После долгой толкотни в институтском гардеробе, который, как и многое в этой жизни, приходится брать штурмом я, наконец, выбираюсь на улицу, и с наслаждением вдыхаю полной грудью свежий, морозный воздух сибирской зимы. Пускай где-то там, в Москве, или Питере, говорят, что у нас, в Сибири, вечно стоит жуткий мороз, а белые медведи по улицам не бродят только потому, что мы давно их всех переели, ведь мы то, коренные сибиряки, прекрасно знаем, что наш край – самый лучший на земле, и ни что ему даже в подметки не годится. Ведь нет на свете ничего приятнее жаркого сибирского лета, после долгой, холодной, но по своему прекрасной зимы!

Я быстро иду по дорожке, обгоняя других студентов, так же, как и я, радующихся вновь обретенной свободе и, по чисто русской традиции, идущих втроем, взявшись за руки, по дорожке, рассчитанной максимум на двоих. А, собственно говоря, чему тут радоваться? Какая свобода? Сейчас, потрясясь полтора-два часа в трех-четырех видах транспорта я доберусь-таки до дома и... И все! Конечно, там я могу заниматься всем, чем хочу, а не писать лекцию за тараторящим лектором, могу читать, писать какой-нибудь рассказик, смотреть телевизор и т.д. и т.п., заняться всегда есть чем, но это все не то! Моя жизнь здесь, моя настоящая жизнь, и плох тот студент, который думает иначе. Но выбора, собственно, все равно нет, не ночевать же мне в институте, так что, домой ехать придется.

Говорят, у нас в России три проблемы – дураки, дороги, и дураки, указывающие, какой дорогой идти. Солидарен полностью, но в этой ситуации есть и плюсы. Когда тобой управляют дураки, их легче обмануть, а дороги... В дороге так приятно о чем то думать, дав своим мыслям полнейшую свободу, и позволив им унести тебя туда, куда им вздумается! Для этого просто нужно сесть в автобус (поезд, троллейбус, трамвай, или просто долго и упорно топать вперед), и отключить свое сознание от реальности, оставив на поверхности лишь основные рефлексы, которые позволят пробудиться от этого своеобразного сна, если произойдет что-то особенное. И тогда!.. Не знаю уж, правда ли то, что Менделеев увидел свою периодическую систему во сне (проснулся, и подумал: "Все, больше никакой химии – перехожу на водку!"), но я, находясь в состоянии "полета" не раз находил для себя ответы на многие волновавшие меня вопросы.

Навстречу мне попадаются три девчонки, лет 7-8, с ног до головы запорошенные снегом. Спрашивают меня, сколько времени, и с веселым смехом шагают дальше. Счастливые люди! В детстве у нас не существует никаких проблем, не нужно думать о будущем, страдать от неразделенной любви, и переживать по поводу того, что скоро Новый год, а на носу – очередная аттестация, по результатам которой вполне можно остаться без стипендии, на которую ты, как раз надеялся купить подарок своей девушке! Иногда так хочется вернуться в детство... Конечно, это невозможно, да и стоит ли? В том и состоит смысл жизни – ты постоянно растешь, и сначала тебе становятся тесны детские ползунки, затем твоя кроватка, комнатка, улица, город, мир!.. И только человек, дошедший до последней стадии, способен творить, а я хочу быть творцом! Следовательно, о детстве придется забыть.

Осторожно шагая по неприкрытому льду, я вспоминаю комические сценки, виденные мною в жизни, связанные с гололедом. Женщина, с ведром яиц, проехавшая на нем больше половины центрального рынка (видимо, яичная смазка – штука хорошая), пьяноватый мужик, шмякнувшийся физиогномией об асфальт, и заявивший, что "Ельцин – козел, дорогу песком не посыпал!", да и сам я, с грохотом считающий ступеньки задом на крыльце своего дома, еще минуту назад бахвалившийся, что никогда не падаю на льду.

