надо, и чем регулярнее, тем чище будет воздух окружающей среды. А сохранность чистоты проживания в местах массового скопления «хомо сапиенс эректус» есть гарантия сохранения нормальной демографической обстановки, даже в самых глухих местах горно-таежной, магаданско-сахалинской отдаленности.
Люди стригутся с древнейших времен. Точную дату первой стрижки – установить, наверное, сложно или просто уже невозможно. Хотя, существует всякая хронология человеческой активности, продиктованная жизненной необходимостью. И, наверняка, где-нибудь, в укромном городке, скромно стареет музей парикмахерского искусства от неандертальца и кроманьонца до наших времен, когда эта бытовая услуга - достигла вершин совершенства и виртуозности в тесном контакте с денежно-товарными отношениями.
Справка для сравнения: классическая прическа неандертальца - длинные прямые волосы (о чистоте речь не идет, по уважительным причинам). Очень удобно было в период дождей и холодов. Такие длинные волосы до плеч, защищали затылок, темя и шею от простуды. ( К сожалению, от удара дубины или каменного топора не спасали).
Рядом кроманьонец- это уже хомо сапиенс эректус. Красавец, слов нет. Стыдлив, штаны надел, (в отличие от панка-неандертальца, ну тому простительно, портные появились значительно позднее).
Довольно-таки симпатичная, причесанная голова. Стрижка каменным, заостренным ножом очевидна, хотя может быть, уже тогда древний цирюльник орудовал и бронзовым каменным лезвием.
Длина его волос - умеренная длинная, достойная такого красавца. ( Нет никакой уверенности, что современная красотка, не смогла бы отказать такому молодцу).
А вот и наши ребята на подхвате:
Сравнение удивительное, а в прочем, зачем современному карьеристу длинные патлы? В дождь его спасают зонт и крыша салона автомобиля, зимой он прячет плешь под меховой бейсболкой. ( Русские меховые шапки, давно канули в лету, равно как и экзотические турецкие фески.)
Однако, когда к нам, приезжают фанаты иностранных команд играть с нашими футболистами, то на свои головы, независимо от времени года, они надевают, купленные за доллары на уличных развалах, специально для них, меховые или военно-цигейковые русские шапки и выглядят на пленэре, как красочные шуты гороховые среди нормальных болельщиков с обнаженными головами.
Прически у современных мужиков резко отличаются от стиля и фасонов стрижек наших далеких предков. Видно, что меньшее количество волос обуславливается многими факторами. В первых, нет необходимости, как было уже сказано, подставлять башку под воздействие природных осадков, далее экономия денег на мытье головы, там разные шампуни, мази, мыло и т.д. Крохоборство - вечно как сама мать природа!
И последнее, пожалуй, самое противное и обидное, перестали расти волосы на головах мужчин. Современные парикмахеры облегченно вздохнули, работы меньше, пыли от волос нет, подметать пол не надо, а стоимость скольжения ножницами по темени и стрекотание электрического моторчика машинки для стрижки волос увеличиваются с каждый посещением парикмахерских в геометрической прогрессии, в зависимости от диких плясок инфляции. Так, что меньше волос снимай, или чуть больше, цена
стрижки одинаковая!
Вот такие вот дела!
Но, это все касательно мужиков. Женщины пусть сами пишут про свои стрижки, фасоны, моды, бигуди и лосьоны.
Первоначально, конечно же, первыми парикмахерами или цирюльниками на земле, были, мужчины.
Ну, кто же в древности, как не они, махали каменными топорами и заостренными пиками.
У древних женщин были совершенно другие не менее важные, заботы - это рождение детей, кормление, «воспитание», приготовление пищи из мяса мамонта, тушу которого завалили косматые мужчины и, еле, донесли до пещеры.
Дел по « хозяйству» у древних женщин было много. Им было некогда заниматься красотой тела. Это потом, когда преступные корни ядовитого дерева эмансипации и равноправия полов стали буйно разрастаться в обществе как опасные симптомы нестабильности и бунтарства, женщины отобрали у мужчин их многие прямые виды деятельности, включая и парикмахерское искусство.
А стричься приходится, и это уже необходимость, а не прихоть!
Стриглись всегда, и все, и мужчины, и женщины, и малые дети тоже.
Стригись везде, и по всей нашей тогда, необъятной стране. Во всех пятнадцати республиках СССР.
И сейчас, все чаше, всплывают из бурных волн, грустной, ностальгической памяти картины далеких стрижек в столице пятнадцатой республики страны Советов, когда лет то было мало и детство далекое, так мучительно болезненно вспоминается, как безвозвратно ушедшее в прошлое время беззаботности и счастья под родительским оком.
Состав населения 15 -ой республики был разнообразен и многонационален, что придавало ей неповторимый эффект и невообразимый кайф от совместного проживания людей разных «пород».
А парикмахеры в столице этой жаркой и теплой республики были такими же, как все, в разных уголках Советского Союза.
Парикмахер - это особая порода людей. Парикмахеры характеризуются откровенным нахальством, граничащим с развязно-фамильярной манерой поведения. Редко, когда можно было бы увидеть молчаливого парикмахера. Все они, поголовно отличаются болтливостью, веселостью, разговорчивостью. Темы болтовни обширные - от политики, футбола, до «глубоких», «философских рассуждений о смысле жизни». И все это под монотонное стрекотание ручных машинок для стрижки волос или же под ласковый шумок электрических ножниц.
Быстро, ловко и вот уже готово- Следующий…
Почти все парикмахеры, уверенные в себе люди, денежные и самоуверенные, еще бы, бабки ляжку жгут. И, следовательно, они, как социальный класс, не вымрут никогда. Если только вместе со всеми в момент апокалипсиса на земном шаре.
Парикмахерская в тридцатом микрорайоне в столице 15-той республики, притаилась в прогале между трехэтажными хрущевками, втиснувшись одноэтажным зданием дома бытового обслуживания, где достойно и по праву, занимала две большие комнаты, выходящие окнами во двор.
В первой комнате – относительно, небольшой и, которая служила как бы приемной, где вдоль стены стояли, сцепленные между собой стулья с откидными сиденьями для клиентов, ожидающих своей очереди, всегда было полно народа, страждущего «облысеть» без последствий для здоровья. Носить пышные шевелюры было невыгодно с точки зрения того же здоровья, ибо всегда в микрорайоне было тепло, а иногда, в летний период, невыносимо жарко. Щеголять по улицам с заросшей волосами головой в сорокаградусное пекло было небезопасно - можно было бы получить двойной тепловой удар, а этого никто естественно из жителей микрорайона не желал. Поэтому, тропа в парикмахерскую, зажатую между домами, всегда была вытоптана и утрамбована ногами многих жителей микрорайона.
Как было уже упомянуто выше, микрорайон города не отставал от программы межнационального, межконфессионального, совместного, мирного проживания жителей, равно как и во всех остальных районах теплого и солнечного города.
Штат популярной парикмахерской был давно укомплектован профессионалами «высокого класса» в лице трех мастеров мужской стрижки.
Где были чисто дамские салоны, выскочило из памяти, как вчерашний перегар, и вспомнить, с бодуна, места дамских парикмахерских, сейчас, по истечении страшного временного провала, не представляется возможным. Конечно же, они, где-то, и имелись.
Двое мастеров срезки волос с мужских голов были, как сейчас оскорбительно называют гомофобы, лицами кавказской национальности, т. е. молодой и симпатичный армянин Бахадур и, пожилой, грузный и толстый дядя Азали - типичный азербайджанец.
Оба представителя – один христианин, другой правоверный мусульманин мирно сосуществовали в родной для них парикмахерской и были друзьями не по ведомости по зарплате, а на самом деле, как нормальные, трезвомыслящие, люди- горожане и мирные соседи.
Все то, что происходит сейчас, спустя почти полвека, просто отвратительный кошмар умопомрачения. Словно люди перепились паленым алкоголем религиозного фанатизма и мракобесия.
А если еще и представить на сцене третьего мастера стрижки - тоже виртуоза-профессионала, то такое содружество, сейчас даже и представить невозможно, настолько жизнь в Советском Союзе отличалась от современных реалий.
Так вот, третий мастер - была женщина, Здесь был классический пример захвата слабым полом древней профессии цирюльника!
Но назвать третьего мастера слабым полом язык не поворачивается.
Она была еврейкой по происхождению и грубиянкой по призванию. К сожалению, ветер «столетий» напрочь выветрил ее настоящее имя, которое ей записали в ЗАГСЕ при ее появлении на свет. Поэтому, будем называть мастера по кличке, которую она носила и которой ее, наверное, с детства окрестили окружающие ее люди.
Конечно, обзываться, смеяться и глумиться над физическими недостатками человека - отвратительно и постыдно, но мастер стрижки волос огрызалась и защищалась такими недозволенными приемами и злобно и беспощадно, что, поневоле, даже самый добропорядочный житель в городе, не мог отказать себе в удовольствии, назвать ее Няф Няфкой.
И почему так? А потому что у несчастной женщины было врожденное уродство - волчья пасть, или, как обозвать правильно с точки зрения ЛОР врача, волчье нёбо, что естественно, повлекло за собой жуткую гнусавость и змеиную сипелявость при разговоре.
Отвратительно и подло было так обзывать человека. Вряд ли она сама того желала, иметь такую волчью пасть. И, вообще, по какому это, такому праву генетическая пьянка выкинула такой перекодированный фокус? За что ее Бог наказал так? А?
Ну, невозможно писать без лирических отступлений.
Няф Няфка с малых лет отличалась воинственностью, на грани психопатических приступов ярости и бешенства, когда ее «обижали».
А попробуй завоевать славу и уважение в обществе с такой гнусавостью? И она обрушивалась на обидчиков с дикой яростью, прибегая к неандертальским приемам рукоприкладства.
Связываться с ней со временем стало делом опасным. Можно было бы, потом вместе с ней посещать социальные учреждения помощи инвалидам.
Нфя Няфка - называю ее, только по привычке, как и все, испытывая чувство внутреннего стыда, обучилась на парикмахера и, сколько ее помнят, стригла в разных районах города головы мужчинам и мальчишкам.
В конце концов, она приземлилась в парикмахерской в тридцатом микрорайоне города.
Она виртуозно владела искусством расчески и машинки для стрижки волос. Почему-то она больше любила ручные машинки. Боялась электричества что ли?
Стрекот ее машинки обыденным звуком раздавался по парикмахерской и на пол скатывались комья состриженных локонов.
Работала Няф Няфка быстро, но не совсем качественно, со временем, видимо, рутина ее работы надоедала ей.
Она могла у пацана оставить за ушком длинный шаловливый клок беленьких волос, или пройтись комбайном по дынной голове местного национала, злобно и немилосердно срезая с волосами остатки родовых шишек и бугорков.
На дикий вопль несчастного, реагировала спокойно, как патологоанатом в общественном морге и сипя со свистом- Ну фо ну фо ( ну что. Ну что) Бафка у фетя тафая - (Башка у тебя такая) Фысе ыфвки фобрал фозел! Все шишки собрал козел.
Национал шумел, вскакивал с кресла, бегал по комнате, а Няф Няфка равнодушно поливала его поврежденную деформированную голову едким одеколоном «Гелиотропом» из резинового обтянутого сеточкой пульверизатора для дезинфекции и не хотела, видимо, все же судебных разбирательств.
И, приговаривала при этом, поливая голову как грядку с морковкой из лейки в огороде на своем гнусавом прононсе через обе ноздри с выстрелами соплей и слюны - Пофел отсюдофа баклан- Скидка пять копеек- Следующий!
Описывать состояние ее коллег не было смысла.
И армянин Бахадур и почтенный азербайджанец дядя Азалии буквально, задыхались от хохота. И как только у них не падали ножницы на засыпанный волосами пол?
Описывать парикмахершу- злодейку в полном ракурсе ее «красоты», наверное, уже можно вызвать скуку у читателя?
Но, вот такая она была легендарная Няф Няфка!
И что любопытно, каждый божий день, словно на работу, к ней, регулярно, приползала ее подруга - старая, беззубая карга Софья Марковна, которая удачно жила рядом с парикмахерской.
- Я увот - басила щербатым ртом старая еврейка (Упаси Бог, если у вас уважаемые читатели, возникнет сомнение в моей толерантности!) Клянусь, я ко всем людям относился и отношусь с уважением и пониманием, но старуха Марковна была еврейкой, не мог же, я вспомнить о ней как о зулуске!
_На бааазаре- я била- пела Марковна кастрированным соловушкой- Куучку(курочку_ покупила, значит. Попочка жирная, сок течееет- старуха смаковала свою покупку.
Прононс у бабки был еще тот. Смесь еврейской манеры выражаться плюс местные обороты речи.
- И щооо - гнусавила Няф Няфка - ловко орудуя ножницами и расческой как граблями на пашне – Сууп свааарила?
-Та ни- сморщилась Марковна - Куучку оставила на, до завтра. Рибу тоже прикупила!
Видать, карга собиралась приготовить фирменный форшмак!
-Кака риба- гнусово пропела парикмахерша- вертя головой несчастного клиента, который, видимо не знал о мастерстве мужского цирюльника ничего и терпел страдания до конца за один рубель 20 копеек.
( Вот были цены на стрижку, сейчас у виска повертят, скажут, врет!)
Парикмахер Бахадур и дядя Азали никак не могли выгнать старуху Марковну, чтобы не мешала, но связываться с Няф Няфкой не хотели, можно было бы серьезно физически пострадать.
Часто, от бешеных словесных аргументаций, она переходила и, решительно, к боевым действиям. Вот так вот и бывает, обзываетесь всю жизнь, можете получить в морду флаконом одеколона Кармен.
Каждый защищается, как умеет и, как ему подсказывает сиюминутная ситуация.
Марковна отвоевала свое право на ежедневное присутствие в общественной парикмахерской.
