Мой Дух

Мой Дух летит из Плоти бренной,

Но знаю я – лишь в ней он жив:

Так Кровь пульсирует по Венам,

И к Сердцу вновь и вновь бежит.

И этот Пульс – Пути Знаменье,

Незримый Странник во Плоти –

Соединяет Светоч с Тенью:

Как Солнце, скрытое в Груди...

Челнок искусный, в Ткани Жизни

Узор с Цветами он роднит:

Но в Пестроте сокрыта Тризна,

И Вкус Конечности разлит.

И связан крученою Нитью,

Он Цепь Материи Земной

В себе хранит – уже провидя

Удел Трагедии Одной...

Без Воплощенья – Дух бесцелен,

Без Духа Плоть – ненужный Тлен:

Жизнь – Труд в Сплетенье Духа с Телом,

Сплетенье Солнца и Селен.

Лучатся Чувства: Светоч-Разум

Энергий Опыт познаёт –

И Боль есть Жизнь, что движет Массу,

В которой Сердце с Болью бьёт...

Державы Стихий

Державы Земные

Из Почвы взошли:

Возвысили Выи

И Пламя зажгли,

Из Глины и Камня

Создав свою Твердь,

Боролись нещадно

За Злато и Медь...

Державы Морские,

На Смену прийдя,

Со Скоростью Киля

По Водам летя,

На Гранях, на Скалах,

Из Далей, Широт –

Из Мыслей и Сплавов –

Создали Оплот...

Но Ветра сильнее

И Звука быстрей, –

Державы Воздушные

Мощью своей

Поднялись на Крыльях

Идей, что живут –

В Мирах, что открыли,

В Словах, что зовут, –

В Природе, что выше

Привычек людских,

Что глубже, чем пишут

И судят о них,

Прочнее, чем Камень,

Вода иль Огонь, –

Что правит Руками,

Творящими Сон.

Их Власть – это Право,

Их Свет – Интеллект:

И вечна их Слава –

Как Юность их Лет!..

Мichele Angeli

О, Пламенный Дух! В этот Мир обратись –

Своё привнеси Измеренье

Туда, где Страданий звучит Вокализ,

Где живы не Светом, но Тенью!

Заставь эту Жизнь через Пламя найти

Тот Путь к позабытому Раю,

Что сквозь Преисподнюю будет вести, –

Где адское Пламя играет!..

Художник! Ищи лишь Единый Огонь, –

Фиксируя Всполохов Пляску, –

И в каждой Материи Душу затронь

В пространственных Формах и Красках.

Ты высвобождаешь в Горенье Стихий

Природу, что скрыта доселе:

Порви же их Цепи, сними с них Тиски –

И Дух посели в Новом Теле!..

Что Мышцы Людские, что Мимика Лиц,

Что Жесты, Движения, Позы? –

Повсюду лишь Пламя, – Святой Вокализ, –

Из Пепла растущие Розы!

Кто пламенный Дух сквозь Геенну провёл, –

В Огне закалив своё Пламя, –

Тот Руку Творца, и Спасенье обрёл,

Слова оживляя Делами!..

Тоска Пилигрима

Кров бесприютный покинь,

В Путь одиноко пустись, –

Жребий предложенный вынь,

Молча ему покорись.

Камни скрипят под Ногой,

Воздух застыл пред Грозой:

Ты беззащитный, нагой, –

Словно Былинка с Росой...

Близость давно Далека,

Кромка Ущелья видна:

В Пропасти дышит Река, –

Рвётся с бездонного Дна.

Вырваться не суждено –

Пропасть сдавила Поток:

Значит, осталось Одно –

Биться сквозь Камень и Рок!..

Народы Моря

Народы Земные Морями плывут –

«Народами Моря» их Страны зовут:

«Народами Моря» – без Суши земной –

Что Души без Плоти, с Судьбою Одной!

Народы Морские – Изгои Земли:

В Пределы иные, в солёной Дали,

Влечёт их Природа, как Волны, на Брег –

Из Пены творя их отчаянный Век...

Забытые Мифы Легенды теснят:

Герои – не Боги – их Кровью творят.

Запретное пало – к безвестным Ногам,

Преданья предали – открылись Врагам!

Чужое разрушит смешавший Своё:

В Погоне за «Лучшим» он станет Зверьём.

Отчаянье – дико, и Зависть – слепа:

Жестокое Лихо – что в Скалах Тропа...

Бесформенность к Форме стремится опять,

И Форме подточенной – не устоять:

Но Волны со Скалами – не породнить,

Удел их извечный – встречаться и бить!

Так в Море Народам Морским не дано

Сражаться, – как Странам, что стали Стеной:

Кто Брег не возьмёт – того Дно поглотит,

Но Память Живых за него отомстит...

Илуит

Кто Охотник – тот странствует Духом,

Кто в Нужде – обладает Желаньем,

И в Теченьях, влекомых по Кругу, –

В Круге Северном, сквозь Расстоянья,

Он отправится в Бегство – за Целью,

Что неведома, но ощутима:

Жизнь Охотника – что Рукоделье –

Осязаема, цельна и зрима!..

Стянут Жилы упругие Шкуры,

Гарпуны заострятся на Зверя,

И по Волнам – по Спинам акульим –

Племя выплывет, Ветру доверясь.

И Чутьё к Островам понесётся,

Нападая на Лежбища в Скалах:

Этот Путь безвозвратным зовётся, –

Это Путь, что Судьба обещала!..

В Тверди Льда воздвигают из Снега

Поселения хрупких Пристанищ:

В них вселяется Дух Человека,

Что на Землю потом не заманишь.

Жизнь Охотник – за Жизнь – отбирая,

Дух убитой приветствует Плоти:

Память Плоти в себе собирая,

Что затем продолжается в Роде!..

Облик Мира Железом отмечен,

И Огнём запечатан во Мраке,

И Охотник, что вышел далече,

Воплотит их в великой Отваге.

Под Пустыней Сокровища скрыты, –

Словно Пиршество Жизни под Смертью:

Льдина Прошлого будет разбита –

Над прекрасной, неведомой Твердью!..

Папа Целестин

Верните мне Моё Уединенье!

Зачем мне «Дар», что вы «преподнесли»?!

Власть над Людьми, что преданы Сомненью,

Не для моей почтенной Седины.

«Я – лучший Выбор» – вы всем говорите,

Скрывая то, что я – лишь Человек:

Как все, я грешен – и не в лучшем Виде

Моя Душа идёт страдать за Всех!..

Я слаб и болен – вы же все здоровы,

Я лишь Монах – вы знатны и сильны:

За Вами Дело, а за мной – лишь Слово, –

Пусть в нём одном Биение Весны.

Вам нужен «Пастырь»: Стая меж собою, –

Вы Стадо там, где Страх и Темнота,

Но Свет слепит запутавшихся вольно,

И бесит тех, чья Совесть нечиста!..

Отвыкший слушать, слушаться не будет,

Ответом дерзкий трусит отвечать:

О, тяжкий Крест, – прощать того, кто Судит!

О, Власть в Безвластье – Чести не видать!

Я сыт по Горло Суетностью тленной,

И для меня – что Слава, что Позор:

Верните мне Моё Уединенье!

Я не Паяц, не Нищий и не Вор!..

Мастер Эры Юань

В Эру Сун он служил, –

Не страшась, не стыдясь, –

На Земле своей жил,

Как владетельный Князь,

Часто был при Дворе,

Улыбаясь, шутя,

Слыл учтивым в Игре

И гадал на Костях...