Вот и остановка. Через пару минут к ней подкатывает родной и любимый 16-ый! К бою! На штурм!! Вперед!!! Поздно. Мощным движением того, на чем нормальные люди сидят, какая-то бабка отшвыривает меня от дверей "ЛИАЗА", и лезет занимать место. Лично мне оно и даром не нужно – в автобус я ломился только из спортивного интереса, да чтобы немного в весе сбросить после такой замечательной разминки. Свободного места в автобусе, конечно же, не оказывается, и все та же бабка, присмотрев сидящего впереди парня, которого, как ей кажется, можно согнать, бросается в атаку, чуть не выкинув меня из автобуса при помощи все тех же жировых отложений.

- Мальчик, уступи, пожалуйста, место больной женщине, - говорит она, добравшись до места назначения, отдавив по пути ноги всем, кто не успел при ее приближении повиснуть на поручнях, спасая свою обувь от экзекуции.

"Мальчик", лет, этак, двадцати пяти, плавно пожевывая жвачку , вынимает наушники из ушей, и произносит:

- ЧАВО?

Просьба повторяется.

"Мальчик" оглядывается, пытаясь понять, к нему ли обращаются, ибо ему самому отнюдь не кажется, что он так молодо выглядит, затем он начинает озираться по сторонам, в поисках "больной женщины", так как стоящая рядом с ним необъятных размеров сумоистка на таковую не похожа, но в этот момент автобус резко тормозит, и бабка, с громким, истошным воплем, падает прямо на колени к несчастному "мальчику", которому после этого, вероятно, уже и не светит стать мужчиной. Поняв, что женщина эта и в самом деле больная, хоть и не в том смысле, который имела в виду она, он все же поднимается с сиденья, опасаясь за свои, еще не отдавленные части тела.

- Садитесь, девушка!

Еще никогда в жизни я не видел на лице человека такой радости, от ненароком отвешенного ему комплимента!

Парень снова нацепил наушники, и его уже абсолютно не интересовала безумно увлекательная история о том, как Чубайс, в паре с Ельциным, разворовали большую часть нашей необъятной Родины, однако, тот факт, что ее никто не слушает, абсолютно не беспокоил эту "милую", хоть и нагловатую женщину.

Между прочим, таким образом, в автобусе можно узнать очень и очень много интересного! Мне, вот, однажды, полупьяный (нет, лучше полутрезвый – будем оптимистами) дед поведал о том, в чем же корень всех бед сегодняшней России.

- Ты знаешь, почему мы так плохо живем, - шептал он мне, обдавая перегаром так, что через пару остановок я и сам захмелел, - Это все из-за Ельцина! Все потому, что он – "голубой"!

На мою просьбу провести параллель между развалом страны и нетрадиционной ориентацией президента, он ответил что-то вроде:

- А... Э... Ну, это ж вам не это!

Я тут же предложил ему сдавать экзамены в аспирантуру, и идти профессором политологии в МГУ, а оттуда – прямиком в Принстон или Гарвард.

Автобус с огромным трудом добирается до конечной, и я, вновь радуясь свежему воздуху, направляюсь к метро. Тут тоже бывает жутко интересно – развлечения начинаются прямо на входе. Как известно, на входе в метрополитен шесть дверей, три – для входящего потока людей, и три – для выходящего, соответственно, при движении по-русски, по правой стороне. Там даже помечено, какие для кого, специально для особо одаренных в детстве кирпичом по голове – висят зеленые и красные таблички, где тут выход, а где выхода нет. Может быть, кто-нибудь все же объяснит мне, почему люди, выходящие из метро, прут именно в те двери, на которых черным по красному написано: "Выхода нет"?! Давка получается просто замечательная, и что самое интересное, любой из таких, вот, китайцев (потому как прут по левой стороне, и по-русски читать не умеют), если его оттолкнуть, или прижать дверью, будет считать, что он абсолютно прав в выборе своего маршрута, и наградит тебя кучей интересных эпитетов, не раз пожелав бурной личной жизни твоей матери.