***
Стоял жаркий, изнуряющий летний день на стыке июля и начала августа. Жара, пот градом по спине. Трусы мокрые и противные (виноваты только высокие температуры, но, ни естественное недержание).
Марковна вползла в комнату со стороны «приемной» как визитирующий профессор.
- Усеем значица, общий прифееет - фамильярно прокартавила старуха, сгибаясь тяжестью авоськи, набитой кууучкой и рибой! Уф - тяжело перевела дух - Жарррко. Стала отмахиваться платочком не первой свежести.
- Ааааа - Эта фы?- прогнусавила Няф Няфка, попивая зеленый чаек, спасаясь от жары и духоты - Фы прафа (Ты – права, Маррркофна). Душшшшшнфато!
Под потолком скрипел длинными лопастями потолочный вентилятор (кондиционеров тогда еще не было), но облегчения не создавал, только гонял спертый и жаркий воздух.
Мастера были заняты клиентами, которые отлично знали парикмахершу и пропускали очередь, чтобы не попасть к ней.
Парикмахерша была в своем традиционном белом халате, который шел ей как к корове седло. Каким бы белым не был бы халат, от Няф Няфки за километр отдавало нахальством и развязностью, скорее пьяной доярки, нежели приятностью работника бытового обслуживания.
В дверях стригальни на порог выскочил мальчишка лет тринадцати, беленький, с круглой головой. Такие белобрысые ребята бегали по всему городу. Дети военнослужащих. Армии тогда в городе стояло много.
Пацан растерянно стоял и моргал белыми ресницами. Малый давно не подстригался и сильно зарос. Родители послали его в парикмахерскую.
Ня Нфяка заметила смущенного парнишку ( Надо отметить, что к детям она относилась хорошо, и с некоторой любовью, своих имела!)
- Ну, фо фам. фастыл – (что там застыл?) – Фадись ко фме в крэсло - прогнусавила она - Бистро, малец.
Белобрысый пацан кинулся к ней. Она усадила мальчика в кресло и мигом закутала по самый нос белой простыней. Один только этот самый его нос и торчал.
Парикмахер Бахадур вел занимательную беседу о политической обстановке « в городе» со своим постоянным клиентом и не отвлекался по пустякам. Дядя Азали дремал, свободный, сидя в кресле клиентов. Возраст все же!
- Кааак будишь стричься - пропела ласково Няф Няфка, вращая круглую голову пацана по оси от шеи.
Пацан, робко пропищал, что-то относительно стрижки под польку.
Няф Няфка, не обращая внимания на закутанного почти с головой пацана, решительно схватила ручную машинку для стрижки- А инннжир - там появился - жутким прононсом выдала она-
- Не виииделла - в унисон отпела старуха Марковна - располагаясь у раскрытого окна, несмотря на то, что вертелся вентилятор, как у себя на кухне.
Няф Няфка сделала свирепое лицо. Лоб у неё сморщился и она, косясь на авоську с тушкой курочки, пропахала машинкой аккурат поперек головы пацана, сделав чудесную широкомасштабную борозду в копне его пышный волос.
Комбайнер-стахановец позавидовал бы такому распаханному полю.
Пацан вытаращил глаза: Тетенька - завопил мальчик - Что вы сделали? Я же просил под польку.
- ААА - очнулась парикмахерша и стала рассматривать голову мальчишки в большом зеркале впереди - Фто, Фто - не нравится?
Пацан вдруг заплакал - Меня мама будет ругать-
- Нууу нуну - насупилась Няф Няфка - фто ты плачееешь - прогнусавила она - Ну забыла я - Не плааач - растянула она - Фто ты мафелький фто фи - Что ты маленький что ли. Никогда не был в парикмахерской?
Пацан уже отчаянно рыдал. Слезки капали на белый саван, в который она закрутила мальчишку.
Старуха Марковна заступилась за подругу - Ты малчик - Сам виновааат-Видишь, тетя занята! Говорить надо било.
Бахадур и его клиент прыснули от смеха. Дядя Азали открыл один глаз, ничего не понял и закрыл его снова.
- Не плааач, малчик- Няф Няфка стала успокаивать плачущего пацана - Сейчас так фарко на уфеце- Сейчас так жарко на улице. Зачем тефе полка ( Зачем тебе полька? Дафай я тефя на лысину сделаю - Прохладнее же будет, дуфак!
Пацан вытер слезы, а Няф Няфка тем временем ловко обрила беднягу под командира Котовского - Ну фот, крафота - она залюбовалась своей ювелирной работой и причмокнула от восторга - Иди, я кончила. Не надо денег- Пофел отсюда, клиенты ждут!
Она бесцеремонно выкинула несчастного лысого пацана из своего «прокрустова кресла»- Ифе - Еще мать спасибо мне скафет - скажет - Пфел отсюда-
Пацан, всхлипывая, шмыгая носом, удалился, ему повезло, обрился наголо бесплатно.
Старуха Марковна всплеснула худенькими ручками, покрытыми от плеча до ладоней старческими пигментными пятнами- Какая у тееебя - трррруддная абота? Бееедная ты моооя. Аки пчелка суетливая.
- Да, М ааарковна – картавила Няф Няфка- Клиенты такие капррризные! Не угодишь! Ты фо гофоооив – Так ты говоришь, кууурррочччка жирная била?
- Ооочччень - пропела базарная дама Софья Марковна.
После пострадавшего пацана, клиентов у парикмахерши было. Но скучать ей не приходилось, благо старуха Марковна уходить домой, не спешила.
После обеда стало еще жарче, и вентилятор крутился бестолку, духота не давала покоя.
Но к Бахадуру и даже к дяде Азали, все же, забегали постоянные клиенты, и они работали не покладая рук, и болтовня Няф Няфки и старухи Марковны им не мешала.
- Фы форшмак фем зафиваеф - Ты форшмак, чем заливаеешь -? поинтересовалась Няф Няфка.
Старуха Марковна обливаясь, кислым потом, раскрыла рот, чтобы ответить, но не успела.
На пороге комнаты для стрижки как джин из бутылки старика Хоттабыча, возникла рослая, грузная, тяжелая фигура мужика.
Едва взглянув на него, стало ясно, что это Дагестан пришел.
Здесь надо сделать небольшую ремарку. Выше неоднократно говорилось о том, что город был многонациональным и естественно, не был обделен представителями горских народов Кавказа. Особенно много было лакцев и лезгин. Они проживала в своей «резервации» за железной дорогой ближе к хлебному элеватору по дороге в аэропорт! Проживали скученно, замкнутой общиной, ни с кем в дружбу особенно не входили, но своей природной агрессивности не проявляли. Мирно жили как сектанты, но пользовались всеми благами общества на равных правах. К ним очень часто приезжали погостить родственники и дружки с их исторической родины. Посмотреть, как живется соплеменникам, не обижают ли их «на чужбине», да и проверить, не изменяют ли они суровым законам и традициям гордых сынов Кавказа.
Всякое бывает. Девиц и женщин в городе много, и разных, и белых и черных и красивых, до черта. Вот и наведывались ревизоры горские, вроде бы погостить, а заодно и присмотреть за своей молодежью, да и за зрелыми коблами тоже.
Ну, что поделаешь такие вот они. И не надо им мешать. Пускай живут по своим законам. Но, только у себя.
Ну, должны они жениться и продолжать свой род только со своими девушками и женщинами, ну и ради Бога, пускай. Но, только у себя!
Как вопил наш майор на военной кафедре, когда сам упал, в изнеможении, на пыльную траву холмов во время полевых занятий - Вот хотел сделать привал, хотел, глаза мучительно желали выпить холодного пивка - Вот хотел - широко раскрывал рот от дикой усталости - Но шо, вы тут мне студенты-курсанты - подсказываете о привале - Вот не сделаю теперь.
Так и вот не могу не сделать лирических отступлений.
Вся беда всех европейских либералов, включая и русских тоже в том, что все они со своим «мультикультуризмом» и толерантностью, что в принципе правильно и полезно, ни черта не смыслят в тонкостях Востока, как говорил товарищ Сухов- Это дело тонкое.
Ну, хотят они молиться пять раз в день. Ради бога, пускай молятся. Но, только у себя!
Ну, любят они носить ножи и кинжалы и пускать кровь своим кровным врагам. Пускай пускают, Но, только у себя.
Обожали они черные Волги, а через полвека стали смаковать Мерседесы, Бьюики, Форды там, всякие - Ради бога, Пускай. Ну, любят гонять на бешеных скоростях. Пускай гоняют. Но, только у себя, по горным дорогам и кручам.
Не надо запрещать людям жить, так как они хотят. Это приводит к плохим последствиям
А какая это, наверное, фантастически потрясающая картина, когда с обрыва на огромной скорости летит вниз в пропасть тачка стоимостью в несколько лимонов баксов, а из нее, валятся, как горох из банки, абреки, золотые украшения, чемоданы с драгоценностями, пакеты с наркотиками. Действительно красиво!
Глупое лирическое отступление.
Но, появившийся на пороге комнаты для стрижки мужик, лезгин – ревизор с Кавказа своих соплеменников, проживающих в нашем городе, был бы слишком мелким и блеклым без выше отмеченного лирического отступления.
- Адада - раздался грозный рык- Стул свобадная да?
«Дагестан» был одет так, как и все залетные горские ревизоры. Традиционная полувоенная гимнастерка с длинными рукавами ( плеват на жара. Ми, мужчина крепкий). Черные, начищенные до блеска, ваксой, хромовые сапоги ( земля топтать удобно). На медвежьей голове серая парусиновая фуражка с широким выдающимся козырьком, строгий, почти свирепый взгляд черных сверкающих глаз и усы огромные, торчащие, устрашающие в обе стороны надутых, сытых щек.
Ну, нравятся таким ребятам сталинский прикид - пускай, носят, даже и у нас, несмотря на сильную жару. Нельзя осуждать людей и хихикать над их слабостями. Да и потом с лезгинами шутить надо осторожно, они очень не любят этого.
- Чего замолчал?- лезгин окинул суровым взглядом горца, цирюльню.
Какой черт или его кузен шайтан, принес его сюда, не знал никто. По всей вероятно, суровый кавказец, заблудился среди арыков и перепутал элеватор с парикмахерской.
- Я сказал, чей стул свободная!- Побриться хочу - прорычал абрек, на вид которому можно было дать и возраст почтенного уже аксакала.
На его беду, а может это была судьба, свободным мастером оказалась, как и всегда, шаловливый виртуоз парикмахерского искусства, несравненная Няф Няфка.
Парикмахер Бахадур удивленно обернулся, на рычание новоявленного клиента и испуганно уткнулся носом в голову, сидящего в его кресле соседа, которого он уже почти закончил подстригать.
Дядя Азали - зевнул, скрипнул суставами и ушел в туалет.
Няф Няфка совсем не испугалась грозного « башибузука».
- Саааадись - гнусавым прононсом пропела Няф Няфка и широким жестом толерантности, пригласила грозного лезгина сесть к ней в кресло.
- Чееегоо, там засучил сапохами, Натопчешь на полу - Давай бистрей- фамильярно фыркнула он - Свободная я!
Лезгин вздрогнул, весь выпрямился, напрягся, желваки под бородой заиграли (такого обращения он не любил), рванул сталинскую кепку с косматого темени, ловко закинул на крючок вешалки, бросил на пол холщевый мешок со своим барахлом у стены и, сильно топая сапогами, плюхнулся в кресло
Парикмахер Бахадур сделался серьезным и искоса поглядывал через плечо на лезгина. Даже его сосед плешивый Хачик замолчал и перестал тихо жаловаться по поводу неисправности своей газовой колонки в доме.
В комнате слышен был только надрывный, левитановский монолог старухи Марковны - - -Так вооот я, и гаривю - картавила Марковна, отмахиваясь платочком. Жарко было в парикмахерской.
Дядя Азали надолго застрял в сортире. Жарко, конечно, а у старика хронический дисбактериоз, и, вобще, он не в ладах с поносом.
Няф Няфка, не желая попусту тратить время, поводила широкими как у моржа ноздрями в сторону авоськи старухи Марковны, (курочка благоухала, согреваясь на жаре) Давно ей пора было бы быть в холодильнике, да старуха Марковна еще не до конца высказалась).
В миг лезгин укутался белой простыней с серыми разводами (Что поделаешь, белье общественное, а стирка дорогая).
Интересно, кто первым придумал обворачивать мантией стригущегося? Не неандерталец- это точно. Те ребята были немного нечистоплотными: искупался в реке с древними крокодилами, остался жив и вперед на охоту за мамонтом, когда же ему бедного, тратить время на мазание подмышек! Значить опять мы - кроманьонцы. Вот так всегда, во всем виноваты кроманьонцы. Т.е, мы!
-Маааковна - прокаркала Няф Няфка, закутав лезгина в белый кокон как бабочку шелкопряда- А кааакак? ( А как) насчет пааатесонов - уникально пропела она - виртуозно хватая лезгина за огромный, орлиный нос.
Лезгин ошалел и даже взревел, от такого хамства - Хай Харр - Хрууу.
- Чиво, Чива- закричала на него Няф Няфка- А как я тебе мофду мылом намааафуу- она разозлилась на неспокойного клиента - Сиди тыхо!-
Лезгин и зарычать то по настоящему не успел, как она, бешено мешая большим помазком в стеклянной банке с мылом и глицерином, резко выхватила помело и, мигом обмазала лезгина по самые суровые черные брови адской смесью мыла и еще черте, чего.
Лезгин окаменел и уставился в свой гримерный образ в большом зеркале перед креслом.
Он видел белого пингвина с надутыми мыльными щеками и торчащим устрашающе огромным клювом-носом.
-Ара да ты тыт - аккуратней, женщина - взревел оскорбленный лезгин - Что ти за мой нос как за швабру хватаешь, ада!
Конечно рабочий день длинный и утомительный, да еще не до конца все Марковна рассказала, как там било на ринке, и мастер устал все же.
- Сиди, лишенец – осадила Няф Няфка лезгина - Чего ти хочешь?- гнусавый прононс сильно бил лезгину по мохнатым ушам-.