В Каллиграфии «бог»,

Он Картины писал:

Храм и горный Отрог,

И Величие Скал

С бурной Мощью Реки,

С Морем вешних Лесов

Из-под этой Руки

Вновь рождались без Слов...

Но повсюду любил

Праздник он рисовать:

В Храм Людей он вводил,

Заставлял танцевать,

Развлекаться, шутить,

Размышлять, торговать,

Или в Странствии жить,

Или в Страсти сгорать...

Но Монголы пришли,

И Огнём, и Мечом

Власть свою принесли

В Край Лачуг и Хором.

Пала Воля к Борьбе

Средь застывших Сердец,

Все затихли в себе,

Словно призрачный Лес...

Кто в Лачугах, пошёл –

Как и прежде ходил –

В Услуженье, в Издол

К тем, кто жёг и губил.

Кто в Хоромах, одел

Знаки новых Господ:

При Дворе уцелел –

Спас Покои и Род...

Но Художник Один,

Ранг и Почесть сложив,

В Обрамленье Седин

Лик скорбящий склонив,

Тихо выехал вон

От Двора и Утех –

В Край, где властвует Сон,

В Край Туманов и Рек...

Он Владенье продал,

Взял Жену и Детей,

И в Низине, меж Скал,

На озёрной Воде

Плот построил большой,

Дом построил на нём, –

И, для Мира Чужой,

Зажил в Мире Своём...

Но однажды к нему

Прибыл Поезд Гостей:

Все влеклись к Одному,

В Край рыбацких Сетей.

Сели в Лодки – и вот,

В предвечерней Красе,

Заступили на Плот:

Сонм Врагов и Друзей...

Ужин скромный вкусив,

Чай отпив неспеша,

Тот, кто, велеречив,

На Ковре возлежал,

Вдруг спросил: «Почему

Вы оставили нас?

Предпочли эту Тьму

В предзакатный сей Час?»

«Двор, как прежде, живёт –

Мы, как прежде, при нём:

Всякий ест или пьёт,

И в Достатке своём.»

«Вы же в этой Глуши –

И Картины у Вас:

В них Ваш Образ лежит

И живёт без Прикрас!»

«Этот Образ – во всём –

А вокруг, будто Сон...

Только мы не поймём:

В Тени девственных Крон,»

«На Уступах, в Полях,

Здесь не видно ни зги!..»

« – Сожалею! Но Страх,

Что излили Враги,»

«Ныне правит Землёй,

Что согнулась, стыдясь...» –

Молвил тихо Изгой,

Что когда-то был Князь.

« – Но скажите же нам:

Средь пейзажной Красы, –

Там, где Мост, или Храм,

У песчаной Косы, – »

«Неужели нигде

Для Фигур Места нет –

На Земле, на Воде?!..»

Но таков был Ответ,

Что Хозяин изрёк

Глухо, словно со Дна:

« – Где в позорный сей Век

Хоть Фигура Одна?..»

Была Эра Юань,

Были Тьма и Туман:

Ночь брала свою Дань,

Мгла сочилась из Ран

Гор, умытых Дождём, –

А на Озере Плот

В тайном Мире своём

Дрейфовал среди Вод...

В тихом Доме Старик

Что-то Кистью писал:

Его сумрачный Лик

Словно Свет рисовал, –

Луч холодной Луны,

Безразличной к Земле...

А кругом плыли Сны –

Пеплом в хладной Золе...

Сиккерт

Взгляд со Сцены в зрительный Зал –

Взгляд из Зала в Блики и Свет:

О, Улыбки странной Оскал,

О, Теней израненный След!

Где Граница? Призрачность Рамп

Смотрит вглубь – вот только Куда?

Кто же здесь Владыка? Кто Раб?

Так в Песок уходит Вода...

Лица смыты: Скука жива, –

И Стремленье Скуку сорвать,

Словно Маску, что не права,

Как Личину, что не понять.

Правота с Понятьем – близки,

Но вдали – от Лжи Полусна,

И Движеньем грубой Руки

Ляжет в Образ их Седина...

Зал – Актёры: Сцена глядит

На Пришедших, как с Высоты,

Кисть Холсту отныне не льстит

В Отраженье чёрной Воды.

Время Каплей в Мире Частиц

За условной Целью течёт, –

Наполняя девственный Лист

Впечатленьем Наоборот...

Отповедь Семирадского

Зачем вы гордитесь,

Что «близко к Натуре»

Быть Кистью стремитесь

Резцом и «Текстурой»,

Что точите Перья

О грубый Булыжник,

Красу «Лицемерьем»

Зовёте «недвижным»,

Что славите Грязь

И Уродство Убожеств,

Вскрываете Пласт

Человечьих Ничтожеств,

И ищете «Правду»

В Пыли приземлённой –

Средь глупого Стада

И Тьмы полусонной?!..

Вы все заблуждаетесь:

Вы не открыли

Ту «Новь», что стараетеь

Вывести «Былью».

Она всем известна –

Без вас и давно уж:

Но Духу в ней тесно –

А Дух не изгонишь!

Он жаждет Высот,

Идеалов и Света,

Мечты, что в Полёт

Отправляется с Ветром,

Изысканной Свежести,

Прелести Красок,

Улыбок и Нежности,

Песен и Плясок!..

Божественнен Дух,

Его Образ, Подобье:

Он в Таинстве Рук,

Форме Губ или Брови,

Во Взоре Очей,

Переливах, Намёках –

Вселенной Вещей,

Вознесённых Высоко!

Живёт не для Грязи

Искусство – для Духа:

Красу Безобразье

Не выведет в Слуги.

И это Вопрос,

Чья же Правда важнее:

Бурьяна иль Роз,

Кирпича иль Камеи!..

Но точно Одно:

Нам Иллюзия – ближе,

Чем всё, что «дано» –

Ей одною мы дышим.

За нею стремимся,

Её воплощаем –

А Грязи стыдимся,

Что нас разрушает.

И «Правда» – запомните –

Неочевидна:

Она не Загон,

Где пасётся Скотина,

Она – Естество,

Но не Грубость «Натуры»,

И в нём лишь Родство

Красоты и Культуры!..

Карнарвон

На Бреге далёком Валлийском,

Покрытом зелёной Травой, –

Под Небом клубящимся, низким,

У Скал, где кочует Прибой,

Жестокий Властитель-Захватчик

Велел Чужестранцу создать

Твердыню, что Силу не прячет,

И призвана повелевать...

И действовать стал Чужестранец, –

Как водится, издалека:

Он следовал мудрому Плану,

Лишая Надежды Врага.

В болотистых, топких Низинах,

На Острове, в Скалах крутых,

Он Крепости строил единой

Цепочкой из Башен литых,

Из Стен, возвышавшихся мрачно,

Из чёрных зияющих Рвов –

Жестокость от Страха не пряча,

Клинок не кладя под Покров...

Но в Центре Страны, – в Окруженье

Охраны больших Крепостей, –

Укрыл он под мощною Сенью

Хоромы во всей Красоте:

И Стены из Форм идеальных,

И Башни на восемь Углов

Возвёл вокруг Залов и Спален,

Богатых Убранством Столов...

Так Образ великого Града

На Землю «спустился» с Небес –

В Твердыне, что Мраком и Хладом

Средь этих возвысилась Мест.

