Старый Новый Дед Мороз
Фьюить! Круглый снежок точно попал в бойницу снежной крепости. Вовке залепило левый глаз обжигающим снегом. А больно как! Повалился Вовка навзничь и заревел испуганным басом. Чего с него взять? Детский сад и есть детский сад – выдержки никакой. А ведь уверял, что хныкать и кукситься, случись чего, не будет. Не стоило этого плаксу в одну игру с третьеклассниками брать.
- Глаз выбили! – хныкал пятилетний защитник крепости, чтобы оправдать свои слёзы, - Вам бы так.
И хотя глаз был вполне нормальный, только красный, испугались ребята и решили Вовку домой проводить. Пока решали, выяснилось, что и провожать уже некому. Все, и защитники и наступающие, странным образом исчезли. Видать по домам разбежались, в страхе, что попадет. Остались только Костик, да его брат Димка, как самые ответственные. К тому же Вовка - их сосед, и все равно домой по пути. Проводить, конечно, не сложно, но уж больно не хотелось перед соседкой тётей Таней ответ держать за ушибленный Вовкин глаз. И Костик и Димка играли на стороне защитников, а значит попасть в соседа снежком не могли, но попробуй потом докажи. У взрослых мозги странным образом устроены – могут наорать или всыпать ни за что. Упал раз Димка с дерева нечаянно, а мать ему вместо «здрасьте» по заднице. Потом правда извинилась: - Я просто за тебя сильно испугалась! Хорошие дела: она испугалась, а Димке перепало. Никакой логики. Поэтому братья понуро и с неохотой конвоировали все ещё хныкавшего Вовку через лилово-синий январский вечер. По низу мела небольшая позёмка. Районная ёлка вяло мигала огоньками в начинающейся метели. На улице не было почти ни души – взрослые отмечали странный праздник со взаимоисключающим названием Старый Новый Год. Из жёлтых прямоугольников окон выливался наружу весёлый застольный шум вперемешку с ароматами еды. У Костика засосало под ложечкой.
- Пацаны, давай быстрей, а то праздник праздником, а завтра в школу. Айда через пустырь.
- А мне мама не велела через пустырь ходить, - ответил бдительный Вовка, - Там могут преступники прятаться, которые детей воруют.
- Тебе мама не велела и с большими ребятами играть, - буркнул Димка, - Взяли мы тебя на свою голову.
Троица двинулась через засыпанный сугробами пустырь между домами. Узкой тропинкой идти рядом было не удобно, и мальчики растянулись вереницей. Двигаться стало тяжелей – ступни вязли в плохо утоптанном снегу. Вдруг шедший впереди Костик исчез в вихре снежной пыли. Димка с Вовкой протёрли глаза – исчез! Не успев испугаться, Димка сделал шаг вперёд и тоже скатился по небольшому склону в маленький овражек. Костик сидел на дне и сосредоточенно отряхивался от попавшего за шиворот и в рукава снега.
- Здесь летом оврага не было – сообщил он брату. – Не иначе осенью промыло.
То, что оврага не было, Димка и без него знал. Даром что ли они везде вместе ходят. В школе к близнецам Силаевым даже взрослые пацаны не пристают. Потому что, брат за брата привыкли с детства держаться. Хоть с виду хлипкие, а четыре кулака, больше чем два.
- Ребята, вы где?
- Не боись, сейчас вылезем, - сказал Димка, вставая. Мокрая варежка наткнулась на нечто твёрдое в снегу. Круглый предмет темнел под небольшим снежным покровом. Маска Деда Мороза!
- Гляди-ка, я Дед Мороз, - Костик выхватил находку у Димки и напялил на лицо. Резинки на маске не было, и он держал её руками. Глаза весело блестели в прорезях.
- Старый Новый Дед Мороз – буркнул брат – сегодня же не Новый, а Старый Новый Год.
Сверху скатился испуганный Вовка, сбив с ног Костю. Тот повалился на малыша и сердито завопил: - Смотри куда едешь. Так и ногу сломать недолго.
Не уточнив, кому именно таким образом недолго сломать ногу, пацаны вылезли наверх, взяв под руки плачущего от страха Вовку.
- Хорошо плакать развел сырость. Глянь, мы маску нашли.
Малыш находке обрадовался:
- Ого, а может она волшебная?
- С чего вдруг?
- А наденешь её и сам волшебником станешь. – и Вовка тут же испробовал найденную личину на «волшебность», - Терим – тетерим, хочу к маме.
И тут же Костику попало по затылку женской рукой в мягкой варежке.
