«Так я слышал. Однажды, Почитаемый в Мирах, пребывал на небе Траястримша и проповедовал для своей матери². В тоже время бесчисленные будды и бодхисаттвы-махасаттвы бесконечной Вселенной собрались вместе из десяти сторон света, чтобы почтить полностью просветлённого Будду Шакьямуни, его Совершенную Мудрость и большие усилия в спасении находящихся в неведении существ, чтобы они проникли в различные основы счастья и страдания в мире.  Каждый из них явился в сопровождении свиты. Собравшись вместе, соединив ладони они поклонились Татхагате.

Тогда Почитаемый в Мирах улыбнулся и испустил сотни, тысячи, десятки тысяч коти³ сияющих облаков, а именно: сияющее облако великого совершенства⁴, сияющее облако великого сострадания⁵, сияющее облако великой мудрости⁶, сияющее облако великой праджни⁷, сияющее облако великого самадхи⁸, сияющее облако великих благовещих предзнаменований⁹, сияющее облако великих добродетелей¹⁰, сияющее облако великих заслуг¹¹, сияющее облако великого прибежищя¹², сияющее облако великих восхвалений¹³. Испустив такие неописуемые сияющие облака, он также испустил различные чудесные звуки, а именно: звук дана парамиты, звук шила парамиты, звук кшанти парамиты, звук вирья парамиты, звук дхьяна парамиты, звук праджня парамиты, звук сострадания, звук радостного даяния, звук освобождения, звук отсечения воздействий внешнего мира, звук мудрости, звук великой мудрости, звук львиного рыка¹⁴, звук грозовой тучи¹⁵, звук великой грозовой тучи.

Когда он испустил эти неописуемые звуки, то из мира Саха¹⁶, а также из других миров во дворец на небе Траястримша прибыли бесчисленные коти божеств, драконов, демонов и духов. Туда прибыли божеста неба Чатурмахараджика, божества неба Траястримша, божества неба Суяма, божества неба Тушита, божества неба Нирманарати, божества неба Паранирмитавашаварти, божества неба Брахмакаика, божеста неба Брахмапурохита, божества неба Махабрахмана, божества неба Париттабха, божества неба Апраманабха, божества неба, божеста неба Абхасвара, божества неба Паритташубха, божества неба Апраманашубха, божества неба Шубхакритсна, божества неба Пуньяпрасава, божества неба Счастливой Привязанности, божества неба Брихатпхала, божества неба Авриха, божества неба Атапа, божества неба Судриша, божества неба Сударшана, божества неба Благой Облик, божества неба Акаништха, божества неба Махешвара, а также божества [четырёх] областей [сферы бесформенного], включая божеств обители Найвасамджнянасамджняаятана. Кроме божеств туда прибыли также многочисленные драконы, демоны и духи. Также туда прибыли морские духи, речные духи, духи деревьев, духи гор, духи земли, духи потоков и болот, духи всходов, духи дня, духи ночи, духи пространства, духи неба, духи питья и пищи, духи трав и деревьев из иных миров и мира Саха. Туда также прибыли великие цари демонов из иных миров и мира Саха, а именно: царь демонов Злые Очи¹⁷, царь демонов Пьющий Кровь¹⁸, царь демонов Пожирающий Жизненную Энергию¹⁹, царь демонов Пожирающий Зародыши и Яйца²⁰, царь демонов Насылающий Болезни, царь демонов Собирающий Яд²¹, царь демонов Сострадательное Сердце²², царь демонов Польза Заслуг²³, царь демонов Великое Почтение²⁴. Тогда Будда Шакьямуни спросил Манджушри, Принца Дхармы: "Сейчас ты воспринимаешь своим умственным взором всех будд, бодхисаттв, богов, драконов, прет и духов из этого и других миров, из этой страны и других земель, которые собрались вместе на небе Траястримша. Знаешь ли ты точное число их всех?" Манджушри ответил Будде: "Почитаемый Миром, даже если я, напрягая все свои духовные силы, буду считать их в течение тысячи кальп, то всё равно не смогу узнать их число!"