Пабрится - ара - заорал дико лезгин, завернутый в простыню.
- Ну, так и скафы - нахально заявила Нфя Няфка – Стричья не будишь?
Нэт, Нэт – лезгин бешено зашевелился под белой мантией - Толко брить!
Няф Няфка отошла от лезгина, схватила опасную бритву, левой рукой вытянула прикрепленный в столешнице перед зеркалом, широкий кожаный, солдатский ремень и Вжик Жик, Жик Вжик - стала точить бритву о ремень.
Лезгин опасливо скосился на бритву.
- Так фто вот, Мааковна - взревела Няф Няфка на притихшую старуху, которая забыла, о чем говорила только что - Кууурочка била жирная? А попочка пышная? Без потрошкооов? –она схватила лезгина за орлиный нос, дернула вверх и молниеносно махнула смертоносным лезвием опасной бритвы, словно врач-садист доктор Гильон, поверх намыленной, надутой щеки лезгина- Ррраз, и нет ваших!
Лезгин взлетел вместе со своим задом кверху в кресле, презирая опасную бритву.
- Ты, Фо. Што- дико выпучив белесые глазки - заорала Няф Няфка- очумел фто ли? Ишак - жестоко обозвала она нетерпеливого абрека - Зарэфу же, плидулок! Зарежу же придурок!
Лезгин рванул с потной шеи простыню-саван. Злобно отшвырнул ее на засыпанный волосами грязный пол парикмахерской.
- Твар, Мраз- визгливо, позорно заорал он - яростно сметая обильную мыльную пену с левой щеки- Что ти сделал, женщина?
Фто, Фто - напустилась на него Няф Няфка - Сумафедший ти?
Лезгин с ужасом смотрел в большое зеркало. С правой стороны его мужественной щеки выпирал в сторону прекрасный кавказский, пышный и роскошный как горная река Терек, ус! А вот с левой. О, ужас!- Лезгин видел в пыльном зеркале что-то наподобие обрубленного собачьего хвоста. Жалкая карикатура на мужские усы.
- Срезал, твар – истерично заорал, в бешенстве лезгин-ревизор и затопал, зашумел сталинскими сапогами по полу, как рассерженный Карабас - Барабас- Убььью- тебя- он замахнулся на мастера громадными пудовыми мохнатыми кулаками- Уси испортил твар!
- Чего фто, разорался - не испугалась его грозного вида Няф Няфка, - Какие уси испортила? Так и било, когда припелся!- ( Когда приперся)
Парикмахер Бахадур издал поросячий визг и повалился на своего клиента плешивого Хачика, сделав ему непроизвольно лишний пробор у затылка- Хи хаха га – истерично захохотал он.
Дядя Азали все еще изучал унитаз в уборной.
-Уси – орал лезгин, размазывая по своей морде пыльную пену - Сволош. Двадцать лет отращивал, паразитка, такой!
Он вдруг забегал по комнате, как ошпаренный козел и схватил со столешницы два стеклянных флакона с одеколоном Кармен и Шипр и швырнул их в стенку. Пузырьки разбились вдребезги. Стенка намокла, и большое пятно стекалось на плинтус, В парикмахерской сразу едко запахло дешевым спиртом.
- А ти, фто, тут фулиганешь - напустилась на него Няф Няфка - Милиция!. Позову сечас! Имуфество спортил! ( Имущество испортил).
Старуха Марковна очнулась от старческого маразма и кинулась на помощь подруге- - Бессовестный ви, такой мужчина - Она як пчелка тута пашет, запахи немытых волос вдыхает. Здоровье свое губит!
-Пшвыллла- Пышшшшть отсюдова, старый твар- гигнул на храбрую старуху,
потрясенный и смертельно оскорбленный лезгин - Ти- он развернулся на Няф Няфку – Убью Тибя!
Но не на ту напал! Откуда было гостю нашего города знать, с кем он связался?
Няф Няфка – в приступе «неандертальской» злобы размахалась раскрытой опасной бритвой - Поррррежффууу - прогнусавила она - Раррразбаойник Пофел отфюдафа, пока в ментофскую не забрали. Кифку вырефуууу - (Кишку вырежу)
Ну, достойная дочь царя Ирода!
Парикмахер Бахадур, завизжал поросенком и выскочил в приемную, упал там на кресла.
Его постоянный клиент плешивый Хачик спокойно сидел в кресле и мысли его были все вокруг его неисправной газовой колонки.
Дядя Азали все еще отсутствовал, и мучился на унитазе.
-Ти, ти – рычал и метался по цирюльне лезгин и все время, хватался за пояс, но кинжала там у него не было.
А потом, кто его с таким ханчалом (кинжалом) в самолет над Каспием пустил бы- Вопрос!
-Пофёл отфюда! хаам-( Пошел отсюда, хам!) - напирала на него Няф Няфка - Ни стыда, ни софести. Софсем вефти фебя в обфестфе не умеет! (Совсем вести себя в обществе не умеет!)
Плати за одеколон фуфлик (суслик). Пять рублей пара, цена! Фидили такиф ( Видели таких! Ифдифениц - Иждивенец!
Лезгин бегал по цирюльне и свирепо, тер мыло на вздутой щеке.
Один его грозный ус свирепо ощетинивался местью, другой кастрированный и мирный, просто помахивал обрубком, как бы говоря: Да хватит вам, ребята - ну пустяки все это. Давайте жить дружно. Толерантность, терпимость и мультикультуризм! А все остальное ерунда! Яйца выеденного не стоит!
Лезгин, рыча как барс, с измазанным мылом лицом, подхватил свой холщевый мешок, сиротливо валяющийся на грязном полу цирюльни. Рванул с вешалки сталинскую фуражку, обрушив часть штукатурки, пнул на развороте, сапогом кресло, которое отлетело в сторону, чуть не убив храбрую старуху Марковну, и выскочил из комнаты в приемную.
-Да пофол фы отфуда, мудило (да пошел ты отсюда)- попрощалась с ним Няф Няфка - Крохобор - Зафунь (засунь) себе эти два одеколона в мофнатую задницу. Ату его ребята - она засунула два пальца в рот и оглушительно на всю цирюльню засвистела- Беги, кофёл обзефлый ( беги козел, облезный )., пока ментов не крикнула. Пофидиф у ниф ф обефъянике. Ума нафедефся! Посидишь у них в обезьяннике, ума наберешься!).
Скафы спасибо Мааковне, не хотела я ее расстраивать, сердефную - Ффффить Фииить – свистела она вслед бегущему по улице, с дикими воплями и безумными глазами, лезгину- Приди ефе, я тебе и фторую мофалку (мочалку) срежу….
Парикмахер Бахадур стонал на креслах и его мучили спазмы в желудке.
Его постоянный клиент плешивый Хачик с одинокой кучкой волос и лишним пробором на затылке, ничего не поняв, ушел из кресла и спокойно сказал своему страдающему на стульях другу- Парик шер- ( по-армянски- До свидания), и ушел домой.
Дверь в уборную отворилась и, оттуда вышел счастливый дядя Азали- Ара, что за шум был пока я….
Искусство парикмахера уходит своими корнями в глубокую древность, когда одному неандертальцу, надоело охотиться на мамонтов и бегать с дубиной за враждебными племенами, он решил вдруг, в результате эволюционного толчка, внимательно осмотреться вокруг себя. И когда он понял, что он дикарь, ему стало вдруг так стыдно, что он взял в руку острый каменный топор и отрубил своему плененному врагу, сильно косматому и заросшему как лесное чудовище, голову и потом аккуратно вырезал на срезанной голове классный ирокез, и положил тем самым начало эры парикмахерского искусства. Потом уже, через тысячелетия, современные гомо сапиенс эректус, прямые потомки уже кроманьонцев, довели это искусство до совершенной виртуозности.
Подстригаться и бриться надо. Так требует гигиена общественной жизни.
Но, всегда, при этом, надо помнить о том, что не всякая бритва или машинка для стрижки волос, может принести вам эстетическое удовольствие от такой, казалось, бы, обыденной процедуры.
Грэгори Триггер. 21. 09. 2012.
ВЕСЕЛАЯ ЦИРЮЛЬНЯ.
Стрижка волос в жизни «хомо сапиенса эректус», т.е. человека разумного прямоходящего играет такую же существенную роль, как скажем утренний завтрак или вечерний променад для улучшения пищеварения. Ну, а, если говорить серьезно, то кому приятно созерцать копну лохматых, грязных и осыпающихся белой пыльцой волос на голове своего ближнего.
Это, как ни странно, больше касается представителей сильного пола, нежели «томных, изящных и хитрых подруг» вечных страдальцев мужчин, находящихся в вечном поиске « философского камня», движимые импульсом любопытства» по принципу» ты меня уважаешь?»
«Что-то куда-то далеко унесло в сложности психологического анализа мужского самобичевания. Надо, немедленно, возвращаться обратно к спокойному релиз-анализу каждого отдельного мужика или взятого в куче ему подобных.
Но, что это, все про мужчин. Наверное, сила привычки, или реальный факт биологической и физиологической принадлежности к классу мужчин подвида приматов.
Однако стрижка волос и у женщин - есть один из необходимых атрибутов повседневной жизни. Женщины тоже обожают быть красивыми, с хорошей укладкой волос на голове и облитыми духами» Кармен», ну, чаще всего, в отдаленных от мозговых центров горных или таежных поселках, где парикмахер – главнее полицейского.
В городах и поселках городского типа, однако же, барышни и дамы разнобойных возрастов более современны, и от них так исходит французскими парфюмерными запахами, что прямо таки, даже и неприлично.
Вот почему, их мужские партнеры и уходят, не выдержав заморских запахов, в дальние, морские запои. Не выдерживают сердешные «удушающего амбре» и созерцания модной укладки и завитков на головах своих спутниц жизни. Но, что поделаешь, красивой быть – не запретишь! Словом стричься – надо, и чем регулярнее, тем чище будет воздух окружающей среды. А сохранность чистоты проживания в местах массового скопления «хомо сапиенс эректус» есть гарантия сохранения нормальной демографической обстановки, даже в самых глухих местах горно-таежной, магаданско-сахалинской отдаленности.
Люди стригутся с древнейших времен. Точную дату первой стрижки – установить, наверное, сложно или просто уже невозможно. Хотя, существует всякая хронология человеческой активности, продиктованная жизненной необходимостью. И, наверняка, где-нибудь, в укромном городке, скромно стареет музей парикмахерского искусства от неандертальца и кроманьонца до наших времен, когда эта бытовая услуга - достигла вершин совершенства и виртуозности в тесном контакте с денежно-товарными отношениями.
Справка для сравнения: классическая прическа неандертальца - длинные прямые волосы (о чистоте речь не идет, по уважительным причинам). Очень удобно было в период дождей и холодов. Такие длинные волосы до плеч, защищали затылок, темя и шею от простуды. ( К сожалению, от удара дубины или каменного топора не спасали).
Рядом кроманьонец- это уже хомо сапиенс эректус. Красавец, слов нет. Стыдлив, штаны надел, (в отличие от панка-неандертальца, ну тому простительно, портные появились значительно позднее).
Довольно-таки симпатичная, причесанная голова. Стрижка каменным, заостренным ножом очевидна, хотя может быть, уже тогда древний цирюльник орудовал и бронзовым каменным лезвием.
Длина его волос - умеренная длинная, достойная такого красавца. ( Нет никакой уверенности, что современная красотка, не смогла бы отказать такому молодцу).
А вот и наши ребята на подхвате:
Сравнение удивительное, а в прочем, зачем современному карьеристу длинные патлы? В дождь его спасают зонт и крыша салона автомобиля, зимой он прячет плешь под меховой бейсболкой. ( Русские меховые шапки, давно канули в лету, равно как и экзотические турецкие фески.)
Однако, когда к нам, приезжают фанаты иностранных команд играть с нашими футболистами, то на свои головы, независимо от времени года, они надевают, купленные за доллары на уличных развалах, специально для них, меховые или военно-цигейковые русские шапки и выглядят на пленэре, как красочные шуты гороховые среди нормальных болельщиков с обнаженными головами.
Прически у современных мужиков резко отличаются от стиля и фасонов стрижек наших далеких предков. Видно, что меньшее количество волос обуславливается многими факторами. В первых, нет необходимости, как было уже сказано, подставлять башку под воздействие природных осадков, далее экономия денег на мытье головы, там разные шампуни, мази, мыло и т.д. Крохоборство - вечно как сама мать природа!
И последнее, пожалуй, самое противное и обидное, перестали расти волосы на головах мужчин. Современные парикмахеры облегченно вздохнули, работы меньше, пыли от волос нет, подметать пол не надо, а стоимость скольжения ножницами по темени и стрекотание электрического моторчика машинки для стрижки волос увеличиваются с каждый посещением парикмахерских в геометрической прогрессии, в зависимости от диких плясок инфляции. Так, что меньше волос снимай, или чуть больше, цена
стрижки одинаковая!
Вот такие вот дела!
Но, это все касательно мужиков. Женщины пусть сами пишут про свои стрижки, фасоны, моды, бигуди и лосьоны.
Первоначально, конечно же, первыми парикмахерами или цирюльниками на земле, были, мужчины.
Ну, кто же в древности, как не они, махали каменными топорами и заостренными пиками.
У древних женщин были совершенно другие не менее важные, заботы - это рождение детей, кормление, «воспитание», приготовление пищи из мяса мамонта, тушу которого завалили косматые мужчины и, еле, донесли до пещеры.
Дел по « хозяйству» у древних женщин было много. Им было некогда заниматься красотой тела. Это потом, когда преступные корни ядовитого дерева эмансипации и равноправия полов стали буйно разрастаться в обществе как опасные симптомы нестабильности и бунтарства, женщины отобрали у мужчин их многие прямые виды деятельности, включая и парикмахерское искусство.
А стричься приходится, и это уже необходимость, а не прихоть!