Возвышенность – над Униженьем –

Безмолвно отныне парит:

Победа слилась с Пораженьем –

В один романтический Вид...

Парфяне

Горы, Равнины – вместе отныне:

Рыцарь Пустыни их побратал;

Множество снова станет Единым –

Чтобы Свободы Враг не украл!

Вот Благородство Гордости Правых –

Правых Доверьем, но не Мечом –

Степи на Страже: в девственных Травах

Воздух по Венам сладко течёт...

Волчьи Ублюдки здесь беззащитны –

Их окружают и не щадят:

Львиные Души Сущность Ехидны

Светом омоют, Мощью сразят!

Порабощенье с Ложью едино:

Поработитель трусит и врёт;

Мы распознаем Оком Орлиным

Этот коварный, злобный Народ...

С Завистью Битва – правая Битва,

Правая Слава – вечно права;

Рыцари Правды – гордая Свита –

Против «Свободных» с Сердцем Раба!

Спесь осрамится, Жадность упьётся

Собственной Кровью чёрной своей:

Поступь хмельная с Марша собьётся –

В Пропасть сорвётся, в Логово Змей...

Сила – не Грубость: быть Утончённым

Значит Клинок свой острым держать –

И Красотою вооружённой

Ныне поскачем Зло побеждать!

Войны – лишь Средство, Цель – их Забвенье,

А Равновесье Множеств – Итог:

Рыцари Сердца спасительной Сенью

Станут от тех, кто груб и жесток...

С Гор нисходите, Пустынником будьте,

Зорко храните Тучность Равнин:

Рыцарь свободен не Плотью, но Сутью –

Рыцарь степной, что Сознаньем Един!..

Кrupp

Век Стальной – Пик Железного Века:

Медный – в Прошлом, вдали – Золотой!

Альфа в Стали – стальною Омегой

На Поверхности Мира литой

Методично наносит Удары,

В рукотворной своей Мастерской

Раскалённое Жерло Металла

Сотворяя из Тьмы Вековой...

Прометей и Вулкан – снова рядом –

Воплощённые в Мире Людском:

Вор-Кузнец упивается Чадом,

Дерзкий Мастер стоит на своём.

Цвет кровавый Огонь предвещает,

Грохот Молотов – пушечный Гром:

Дым Пожарищ уж в Небе витает –

Из бесчисленных Адских Хором...

Создаётся Империя Стали:

Образ Новый – на старом Холсте;

Грёзам Прошлого Форму придали,

Монолит возвышая в Тщете.

Больше Труб – больше Жерл – больше Власти:

Это Троица Граций стальных;

У Колоссов уж спаяны Части –

И Заклёпки положены в них...

Верность, Преданность, Бескомпромиссность –

Вот Девиз Восхождения ввысь –

На Вулкан, что, взрываясь над Жизнью,

Погребёт её хрупкий Абрис...

Тулуз-Лотрек

Мир Обречённых пишет Обречённый,

Мир Красоты израненной – Ущербность:

Жива Фривольность Взглядом напряжённым –

И из Руки рождается усердной.

Острей Цвета – но Краски не ложатся:

Они Канкан отчаянно танцуют;

Фигуры в резких Контурах кружатся,

И безысходно мечутся, тоскуют...

На Праздник Жизни! Словно на Вокзале,

Свет Суеты всё смазывает ловко:

Здесь преходяще трепетное Гала,

Что приходящих Лиц сбивает с Толку.

Кино уже рождается, снимая

С застывших Фото каверзную Ретушь,

Но Кисть Рука – как Сердце Жизнь – сжимает,

И ты её Страданиям поверишь...

Жизнь прожита – ещё и не начавшись,

Смерть вкушена – в Пирушках полуночных:

Безумье Грузом брошено на Чаши –

Вес Легкомыслий будет познан точно.

Изнанка – вот! Сокрыта под Исподним –

Как Суета в Объятьях с Суетою:

Ведь наша Жизнь – распущенная Сводня,

Что под Личиной прячется Простою...

Генуэзское Кладбище

Некрополь – Творенье Живых:

Живые в нём ищут Покоя;

Их Дух к Восхожденью привык,

Их Плоть в Увлеченье собою

Привычно стремится создать

Из Форм своих Мир Идеальный:

В Мгновении Смерть обуздать –

Мираж оставляя сакральный.

Так Жизнь, что оставила Плоть,

Оставлена в Камне навеки:

Души воплощённый Полёт,

Открывшей духовные Веки...

Начни Восхождение там,

Где временные Постояльцы;

Под Своды Луны и Креста

Взойдёшь одиноким Скитальцем;

Увидишь там мраморный Шик, –

Слиянье Страстей, Аллегорий, –

Отчаянье быших Живых,

Что вечно с Отчаяньем спорят.

Пойми: Наслажденье влечёт

И здесь – к Воскрешенью из Гроба:

И ныне – Свеча со Свечёй –

Взошёл ты на Новый Акрополь!..

Человек Уподобленный

Человек, уподобленный Богу –

Бог в обличии слабом людском:

Добродетель растёт из Порока –

И уходит в него испокон.

Оправдания в Поисках Правды

Бьются Ложью за призрачный Мир:

Это вечная тёмная Страда,

Что Страдания Образ затмил.

Жизнь меняет Личины Мгновений, –

Праздник Действия, трезвый Разгул:

Плоть из Света – становится Тенью,

Дух из Тьмы – вулканический Гул.

И Тавром из Количеств отмечен

Давний Качества тайный Зарок:

Кто Божественнен – тот Человечен,

Ведь людское Суммарное – Бог...

Оlinda

О, Берег златой Параибы!

К тебе прибивает Скитальцев

По Водам, где странствуют Рыбы

Златым нескончаемым Танцем,

Где Свет в Океане прохладном

В разбуженных Красках рассветных:

Прекрасное, – о, ты закатно!

Плывёшь средь Сокровищ несметных,

Пройдёшь Алтарями, средь Нефов,

Молитвы с Мечтами услышав, –

И снова поднимешься в Небо,

Как Странник, что Странствием дышит.

Так Странствие гонит Скитанье

К Обители Отдохновенья:

Прильнуть к освежающей Тайне,

Испить услаждающей Тени.

Дыхание Рая – ты рядом –

В Сплетении Солнца с Природой:

В Небесном, но таящем Граде,

Что словно бы Танец Подводный!

Тень в Тайне – под Солнцем и Сельвой –

Религию Камнем оденет:

Обитель Последних и Первых

Господь, как Скиталец, оценит!..

Пракситель

Человек – это Образ в Пространстве –

И Пространственность Образов Масс:

В этой Страсти, сплетённой Бесстрастьем,

Каждый Контур – назначенный Час.

Ибо Нити Времён правит Вечность

И кладёт их в узорную Ткань:

Так и Мастер, что Богом отмечен,

Сетью «Правд» созидает «Обман»...

Идеал – Освященье Материй –

Все Тела собирает в Одно,

И Каноном – возвышенной Мерой –

Прочно свяжет Поверхность и Дно.

Образ Бога вольёт в Человека –

Сотворяя земной Образец:

То не «Идол» для Перса иль Грека,

Но всеобщая Мера и Вес...

Устраняй Недостатки Живого,

И Гармонию Жизни придай:

Мир есть в Бронзе поющее Слово –

В Человеке его отливай!