Дверь позади. Дальше – бесплатный зоопарк. На входе стоит с десяток человек с котятами, щенками, хомяками, и даже с воробьями. И чего только люди мучаются? все равно, самые домашние из всех животных – тараканы! Всегда рядом, никогда тебя не покинут, и дрессировке поддаются великолепно. Только подкорми их, и они не только сами будут каждый день приползать на это же место, но еще и своих друзей приведут. Умные животные!

Кстати, продолжая цепочку рассуждений об умных животных, можно привести в пример котов. Положите перед котом кусок ветчины и половину батона. Кот сразу же съест ветчину, а к батону и не притронется. Разве это не признак разума? Кот, как всякое разумное существо, прекрасно понимает, что переедать вредно...

Спускаюсь под землю и, увидев стоящий поезд, бросаюсь через ручной контроль, сунув контроллеру под нос свой проездной.

- Минуточку, молодой человек!

Само собой. И что у них за привычка такая, задерживать меня именно в тот момент, когда от платформы вот-вот отойдет поезд?

- По моему, здесь на фотографии не вы.

- Ясное дело, - ворчу я, провожая взглядом отходящий поезд, - Нам, спец агентам ЛВЧ, вообще запрещено свое лицо показывать. Мы всегда ходим в масках, и с автоматами под мышкой.

Слава Богу, хоть один нормальный человек! Пожелав мне удачи в поимке инопланетного червяка по имени Джеф, в дебрях нашей подземки она возвращает мне мой проездной, однако, лишь после того, как я, снимая шапку и очки, для идентификации с тем типом, что изображен на фотографии. Впрочем, толку то? Поезд то все равно ушел.

Все-таки, до чего гениальное это изобретение, метрополитен! Что бы сказал средневековый крестьянин, увидев чудовищного стального червя с ярко излучающими свет глазищами, свободно передвигающегося под землей? Нет, вряд ли бы он вообще что-то сказал – беднягу просто хватил бы кондратий, да так, что никакие современные изобретения медицины не помогли бы его откачать. Я и сам иногда поражаюсь совершенству технического прогресса. Тот же поезд... Когда стоишь на маленьком полустанке, и мимо тебя, с адским грохотом и лязгом проносится здоровенный товарняк, до верху груженый металлом, кажется, что земля под твоими ногами вот-вот разверзнется, и поглотит это чудовище, являющееся живым свидетельством того, каких высот достиг человек. Мы больше не верим в Бога – зачем он нам? Богом стал сам человек, творя все новые и новые чудеса! мы научились летать, подобно птицам, опустились на самое дно океанов, побывали в космосе... Кажется, что человек всемогущ! Вот только, не обернется ли это его могущество ему же во вред? Поживем – увидим!

Вот это я и называю свободным полетом – размышляя таким образом, совершенно не контролируя ход своих мыслей, можно доразмышляться черти до чего, да так, что съедет крыша. Например, задумайтесь о том, что такое смерть. Вы можете себе представить, что по прежнему будут сновать туда-сюда автомобили, люди, поезда, петь птицы, гудеть под ухом вредные комарики, но, уже не под вашим, что вас уже не будет! Лично у меня это просто не умещается в голове – как так, "Вот я был, и вот меня не стало"? Так, ведь, просто не бывает, не правда ли? Можно, конечно, чтобы окончательно не обалдеть от таких мыслей, допустить, что там, за гранью смерти что-то есть, но тогда придется задуматься о том, а что там, и легче от этого не станет. Теоретически, смерть – это пустота... А теперь представьте себе пустоту. Представили? Вот-вот, как можно представить то, чего нет?

Поезд мчит меня вперед, ритмично подрагивая, и, наконец, вылетает из тоннеля на родной и любимой "Заельцовской". Я пулей выскакиваю из вагона, и в несколько прыжков влетаю наверх по ступеням эскалатора. Зачем такая спешка? Просто через несколько секунд его станут брать штурмом остальные пассажиры, и прорваться через эту толпу будет невозможно. Ведь говорят же нам, разумным людям: "...При подъеме на эскалаторе, стойте справа, оставляя для прохода левую сторону свободной..." – бесполезно! Опять это чертов "Китайский синдром", как я это называю, со стремлением во что бы то ни стало двигаться по левой стороне! Так что, выход один – прорваться вперед всех.