Стриглись всегда, и все, и мужчины, и женщины, и малые дети тоже.
Стригись везде, и по всей нашей тогда, необъятной стране. Во всех пятнадцати республиках СССР.
И сейчас, все чаше, всплывают из бурных волн, грустной, ностальгической памяти картины далеких стрижек в столице пятнадцатой республики страны Советов, когда лет то было мало и детство далекое, так мучительно болезненно вспоминается, как безвозвратно ушедшее в прошлое время беззаботности и счастья под родительским оком.
Состав населения 15 -ой республики был разнообразен и многонационален, что придавало ей неповторимый эффект и невообразимый кайф от совместного проживания людей разных «пород».
А парикмахеры в столице этой жаркой и теплой республики были такими же, как все, в разных уголках Советского Союза.
Парикмахер - это особая порода людей. Парикмахеры характеризуются откровенным нахальством, граничащим с развязно-фамильярной манерой поведения. Редко, когда можно было бы увидеть молчаливого парикмахера. Все они, поголовно отличаются болтливостью, веселостью, разговорчивостью. Темы болтовни обширные - от политики, футбола, до «глубоких», «философских рассуждений о смысле жизни». И все это под монотонное стрекотание ручных машинок для стрижки волос или же под ласковый шумок электрических ножниц.
Быстро, ловко и вот уже готово- Следующий…
Почти все парикмахеры, уверенные в себе люди, денежные и самоуверенные, еще бы, бабки ляжку жгут. И, следовательно, они, как социальный класс, не вымрут никогда. Если только вместе со всеми в момент апокалипсиса на земном шаре.
Парикмахерская в тридцатом микрорайоне в столице 15-той республики, притаилась в прогале между трехэтажными хрущевками, втиснувшись одноэтажным зданием дома бытового обслуживания, где достойно и по праву, занимала две большие комнаты, выходящие окнами во двор.
В первой комнате – относительно, небольшой и, которая служила как бы приемной, где вдоль стены стояли, сцепленные между собой стулья с откидными сиденьями для клиентов, ожидающих своей очереди, всегда было полно народа, страждущего «облысеть» без последствий для здоровья. Носить пышные шевелюры было невыгодно с точки зрения того же здоровья, ибо всегда в микрорайоне было тепло, а иногда, в летний период, невыносимо жарко. Щеголять по улицам с заросшей волосами головой в сорокаградусное пекло было небезопасно - можно было бы получить двойной тепловой удар, а этого никто естественно из жителей микрорайона не желал. Поэтому, тропа в парикмахерскую, зажатую между домами, всегда была вытоптана и утрамбована ногами многих жителей микрорайона.
Как было уже упомянуто выше, микрорайон города не отставал от программы межнационального, межконфессионального, совместного, мирного проживания жителей, равно как и во всех остальных районах теплого и солнечного города.
Штат популярной парикмахерской был давно укомплектован профессионалами «высокого класса» в лице трех мастеров мужской стрижки.
Где были чисто дамские салоны, выскочило из памяти, как вчерашний перегар, и вспомнить, с бодуна, места дамских парикмахерских, сейчас, по истечении страшного временного провала, не представляется возможным. Конечно же, они, где-то, и имелись.
Двое мастеров срезки волос с мужских голов были, как сейчас оскорбительно называют гомофобы, лицами кавказской национальности, т. е. молодой и симпатичный армянин Бахадур и, пожилой, грузный и толстый дядя Азали - типичный азербайджанец.
Оба представителя – один христианин, другой правоверный мусульманин мирно сосуществовали в родной для них парикмахерской и были друзьями не по ведомости по зарплате, а на самом деле, как нормальные, трезвомыслящие, люди- горожане и мирные соседи.
Все то, что происходит сейчас, спустя почти полвека, просто отвратительный кошмар умопомрачения. Словно люди перепились паленым алкоголем религиозного фанатизма и мракобесия.
А если еще и представить на сцене третьего мастера стрижки - тоже виртуоза-профессионала, то такое содружество, сейчас даже и представить невозможно, настолько жизнь в Советском Союзе отличалась от современных реалий.
Так вот, третий мастер - была женщина, Здесь был классический пример захвата слабым полом древней профессии цирюльника!
Но назвать третьего мастера слабым полом язык не поворачивается.
Она была еврейкой по происхождению и грубиянкой по призванию. К сожалению, ветер «столетий» напрочь выветрил ее настоящее имя, которое ей записали в ЗАГСЕ при ее появлении на свет. Поэтому, будем называть мастера по кличке, которую она носила и которой ее, наверное, с детства окрестили окружающие ее люди.
Конечно, обзываться, смеяться и глумиться над физическими недостатками человека - отвратительно и постыдно, но мастер стрижки волос огрызалась и защищалась такими недозволенными приемами и злобно и беспощадно, что, поневоле, даже самый добропорядочный житель в городе, не мог отказать себе в удовольствии, назвать ее Няф Няфкой.
И почему так? А потому что у несчастной женщины было врожденное уродство - волчья пасть, или, как обозвать правильно с точки зрения ЛОР врача, волчье нёбо, что естественно, повлекло за собой жуткую гнусавость и змеиную сипелявость при разговоре.
Отвратительно и подло было так обзывать человека. Вряд ли она сама того желала, иметь такую волчью пасть. И, вообще, по какому это, такому праву генетическая пьянка выкинула такой перекодированный фокус? За что ее Бог наказал так? А?
Ну, невозможно писать без лирических отступлений.
Няф Няфка с малых лет отличалась воинственностью, на грани психопатических приступов ярости и бешенства, когда ее «обижали».
А попробуй завоевать славу и уважение в обществе с такой гнусавостью? И она обрушивалась на обидчиков с дикой яростью, прибегая к неандертальским приемам рукоприкладства.
Связываться с ней со временем стало делом опасным. Можно было бы, потом вместе с ней посещать социальные учреждения помощи инвалидам.
Нфя Няфка - называю ее, только по привычке, как и все, испытывая чувство внутреннего стыда, обучилась на парикмахера и, сколько ее помнят, стригла в разных районах города головы мужчинам и мальчишкам.
В конце концов, она приземлилась в парикмахерской в тридцатом микрорайоне города.
Она виртуозно владела искусством расчески и машинки для стрижки волос. Почему-то она больше любила ручные машинки. Боялась электричества что ли?
Стрекот ее машинки обыденным звуком раздавался по парикмахерской и на пол скатывались комья состриженных локонов.
Работала Няф Няфка быстро, но не совсем качественно, со временем, видимо, рутина ее работы надоедала ей.
Она могла у пацана оставить за ушком длинный шаловливый клок беленьких волос, или пройтись комбайном по дынной голове местного национала, злобно и немилосердно срезая с волосами остатки родовых шишек и бугорков.
На дикий вопль несчастного, реагировала спокойно, как патологоанатом в общественном морге и сипя со свистом- Ну фо ну фо ( ну что. Ну что) Бафка у фетя тафая - (Башка у тебя такая) Фысе ыфвки фобрал фозел! Все шишки собрал козел.
Национал шумел, вскакивал с кресла, бегал по комнате, а Няф Няфка равнодушно поливала его поврежденную деформированную голову едким одеколоном «Гелиотропом» из резинового обтянутого сеточкой пульверизатора для дезинфекции и не хотела, видимо, все же судебных разбирательств.
И, приговаривала при этом, поливая голову как грядку с морковкой из лейки в огороде на своем гнусавом прононсе через обе ноздри с выстрелами соплей и слюны - Пофел отсюдофа баклан- Скидка пять копеек- Следующий!
Описывать состояние ее коллег не было смысла.
И армянин Бахадур и почтенный азербайджанец дядя Азалии буквально, задыхались от хохота. И как только у них не падали ножницы на засыпанный волосами пол?
Описывать парикмахершу- злодейку в полном ракурсе ее «красоты», наверное, уже можно вызвать скуку у читателя?
Но, вот такая она была легендарная Няф Няфка!
И что любопытно, каждый божий день, словно на работу, к ней, регулярно, приползала ее подруга - старая, беззубая карга Софья Марковна, которая удачно жила рядом с парикмахерской.
- Я увот - басила щербатым ртом старая еврейка (Упаси Бог, если у вас уважаемые читатели, возникнет сомнение в моей толерантности!) Клянусь, я ко всем людям относился и отношусь с уважением и пониманием, но старуха Марковна была еврейкой, не мог же, я вспомнить о ней как о зулуске!
_На бааазаре- я била- пела Марковна кастрированным соловушкой- Куучку(курочку_ покупила, значит. Попочка жирная, сок течееет- старуха смаковала свою покупку.
Прононс у бабки был еще тот. Смесь еврейской манеры выражаться плюс местные обороты речи.
- И щооо - гнусавила Няф Няфка - ловко орудуя ножницами и расческой как граблями на пашне – Сууп свааарила?
-Та ни- сморщилась Марковна - Куучку оставила на, до завтра. Рибу тоже прикупила!
Видать, карга собиралась приготовить фирменный форшмак!
-Кака риба- гнусово пропела парикмахерша- вертя головой несчастного клиента, который, видимо не знал о мастерстве мужского цирюльника ничего и терпел страдания до конца за один рубель 20 копеек.
( Вот были цены на стрижку, сейчас у виска повертят, скажут, врет!)
Парикмахер Бахадур и дядя Азали никак не могли выгнать старуху Марковну, чтобы не мешала, но связываться с Няф Няфкой не хотели, можно было бы серьезно физически пострадать.
Часто, от бешеных словесных аргументаций, она переходила и, решительно, к боевым действиям. Вот так вот и бывает, обзываетесь всю жизнь, можете получить в морду флаконом одеколона Кармен.
Каждый защищается, как умеет и, как ему подсказывает сиюминутная ситуация.
Марковна отвоевала свое право на ежедневное присутствие в общественной парикмахерской.
***
Стоял жаркий, изнуряющий летний день на стыке июля и начала августа. Жара, пот градом по спине. Трусы мокрые и противные (виноваты только высокие температуры, но, ни естественное недержание).
Марковна вползла в комнату со стороны «приемной» как визитирующий профессор.
- Усеем значица, общий прифееет - фамильярно прокартавила старуха, сгибаясь тяжестью авоськи, набитой кууучкой и рибой! Уф - тяжело перевела дух - Жарррко. Стала отмахиваться платочком не первой свежести.
- Ааааа - Эта фы?- прогнусавила Няф Няфка, попивая зеленый чаек, спасаясь от жары и духоты - Фы прафа (Ты – права, Маррркофна). Душшшшшнфато!
Под потолком скрипел длинными лопастями потолочный вентилятор (кондиционеров тогда еще не было), но облегчения не создавал, только гонял спертый и жаркий воздух.
Мастера были заняты клиентами, которые отлично знали парикмахершу и пропускали очередь, чтобы не попасть к ней.
Парикмахерша была в своем традиционном белом халате, который шел ей как к корове седло. Каким бы белым не был бы халат, от Няф Няфки за километр отдавало нахальством и развязностью, скорее пьяной доярки, нежели приятностью работника бытового обслуживания.
В дверях стригальни на порог выскочил мальчишка лет тринадцати, беленький, с круглой головой. Такие белобрысые ребята бегали по всему городу. Дети военнослужащих. Армии тогда в городе стояло много.
Пацан растерянно стоял и моргал белыми ресницами. Малый давно не подстригался и сильно зарос. Родители послали его в парикмахерскую.
Ня Нфяка заметила смущенного парнишку ( Надо отметить, что к детям она относилась хорошо, и с некоторой любовью, своих имела!)
- Ну, фо фам. фастыл – (что там застыл?) – Фадись ко фме в крэсло - прогнусавила она - Бистро, малец.
Белобрысый пацан кинулся к ней. Она усадила мальчика в кресло и мигом закутала по самый нос белой простыней. Один только этот самый его нос и торчал.
Парикмахер Бахадур вел занимательную беседу о политической обстановке « в городе» со своим постоянным клиентом и не отвлекался по пустякам. Дядя Азали дремал, свободный, сидя в кресле клиентов. Возраст все же!
- Кааак будишь стричься - пропела ласково Няф Няфка, вращая круглую голову пацана по оси от шеи.
Пацан, робко пропищал, что-то относительно стрижки под польку.
Няф Няфка, не обращая внимания на закутанного почти с головой пацана, решительно схватила ручную машинку для стрижки- А инннжир - там появился - жутким прононсом выдала она-
- Не виииделла - в унисон отпела старуха Марковна - располагаясь у раскрытого окна, несмотря на то, что вертелся вентилятор, как у себя на кухне.
Няф Няфка сделала свирепое лицо. Лоб у неё сморщился и она, косясь на авоську с тушкой курочки, пропахала машинкой аккурат поперек головы пацана, сделав чудесную широкомасштабную борозду в копне его пышный волос.
Комбайнер-стахановец позавидовал бы такому распаханному полю.
Пацан вытаращил глаза: Тетенька - завопил мальчик - Что вы сделали? Я же просил под польку.
- ААА - очнулась парикмахерша и стала рассматривать голову мальчишки в большом зеркале впереди - Фто, Фто - не нравится?
Пацан вдруг заплакал - Меня мама будет ругать-
- Нууу нуну - насупилась Няф Няфка - фто ты плачееешь - прогнусавила она - Ну забыла я - Не плааач - растянула она - Фто ты мафелький фто фи - Что ты маленький что ли. Никогда не был в парикмахерской?
Пацан уже отчаянно рыдал. Слезки капали на белый саван, в который она закрутила мальчишку.
Старуха Марковна заступилась за подругу - Ты малчик - Сам виновааат-Видишь, тетя занята! Говорить надо било.
Бахадур и его клиент прыснули от смеха. Дядя Азали открыл один глаз, ничего не понял и закрыл его снова.
- Не плааач, малчик- Няф Няфка стала успокаивать плачущего пацана - Сейчас так фарко на уфеце- Сейчас так жарко на улице. Зачем тефе полка ( Зачем тебе полька? Дафай я тефя на лысину сделаю - Прохладнее же будет, дуфак!