Человечность превыше Природы,

Призывая Рождённых рождать:

Воплощенная Воля к Свободе –

Лишь она сможет Бога познать!..

Эразм

Почему – вопрошаю я Публику –

Ты не скажешь себе «Почему»? –

Увлечённая вечною Сутолкой,

Светоч Вечности гонишь во Тьму,

Глупо славишь Триумфы на Разумом, –

Императора ставя Рабом, –

Распыляясь на «всякое-разное»,

Похваляясь пред Статью Горбом?..

Твоя Суетность Верою меряна –

Ибо Верность храня Суете,

Ты влечёшься туда, куда «велено»,

И стремишься навстречу Беде,

Миражами щекочешь Сознание,

Пляской Страхов питая Мираж:

О, Толпа – без Различия в Званиях!

За Обман ты, что хочешь, отдашь!..

Продаёшься ты и покупаешься, –

Только чаще воруют тебя:

Как Один, ты тоскуешь и маешься –

По себе Индивидов лепя.

Эти «Слепки» Материи Глупости

Ты, о Стадо, о-духо-творишь –

В Мире тёмной, бессмысленной Грубости,

Где Безумие – это Престиж!..

Янычары

Отщепенец безродный, лишённый Семьи,

Станет Воином верным – без Веры своей:

Словно Евнух, он будет Чужое хранить,

И, круша, не посмотрит, где Раб, а где Бей.

Воспитание – всё, ибо Память – ничто:

Там, где Память убита, где Бог – Ятаган,

Мир отныне надвое раскроен Щитом,

И Бунчук – Указатель – для Совести дан!..

Враг известен: внутри пусто всё и мертво –

Убивают Абстракцию, Символ, Мираж;

Ибо нет у Клинка ничего Своего –

Отчуждённый не знает, где «наш» и «не наш».

Жизнь – Приказ, он же – Смерть: Ставки выше в Игре –

Платы требует, кто «Неподкупным» слывёт;

Он Подобие странное той, что в Чадре –

За Решёткой Покоев тюремных живёт!..

Нападенье с Защитой однажды сроднит

Бытие, что привязано к Воле Одной:

Тело Власти Прохладу Дворца окропит

Кровью Юности, пущеной «верной» Десной.

И Возмездие верное не пощадит

Жертв зарвавшихся, ставших Приказом играть –

И поднимет с Проклятьем их Память на Щит,

Чтобы Память грядущих Безродных стращать!..

Слово Унаса

Магия – это Дыхание,

Магия – Сердцебиение:

Глаз исцеляет Сиянием,

В Сладости Уст – Упоение.

Пища богам – через Смертное,

Смертное – в боге насытится:

Духов влечёт к Безответному,

Ибо Душа есть Провидица!..

Нитью Заклятий сшивается

Грёз одинокое Вретище:

В Грёзах Живое рождается,

Грёзой играясь, как Ретушью.

Ткань Поколений в Заклятиях

Мир обнажённый опутала:

Путь из Могилы к Зачатию

В Кокон Великий укутала!..

Выплыви Солнцем – и Соколом

Следуй к Закату пустынному:

Жажду, живущую Впроголодь,

Брось под усталой Сединою.

В Лёгких и Сердце – Питание,

Мудрость – Амброзия сладкая:

Суть Обретенья – в Искании, –

В Мире, исполненном Схваткою!..

Папа Урбан

Церковь – Воинство в Мире, под Богом,

Мир – Сражение в Вере и в Знанье:

Меч сияет отточенным Слогом,

Что Ученье влагает в Преданье.

Из Преданья мы вышли – и будем

Строить дальше в Земном Город Божий:

Отпуская Грехи – мы осудим,

Осуждая – отпустим все Вожжи!..

Что ты хочешь, о «Паства»? – Твой Пастырь

Всё услышит, и Благословенье

Даст Желаниям избранной Касты

И Стремлениям тех, кто в Сомненье.

Слово – Русло для новых Потоков,

Речь – Поток, собирающий Мысли:

Он несётся в Долины с Отрогов,

Пишет Буквами новые Числа!..

Строгость Нравов – Преддверие Сечи,

Рвётся Вера – как Смерч – на Свободу,

И в Пустыню, что манит далече,

Понесёт Меч Князей и Народа.

Сотни Лет будет править Преданье –

Новый Сказ о Войне с «Иноверьем»,

И под Звуки священных Литаний

Будет Путь Поколений измерян!..

Ли Сун Син

Адмирал на Задворках Страны начинал,

Продвигался Трудом и Смекалкой своей,

Было надо – он спорил, Врагов наживал,

Находясь в Подозренье всегда у Властей.

Говорил он, что Флот – это Ключ к Берегам:

Кто владеет Ключом – тот откроет Страну;

Но о нём говорили: «Не ведает сам,

Что несёт!» – обращая всё в Шутку одну...

Но скомандовал Сёгун: «Пусть будет Война!»,

И к Корее направил бесчисленный Флот –

Двести Тысяч его заполняли до Дна –

До Зубов оснащённый, жестокий Народ.

И Сеул они взяли, и всюду пошли,

Свою Власть утверждая, посевы губя,

Двор бежал – и Страна, как Корабль на Мели,

Ждала Участи худшей, не помня себя...

Но сказал Адмирал: «Ключ на две Стороны

Может двигаться, если его повернуть!

Дайте Власть мне – и я применю для Страны

Её Силу – Врагу не давая уснуть!»

«Я Удары ему нанесу там и так,

Что не сможет оправиться он, а затем

Будет Паника бить и преследовать Страх,

И он сам уберётся – худ, немощ и нем!..»

И построил Суда он, что раньше никто

Никогда не видал – кроме, разве, него:

«Ко-бук-сон» – «Черепаха» – явила в Окпхо

Свою новую Мощь; с Корабля одного

Из-под хладной Брони вырывался Огонь,

Что топил и калечил десятки Судов,

И неслась «Черепаха» на Веслах, как Конь,

Что лететь против Ветра Часами готов...

Три Провинции Юга с собой единя,

Адмирал объявил: «Море правит Землёй!» –

И с тех пор не бывало единого Дня,

Когда Враг не видал бы Меча над собой.

Этот Меч не дремал – за Ударом Удар

Нанося сухопутным враждебным Войскам

С Кораблей, что являлись, как дикий Кошмар,

Открывая Дорогу отважным Броскам...

В Хансандо, в двух Сражениях, он раскидал

Окончательно Силу враждебных Эскадр,

И отрезал Пути к Отступленью у Скал,

Где когда-то свой Ключ направляла Рука.

И оставшись одни, в партизанской Стране,

Побежали Остатки «великих Армад» –

И узрели, что в страшном не видели Сне,

И сдавались, познав и Бессилье, и Глад...

Но сказали Придворные: «Всё хорошо!

Только Выскочка слишком зарвался: пора

Его Нрав осадить, – а не то он ещё

Власть потребует?! – Знаем! Такая Игра!»

«Дело сделано – полно! Вот Место твоё, –

Нам же тёплые Наши оставить не Грех:

Пусть же всякий сам Участь Верёвкою вьёт,

И Верёвки Конец – для него, не для всех!..»

И разжалован был Адмирал Клеветой

В Рядовые – и послан в далёкую Глушь;

Двор же праздновать стал, и, довольный собой,

Всякий снова стал метить на Должность и Куш.