На выходе – та же история, что и на входе. В дверь с красной табличкой ("Входа нет") пытается протиснуться бородатый мужик с огромным рюкзаком. Как говорил Андрей Кнышев, "Все проходит, но кое-что – застревает..." Естественно, мужик прошел, а вот рюкзак намертво придавило тяжелой дверью. Разумеется, я не мог равнодушно пройти мимо, и не помочь... двери удержать походное снаряжение этого типа! Весь метрополитен содрогнулся от отборнейшего мата горе-путешественника... казалось бы, на будущее должен запомнить, что идти не в свою дверь "чревато боком" (в его случае – рюкзаком), прижмут, и не выпустят, но нет, готов спорить, что выходить он будет опять не в свою дверь.

Каким то чудом мы с бородачом разминулись, но только я миновал дверь – тут же врезался в миловидную бабушку-божий-одуванчик, явно намеревавшуюся повторить подвиг моего нового знакомого, преградив дорогу идущему с поезда людскому потоку, застряв все в той же двери! казалось бы, на вид, милая и добрая женщина... Сколько же нового я от нее узнал о себе, своей внешности, и половой ориентации! А сколько пожеланий, идущих прямо от чистого сердца! "Чтоб ты издох!", "Чтоб твои дети пылесоса боялись!"

Дорога больше похожа на каток, и идти попросту невозможно, но тут мне придает сил и скорости показавшийся за поворотом хвост отходящего от светофора автобуса. "ИКАРУС-280", - тут же классифицирую я его, - Цвет – белый, вероятность того, что это 34-ый равна 99,99%". И откуда только взялась такая прыть? Вероятнее всего – из-за того, что я прикинул, сколько мне еще предстоит проторчать на остановке, если я не догоню эту таратайку. В общем, по пути, на собственном примере доказав, что Эйнштейн ошибался, утверждая, что скорость света недостижима, я, обогнав автобус, на полном ходу врезался в толпу стоящих на остановке людей, безуспешно пытаясь затормозить на этом гололеде... И снова кое какая полезная информация о себе...

Автобус подкатывает к остановке, обдав всех выхлопными газами. "И снова на штурм, покой нам только снится!" Автобус взят, и я даже ухитрился отвоевать себе вполне приличное место у поручня на вращающемся диске с прекрасным видом из окна и... на симпатичных девчонок, сидящих напротив.

Есть такая народная мудрость, самое главное в женщине – это рот. Не имеет значения его форма, или размер, главное – чтобы он был закрыт! Ну, в прямом смысле я это никогда и не воспринимал, ибо молчаливых девушек считаю попросту недалекими, но иногда и в самом деле "лучше жевать, чем говорить"! Эта "Стимороловская" мудрость подтвердилась на моих глазах...

- Женщина, ну что вы толкаетесь? – набросилась одна из них на уж больно навалившуюся на нее дамочку, - Я понимаю, места тут маловато, но вы пройдите в зад, там свободнее!

По-моему, она так и не поняла, в чей это зад она должна пройти, но на всякий случай отодвинулась подальше, а красотки, между тем, разговорились:

- Юль, ты Саню помнишь?

- Какого Саню?

- Ну, того козла из "Юлы"?

- А... Этого... А как же, помню. Козел – он и в Африке козел. А что?

- Да я просто хотела узнать, ты с ним еще лазишь, или нет, а то он на днях мне звонил, предлагал встретиться...

- Да забирай ты его себе на здоровье, я себе уже давно нового парня завела.

Честное слово, погрело душу это ее "лазит"! Просто, молодежный сленг меняется настолько быстро, что уследить за ним невозможно. Во времена детства моего двоюродного брата, который старше меня на восемь лет, "дружили", когда в ряды уличной шпаны вливался я, стали "лазить", а современная молодежь подросткового периода, все чаще и чаще "мутит"! И так приятно было услышать, что кто-то еще "лазит", как во времена моего шпанячьего детства...