Пацан вытер слезы, а Няф Няфка тем временем ловко обрила беднягу под командира Котовского - Ну фот, крафота - она залюбовалась своей ювелирной работой и причмокнула от восторга - Иди, я кончила. Не надо денег- Пофел отсюда, клиенты ждут!
Она бесцеремонно выкинула несчастного лысого пацана из своего «прокрустова кресла»- Ифе - Еще мать спасибо мне скафет - скажет - Пфел отсюда-
Пацан, всхлипывая, шмыгая носом, удалился, ему повезло, обрился наголо бесплатно.
Старуха Марковна всплеснула худенькими ручками, покрытыми от плеча до ладоней старческими пигментными пятнами- Какая у тееебя - трррруддная абота? Бееедная ты моооя. Аки пчелка суетливая.
- Да, М ааарковна – картавила Няф Няфка- Клиенты такие капррризные! Не угодишь! Ты фо гофоооив – Так ты говоришь, кууурррочччка жирная била?
- Ооочччень - пропела базарная дама Софья Марковна.
После пострадавшего пацана, клиентов у парикмахерши было. Но скучать ей не приходилось, благо старуха Марковна уходить домой, не спешила.
После обеда стало еще жарче, и вентилятор крутился бестолку, духота не давала покоя.
Но к Бахадуру и даже к дяде Азали, все же, забегали постоянные клиенты, и они работали не покладая рук, и болтовня Няф Няфки и старухи Марковны им не мешала.
- Фы форшмак фем зафиваеф - Ты форшмак, чем заливаеешь -? поинтересовалась Няф Няфка.
Старуха Марковна обливаясь, кислым потом, раскрыла рот, чтобы ответить, но не успела.
На пороге комнаты для стрижки как джин из бутылки старика Хоттабыча, возникла рослая, грузная, тяжелая фигура мужика.
Едва взглянув на него, стало ясно, что это Дагестан пришел.
Здесь надо сделать небольшую ремарку. Выше неоднократно говорилось о том, что город был многонациональным и естественно, не был обделен представителями горских народов Кавказа. Особенно много было лакцев и лезгин. Они проживала в своей «резервации» за железной дорогой ближе к хлебному элеватору по дороге в аэропорт! Проживали скученно, замкнутой общиной, ни с кем в дружбу особенно не входили, но своей природной агрессивности не проявляли. Мирно жили как сектанты, но пользовались всеми благами общества на равных правах. К ним очень часто приезжали погостить родственники и дружки с их исторической родины. Посмотреть, как живется соплеменникам, не обижают ли их «на чужбине», да и проверить, не изменяют ли они суровым законам и традициям гордых сынов Кавказа.
Всякое бывает. Девиц и женщин в городе много, и разных, и белых и черных и красивых, до черта. Вот и наведывались ревизоры горские, вроде бы погостить, а заодно и присмотреть за своей молодежью, да и за зрелыми коблами тоже.
Ну, что поделаешь такие вот они. И не надо им мешать. Пускай живут по своим законам. Но, только у себя.
Ну, должны они жениться и продолжать свой род только со своими девушками и женщинами, ну и ради Бога, пускай. Но, только у себя!
Как вопил наш майор на военной кафедре, когда сам упал, в изнеможении, на пыльную траву холмов во время полевых занятий - Вот хотел сделать привал, хотел, глаза мучительно желали выпить холодного пивка - Вот хотел - широко раскрывал рот от дикой усталости - Но шо, вы тут мне студенты-курсанты - подсказываете о привале - Вот не сделаю теперь.
Так и вот не могу не сделать лирических отступлений.
Вся беда всех европейских либералов, включая и русских тоже в том, что все они со своим «мультикультуризмом» и толерантностью, что в принципе правильно и полезно, ни черта не смыслят в тонкостях Востока, как говорил товарищ Сухов- Это дело тонкое.
Ну, хотят они молиться пять раз в день. Ради бога, пускай молятся. Но, только у себя!
Ну, любят они носить ножи и кинжалы и пускать кровь своим кровным врагам. Пускай пускают, Но, только у себя.
Обожали они черные Волги, а через полвека стали смаковать Мерседесы, Бьюики, Форды там, всякие - Ради бога, Пускай. Ну, любят гонять на бешеных скоростях. Пускай гоняют. Но, только у себя, по горным дорогам и кручам.
Не надо запрещать людям жить, так как они хотят. Это приводит к плохим последствиям
А какая это, наверное, фантастически потрясающая картина, когда с обрыва на огромной скорости летит вниз в пропасть тачка стоимостью в несколько лимонов баксов, а из нее, валятся, как горох из банки, абреки, золотые украшения, чемоданы с драгоценностями, пакеты с наркотиками. Действительно красиво!
Глупое лирическое отступление.
Но, появившийся на пороге комнаты для стрижки мужик, лезгин – ревизор с Кавказа своих соплеменников, проживающих в нашем городе, был бы слишком мелким и блеклым без выше отмеченного лирического отступления.
- Адада - раздался грозный рык- Стул свобадная да?
«Дагестан» был одет так, как и все залетные горские ревизоры. Традиционная полувоенная гимнастерка с длинными рукавами ( плеват на жара. Ми, мужчина крепкий). Черные, начищенные до блеска, ваксой, хромовые сапоги ( земля топтать удобно). На медвежьей голове серая парусиновая фуражка с широким выдающимся козырьком, строгий, почти свирепый взгляд черных сверкающих глаз и усы огромные, торчащие, устрашающие в обе стороны надутых, сытых щек.
Ну, нравятся таким ребятам сталинский прикид - пускай, носят, даже и у нас, несмотря на сильную жару. Нельзя осуждать людей и хихикать над их слабостями. Да и потом с лезгинами шутить надо осторожно, они очень не любят этого.
- Чего замолчал?- лезгин окинул суровым взглядом горца, цирюльню.
Какой черт или его кузен шайтан, принес его сюда, не знал никто. По всей вероятно, суровый кавказец, заблудился среди арыков и перепутал элеватор с парикмахерской.
- Я сказал, чей стул свободная!- Побриться хочу - прорычал абрек, на вид которому можно было дать и возраст почтенного уже аксакала.
На его беду, а может это была судьба, свободным мастером оказалась, как и всегда, шаловливый виртуоз парикмахерского искусства, несравненная Няф Няфка.
Парикмахер Бахадур удивленно обернулся, на рычание новоявленного клиента и испуганно уткнулся носом в голову, сидящего в его кресле соседа, которого он уже почти закончил подстригать.
Дядя Азали - зевнул, скрипнул суставами и ушел в туалет.
Няф Няфка совсем не испугалась грозного « башибузука».
- Саааадись - гнусавым прононсом пропела Няф Няфка и широким жестом толерантности, пригласила грозного лезгина сесть к ней в кресло.
- Чееегоо, там засучил сапохами, Натопчешь на полу - Давай бистрей- фамильярно фыркнула он - Свободная я!
Лезгин вздрогнул, весь выпрямился, напрягся, желваки под бородой заиграли (такого обращения он не любил), рванул сталинскую кепку с косматого темени, ловко закинул на крючок вешалки, бросил на пол холщевый мешок со своим барахлом у стены и, сильно топая сапогами, плюхнулся в кресло
Парикмахер Бахадур сделался серьезным и искоса поглядывал через плечо на лезгина. Даже его сосед плешивый Хачик замолчал и перестал тихо жаловаться по поводу неисправности своей газовой колонки в доме.
В комнате слышен был только надрывный, левитановский монолог старухи Марковны - - -Так вооот я, и гаривю - картавила Марковна, отмахиваясь платочком. Жарко было в парикмахерской.
Дядя Азали надолго застрял в сортире. Жарко, конечно, а у старика хронический дисбактериоз, и, вобще, он не в ладах с поносом.
Няф Няфка, не желая попусту тратить время, поводила широкими как у моржа ноздрями в сторону авоськи старухи Марковны, (курочка благоухала, согреваясь на жаре) Давно ей пора было бы быть в холодильнике, да старуха Марковна еще не до конца высказалась).
В миг лезгин укутался белой простыней с серыми разводами (Что поделаешь, белье общественное, а стирка дорогая).
Интересно, кто первым придумал обворачивать мантией стригущегося? Не неандерталец- это точно. Те ребята были немного нечистоплотными: искупался в реке с древними крокодилами, остался жив и вперед на охоту за мамонтом, когда же ему бедного, тратить время на мазание подмышек! Значить опять мы - кроманьонцы. Вот так всегда, во всем виноваты кроманьонцы. Т.е, мы!
-Маааковна - прокаркала Няф Няфка, закутав лезгина в белый кокон как бабочку шелкопряда- А кааакак? ( А как) насчет пааатесонов - уникально пропела она - виртуозно хватая лезгина за огромный, орлиный нос.
Лезгин ошалел и даже взревел, от такого хамства - Хай Харр - Хрууу.
- Чиво, Чива- закричала на него Няф Няфка- А как я тебе мофду мылом намааафуу- она разозлилась на неспокойного клиента - Сиди тыхо!-
Лезгин и зарычать то по настоящему не успел, как она, бешено мешая большим помазком в стеклянной банке с мылом и глицерином, резко выхватила помело и, мигом обмазала лезгина по самые суровые черные брови адской смесью мыла и еще черте, чего.
Лезгин окаменел и уставился в свой гримерный образ в большом зеркале перед креслом.
Он видел белого пингвина с надутыми мыльными щеками и торчащим устрашающе огромным клювом-носом.
-Ара да ты тыт - аккуратней, женщина - взревел оскорбленный лезгин - Что ти за мой нос как за швабру хватаешь, ада!
Конечно рабочий день длинный и утомительный, да еще не до конца все Марковна рассказала, как там било на ринке, и мастер устал все же.
- Сиди, лишенец – осадила Няф Няфка лезгина - Чего ти хочешь?- гнусавый прононс сильно бил лезгину по мохнатым ушам-.
Пабрится - ара - заорал дико лезгин, завернутый в простыню.
- Ну, так и скафы - нахально заявила Нфя Няфка – Стричья не будишь?
Нэт, Нэт – лезгин бешено зашевелился под белой мантией - Толко брить!
Няф Няфка отошла от лезгина, схватила опасную бритву, левой рукой вытянула прикрепленный в столешнице перед зеркалом, широкий кожаный, солдатский ремень и Вжик Жик, Жик Вжик - стала точить бритву о ремень.
Лезгин опасливо скосился на бритву.
- Так фто вот, Мааковна - взревела Няф Няфка на притихшую старуху, которая забыла, о чем говорила только что - Кууурочка била жирная? А попочка пышная? Без потрошкооов? –она схватила лезгина за орлиный нос, дернула вверх и молниеносно махнула смертоносным лезвием опасной бритвы, словно врач-садист доктор Гильон, поверх намыленной, надутой щеки лезгина- Ррраз, и нет ваших!
Лезгин взлетел вместе со своим задом кверху в кресле, презирая опасную бритву.
- Ты, Фо. Што- дико выпучив белесые глазки - заорала Няф Няфка- очумел фто ли? Ишак - жестоко обозвала она нетерпеливого абрека - Зарэфу же, плидулок! Зарежу же придурок!
Лезгин рванул с потной шеи простыню-саван. Злобно отшвырнул ее на засыпанный волосами грязный пол парикмахерской.
- Твар, Мраз- визгливо, позорно заорал он - яростно сметая обильную мыльную пену с левой щеки- Что ти сделал, женщина?
Фто, Фто - напустилась на него Няф Няфка - Сумафедший ти?
Лезгин с ужасом смотрел в большое зеркало. С правой стороны его мужественной щеки выпирал в сторону прекрасный кавказский, пышный и роскошный как горная река Терек, ус! А вот с левой. О, ужас!- Лезгин видел в пыльном зеркале что-то наподобие обрубленного собачьего хвоста. Жалкая карикатура на мужские усы.
- Срезал, твар – истерично заорал, в бешенстве лезгин-ревизор и затопал, зашумел сталинскими сапогами по полу, как рассерженный Карабас - Барабас- Убььью- тебя- он замахнулся на мастера громадными пудовыми мохнатыми кулаками- Уси испортил твар!
- Чего фто, разорался - не испугалась его грозного вида Няф Няфка, - Какие уси испортила? Так и било, когда припелся!- ( Когда приперся)
Парикмахер Бахадур издал поросячий визг и повалился на своего клиента плешивого Хачика, сделав ему непроизвольно лишний пробор у затылка- Хи хаха га – истерично захохотал он.
Дядя Азали все еще изучал унитаз в уборной.
-Уси – орал лезгин, размазывая по своей морде пыльную пену - Сволош. Двадцать лет отращивал, паразитка, такой!
Он вдруг забегал по комнате, как ошпаренный козел и схватил со столешницы два стеклянных флакона с одеколоном Кармен и Шипр и швырнул их в стенку. Пузырьки разбились вдребезги. Стенка намокла, и большое пятно стекалось на плинтус, В парикмахерской сразу едко запахло дешевым спиртом.
- А ти, фто, тут фулиганешь - напустилась на него Няф Няфка - Милиция!. Позову сечас! Имуфество спортил! ( Имущество испортил).
Старуха Марковна очнулась от старческого маразма и кинулась на помощь подруге- - Бессовестный ви, такой мужчина - Она як пчелка тута пашет, запахи немытых волос вдыхает. Здоровье свое губит!
-Пшвыллла- Пышшшшть отсюдова, старый твар- гигнул на храбрую старуху,
потрясенный и смертельно оскорбленный лезгин - Ти- он развернулся на Няф Няфку – Убью Тибя!
Но не на ту напал! Откуда было гостю нашего города знать, с кем он связался?
Няф Няфка – в приступе «неандертальской» злобы размахалась раскрытой опасной бритвой - Поррррежффууу - прогнусавила она - Раррразбаойник Пофел отфюдафа, пока в ментофскую не забрали. Кифку вырефуууу - (Кишку вырежу)
Ну, достойная дочь царя Ирода!