Будда сказал Манджушри: "Если даже я воззрю своим оком Будды, то всё равно не смогу их сосчитать! Все они – это [живые существа], которых в течении бесконечных кальп бодхисаттва Кшитигарбха уже спас, ныне спасает или же спасёт в будущем. [Это те, кто] уже достиг [пробуждения благодаря ему], ныне достигает или же достигнет [его] в будущем." Даже сейчас в неисчислимых мирах, населённых сознательными существами во всей вселенной рождаются будды, достигают Просветления, проповедуют дхарму и уходят в паринирвану. Появление и исчезновение этих бесчисленных будд это только иллюзорное представление ради пробуждения и освобождения тех живых существ, что все еще спят в океане сансары, подобно бесплодным мечтателям, погруженным в сны и грезы. Если бы будды не появлялись, чтобы родиться, жить и умереть, как обычные смертные существа, то живые существа усомнились бы в том, смогут ли они когда-либо достигнуть уровня истинного просветления. О большинстве Будд до нас дошли только отрывочные или совсем краткие сведения, зато священные буддийские тексты и устная традиция донесли до нас многочисленные сведения о доисторической и земной жизни Будды Шакьямуни, о Его двенадцати деяниях и подвигах…»

Когда Бодхисаттва «Крик в ночи» прочитал эти строки, он просто покой потерял. Как же так - размышлял он- вот ведь есть же великие свершения на пути к нирване, а тут творишь, вторишь добро, но проку нет ни какого. Давно уже люди перестали меня слушать, отвратились от истины, потворствуют страстям своим и упражняются в грехе. Между тем цель моя истинна, спасти всех живых существ, приведя их сознание к полной и окончательной реализации в нирване. Так размышлял Бодхисаттва «Крик в ночи» мучительно вынашивая планы, как бы еще заставить ныне живущих, слушать его просветляющее сознание слово. Но жители деревни, завидев его, опрометью бежали прочь, не желая забивать свой слабый ум проповедями Светлейшего. «Ладно – говорил себе Бодхисаттва «Крик в ночи»- спасу других!» Долго он ходил неприкаянным, одиноким и всеми покинутым. Но случилось так, что Великомудрый сидел на берегу реки тщетно пытаясь настроится на нужный лад, как вдруг увидел маленьких рыб резвящихся в воде купаясь в лучах заходящего солнца. Умиротворенный Бодхисаттва «Крик в ночи» упоенный гармонией созерцаемой картины был готов проронить слезу сокровенной радости. Однако этому не суждено было случиться. В воде мелькнула призрачная тень и рыбы метнулись от нее в ужасе прочь. Грозный хищник настигал свою добычу, вожделенно растопырив пасть, но Бодхисаттва «Крик в ночи» заорал во всю мощь своих легких и спас таки маленьких рыбок от злого рока. Долго потом он не мог отделаться от мысли о том, что мир так не справедлив, а гармония так хрупка. Так или иначе, но Светлейший из просветленных принял решение учить рыб как жить дальше не нарушая обетов сострадания ко всем живым существам и окончательно просветлившись отправиться с ним в небеса обетованные, а именно в небо Тушита где обитают все сущие Будды всех времен и народов.