Эта Радость недолго повсюду цвела:

Враг оправился, встал и явился с Войной;

Флот Кореи другая Рука повела,

И его уничтожила – в Битве одной...

Снова Паника всех обуяла и Страх,

Снова Клич был Спасаться – ничуть не Спасать:

Но в последний Момент, пряча сорванный Стяг,

Вдруг решили Солдата на Помощь призвать.

И явился Солдат, уцелевших сплотил,

И с Отчаяньем Смертника ринулся в Бой:

В Норянчжине он вражеский Флот разгромил –

И закрыл от Врага свою Землю Собой...

Так окончил он Путь –

Вместе с павшим Врагом –

Дав столь Многим вздохнуть

С Облегченьем на том...

Гейнсборо

Портрет – это Форма Пейзажа:

Одно создавая в Другом,

Рука их Гармонией свяжет –

Её источая кругом.

Гармония Фона – и Лика,

Гармония Линий – Цветов:

В Картине – сокрытая Книга –

Сплетенье Страниц и Листов...

Читая её незаметно,

Деталь из Детали ведя,

Ваш Глаз обретает Ответы –

Легко, ненароком, шутя!..

Играясь, Изящество метит

Стрелой Купидона в Красу,

Улыбка Гармонией светит,

Вниманье держа на Весу.

И, взвесив, легко отпускает

Тот Взгляд, что впустил в себя Сон:

В Портрете Пейзаж обретает

Свой Образ, уложенный в Фон.

Вот так ювелирное Чудо

Из каждой Модели создаст

Рука, что к Гармонии чутко

Ведёт растревоженный Глаз!..

Берта фон Зуттнер

Мир играет в Войну, и Веками

Он азартно Войной увлечён:

Всюду водится «Дружба» Врагами

И в Сутану Предлог облачён;

И Мундир заправляет в Мерцанье

Эполетов, Погон, Орденов:

Мир Войны – это Славы Преданье,

Миф о древних Героях из Снов...

Перемирие – лишь Передышка,

Постоянство Дыханья – Война,

Что Поступками, Мыслями движет,

Напряжённая, словно Струна.

Мир Насилий, Угроз – Мир Мужчины –

Кормит Женский обманутый Мир:

Но Миры все пред Смертью едины,

Беззащитны под Гнётом Секир...

О, Безумцы! Вы грезите тщетно

«Превзойти», «победить», «обмануть»:

Голос Разума стих безответно –

Голос Крови стучит в вашу Грудь.

Всё страшнее Орудия-Жерла,

Всё убийственней Взрывы, Пальба:

Кто падёт от Безумия Первый?!

Кто познает, что Кровь – неправа?!..

Пусть для вас Голос Женщины слабой –

Только Повод к Усмешке кривой;

Пусть злорадно «Погоня за Славой»

Понесётся за тихой Вдовой,

Пусть Оружие Манией станет,

Пусть Бахвальства Сорняк расцветёт –

Голос Женщины вас не обманет:

Тот, что к Разуму Страсти зовёт!..

Ле Брен

Выражение есть Отраженье –

Всё, что «внешне», идёт «изнутри»:

Ибо Мысли и Чувства в Движенье –

Словно солнечный Бег от Зари.

Мир Страстей, – полыхая к Закату, –

Свет вливает в Оттенки Цветов:

И в Слиянии Красок богатых

Созидается Книга Пластов...

Все пластично – с Границами Формы,

Что Мир Линий Пространству даёт;

Гобелены творящие Норны

Словно дарят Познания Плод.

Отражаются Судьбы сквозь Танец

Быстрой Магии Веретена:

Бледность снова ложится в Румянец,

И Глаза – как Подобие Дна...

Тело – Хижина, Замок, Хоромы –

Выражает Экспрессией Дух;

Зеркала в Анфиладе огромной –

Словно Страсти, сведённые в Круг.

В этом Круге «Великого Стиля»

Сердца с Разумом Апофеоз:

Отражение Замысла в Силе –

Выраженье Цветения Роз!..

Минарет Джам

Словно Перст, указующий в Небо,

Словно Дух, вознесённый из Праха, –

Этот солнечно-каменный Слепок,

Этот Слиток средь падшего Шлака,

В Недрах древней Долины рождённый,

В Толщи Селей Корнями ушедший, –

Он стоит, словно Несотворённый,

Он в Ветрах словно дышит и шепчет...

Его Сказ – о великой Твердыне,

О Дворцах, и Садах, и Базарах

В Сердце Азии дикой, срединной,

Что погибла в Мечах и Пожарах;

О Твердыне, где пел Его Голос,

Воссылая Молитвы Престолу:

Он Один – как неубранный Колос,

Возвышается скорбно из Дола...

Одиночество, Пропасть, Ущелье –

Вот Забвения Вечность и Горечь –

Ибо Временем избранный Целью,

Не зовёт он Пощаду на Помощь.

Лишь Орнамент божественной Суры

О Терпимости напоминает –

Там, где Скалы, нависшие хмуро,

В молчаливом Терпенье страдают...

Балтазар Нойман

Строгость Фасада –

Роскошь внутри:

Храмы как Люди –

Зорко смотри!

Воздух – в Объёмах,

Каменный Свет:

Лёгкость – огромна,

Тяжести – нет!..

Образы – Краски,

Души – Цвета:

Чувственность Ласки

Молят Уста –

Молят о Мире,

Молят о Сне:

Души простили

Хлад по Весне!..

Верою Радость

Ныне зовут:

Храмы и Грады

Вместе поют!

Высят Кантату –

Соло и Хор:

Музыке в Камне –

Новый Простор!..

Куденхове-Каллерги

Дружба лучше природного Братства:

Братья в Сердце Враждебность хранят;

Узы Дружбы сильнее гораздо –

Их разумным Влеченьем творят:

Ибо Дух долговечнее Плоти,

Ибо Светоч Взаимности – Долг,

Ибо Выбор, чьи Корни в Свободе,

Вырастает в прекрасный Чертог!..

Кровь Столетья лилась: Брат на Брата

Поднимался враждебней Врага;

Это Ненависть Бедных к Богатым,

Море-Злоба и Зависть-Река.

«Перемирья» как утлые Лодки,

«Равновесья» искали средь Войн –

Что как Волны, швыряли жестоко

Их на Скалы сквозь Хаос и Стон...

Наступает иная Эпоха:

Эра Дружбы на «Братстве» взойдёт;

Разум дан к Обузданию Рока, –

Он как Мост над Потоком Невзгод.

Общность Веры, Наследия – в Прошлом,

Но в Грядущем – Один Интерес

Свяжет в Мир Долговечное мощно,

Распознает и Ветви, и Лес...

В Частном Общее станет Обычно,

В Общем – Частное Правом возьмёт:

Утверждая Безличное в Личном,

В Бездне Стран Континент восстаёт.

Это Здание Воли Сознавшей,

Это Долг, что из Чувства рождён,

Это Хрупкость, что Прочность докажет –

Там где Страх будет Духом сражён...

Поколенья сменяются – Сила

В Идеалах, что Верность хранит:

Дружба в Разуме Братьев смирила –

И Врагов, как Друзей, единит!..

Борисов-Мусатов

Идеал выше Времени, Свет выше Цвета,

Гармония выше Пространств, Перспектив:

Символ – то, что Везде – что Вопросом, Ответом,

Формирует тот Образ, что вечно красив.