Парикмахер Бахадур, завизжал поросенком и выскочил в приемную, упал там на кресла.
Его постоянный клиент плешивый Хачик спокойно сидел в кресле и мысли его были все вокруг его неисправной газовой колонки.
Дядя Азали все еще отсутствовал, и мучился на унитазе.
-Ти, ти – рычал и метался по цирюльне лезгин и все время, хватался за пояс, но кинжала там у него не было.
А потом, кто его с таким ханчалом (кинжалом) в самолет над Каспием пустил бы- Вопрос!
-Пофёл отфюда! хаам-( Пошел отсюда, хам!) - напирала на него Няф Няфка - Ни стыда, ни софести. Софсем вефти фебя в обфестфе не умеет! (Совсем вести себя в обществе не умеет!)
Плати за одеколон фуфлик (суслик). Пять рублей пара, цена! Фидили такиф ( Видели таких! Ифдифениц - Иждивенец!
Лезгин бегал по цирюльне и свирепо, тер мыло на вздутой щеке.
Один его грозный ус свирепо ощетинивался местью, другой кастрированный и мирный, просто помахивал обрубком, как бы говоря: Да хватит вам, ребята - ну пустяки все это. Давайте жить дружно. Толерантность, терпимость и мультикультуризм! А все остальное ерунда! Яйца выеденного не стоит!
Лезгин, рыча как барс, с измазанным мылом лицом, подхватил свой холщевый мешок, сиротливо валяющийся на грязном полу цирюльни. Рванул с вешалки сталинскую фуражку, обрушив часть штукатурки, пнул на развороте, сапогом кресло, которое отлетело в сторону, чуть не убив храбрую старуху Марковну, и выскочил из комнаты в приемную.
-Да пофол фы отфуда, мудило (да пошел ты отсюда)- попрощалась с ним Няф Няфка - Крохобор - Зафунь (засунь) себе эти два одеколона в мофнатую задницу. Ату его ребята - она засунула два пальца в рот и оглушительно на всю цирюльню засвистела- Беги, кофёл обзефлый ( беги козел, облезный )., пока ментов не крикнула. Пофидиф у ниф ф обефъянике. Ума нафедефся! Посидишь у них в обезьяннике, ума наберешься!).
Скафы спасибо Мааковне, не хотела я ее расстраивать, сердефную - Ффффить Фииить – свистела она вслед бегущему по улице, с дикими воплями и безумными глазами, лезгину- Приди ефе, я тебе и фторую мофалку (мочалку) срежу….
Парикмахер Бахадур стонал на креслах и его мучили спазмы в желудке.
Его постоянный клиент плешивый Хачик с одинокой кучкой волос и лишним пробором на затылке, ничего не поняв, ушел из кресла и спокойно сказал своему страдающему на стульях другу- Парик шер- ( по-армянски- До свидания), и ушел домой.
Дверь в уборную отворилась и, оттуда вышел счастливый дядя Азали- Ара, что за шум был пока я….
Искусство парикмахера уходит своими корнями в глубокую древность, когда одному неандертальцу, надоело охотиться на мамонтов и бегать с дубиной за враждебными племенами, он решил вдруг, в результате эволюционного толчка, внимательно осмотреться вокруг себя. И когда он понял, что он дикарь, ему стало вдруг так стыдно, что он взял в руку острый каменный топор и отрубил своему плененному врагу, сильно косматому и заросшему как лесное чудовище, голову и потом аккуратно вырезал на срезанной голове классный ирокез, и положил тем самым начало эры парикмахерского искусства. Потом уже, через тысячелетия, современные гомо сапиенс эректус, прямые потомки уже кроманьонцев, довели это искусство до совершенной виртуозности.
Подстригаться и бриться надо. Так требует гигиена общественной жизни.
Но, всегда, при этом, надо помнить о том, что не всякая бритва или машинка для стрижки волос, может принести вам эстетическое удовольствие от такой, казалось, бы, обыденной процедуры.
Грэгори Триггер. 21. 09. 2012.
ВЕСЕЛАЯ ЦИРЮЛЬНЯ.
Стрижка волос в жизни «хомо сапиенса эректус», т.е. человека разумного прямоходящего играет такую же существенную роль, как скажем утренний завтрак или вечерний променад для улучшения пищеварения. Ну, а, если говорить серьезно, то кому приятно созерцать копну лохматых, грязных и осыпающихся белой пыльцой волос на голове своего ближнего.
Это, как ни странно, больше касается представителей сильного пола, нежели «томных, изящных и хитрых подруг» вечных страдальцев мужчин, находящихся в вечном поиске « философского камня», движимые импульсом любопытства» по принципу» ты меня уважаешь?»
«Что-то куда-то далеко унесло в сложности психологического анализа мужского самобичевания. Надо, немедленно, возвращаться обратно к спокойному релиз-анализу каждого отдельного мужика или взятого в куче ему подобных.
Но, что это, все про мужчин. Наверное, сила привычки, или реальный факт биологической и физиологической принадлежности к классу мужчин подвида приматов.
Однако стрижка волос и у женщин - есть один из необходимых атрибутов повседневной жизни. Женщины тоже обожают быть красивыми, с хорошей укладкой волос на голове и облитыми духами» Кармен», ну, чаще всего, в отдаленных от мозговых центров горных или таежных поселках, где парикмахер – главнее полицейского.
В городах и поселках городского типа, однако же, барышни и дамы разнобойных возрастов более современны, и от них так исходит французскими парфюмерными запахами, что прямо таки, даже и неприлично.
Вот почему, их мужские партнеры и уходят, не выдержав заморских запахов, в дальние, морские запои. Не выдерживают сердешные «удушающего амбре» и созерцания модной укладки и завитков на головах своих спутниц жизни. Но, что поделаешь, красивой быть – не запретишь! Словом стричься – надо, и чем регулярнее, тем чище будет воздух окружающей среды. А сохранность чистоты проживания в местах массового скопления «хомо сапиенс эректус» есть гарантия сохранения нормальной демографической обстановки, даже в самых глухих местах горно-таежной, магаданско-сахалинской отдаленности.
Люди стригутся с древнейших времен. Точную дату первой стрижки – установить, наверное, сложно или просто уже невозможно. Хотя, существует всякая хронология человеческой активности, продиктованная жизненной необходимостью. И, наверняка, где-нибудь, в укромном городке, скромно стареет музей парикмахерского искусства от неандертальца и кроманьонца до наших времен, когда эта бытовая услуга - достигла вершин совершенства и виртуозности в тесном контакте с денежно-товарными отношениями.
Справка для сравнения: классическая прическа неандертальца - длинные прямые волосы (о чистоте речь не идет, по уважительным причинам). Очень удобно было в период дождей и холодов. Такие длинные волосы до плеч, защищали затылок, темя и шею от простуды. ( К сожалению, от удара дубины или каменного топора не спасали).
Рядом кроманьонец- это уже хомо сапиенс эректус. Красавец, слов нет. Стыдлив, штаны надел, (в отличие от панка-неандертальца, ну тому простительно, портные появились значительно позднее).
Довольно-таки симпатичная, причесанная голова. Стрижка каменным, заостренным ножом очевидна, хотя может быть, уже тогда древний цирюльник орудовал и бронзовым каменным лезвием.
Длина его волос - умеренная длинная, достойная такого красавца. ( Нет никакой уверенности, что современная красотка, не смогла бы отказать такому молодцу).
А вот и наши ребята на подхвате:
Сравнение удивительное, а в прочем, зачем современному карьеристу длинные патлы? В дождь его спасают зонт и крыша салона автомобиля, зимой он прячет плешь под меховой бейсболкой. ( Русские меховые шапки, давно канули в лету, равно как и экзотические турецкие фески.)
Однако, когда к нам, приезжают фанаты иностранных команд играть с нашими футболистами, то на свои головы, независимо от времени года, они надевают, купленные за доллары на уличных развалах, специально для них, меховые или военно-цигейковые русские шапки и выглядят на пленэре, как красочные шуты гороховые среди нормальных болельщиков с обнаженными головами.
Прически у современных мужиков резко отличаются от стиля и фасонов стрижек наших далеких предков. Видно, что меньшее количество волос обуславливается многими факторами. В первых, нет необходимости, как было уже сказано, подставлять башку под воздействие природных осадков, далее экономия денег на мытье головы, там разные шампуни, мази, мыло и т.д. Крохоборство - вечно как сама мать природа!
И последнее, пожалуй, самое противное и обидное, перестали расти волосы на головах мужчин. Современные парикмахеры облегченно вздохнули, работы меньше, пыли от волос нет, подметать пол не надо, а стоимость скольжения ножницами по темени и стрекотание электрического моторчика машинки для стрижки волос увеличиваются с каждый посещением парикмахерских в геометрической прогрессии, в зависимости от диких плясок инфляции. Так, что меньше волос снимай, или чуть больше, цена
стрижки одинаковая!
Вот такие вот дела!
Но, это все касательно мужиков. Женщины пусть сами пишут про свои стрижки, фасоны, моды, бигуди и лосьоны.
Первоначально, конечно же, первыми парикмахерами или цирюльниками на земле, были, мужчины.
Ну, кто же в древности, как не они, махали каменными топорами и заостренными пиками.
У древних женщин были совершенно другие не менее важные, заботы - это рождение детей, кормление, «воспитание», приготовление пищи из мяса мамонта, тушу которого завалили косматые мужчины и, еле, донесли до пещеры.
Дел по « хозяйству» у древних женщин было много. Им было некогда заниматься красотой тела. Это потом, когда преступные корни ядовитого дерева эмансипации и равноправия полов стали буйно разрастаться в обществе как опасные симптомы нестабильности и бунтарства, женщины отобрали у мужчин их многие прямые виды деятельности, включая и парикмахерское искусство.
А стричься приходится, и это уже необходимость, а не прихоть!
Стриглись всегда, и все, и мужчины, и женщины, и малые дети тоже.
Стригись везде, и по всей нашей тогда, необъятной стране. Во всех пятнадцати республиках СССР.
И сейчас, все чаше, всплывают из бурных волн, грустной, ностальгической памяти картины далеких стрижек в столице пятнадцатой республики страны Советов, когда лет то было мало и детство далекое, так мучительно болезненно вспоминается, как безвозвратно ушедшее в прошлое время беззаботности и счастья под родительским оком.
Состав населения 15 -ой республики был разнообразен и многонационален, что придавало ей неповторимый эффект и невообразимый кайф от совместного проживания людей разных «пород».
А парикмахеры в столице этой жаркой и теплой республики были такими же, как все, в разных уголках Советского Союза.
Парикмахер - это особая порода людей. Парикмахеры характеризуются откровенным нахальством, граничащим с развязно-фамильярной манерой поведения. Редко, когда можно было бы увидеть молчаливого парикмахера. Все они, поголовно отличаются болтливостью, веселостью, разговорчивостью. Темы болтовни обширные - от политики, футбола, до «глубоких», «философских рассуждений о смысле жизни». И все это под монотонное стрекотание ручных машинок для стрижки волос или же под ласковый шумок электрических ножниц.
Быстро, ловко и вот уже готово- Следующий…
Почти все парикмахеры, уверенные в себе люди, денежные и самоуверенные, еще бы, бабки ляжку жгут. И, следовательно, они, как социальный класс, не вымрут никогда. Если только вместе со всеми в момент апокалипсиса на земном шаре.
Парикмахерская в тридцатом микрорайоне в столице 15-той республики, притаилась в прогале между трехэтажными хрущевками, втиснувшись одноэтажным зданием дома бытового обслуживания, где достойно и по праву, занимала две большие комнаты, выходящие окнами во двор.
В первой комнате – относительно, небольшой и, которая служила как бы приемной, где вдоль стены стояли, сцепленные между собой стулья с откидными сиденьями для клиентов, ожидающих своей очереди, всегда было полно народа, страждущего «облысеть» без последствий для здоровья. Носить пышные шевелюры было невыгодно с точки зрения того же здоровья, ибо всегда в микрорайоне было тепло, а иногда, в летний период, невыносимо жарко. Щеголять по улицам с заросшей волосами головой в сорокаградусное пекло было небезопасно - можно было бы получить двойной тепловой удар, а этого никто естественно из жителей микрорайона не желал. Поэтому, тропа в парикмахерскую, зажатую между домами, всегда была вытоптана и утрамбована ногами многих жителей микрорайона.
Как было уже упомянуто выше, микрорайон города не отставал от программы межнационального, межконфессионального, совместного, мирного проживания жителей, равно как и во всех остальных районах теплого и солнечного города.
Штат популярной парикмахерской был давно укомплектован профессионалами «высокого класса» в лице трех мастеров мужской стрижки.
Где были чисто дамские салоны, выскочило из памяти, как вчерашний перегар, и вспомнить, с бодуна, места дамских парикмахерских, сейчас, по истечении страшного временного провала, не представляется возможным. Конечно же, они, где-то, и имелись.
Двое мастеров срезки волос с мужских голов были, как сейчас оскорбительно называют гомофобы, лицами кавказской национальности, т. е. молодой и симпатичный армянин Бахадур и, пожилой, грузный и толстый дядя Азали - типичный азербайджанец.
Оба представителя – один христианин, другой правоверный мусульманин мирно сосуществовали в родной для них парикмахерской и были друзьями не по ведомости по зарплате, а на самом деле, как нормальные, трезвомыслящие, люди- горожане и мирные соседи.
Все то, что происходит сейчас, спустя почти полвека, просто отвратительный кошмар умопомрачения. Словно люди перепились паленым алкоголем религиозного фанатизма и мракобесия.
А если еще и представить на сцене третьего мастера стрижки - тоже виртуоза-профессионала, то такое содружество, сейчас даже и представить невозможно, настолько жизнь в Советском Союзе отличалась от современных реалий.