- Ах вы, оболтусы, сто раз говорила, не играйте на пустыре! – пронзительный голос Вовкиной мамаши нельзя было спутать ни с чем, - Я уже все дворы оббегала, а они тут прохлаждаются. Вот я тебе Вовка, паршивец, сейчас всыплю. Выбрось эту дрянь!
С этими словами тётя Таня как на буксире потащила сына по снежной целине к видневшемуся неподалёку дому. Вовка басом заревел. Теперь он уже жалел, что потратил волшебство маски на мамкины подзатыльники. Костик поднял маску и отряхнул с неё снег. Нарисованный Дед Мороз улыбался тёмной прорезью рта.
- А ну-ка, дай я попробую – Димка нацепил личину и взмахнул рукой, - Хочу... Блин, домой хочу. Побежали быстрей, колдовать потом будем.
Перед дверью братья пообмели друг с друга снег старым веником и по очереди нажали кнопку звонка. Не то, чтобы они боялись, что мать не услышит, просто привыкли всё делать вместе. Дверь открылась, выпустив в тёмный подъезд целый фейерверк вкусных запахов.
- Нагулялись? Давайте раздевайтесь, мыть руки и за стол. Костик, а ты почему не отвечал по мобильнику? Я тебе раз десять звонила.
Мобильник братьям мать покупала один на двоих. Сегодня главным по связи был Костя. Он сунул руку в карман и обмер. Телефон исчез. Костик тщательно перетряхнул все карманы под укоризненным взглядом брата и матери. Вроде в крепости телефон ещё ощущался в кармане. Когда же его не стало? Где искать? Наверное, в овраге потерялся.
А всё этот старый новый дед мороз. Пацан в сердцах пнул ухмыляющуюся красную рожу, валяющуюся у обувной полки.
- Где вы эту маску нашли? – заинтересовалась мать, - Вечно всякую дрянь домой тащите.
Димка, стараясь прикрыть брата, попытался перевести разговор в шутку:
- Вовка соседский говорит, что она волшебная. Смотри, - преувеличенно дурачась, он нацепил Деда Мороза на лицо и провозгласил, - Мобильник найдись!
И вдруг раздался звонок в дверь.
- Твои охламоны дома? – горластая соседка тётя Таня стояла в дверях, как статуя из мультика про Нильса, - Они сегодня моего Вовку увели на пустырь играть. Ты Маша, поговори с ними. Вовке то я всыпала по первое число, чтобы не повадно было.
- Да мы просто домой хотели путь срезать – заскулил Костик под суровым взглядом матери. – Ну, честное слово.
Теть Таня уже повернулась уходить, но, вдруг что-то вспомнив, повернулась опять:
- Да, вот телефон ваш. Каким-то образом Вовке за пазуху попал. Наверное, когда они на задницах с горы катались. Никаких штанов не напасешься на них. Все словно горит.
Дверь за соседкой захлопнулась. Братья и мать переглянулись
- Говорю же волшебный, - робко начал Димка.
- Хорош болтать ерунду. Марш руки мыть и за стол! А маску бросьте вон на полку для обуви. Волшебники.
Утром следующего дня, когда мать собиралась на работу, а ребята в школу, раздался звонок в дверь: - Это квартира Силаевых? В дверях стоял незнакомый мужчина.
- Вот тут письмецо просили вам передать. Василий Силаев. Мы с ним вместе в плену в горах были. Три дня назад выбрались. Я сразу домой поехал, а его в больницу. Он сейчас сильно болен, в госпитале. Но ничего серьёзного. Отлежится пару недель и вернётся. Хотели позвонить, а телефонные номера с мобильником ещё тогда пропали. Вот письмецо написал, чтобы не волновались.
Мать охнув, осела прямо на тумбочку в коридоре. Незнакомец неловко потоптавшись, попрощался и вышел.
- Мам, не плачь, нормально все. Батя приедет. – близнецы топтались возле плачущей матери, не зная что делать.
- Ладно, идите уж, а то в школу опоздаете, - махнула она одной рукой, другой прикрывая заплаканное лицо. – И маску свою выкиньте, где нашли.
Братья бежали по короткой дороге через пустырь. У вчерашнего оврага приостановились, глянули вниз. Совсем неглубоко, это ночью показалось страшновато.
- Погоди, - Костик швырнул маску вниз, - Пусть ещё кому-нибудь повезёт. Кстати, я ночью в туалет вставал и видел: мама сидела в этой маске у бокала с шампанским и что-то шептала. Димка пожал плечами, но не нашёл что сказать. Мальчишки чуть помолчав рванули по тропе, поднимая облачко снежной пыли. В глубине овражка улыбался зимнему небу Старый Новый Дед Мороз.