Колорит есть Мечта, что меж Зелени, Неба

Существует, Природу впуская в себя:

Так Искусство сперва пробуждается Слепо,

И растёт к Просветленью – то грезя, то спя...

Парадокс скрыт в Мелодии, что, не кончаясь,

Живописно струится в Глубины Холста:

Его Ритмы открыты для всех, кто, встречаясь

С Сокровенным, стремится туда, где чиста

Жизнь, укрытая Духом от всех Диссонансов,

Подчинённая только Свободе своей –

Это Прелесть Сонетов, Поэзия Стансов,

И Идиллия Чувств – идеальных Людей...

Благородно Изящество, тонка Лиричность,

Ностальгия с Душою ведёт Диалог:

Красота – это Просто – без Лишнего Личность

Существует в Пейзаже, что, словно Поток,

Словно ясный Ручей родникового Чуда,

Через Формы людские течёт в Океан

Потаённого Смысла, что дремлет под Спудом –

Возвышающий Душу зеркальный Обман!..

Гордясь Собою

Гордясь собою – без Гордыни,

Не чуждый Славе – без Тщеславья,

Живу Дыханием единым,

Златой Главою в Многоглавье.

Иду за Чем-то – не за Кем-то,

Влекусь к Чему-то – не Куда-то,

И Жизнь снимаю, словно Ленту,

Где всё – и Сложно, и Богато.

Читая – вижу, видя – слышу,

Затем – в Пространстве осязая –

Я вновь пишу, Идеей движим,

Движенье в Образ воплощая.

Мой Дом – не Куб, но Купол Сферы, –

Где Лёд пылает в Средостенье,

Где Вес поддерживает Меру,

И Боль у Счастья в Услуженье!..

Тheatro Аmazonas

У Слиянья двух Рек – Цвета Солнца и вечного Мрака –

В Мире девственной Сельвы, слепящей своей Пестротой,

На Брегах, протяжённых под новым полуденным Стягом,

Был посеян и вырос Град Грёзы, довольный собой.

Жил он Сонмом Рабов, ударявших Мачете по Древу,

Из которого Сок бесконечной Слезою стекал, –

И Слезами людскими разбавлен в Страданиях слепо,

Он Владельцев Плантаций безропотно обогащал...

Кабала долговая, Болезни и Голод косили

Безвозвратно Людей, что сюда безотказно текли, –

А «Хозяева Жизни» на Раутах смачно кутили,

И в Презренье Трущобы с их «Скукой» и «Вонью» кляли.

Перед ними стояла Картина Упадка Людского,

И они пожелали её через Бегство затмить

В Мир придуманных Грёз, – Мир Искусства, – что Златом Покрова

От Господ раздражённых мог Немощь и Язвы укрыть...

Так был создан Театр – изумительный, сказочный, новый –

Злата полный внутри, с Нищетою контрастный вокруг;

И Оркестр зазвучал – и в Сплетении Музыки с Словом

Воспарил Идеал из холёных, услужливых Рук.

Наслажденье живёт! Слёзы тихо, по-прежнему, льются.

А Искусство – прекрасно для всех, и ему – всё равно!

И Театр живёт – где Потоки в Слиянии бьются,

Где Дракон охраняет незримо Златое Руно...

Паулюс Поттер

Загляните Животным в Глаза –

И постигните их Глубину:

В них Природы звучат Голоса,

Посвящённые Тайне и Сну;

В них Забвенье зелёных Лугов,

В них Виденье бескрайних Небес –

И Значенье «бессвязных Слогов»,

Что в Безмолвии дышат окрест...

Всюду Пастбища кормят Стада –

Поколениям Мощь их дана:

За Страдою приходит Страда,

Как Страну заменяет Страна;

Круг Преемств, отражённый в Глазах,

В Пульсе Крови и Пульсе Времён,

Отзывается Эхом в Сердцах, –

Как утробный, таинственный Стон...

Только вслушайтесь в Эхо, что в вас

Током Вен проникает в Нутро,

И Родство столь таинственных Глаз

Ощутите – как Шкура Тавро.

То «Печать», что всю Жизнь единит,

Что питает Друг Другом Живых:

Это Плоть – что блуждает и спит,

На Лугах необъятных своих!..

Монтень

В Мире Безумия, –

Вихре кочующем, –

Башню Раздумия

Духом Врачующий

Мыслью выстроит,

В Камень одетою, –

С нею он выстоит,

Истину ведая!..

В Мире Экстремумов –

Где Равновесие?!

Души и Демоны –

Кровное месиво!

Лишь Понимание,

Лишь Безоценочность

Гнев и Страдание

Плавит из Ветоши!..

Тонкой Иронией –

Скальпелем Разума –

Духа Бескровие

Будет показано.

Вот он, Луч Света –

Средь Мрака штормящего:

Слово Аскета –

С Улыбкой скорбящего...

Диадохи

Ради Прошлого дружат Профаны,

Ради Будущего – Прозорливцы:

Бескорыстие глупо и странно –

К Воздаянию Ревность стремится,

К Обладанью – любою Ценою,

К Упоенью – без Глаз посторонних;

Дружба – Тайна с Ножом за Спиною

Там, где Речь – о Богатстве и Троне!..

Друг Великий – всегда раздражает,

Он «приятен» лишь в Воспоминаньях:

Его Личность стыдит, устрашает,

Побуждает к Стремленьям, Стараньям, –

Ко всему, что Посредственным в Тягость,

Что, Безумье и Спесь подавляя,

Унижает ленивую Радость,

Злобу в мелких Сердцах распаляя...

Он ведёт – не взирая на Немощь,

Признавая лишь Силу и Веру,

Он срывает, как старую Ветошь,

Всё, что просто, привычно и серо;

Он Пороки на Вид выставляет,

Добродетели требует всюду:

Да, не скроем! Страшит он, пугает,

Его Нрав – непонятный и лютый!..

Мы приглушим Ворчанье Обиды,

Пламя Зависти в Сердце сокроем, –

И с Очами, что Кровью налиты,

Вдаль поскачем за этим Героем.

Всё пройдём в его Тени – и Тенью

Станем Жизни его и Ристалищ:

В ней прохладное Благословенье,

И Сокровищ Грядущего Залежь!..

Победим, превзойдём, одолеем, –

Вторя чуждой, упрямой Натуре, –

Становясь всё отчаянней, злее

На подобного Шторму и Буре.

Час придёт – и у смертного Одра,

Где, отравленный нами, он сгинет, –

Мы восстанем упрямо и гордо,

В Увлеченье Порывом единым...

Станем рвать его Славу на Части,

И Державу порвём на Кусочки,

Изведём его Род – и с Лукавством

Всё покроем, оплачем заочно.

Будем править – в Войне выясняя,

Кто отныне «Сильнейший» из Слабых, –

Над Вселенной живой простирая

Мертвецов загребущие Лапы!..

Храм Хатшепсут

Это Память Любви и Служенья,

Что Возлюбленный увековечил,

И Созданием Произведенья

Сон Любимой в Раю обеспечил.

Память женской Мечты о Покое,

О Достатке земного Уюта –

Где без Войн будет признан Достойный,

Где возвысится Мудрый и Чуткий,

Где Сокровища в Дружбе стяжают,

Без Стяжательства и Преступлений, –

Благовонья богам воскуряют

В Изобилье Плодов и Цветенья...