Так вот, третий мастер - была женщина, Здесь был классический пример захвата слабым полом древней профессии цирюльника!
Но назвать третьего мастера слабым полом язык не поворачивается.
Она была еврейкой по происхождению и грубиянкой по призванию. К сожалению, ветер «столетий» напрочь выветрил ее настоящее имя, которое ей записали в ЗАГСЕ при ее появлении на свет. Поэтому, будем называть мастера по кличке, которую она носила и которой ее, наверное, с детства окрестили окружающие ее люди.
Конечно, обзываться, смеяться и глумиться над физическими недостатками человека - отвратительно и постыдно, но мастер стрижки волос огрызалась и защищалась такими недозволенными приемами и злобно и беспощадно, что, поневоле, даже самый добропорядочный житель в городе, не мог отказать себе в удовольствии, назвать ее Няф Няфкой.
И почему так? А потому что у несчастной женщины было врожденное уродство - волчья пасть, или, как обозвать правильно с точки зрения ЛОР врача, волчье нёбо, что естественно, повлекло за собой жуткую гнусавость и змеиную сипелявость при разговоре.
Отвратительно и подло было так обзывать человека. Вряд ли она сама того желала, иметь такую волчью пасть. И, вообще, по какому это, такому праву генетическая пьянка выкинула такой перекодированный фокус? За что ее Бог наказал так? А?
Ну, невозможно писать без лирических отступлений.
Няф Няфка с малых лет отличалась воинственностью, на грани психопатических приступов ярости и бешенства, когда ее «обижали».
А попробуй завоевать славу и уважение в обществе с такой гнусавостью? И она обрушивалась на обидчиков с дикой яростью, прибегая к неандертальским приемам рукоприкладства.
Связываться с ней со временем стало делом опасным. Можно было бы, потом вместе с ней посещать социальные учреждения помощи инвалидам.
Нфя Няфка - называю ее, только по привычке, как и все, испытывая чувство внутреннего стыда, обучилась на парикмахера и, сколько ее помнят, стригла в разных районах города головы мужчинам и мальчишкам.
В конце концов, она приземлилась в парикмахерской в тридцатом микрорайоне города.
Она виртуозно владела искусством расчески и машинки для стрижки волос. Почему-то она больше любила ручные машинки. Боялась электричества что ли?
Стрекот ее машинки обыденным звуком раздавался по парикмахерской и на пол скатывались комья состриженных локонов.
Работала Няф Няфка быстро, но не совсем качественно, со временем, видимо, рутина ее работы надоедала ей.
Она могла у пацана оставить за ушком длинный шаловливый клок беленьких волос, или пройтись комбайном по дынной голове местного национала, злобно и немилосердно срезая с волосами остатки родовых шишек и бугорков.
На дикий вопль несчастного, реагировала спокойно, как патологоанатом в общественном морге и сипя со свистом- Ну фо ну фо ( ну что. Ну что) Бафка у фетя тафая - (Башка у тебя такая) Фысе ыфвки фобрал фозел! Все шишки собрал козел.
Национал шумел, вскакивал с кресла, бегал по комнате, а Няф Няфка равнодушно поливала его поврежденную деформированную голову едким одеколоном «Гелиотропом» из резинового обтянутого сеточкой пульверизатора для дезинфекции и не хотела, видимо, все же судебных разбирательств.
И, приговаривала при этом, поливая голову как грядку с морковкой из лейки в огороде на своем гнусавом прононсе через обе ноздри с выстрелами соплей и слюны - Пофел отсюдофа баклан- Скидка пять копеек- Следующий!
Описывать состояние ее коллег не было смысла.
И армянин Бахадур и почтенный азербайджанец дядя Азалии буквально, задыхались от хохота. И как только у них не падали ножницы на засыпанный волосами пол?
Описывать парикмахершу- злодейку в полном ракурсе ее «красоты», наверное, уже можно вызвать скуку у читателя?
Но, вот такая она была легендарная Няф Няфка!
И что любопытно, каждый божий день, словно на работу, к ней, регулярно, приползала ее подруга - старая, беззубая карга Софья Марковна, которая удачно жила рядом с парикмахерской.
- Я увот - басила щербатым ртом старая еврейка (Упаси Бог, если у вас уважаемые читатели, возникнет сомнение в моей толерантности!) Клянусь, я ко всем людям относился и отношусь с уважением и пониманием, но старуха Марковна была еврейкой, не мог же, я вспомнить о ней как о зулуске!
_На бааазаре- я била- пела Марковна кастрированным соловушкой- Куучку(курочку_ покупила, значит. Попочка жирная, сок течееет- старуха смаковала свою покупку.
Прононс у бабки был еще тот. Смесь еврейской манеры выражаться плюс местные обороты речи.
- И щооо - гнусавила Няф Няфка - ловко орудуя ножницами и расческой как граблями на пашне – Сууп свааарила?
-Та ни- сморщилась Марковна - Куучку оставила на, до завтра. Рибу тоже прикупила!
Видать, карга собиралась приготовить фирменный форшмак!
-Кака риба- гнусово пропела парикмахерша- вертя головой несчастного клиента, который, видимо не знал о мастерстве мужского цирюльника ничего и терпел страдания до конца за один рубель 20 копеек.
( Вот были цены на стрижку, сейчас у виска повертят, скажут, врет!)
Парикмахер Бахадур и дядя Азали никак не могли выгнать старуху Марковну, чтобы не мешала, но связываться с Няф Няфкой не хотели, можно было бы серьезно физически пострадать.
Часто, от бешеных словесных аргументаций, она переходила и, решительно, к боевым действиям. Вот так вот и бывает, обзываетесь всю жизнь, можете получить в морду флаконом одеколона Кармен.
Каждый защищается, как умеет и, как ему подсказывает сиюминутная ситуация.
Марковна отвоевала свое право на ежедневное присутствие в общественной парикмахерской.
***
Стоял жаркий, изнуряющий летний день на стыке июля и начала августа. Жара, пот градом по спине. Трусы мокрые и противные (виноваты только высокие температуры, но, ни естественное недержание).
Марковна вползла в комнату со стороны «приемной» как визитирующий профессор.
- Усеем значица, общий прифееет - фамильярно прокартавила старуха, сгибаясь тяжестью авоськи, набитой кууучкой и рибой! Уф - тяжело перевела дух - Жарррко. Стала отмахиваться платочком не первой свежести.
- Ааааа - Эта фы?- прогнусавила Няф Няфка, попивая зеленый чаек, спасаясь от жары и духоты - Фы прафа (Ты – права, Маррркофна). Душшшшшнфато!
Под потолком скрипел длинными лопастями потолочный вентилятор (кондиционеров тогда еще не было), но облегчения не создавал, только гонял спертый и жаркий воздух.
Мастера были заняты клиентами, которые отлично знали парикмахершу и пропускали очередь, чтобы не попасть к ней.
Парикмахерша была в своем традиционном белом халате, который шел ей как к корове седло. Каким бы белым не был бы халат, от Няф Няфки за километр отдавало нахальством и развязностью, скорее пьяной доярки, нежели приятностью работника бытового обслуживания.
В дверях стригальни на порог выскочил мальчишка лет тринадцати, беленький, с круглой головой. Такие белобрысые ребята бегали по всему городу. Дети военнослужащих. Армии тогда в городе стояло много.
Пацан растерянно стоял и моргал белыми ресницами. Малый давно не подстригался и сильно зарос. Родители послали его в парикмахерскую.
Ня Нфяка заметила смущенного парнишку ( Надо отметить, что к детям она относилась хорошо, и с некоторой любовью, своих имела!)
- Ну, фо фам. фастыл – (что там застыл?) – Фадись ко фме в крэсло - прогнусавила она - Бистро, малец.
Белобрысый пацан кинулся к ней. Она усадила мальчика в кресло и мигом закутала по самый нос белой простыней. Один только этот самый его нос и торчал.
Парикмахер Бахадур вел занимательную беседу о политической обстановке « в городе» со своим постоянным клиентом и не отвлекался по пустякам. Дядя Азали дремал, свободный, сидя в кресле клиентов. Возраст все же!
- Кааак будишь стричься - пропела ласково Няф Няфка, вращая круглую голову пацана по оси от шеи.
Пацан, робко пропищал, что-то относительно стрижки под польку.
Няф Няфка, не обращая внимания на закутанного почти с головой пацана, решительно схватила ручную машинку для стрижки- А инннжир - там появился - жутким прононсом выдала она-
- Не виииделла - в унисон отпела старуха Марковна - располагаясь у раскрытого окна, несмотря на то, что вертелся вентилятор, как у себя на кухне.
Няф Няфка сделала свирепое лицо. Лоб у неё сморщился и она, косясь на авоську с тушкой курочки, пропахала машинкой аккурат поперек головы пацана, сделав чудесную широкомасштабную борозду в копне его пышный волос.
Комбайнер-стахановец позавидовал бы такому распаханному полю.
Пацан вытаращил глаза: Тетенька - завопил мальчик - Что вы сделали? Я же просил под польку.
- ААА - очнулась парикмахерша и стала рассматривать голову мальчишки в большом зеркале впереди - Фто, Фто - не нравится?
Пацан вдруг заплакал - Меня мама будет ругать-
- Нууу нуну - насупилась Няф Няфка - фто ты плачееешь - прогнусавила она - Ну забыла я - Не плааач - растянула она - Фто ты мафелький фто фи - Что ты маленький что ли. Никогда не был в парикмахерской?
Пацан уже отчаянно рыдал. Слезки капали на белый саван, в который она закрутила мальчишку.
Старуха Марковна заступилась за подругу - Ты малчик - Сам виновааат-Видишь, тетя занята! Говорить надо било.
Бахадур и его клиент прыснули от смеха. Дядя Азали открыл один глаз, ничего не понял и закрыл его снова.
- Не плааач, малчик- Няф Няфка стала успокаивать плачущего пацана - Сейчас так фарко на уфеце- Сейчас так жарко на улице. Зачем тефе полка ( Зачем тебе полька? Дафай я тефя на лысину сделаю - Прохладнее же будет, дуфак!
Пацан вытер слезы, а Няф Няфка тем временем ловко обрила беднягу под командира Котовского - Ну фот, крафота - она залюбовалась своей ювелирной работой и причмокнула от восторга - Иди, я кончила. Не надо денег- Пофел отсюда, клиенты ждут!
Она бесцеремонно выкинула несчастного лысого пацана из своего «прокрустова кресла»- Ифе - Еще мать спасибо мне скафет - скажет - Пфел отсюда-
Пацан, всхлипывая, шмыгая носом, удалился, ему повезло, обрился наголо бесплатно.
Старуха Марковна всплеснула худенькими ручками, покрытыми от плеча до ладоней старческими пигментными пятнами- Какая у тееебя - трррруддная абота? Бееедная ты моооя. Аки пчелка суетливая.
- Да, М ааарковна – картавила Няф Няфка- Клиенты такие капррризные! Не угодишь! Ты фо гофоооив – Так ты говоришь, кууурррочччка жирная била?
- Ооочччень - пропела базарная дама Софья Марковна.
После пострадавшего пацана, клиентов у парикмахерши было. Но скучать ей не приходилось, благо старуха Марковна уходить домой, не спешила.
После обеда стало еще жарче, и вентилятор крутился бестолку, духота не давала покоя.
Но к Бахадуру и даже к дяде Азали, все же, забегали постоянные клиенты, и они работали не покладая рук, и болтовня Няф Няфки и старухи Марковны им не мешала.
- Фы форшмак фем зафиваеф - Ты форшмак, чем заливаеешь -? поинтересовалась Няф Няфка.
Старуха Марковна обливаясь, кислым потом, раскрыла рот, чтобы ответить, но не успела.
На пороге комнаты для стрижки как джин из бутылки старика Хоттабыча, возникла рослая, грузная, тяжелая фигура мужика.
Едва взглянув на него, стало ясно, что это Дагестан пришел.
Здесь надо сделать небольшую ремарку. Выше неоднократно говорилось о том, что город был многонациональным и естественно, не был обделен представителями горских народов Кавказа. Особенно много было лакцев и лезгин. Они проживала в своей «резервации» за железной дорогой ближе к хлебному элеватору по дороге в аэропорт! Проживали скученно, замкнутой общиной, ни с кем в дружбу особенно не входили, но своей природной агрессивности не проявляли. Мирно жили как сектанты, но пользовались всеми благами общества на равных правах. К ним очень часто приезжали погостить родственники и дружки с их исторической родины. Посмотреть, как живется соплеменникам, не обижают ли их «на чужбине», да и проверить, не изменяют ли они суровым законам и традициям гордых сынов Кавказа.
Всякое бывает. Девиц и женщин в городе много, и разных, и белых и черных и красивых, до черта. Вот и наведывались ревизоры горские, вроде бы погостить, а заодно и присмотреть за своей молодежью, да и за зрелыми коблами тоже.
Ну, что поделаешь такие вот они. И не надо им мешать. Пускай живут по своим законам. Но, только у себя.
Ну, должны они жениться и продолжать свой род только со своими девушками и женщинами, ну и ради Бога, пускай. Но, только у себя!
Как вопил наш майор на военной кафедре, когда сам упал, в изнеможении, на пыльную траву холмов во время полевых занятий - Вот хотел сделать привал, хотел, глаза мучительно желали выпить холодного пивка - Вот хотел - широко раскрывал рот от дикой усталости - Но шо, вы тут мне студенты-курсанты - подсказываете о привале - Вот не сделаю теперь.
Так и вот не могу не сделать лирических отступлений.
Вся беда всех европейских либералов, включая и русских тоже в том, что все они со своим «мультикультуризмом» и толерантностью, что в принципе правильно и полезно, ни черта не смыслят в тонкостях Востока, как говорил товарищ Сухов- Это дело тонкое.
Ну, хотят они молиться пять раз в день. Ради бога, пускай молятся. Но, только у себя!
Ну, любят они носить ножи и кинжалы и пускать кровь своим кровным врагам. Пускай пускают, Но, только у себя.