Принять решение легко выполнить порой невозможно. Это Бодхисаттва «Крик в ночи» понял сразу же, как только зашел в воду, попытавшись завязать беседу с рыбами. «Этак не пойдет – размышлял Благовейнейший, - как же я буду их учить, если мне даже дышать в воде трудно, не то, что говорить!» К величайшему сожалению нигде в трудах классиков учения о таковости ему не удалось найти методику обучения всех живых существ просветлению. Это не говорит о том, что просветленный не смог найти способ провести урок обретения знаний. Но нашел он решение совсем из других источников, а именно из Евангелия прочтя строки: «Увидел Он две лодки, стоящие на озере; а рыболовы, выйдя из них, вымывали сети. Войдя в одну лодку, которая была Симонова, Он просил его отплыть несколько от берега и, сев, учил народ из лодки». Вот оно благовейнейшее из решений. Надо сесть в лодку и отправиться к рыбам, используя лодку в качестве помоста для наставлений. Воистину решение никогда не приходит одно. За ним следом бегут мысли о том, что ловить надобно на 6 червей, главные из которых жадность и глупость. Так Бодхисаттва «Крик в ночи» и поступил. В нанятой лодке от отправился на середину реки насадил на крючок червя провозгласив его жадностью и опустил в глубины с мантрой на устах «О ум, воплощающий мудрость, сверши благое!» стал ждать когда глупость рыбы проявит себя. Ждать пришлось долго, но почитаемому средь людей не пристало выказывать беспокойство по этому поводу. Толи погода не удалась, толи рыба вдруг поумнела, но брать наживку по имени жадность она на отрез отказывалась. Наставник пустился на хитрость и стал потряхивать удочку, дабы подлая натура рыбьего мозга проявила себя и заставила таки ее схватить приманку. Не тут то было. Рыба упорствовала в своей правоте, отстаивая жизненные устои и не желая выслушивать мудрые речи Просветленного. Махасаттва пришел в полное отчаяние и только заветы винаи заставляли его следовать избранному пути. Величайший из людей уже начал подумывать о других учениках, вожделенно поглядывая на чаек, кружащих над его мудрой головой. Мимо проплыла лодка с двумя рыбаками то и дело вылавливающих серебристых рыб, чья глупость не знала предела. «Как можно поступать так опрометчиво – досадовал сердобольный, соболезнуя рыбам, попавшим на чужой крючок – чтобы вот так кидаться на кусок железяки …» И тут краем глаза он замечает легкое подрагивание кивка. Реакция не подвела «проливающего свет» и сильная длань произвела подсечку. На другой стороне удочки, что – то сильно затрепетало и резко повело в сторону. Великомудрый не стал сильно дергать леску, а умело припустил ее сдерживая переполняющие его эмоции. Опыт Бодхисаттвы подсказывал ему, что в этом деле нельзя спешить, ибо в каждом учении нужна уверенность и выдержка. Началась утомительная борьба за обладание. Каждый стремился доказать свое превосходство, в праве, данной ему от природы. Бодхисаттва «Крик в ночи» слыл в народе непревзойденным мастером убеждения. Каждый раз очередной ученик уходил от него убежденный в чем угодно, только не в собственной правоте, хотя озарение приходило к нему в последствии во сне, от чего ученик просыпался в холодном поту и в страхе кричал во всю мощью. Так уж повелось при передаче сокровенного учения Чистая вода, что ученик сам приходил к знанию через незнание другого. Вот и теперь гуру был настойчив и не желал отпускать очередного ученика в настойчивом желании преподать ему урок за его неуемную жадность и глупость. В прямом смысле слова надежда висела на крючке. С другой стороны лески активная рыба проявляла недюжинное упорство в нежелании предстать перед очами наполненными светом любви и сострадания. Рыбине было невдомек, что ее ждет великое просветление в конце бесконечного туннеля с тянущей к свету капроновой нитью. Она наверное кляла себя за опрометчивость и глупость, за то что ей так захотелось отведать запретного червя, столь соблазнительно извивающегося на крючке. Сильное, тренированное тело стремилось прервать полет в нирваническое проявление света. Ей так была мила глубинная тьма. Однако настойчивое стремление