Это Памятник Мести жестокой,

Долгой Ненависти потаённой –

От того, кто Велением Рока

Был Наследником Женской Короны;

Кто кровавое Пиршество начал,

Лишь до Власти и Трона дорвался,

Кто познал слишком поздно Удачу,

И Сражениям страстно предался,

Кто стирал Женский Образ повсюду,

И калечил прекрасные Лики, –

Оскверняя из Зависти Чудо,

Что признать не хотел он Великим...

Знал он точно, что стёртое Имя

Образ раненый – Душу погубят:

Ей не знать благовонного Дыма,

«Двойники» её в Кущи не вступят.

И Войну он повёл – с её Честью,

Её Чувством, Деяньями, Славой:

Чтобы Имя пропало без Вести –

Как Гармония в Битвах кровавых.

Но в Глубинах великого Зала

Уцелел её Образ с Картушем:

Так Изида Осирисом стала –

Её Память уже не разрушишь!..

Папа Иннокентий

Власть дана Утверждающей Вере –

Философия Скипетром стала:

Мир-Державу – Плоть Плоти от Церкви

Вера Духу с собой передала.

Ибо Пастыри выше, чем Овцы –

Перед ними что Троны, что Ямы:

И Земель безграничная Россыпь

Собирается – под Небесами!..

Отказавшийся – Всё получает:

Налегке воспаряют к Высотам;

Пастырь Пастырей Власть отрешает

От Корон, что погрязли в Заботах.

Это Суд – что Законы и Судей

Должен к Цели вести и Началам:

Вера – в Будущем, Вера – пребудет,

Исправляя Великих и Малых!..

Власть – Ответственность Веры пред Миром:

Нет Прощения для Всепрощенья;

Ныне Вера, что Власть победила,

Может пасть перед Властью Сомненья.

«Псы» и «Розы» – отселе в Единстве –

Перед Делом Господним в Ответе:

А над ними – златые Седины

Одного – во Свету – в Целом Свете!..

Destin Rodin

Подмастерье трудился в чужих Мастерских,

Формовал и отделывал чей-то «Фарфор»,

Но мечтал о Возможностях скрытых своих,

Что он сможет извлечь, как Титанов, из Гор.

И на Деньги последние, что отложил,

Бросив скудную Жизнь и Нужду позади,

Он отправился в Путь – в «Край богов», что ожил,

Возрождая Свой Мир из горячей Груди...

В этом южном Краю Подмастерье нашёл

След Учителя, что вечным Жаром дышал:

Тот Титан был Творцом – и давно он ушёл,

Но оставил Творенья, что Дух возвышал.

Их узрев, Ученик пробудился, прозрел –

Словно Лишнее сбросив с открывшихся Форм;

И нашёл он Себя – и в Себе, что Хотел –

И с Небес протрубил ему ангельский Горн...

Возвратившись домой, окрылённый Огнём,

Пламя Духа он в Бронзе решил воплотить:

Сфокусировав Волю и Мысль на Одном,

Стал неведомый Образ из Глины лепить.

День за Днём, Год истёк – и Работа всё шла,

Но Мечта не пробилась сквозь Волю и Мысль:

Она снова и снова к Дерзанью звала,

Формируя Страданием Личность и Стиль...

И однажды поймал он ту Искру, что зрил

Лишь в безудержных Грёзах, которыми жил:

И на Крыльях Мечты он за ней воспарил –

Открывая безвестное в Недрах Души.

И из Пламени, – Искрой зачатый во Тьме, –

Вышел Образ суровый, что Бронзовый Век

Воплощал в современном, дерзающем Дне,

Что железною Лавой и Верой истек...

Так родился Творец, – и Признанье стяжав,

Начал Путь, что над Бездной к Вершине ведёт,

И лепил он Свой Мир с этих пор не спеша,

И мечтал, словно Дух, что о Горнем поёт.

Это Горнее видел он в Плоти людской,

Что, рождённая Светом, за Тенью стремясь,

Сотворяет Мир Форм, что, касаясь Рукой,

Можно преображать, как советует Глаз...

Углубления, Линии – Ласка, Удар:

Вот Ваяние Эроса, творческий Керн;

Скульптор Жар Обладанья – природный свой Дар

Преломлял сквозь Природу Натурщиц, Гетер.

В женском Теле увидел он Храм, где, молясь,

Постигая Экстаз, в хладный Мрамор он нёс,

Жар Влечения Плоти, чью вешнюю Власть

Он искал в Бесконечности Жестов и Поз...

И Одну полюбил он – и рядом Одна

Его также любила, себя позабыв:

Он испил их Любовь – и их Души – до Дна,

Став Мечтою их Общей – столь разной – Судьбы.

В Деве первой – Камилле – он Душу обрёл,

Во второй – верной Розе – лишь Плоть он ценил;

И обеих он Страстью в Мир Грёзы увёл,

И обеих Свободы и Воли лишил...

Из Камиллы – что Скульптором также была –

Извлекая Предел человеческих Сил,

Он стремился создать Образ Блага и Зла,

Что Творец, завершая сей Мир, породил.

Ну а Роза – Служанка – вела его Дом,

Что в Медоне купил он, её заточив;

Её Жизнь – её Ревность – глуха, словно Стон,

Там по Капле текла, средь Забот и Кручин...

Из Цветов этих двух один быстро завял,

А другой постепенно бросал Лепестки:

И Душевнобольную он в Ад отослал,

Как бесплодную Плоть вверг в Пучину Тоски.

Не женившись на Первой – отвергнув Любовь –

Взял Вторую он в Жёны Старухой седой:

И нагой изваял её Образ – без Слов

Восхищаясь увядшей, былой Красотой...

Между тем, его Слава росла на Дрожжах, –

И в Париже в огромном живя Ателье,

Он творил, и, с Пути не сходя ни на Шаг,

Размышлял каждый Миг о Добре и о Зле.

В женской «Готике» Образ Истоков найдя,

Встретил Образ Поэта, что Ад возродил:

Так Шедевр решил он создать – и ведя

Новый Поиск, ушёл, куда Путь не водил...

Здесь открылись ему через Пластику Тел

Светотени, что раньше он не признавал:

Он Страданий и Страхов во Тьме захотел,

Что в Сиянье Красы столько Лет отвергал.

По Спирали Круг Ада за Кругом идя, –

Применяя Любовью открытое впрок, –

Он исследовал Муки, и в Муках родя,

Уходил в Новый Мир, что предвидеть не мог...

В этом Мире Теней, что Мир Грёз заместил,

Он услышал Стенанья мятущихся Душ,

И Болезни Сердец, что остались без Сил,

Постигал он в Отчаянье Жара и Стуж.

И за Образом Образ в Руках возникал,

Что любовный Экстаз трансформировал в Смерть:

Так великий Художник свой Дух постигал –

Ради Мрака покинув пылающий Свет...

Так к Вратам он приблизился – наоборот

Путь проделав, Поэтом описанный тем,

Что Душою постиг Человеческий Род,

Заключённый в Плену мировых Стратагем.

«Врата Ада» явились в Сознанье, в Руках,

А затем и в Макете – средь сотни Фигур,

Воплощавших собою Страданья и Страх,

Что любой из Живущих познал на Веку...

Тихо Старость пришла... Но Творенье своё

Не заканчивал Мастер в Тиши Мастерской:

Были Слухи, что он наконец разобьёт

Это Детище Скорби усталой Рукой.