Обожали они черные Волги, а через полвека стали смаковать Мерседесы, Бьюики, Форды там, всякие - Ради бога, Пускай. Ну, любят гонять на бешеных скоростях. Пускай гоняют. Но, только у себя, по горным дорогам и кручам.
Не надо запрещать людям жить, так как они хотят. Это приводит к плохим последствиям
А какая это, наверное, фантастически потрясающая картина, когда с обрыва на огромной скорости летит вниз в пропасть тачка стоимостью в несколько лимонов баксов, а из нее, валятся, как горох из банки, абреки, золотые украшения, чемоданы с драгоценностями, пакеты с наркотиками. Действительно красиво!
Глупое лирическое отступление.
Но, появившийся на пороге комнаты для стрижки мужик, лезгин – ревизор с Кавказа своих соплеменников, проживающих в нашем городе, был бы слишком мелким и блеклым без выше отмеченного лирического отступления.
- Адада - раздался грозный рык- Стул свобадная да?
«Дагестан» был одет так, как и все залетные горские ревизоры. Традиционная полувоенная гимнастерка с длинными рукавами ( плеват на жара. Ми, мужчина крепкий). Черные, начищенные до блеска, ваксой, хромовые сапоги ( земля топтать удобно). На медвежьей голове серая парусиновая фуражка с широким выдающимся козырьком, строгий, почти свирепый взгляд черных сверкающих глаз и усы огромные, торчащие, устрашающие в обе стороны надутых, сытых щек.
Ну, нравятся таким ребятам сталинский прикид - пускай, носят, даже и у нас, несмотря на сильную жару. Нельзя осуждать людей и хихикать над их слабостями. Да и потом с лезгинами шутить надо осторожно, они очень не любят этого.
- Чего замолчал?- лезгин окинул суровым взглядом горца, цирюльню.
Какой черт или его кузен шайтан, принес его сюда, не знал никто. По всей вероятно, суровый кавказец, заблудился среди арыков и перепутал элеватор с парикмахерской.
- Я сказал, чей стул свободная!- Побриться хочу - прорычал абрек, на вид которому можно было дать и возраст почтенного уже аксакала.
На его беду, а может это была судьба, свободным мастером оказалась, как и всегда, шаловливый виртуоз парикмахерского искусства, несравненная Няф Няфка.
Парикмахер Бахадур удивленно обернулся, на рычание новоявленного клиента и испуганно уткнулся носом в голову, сидящего в его кресле соседа, которого он уже почти закончил подстригать.
Дядя Азали - зевнул, скрипнул суставами и ушел в туалет.
Няф Няфка совсем не испугалась грозного « башибузука».
- Саааадись - гнусавым прононсом пропела Няф Няфка и широким жестом толерантности, пригласила грозного лезгина сесть к ней в кресло.
- Чееегоо, там засучил сапохами, Натопчешь на полу - Давай бистрей- фамильярно фыркнула он - Свободная я!
Лезгин вздрогнул, весь выпрямился, напрягся, желваки под бородой заиграли (такого обращения он не любил), рванул сталинскую кепку с косматого темени, ловко закинул на крючок вешалки, бросил на пол холщевый мешок со своим барахлом у стены и, сильно топая сапогами, плюхнулся в кресло
Парикмахер Бахадур сделался серьезным и искоса поглядывал через плечо на лезгина. Даже его сосед плешивый Хачик замолчал и перестал тихо жаловаться по поводу неисправности своей газовой колонки в доме.
В комнате слышен был только надрывный, левитановский монолог старухи Марковны - - -Так вооот я, и гаривю - картавила Марковна, отмахиваясь платочком. Жарко было в парикмахерской.
Дядя Азали надолго застрял в сортире. Жарко, конечно, а у старика хронический дисбактериоз, и, вобще, он не в ладах с поносом.
Няф Няфка, не желая попусту тратить время, поводила широкими как у моржа ноздрями в сторону авоськи старухи Марковны, (курочка благоухала, согреваясь на жаре) Давно ей пора было бы быть в холодильнике, да старуха Марковна еще не до конца высказалась).
В миг лезгин укутался белой простыней с серыми разводами (Что поделаешь, белье общественное, а стирка дорогая).
Интересно, кто первым придумал обворачивать мантией стригущегося? Не неандерталец- это точно. Те ребята были немного нечистоплотными: искупался в реке с древними крокодилами, остался жив и вперед на охоту за мамонтом, когда же ему бедного, тратить время на мазание подмышек! Значить опять мы - кроманьонцы. Вот так всегда, во всем виноваты кроманьонцы. Т.е, мы!
-Маааковна - прокаркала Няф Няфка, закутав лезгина в белый кокон как бабочку шелкопряда- А кааакак? ( А как) насчет пааатесонов - уникально пропела она - виртуозно хватая лезгина за огромный, орлиный нос.
Лезгин ошалел и даже взревел, от такого хамства - Хай Харр - Хрууу.
- Чиво, Чива- закричала на него Няф Няфка- А как я тебе мофду мылом намааафуу- она разозлилась на неспокойного клиента - Сиди тыхо!-
Лезгин и зарычать то по настоящему не успел, как она, бешено мешая большим помазком в стеклянной банке с мылом и глицерином, резко выхватила помело и, мигом обмазала лезгина по самые суровые черные брови адской смесью мыла и еще черте, чего.
Лезгин окаменел и уставился в свой гримерный образ в большом зеркале перед креслом.
Он видел белого пингвина с надутыми мыльными щеками и торчащим устрашающе огромным клювом-носом.
-Ара да ты тыт - аккуратней, женщина - взревел оскорбленный лезгин - Что ти за мой нос как за швабру хватаешь, ада!
Конечно рабочий день длинный и утомительный, да еще не до конца все Марковна рассказала, как там било на ринке, и мастер устал все же.
- Сиди, лишенец – осадила Няф Няфка лезгина - Чего ти хочешь?- гнусавый прононс сильно бил лезгину по мохнатым ушам-.
Пабрится - ара - заорал дико лезгин, завернутый в простыню.
- Ну, так и скафы - нахально заявила Нфя Няфка – Стричья не будишь?
Нэт, Нэт – лезгин бешено зашевелился под белой мантией - Толко брить!
Няф Няфка отошла от лезгина, схватила опасную бритву, левой рукой вытянула прикрепленный в столешнице перед зеркалом, широкий кожаный, солдатский ремень и Вжик Жик, Жик Вжик - стала точить бритву о ремень.
Лезгин опасливо скосился на бритву.
- Так фто вот, Мааковна - взревела Няф Няфка на притихшую старуху, которая забыла, о чем говорила только что - Кууурочка била жирная? А попочка пышная? Без потрошкооов? –она схватила лезгина за орлиный нос, дернула вверх и молниеносно махнула смертоносным лезвием опасной бритвы, словно врач-садист доктор Гильон, поверх намыленной, надутой щеки лезгина- Ррраз, и нет ваших!
Лезгин взлетел вместе со своим задом кверху в кресле, презирая опасную бритву.
- Ты, Фо. Што- дико выпучив белесые глазки - заорала Няф Няфка- очумел фто ли? Ишак - жестоко обозвала она нетерпеливого абрека - Зарэфу же, плидулок! Зарежу же придурок!
Лезгин рванул с потной шеи простыню-саван. Злобно отшвырнул ее на засыпанный волосами грязный пол парикмахерской.
- Твар, Мраз- визгливо, позорно заорал он - яростно сметая обильную мыльную пену с левой щеки- Что ти сделал, женщина?
Фто, Фто - напустилась на него Няф Няфка - Сумафедший ти?
Лезгин с ужасом смотрел в большое зеркало. С правой стороны его мужественной щеки выпирал в сторону прекрасный кавказский, пышный и роскошный как горная река Терек, ус! А вот с левой. О, ужас!- Лезгин видел в пыльном зеркале что-то наподобие обрубленного собачьего хвоста. Жалкая карикатура на мужские усы.
- Срезал, твар – истерично заорал, в бешенстве лезгин-ревизор и затопал, зашумел сталинскими сапогами по полу, как рассерженный Карабас - Барабас- Убььью- тебя- он замахнулся на мастера громадными пудовыми мохнатыми кулаками- Уси испортил твар!
- Чего фто, разорался - не испугалась его грозного вида Няф Няфка, - Какие уси испортила? Так и било, когда припелся!- ( Когда приперся)
Парикмахер Бахадур издал поросячий визг и повалился на своего клиента плешивого Хачика, сделав ему непроизвольно лишний пробор у затылка- Хи хаха га – истерично захохотал он.
Дядя Азали все еще изучал унитаз в уборной.
-Уси – орал лезгин, размазывая по своей морде пыльную пену - Сволош. Двадцать лет отращивал, паразитка, такой!
Он вдруг забегал по комнате, как ошпаренный козел и схватил со столешницы два стеклянных флакона с одеколоном Кармен и Шипр и швырнул их в стенку. Пузырьки разбились вдребезги. Стенка намокла, и большое пятно стекалось на плинтус, В парикмахерской сразу едко запахло дешевым спиртом.
- А ти, фто, тут фулиганешь - напустилась на него Няф Няфка - Милиция!. Позову сечас! Имуфество спортил! ( Имущество испортил).
Старуха Марковна очнулась от старческого маразма и кинулась на помощь подруге- - Бессовестный ви, такой мужчина - Она як пчелка тута пашет, запахи немытых волос вдыхает. Здоровье свое губит!
-Пшвыллла- Пышшшшть отсюдова, старый твар- гигнул на храбрую старуху,
потрясенный и смертельно оскорбленный лезгин - Ти- он развернулся на Няф Няфку – Убью Тибя!
Но не на ту напал! Откуда было гостю нашего города знать, с кем он связался?
Няф Няфка – в приступе «неандертальской» злобы размахалась раскрытой опасной бритвой - Поррррежффууу - прогнусавила она - Раррразбаойник Пофел отфюдафа, пока в ментофскую не забрали. Кифку вырефуууу - (Кишку вырежу)
Ну, достойная дочь царя Ирода!
Парикмахер Бахадур, завизжал поросенком и выскочил в приемную, упал там на кресла.
Его постоянный клиент плешивый Хачик спокойно сидел в кресле и мысли его были все вокруг его неисправной газовой колонки.
Дядя Азали все еще отсутствовал, и мучился на унитазе.
-Ти, ти – рычал и метался по цирюльне лезгин и все время, хватался за пояс, но кинжала там у него не было.
А потом, кто его с таким ханчалом (кинжалом) в самолет над Каспием пустил бы- Вопрос!
-Пофёл отфюда! хаам-( Пошел отсюда, хам!) - напирала на него Няф Няфка - Ни стыда, ни софести. Софсем вефти фебя в обфестфе не умеет! (Совсем вести себя в обществе не умеет!)
Плати за одеколон фуфлик (суслик). Пять рублей пара, цена! Фидили такиф ( Видели таких! Ифдифениц - Иждивенец!
Лезгин бегал по цирюльне и свирепо, тер мыло на вздутой щеке.
Один его грозный ус свирепо ощетинивался местью, другой кастрированный и мирный, просто помахивал обрубком, как бы говоря: Да хватит вам, ребята - ну пустяки все это. Давайте жить дружно. Толерантность, терпимость и мультикультуризм! А все остальное ерунда! Яйца выеденного не стоит!
Лезгин, рыча как барс, с измазанным мылом лицом, подхватил свой холщевый мешок, сиротливо валяющийся на грязном полу цирюльни. Рванул с вешалки сталинскую фуражку, обрушив часть штукатурки, пнул на развороте, сапогом кресло, которое отлетело в сторону, чуть не убив храбрую старуху Марковну, и выскочил из комнаты в приемную.
-Да пофол фы отфуда, мудило (да пошел ты отсюда)- попрощалась с ним Няф Няфка - Крохобор - Зафунь (засунь) себе эти два одеколона в мофнатую задницу. Ату его ребята - она засунула два пальца в рот и оглушительно на всю цирюльню засвистела- Беги, кофёл обзефлый ( беги козел, облезный )., пока ментов не крикнула. Пофидиф у ниф ф обефъянике. Ума нафедефся! Посидишь у них в обезьяннике, ума наберешься!).
Скафы спасибо Мааковне, не хотела я ее расстраивать, сердефную - Ффффить Фииить – свистела она вслед бегущему по улице, с дикими воплями и безумными глазами, лезгину- Приди ефе, я тебе и фторую мофалку (мочалку) срежу….
Парикмахер Бахадур стонал на креслах и его мучили спазмы в желудке.
Его постоянный клиент плешивый Хачик с одинокой кучкой волос и лишним пробором на затылке, ничего не поняв, ушел из кресла и спокойно сказал своему страдающему на стульях другу- Парик шер- ( по-армянски- До свидания), и ушел домой.
Дверь в уборную отворилась и, оттуда вышел счастливый дядя Азали- Ара, что за шум был пока я….
Искусство парикмахера уходит своими корнями в глубокую древность, когда одному неандертальцу, надоело охотиться на мамонтов и бегать с дубиной за враждебными племенами, он решил вдруг, в результате эволюционного толчка, внимательно осмотреться вокруг себя. И когда он понял, что он дикарь, ему стало вдруг так стыдно, что он взял в руку острый каменный топор и отрубил своему плененному врагу, сильно косматому и заросшему как лесное чудовище, голову и потом аккуратно вырезал на срезанной голове классный ирокез, и положил тем самым начало эры парикмахерского искусства. Потом уже, через тысячелетия, современные гомо сапиенс эректус, прямые потомки уже кроманьонцев, довели это искусство до совершенной виртуозности.
Подстригаться и бриться надо. Так требует гигиена общественной жизни.
Но, всегда, при этом, надо помнить о том, что не всякая бритва или машинка для стрижки волос, может принести вам эстетическое удовольствие от такой, казалось, бы, обыденной процедуры.
Грэгори Триггер. 21. 09. 2012.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/