Еловая веточка
Тихо в зимнем лесу. Тихо и красиво. Пушистый снег мягким пледом задрапировал чёрный бурелом и пожухлую листву. Лёгкий ветерок прихватывает снежную пыльцу, заставляя снежинки кружиться в искристом танце у поверхности. Но сильному ветру негде разгуляться в тесноте еловых стволов. И утихает он, едва начавшись, и обиженно гудит по верхушкам.
Хорошо под пуховым одеялом тёплого снега разной лесной мелочи. Тебя, маленький читатель, наверное, удивит словосочетание «тёплый снег», но зимой в лесу лучшего одеяла и не придумаешь. Даже рослые глухари и бойкие тетерева ныряют в сугробы с деревьев, как спортсмены с вышки. А уж о мышах и говорить не приходится. У них под снегом целый город с улицами и переулочками. Живут они в своих домиках-норках, но в гости и по делам бегают по подснежным тоннельчикам.
Велико племя мышиное, и в каждом городке есть свой вождь. Вот как-то раз в одном мышином царстве-государстве готовились к встрече Нового Года. Осень удалась на славу, и зерна в кладовых вдоволь – отчего не праздновать? В общем подземном зале старый седой мышак Серый Ус собрал своих поданных.
- Скоро Новый Год, - сказал мышиный вождь (ведь мыши говорят между собой, только на своём языке). – Еды у нас много, а вот ёлки нет. Кто сможет принести еловую веточку для праздника?
Зашептались, мыши, засуетились – опасное это дело. Город на опушке, а до ближайшей ели аж метров пятьдесят. Да и дороги проложенной туда нет, придётся пробивать тоннель своим мокрым чёрным носиком. К тому же ёлки отвратительны на вкус, и от смолы потом не очистишься.
- Даю смельчаку зерна в десять мер его веса, - посулил хитрый Серый Ус.
Ведь мыши, чтобы согреться, нужно в день съедать не меньше пищи, чемона сама весит. Малыши от возбуждения закопошились, затолкались – это ж какая уйма зерна получается? В потасовке маленького мышонка по имени Кривохвост (мама звала его Саблехвостом) вытолкнули невзначай под светлые очи мышиного владыки.
- Молодец! – обрадовался Серый Ус (он сразу смекнул, что на худосочном мышонке можно сэкономить, ведь весит тот совсем ничего). – Отправляйся немедленно!
И отправился Саблехвост в опасную экспедицию. Царям-то и у нас прекословить не принято, а уж у мышей – тем более. Эх, зябко бежать, лапки мёрзнут. Сверху, сквозь снежную вату доносятся страшные звуки. Вдруг – хрум! – рядом снег посыпался. Это лось прошёл. Фрр-чу – тетерев косач взлетел. Ну, да они звери не вредные, мышонка не обидят. Разве что лось нечаянно наступить может.
Всё ближе мышонок к ближайшей ёлочке, и греют его мысли о большом вкусном пшеничном зерне. Сидит на суку сова-неясыть. Слух у неё отменный, хоть ушей и не видать вовсе. «Ага, мышь», - усмехнулась про себя неясыть подснежному шороху. – У-у-ух хорошо» -и приготовилась к атаке.
«Ага, мышь», - осклабился старый лисовин, и пополз на шорох рыжим пушистым пламенем.
А Саблехвост уже и веточку откусил (ох, и гадость эта ваша смола!) и под снегом назад тянет. И тут сверху, через рыхлый потолок снежного тоннеля пробился чёрный лисий нос. Мышонок от страха оцепенел – это его и спасло. Наткнулся лисовин на еловую ветку нежной кожей носа и от неожиданной боли сиганул вверх. Прямо навстречу атаке неясыти.
- Ну у вас в лесу и мыши! – успела подумать сова, вонзив когти в пушистую спину и рухнула вниз под тяжестью лисьего веса. И закрутилась карусель – лис неясыть стряхнуть со спины не может, сова когти из лиса освободить не в силах. Кто победить – смотреть некогда, нужно быстрей домой, в тёплый подземный зал.
- Герой! – похвалил мышонка Серый Ус.
Поставили ёлку посреди зала. Любо-дорого посмотреть, да и от моли помогает. А вот с зерном Саблехвоста чуть надули – всего девять мер дали. Правда вождь ещё и орден пожаловал – еловую хвоинку, вплетённую в шерсть на спинке. Так что если встретите такую мышку – не обижайте её. Впрочем, и других зверюшек, по возможности, тоже.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com