Но молчала Модель – и Мыслитель над ней

День и Ночь в Полумраке недвижно сидел:

Образ Духа, что занят Душою своей,

Образ Мысли, что в Вечности окаменел...

И разверзлись Врата, что открыть не смогли

Сотворившие Руки, постигшие Тьму:

Ад спустился на Мир – словно Недра Земли

К Небесам устремились – на Страх Одному.

Красота пала в Грязь: Жерло алчной Войны

Поглотило её, новый Образ родив –

И Черты его жуткие были видны

Всем, кто мыслил, что Мир, словно Грёза, красив...

И в Разгар Катастрофы из Жизни ушёл

Воплотивший Страданье и Счастье:

Тот, кто Сущность Поэзии в Камне прочёл –

В Мире Грёзы трудившийся Мастер...

Пресс Времён

Времена, что спрессованы в Камне,

Воплощают Давленье Стихий:

Этот Панцырь загадочно странный

Служит Твердью Служений Других.

Камень Хаоса, Вод или Ветра,

Перемешанный с Камнем Огня,

Формирует Сокровища в Недрах –

С каждым Мигом вселенского Дня...

Времена, что спрессованы в Древе,

Круг за Кругом кладут Монолит:

Он живёт, как магический Слепок,

Что Гончар непрерывно творит.

Из Времён – Элементов застывших –

Растворённых, влекущихся вверх,

Образ Роста, пульсируя, дышит,

Отмечая Мгновением Век...

Времена, что спрессованы в Генах,

Вот Условность в Подобье Времён:

Всё, что Задано – то неизменно, –

Совокупный Законов Закон.

Предрешённость Движений – статична,

Измененья расписаны впрок:

Это Время Времён, что безлично,

Образ Личный хранит между Строк...

Хаммурапи

Это Царство из Глины в Огне родилось,

Против мутных Течений речных восходя,

В этом Зареве вырос великий Колосс,

Всё вокруг поглощая и снова родя.

И из Чрева земного невиданный Град,

Что Врата отворяет, Дороги связав,

Стал желанною Целью для Пастырей Стад,

И для Стад Земледельцев – магический Сплав...

Он парит над Страною из Стран и богов, –

Словно сам по себе и довольный собой, –

Подавляя Друзей и лаская Врагов,

Держит тех и других на Виду, под Стопой.

Он не сеет, не пашет, – но весь Урожай

Забирает себе, всё давая тому,

Кто постиг его Власть, пред которой дрожат

Непостигшие Массы, что тянут Суму...

Власть рождается там, где Обычай в Закон

Превращает на Камне по Глади Письмо:

Над Обычаем – Царь, ибо властвует Он,

И под Магией Слов всё смирится само.

Подчинявший Века – подчинится теперь,

И условность Уста навсегда затворит:

Открывает Врата Закрывающий Дверь –

Поражающий Силой и Правом сразит...

Произвол и Предел воедино сольём:

Боги правят Землёй, а Людьми – Города;

Пусть нисходят Кочевья – мы с ними взойдём,

Пусть растут Поселенья – сойдём, как Вода.

Мир с Безменом – на Вес мы оценим, и вот

Для Имуществ и Дел, для Покупок, Продаж –

Всё укажем в Великий, начертанный Год,

Ибо здесь, по Закону, Счёт Времени Наш!..

Цвета Альтамиры

Цвета Истоков в Сумерках Пещер –

В первичном Свете Тенью выступают:

О, этот Дух, сияющий в Свече!

О, этот Культ, молящийся о Рае;

Том первородном «Рае без Греха» –

Ковчеге Тьмы в Природе и Незнанье:

Животный Мир творящая Рука

Тогда впервые вывела в Писанье...

Живописуя, грезила она

О том, что Очи видели под Сводом:

Небес иных – без «Выси» и без «Дна», –

Среди Пещер, что выточены в Водах.

Зверей умерших Образы парят –

И Образа Святые прорицают

Что в Храмах Веры к Небу воспарят,

В таком же Свете с Камня выступая...

Так из Пещер Природы Человек

Когда-то вышел – чтоб в Пещерах снова

Рукотворить, замаливая «Грех»

Познаньем Света в Живописи Слова.

О, Фон златой, где Охрой и Углём

Для Спектра Красок пишется Начало:

Три первых Цвета – в Царствии своём,

Меж Полюсов, и в сумеречных Скалах!..

Isadora

В Танце для Женщины – Освобожденье:

Женское в Танце – как в Песне Мужское;

Он услаждает, давая Рожденье,

Он возвышает до Духа Мирское!

Танец Века подчиняли, смиряли,

И в Услуженье сдавали «Сословьям»:

Танцы Природу свою потеряли,

Вместе с Людской – её Потом и Кровью...

Эра иная грядёт – Пробудитесь! –

Смысл возвращая к Истокам исконным:

Сердце откройте, себе удивитесь, –

И овладейте Богатством Законным.

Музыку Телом своим воплотите,

Личность свою воплощая в Движенье:

Сбросьте Оковы, из Клетки летите,

Через Экстаз обретя Постиженье!..

В этом Полёте Вы – вольные Птицы,

Песню сложите не чуждую – Вашу! –

Светом и Танцем, чтоб в ней возродиться

Снова смогли Вы сильнее и краше.

Дайте Мужчинам Пример – озаряя

Опытом новым их «Сумерки Духа»:

К Небу стремитесь – Земное прощая –

В радостном Празднике Зренья и Слуха!..

Дар-и-Ахира

В забытом Оазисе древнем

Забытый находится Град:

Столетья Ряды Поколений,

Отары бесчисленных Стад

Бредут по безмолвным Руинам,

Где била цветущая Жизнь –

А ныне за Маревом дымным

Одни лишь парят Миражи...

Барханы упрятали Стены,

Пески поглотили Дворцы:

Когда-то Ценою Измены

От Орд полуденных Отцы

Великого этого Града

Пытались себя откупить –

Но Смерть за Измену Награда,

И Падшее не возродить...

Властитель здесь в Камне построил

«Святой Мавзолей» для себя,

Что Сном возвышается в голых

Песком порождённых Степях.

Он брошен: Останков Героя

Давно уж под Куполом нет –

Но Дом, что во Славу построен,

Не знает Течения Лет!..

Максимилиан

Рыцарь, что грезит о «Вечной Державе»,

Рыцарь, что вечно в Долгах, как в Шелках:

Взгляд сверху вниз и Покой величавый,

Словно «нездешний», парит в Облаках.

Браки и Войны: Расходы, Расходы –

Методы родственны, Средства стары;

Земли скупаются – платят Народы,

Чтоб в Закладную уйти для Игры.

Мир усложняется вместе с Долгами

Кормят Обещанным всюду и всех:

Власть не сама – но чужими Руками

Хочет Пространства объять без Помех.

Канатоходец увенчан Короной

Шест над Европой простёр – и идёт:

Лик Произвола с Личиной Законной

Царствует, правя – Строитель и Мот.

Деньги пока ещё в Слугах у Чести –

Но без Достоинств, Достаток поправ:

С каждым Движеньем Ноги или Жеста

Вновь замирают Тысячи Глав.

Армии Кровь проливают Авансом,

Недра Авансом Руду выдают:

Двор развлекается – Песни и Танцы,

Замки, Охоты – Дела подождут.

Рост Ожиданий – на Страхах и Слухах;

Над Кредиторами – Власть Должника

По Умолчанью, спиральному Кругу,

Ширится молча и из-под тишка.