махасаттвы привести рыбу к пониманию изначальной буддовости было сильно. Обладание знаниями должно было обязательно победить. Торжество справедливости в кармической неотступности обязано было возобладать. Величайший выступал механизмом этого торжества, с почетом исполняя роль вершителя судеб. В совершенных мыслях его роились отрывки доказательств о торжестве нирваны над сансарой. О том что, Будда говорил о ней, как о единственной реальности, как о предмете всех устремлений и желаний. Именно в идее Нирваны, перед которой «слова останавливаются» и заключен важнейший смысл Его Учения. «Как великое море проникнуто только одним вкусом — вкусом соли, так и мое Учение и эта Виная проникнуты только од­ним стремлением — стремлением к Освобождению», — говорил Он. Величайший из людей вспомнил, что была провозглашена свобода от всеобщего и безжалостного закона кармы. Этот проблеск или прорыв внутреннего прозрения приводит к Совершенной Мудрости, преодолевающей из­вечный барьер между личностью и миром, к целостному и непосредственному восприятию действительности и к обретению сверхвозможностей. Все перемешалось в сознании его правда и вымысел, справедливость и возмездие, желание и презрение к страстям. Как только над поверхностью воды появилась усатая морда огромного сома учителя жизни охватил первозданный восторг. Он уже слышал дифирамбы в свою честь и просьбы удивленных жителей селения просящих лишь об одном: "О человеколюбивый! Мы хотим, чтобы ты рас­сказал нам, божествам, драконам, членам четырёх собраний, а также всем живым существам нынешних времён и будущего о тех страда­ниях, которым за свои злодеяния подверга­ются живые существа мира Саха и матери­ка Джамбудвипы, а также о названиях адов, мучениях, испытываемых там, дабы живые существа будущего, которые будут жить в эпоху "конца Дхармы", знали о плодах воз­даяния, [обретаемых в адах]". Он готов был рассказать о том, что происходит с теми, кто нарушает винаю на примере этого злосчастного сома, пожирающего всех червей глубочайшего дна. Поведать об Адах готовых принять бренные тела и души грешников потворствующих существованию шести червей. Наказания казались ужасны, раскаленные сковороды с обжигающим постным маслом, коптильня с жгуче ядовитым дымом, соляная купель продирающая мясо до костей, сухой ветер сковывающий нервы и еще множество способов кулинарного приготовления мягкого, сомовьего тела. Меж тем яростная борьба за обладание продолжалась. Сом то и дело предпринимал попытки сорваться с крючка, то уходя под лодку, то неожиданно убегая от нее. Вот уже сачок был подведен под морду несчастной рыбине и она, сверкая ненавидящим взором провалилась в него. Но

Карма распорядилась иначе. Сом, в отчаянной попытке выжить свернувшись кольцом, ретиво встал не хвост и выскользнул из сачка. Ощутив свободу, шевельнул огромными усами и уплыл в холодную унылую пучину. Бодхисаттва «Крик в ночи» впервые в жизни закричал от отчаяния охватившего его незрелую душу. Все к чему беззаветно стремилась его душа в мгновение ока превратилось в призрак, майю, иллюзию оставив на память только разогнутый крючок на леске и капли слизи на сачке. Несколько минут мученик мысли сидел недвижимо, покачиваясь в лодке на легких волнах. Разом исчезли все мысли, наполнив разум великой пустотой. В битве за обладание победила рыба. Теперь все устои, диктуемые учением, требовалось поменять. «Может это была неправильная рыба?» - подумал Бодхисаттва «Крик в ночи». Но сразу же отринул эту мысль, так как на смену ей пришла другая. «Это была Величайшая из рыб!» именно она смогла повернуть колесо дхармы вспять, что удавалось только Будде. Это была рыба-будда увидевшая свет и вернувшаяся во мрак пучины, чтобы поведать о нем тамошним обитателям. Воистину этот случай следует рассматривать как опровергающий всякие устоявшиеся концепты в сфере получения истинного знания. Бодхисаттва «Крик в ночи» с полной окончательной ясностью узрел смысл сансарического существования. Он заключался в том, что каждый прав в своей правоте и только единство всяких прав дает свободу, которую каждый выбирает для себя сам.