По большому счету, мне сугубо фиолетово, где она с этим Саней лазит (по горам, наверное, он же козел, все таки, горный, наверное), но вот за наше мужское племя стало немного обидно. Мы что, собачки, или бессловесные тамагочики, которых можно заводить, а потом выбрасывать? Или, как сказала мне одна моя подруга, "Вы, парни, в самом деле заводитесь, как тараканы! То вас вообще нет, а как один появится – вас вокруг меня тут же пруд пруди! Закон подлости, называется..."

Интересно, в современном мире хоть кому-нибудь еще знакомо такое безнадежно устаревшее понятие, как любовь? И вообще, что такое любовь? Я пробовал задавать этот вопрос многим, но очень редко добивался более полного ответа, чем "Любовь?.. Ну, это... Это когда того..."

Моя собственная классификация человеческих отношений такова:

1) Знакомство. Ничего серьезного. Познакомились, поболтали, разошлись. Однако, знакомство может перерасти и в

2) Приятельские отношения. Вот тут уже возможно некоторое взаимодоверие, темы для разговоров находятся сами собой, но, опять таки, практически ничего серьезного, разговора по душам никогда не выйдет, равно как и взаимопомощи. Однако, такой вид отношений наиболее распространен.

3) Дружба. Как сказал один великий человек, "Друг – это человек, которому ты доверяешь". Этим сказано все.

4) Ка-тет. За неимением другого термина обозначаю это так же, как и автор идеи, Стивен Кинг в своей "Темной башне". По Кингу ка-тет – это степень духовного родства между людьми. Слова им не нужны – они понимают друг друга и без них, в ка-тете невозможно предательство, и каждый его член с готовностью отдаст жизнь за другого. Кинг об этом не писал, но по-моему именно на этой стадии и возникает любовь, из чего следует вполне логичный вывод о том, что любви с первого взгляда не бывает. Настоящее чувство возникает только со временем, а с первого взгляда возможно лишь влечение, из чего я делаю второй, не менее логичный вывод, о том, что пора бы мне выбросить из головы этих красоток напротив, ничего толкового из знакомства с ними все равно не получится.

Мои размышления о бренности всего живого и о жизни всего бренного, прерываются довольно таки грубым методом: автобус резко тормозит на остановке, и на его штурм бросается очередная порция озверевших на морозе людей. Последним в дверь входит (пардон, в наши автобусы не входят, а влезают), старый престарый дет, громко вопящий на весь салон: "Залазайте, залазайте, а то я не вмещаюсь!" тоже, вполне типичная картина...

Мы едем дальше...

Меня всегда удивляли, и даже поражали пенсионеры! Стоит им войти в автобус, как они тут же находят себе компанию, и начинают о чем-то сплетничать. Нет, определенно, мы, молодежь, просто не способны на такое духовное родство со всем городом, а у них, как будто весь Новосибирск – давние знакомые! Беседы начинаются, как правило, со слов:

- Ой! Ноги мои, ноги!

Затем начинается обмен диагнозами:

- А у меня дисциркуляторная энцефалопатия!

- Да что ты?! А вот у меня генерализованный атеросклероз!

А еще говорят, что народ у нас неграмотный... Да только для того, чтобы запомнить этот диагноз, нужен не просто талант, а вообще уникальные умственные способности! Остается только удивляться, где они ухитряются подцепить всю эту дрянь, и надеяться, чтобы вся эта муть не была заразной!

- Ой! А геморрой-то как меня замучил, - вторит третья первым двум бабушкам, швыряющимся направо и налево латынью. Интересно, и на кой же черт докладывать всему автобусу о том, что у тебя самая отвратительная на свете болезнь? Ведь ни себе посмотреть, ни людям показать! После обмена диагнозами начинается обмен рецептами лечения всей этой белиберды. Чего я еще только не наслушался, начиная от пургена против кашля (наилучший эффект достигается при употреблении его одновременно с клофелином), и заканчивая спиртовой настойкой тараканов, для лечения больных почек! Жуть!!!

Ну а дальше – традиционный переход на перемывание костей Ельцину (странно, но то, что он голубой я слышал всего лишь раз – должно быть, слух не прижился), Путину, Черномырдину, и всем остальным, кто хоть иногда мелькает на телеэкранах. Бывает, достается даже современным коммунистам, но товарищ Ленин – это все еще святое, его не трогает никто. Одна кондукторша как то говорила мне, что поездив всего один день в автобусе телевизор можно не смотреть неделю, все равно ты уже знаешь все новости, слухи и даже прогноз на будущее России.

Так же традиционная тема для 34-го автобуса, идущего на "Снегири" – это радиация. О ней вспоминают каждый раз, проезжая мимо НЗХК. На сколько я знаю точно, там упаковывают урановые таблетки в ТВЭЛы ядерных реакторов, а вот дальше начинаются слухи и домыслы. И радиоактивные отходы из Америки у нас там захоранивают, и волосы у всех работников НЗХК давно повыпадали, и дети у нас на пятом рождаются с тремя руками, но никто их не видел, так как правительство тут же забирает этих уродцев для экспериментов! В автобусном базаре проблема разрастается до интергалактических масштабов! Не раз я слышал и то, что таблетки для ТВЭЛов – это только прикрытие, а на самом деле на заводе собирают атомные бомбы! Ну а уж самая больная тема – это то, что отходы со страшенной радиацией специально завезены туда правительством для того, чтобы выжить из мира сего стариков и инвалидов, чтобы не платить им пенсии и пособия, денег на которые у государства просто нет. Теперь уже о том, что в этом случае радиация не стала бы делать различия между пенсионерами и, якобы, ненавидящей их молодежью, никто не задумывается. Мы крепкие, мы выживем....

Нет, вообще, пенсионеры – это отдельная тема. Никогда не забуду сцены, увиденной мной в троллейбусе, к кабине водителя подходит немолодая леди, и говорит:

- Товарищ водитель, вы не могли бы сделать музыку немного потише, - да, музыка и в самом деле была включена достаточно громко, и могла кому-то мешать, но только вдумайтесь, какова ее мотивировка, - А то мне не слышно, о чем люди вокруг говорят!

Водитель от смеха едва не проглотил баранку.

Новая остановка, новые люди. Из общего потока выделяется один пьяный, входящий в автобус через переднюю дверь, расталкивающий всех, и выходящий через заднюю, прихватив с собой аж троих, которые не успели уйти с его пути. В чем смысл данной пробежки – лично для меня осталось загадкой, спортсмен, наверное...

Вообще, интересный народ эти пьяные, и что еще интереснее – ужасно любят меня. Вот как зайдут в салон – из всех объектов доставания выберут именно меня – морда у меня, наверное, к доверию располагающая. Поболтать им всем, видите ли, хочется... Один во мне как то признал сына какого-то своего приятеля! Спасибо, хоть не своего, а то вот бы матери моей сюрприз был. Другой рассказал поучительную историю о том, как он напился, проснулся с утра в тяжелейшем состоянии без гроша в кармане, в чей-то квартире на "Родниках", при том, что живет где-то на Золотой Ниве. Прощаясь, пожал мне руку, и сказал: "Будет надо кого-то убить – звони!" – вот только номера своего, почему-то, не оставил. Должно быть, и сам забыл.

За окном быстро проносятся дома и переулки, снуют туда – сюда люди... Замечательный у нас, все же, город - в нем всегда кипит жизнь, даже в 30-ти градусный мороз! Эх, люблю я наш Новосибирск, и ни на что на свете его не променяю! Ну чего еще можно желать – это ж просто райский уголок, все в нем есть – и река, и море, и березовые рощи, и сосновые боры, а главное – все это рядом, под боком, только садись на автобус, да прокатись пару остановок. Можно и пешком пройтись – все равно по дороге такого насмотришься... Прав был Роберто Бениньи – "Жизнь прекрасна"!