В такую погоду как в тот день, пасмурную, дождливую и промозглую, нормальные люди обычно сидят дома, укутавшись теплым пледом, с  чашкой горячего шоколада в руках и смотрят любимые фильмы.  Я же сидел на остановке, дрожа от холода, и пил карамельный латте, хоть как-то пытаясь согреть руки от единственного источника тепла. В моей голове не было ни единой мысли, лишь желание согреться и быстрее добраться до дома.

Сняв крышку со стаканчика, я как обычно пытался добраться до пенки, но вовремя заметил, что подъехавший к остановке автобус едет ко мне домой. В спешке я так и не добрался до заветной пенки и, закрыв, выбросил стаканчик в урну. Буквально залетев в автобус, боясь, что он уедет и мне придется и дальше сидеть и мёрзнуть, я плюхнулся на сиденье рядом с девушкой. Когда садился, я успел заметить двух симпатичных, но незаурядных девушек, которые требовали более пристального изучения. Однако когда я сел, девушки оказались за моей спиной. Я сразу же о них забыл.

Автобус был старый, немецкий. Это был хороший автобус. Мне сразу же вспомнилось то время, когда я еще ходил в школу. Я учился в старших классах, когда Германия, в качестве благотворительной помощи, выделила нашему городскому автобусному парку с десяток таких машин. Помню и свою первую поездку, на тогда еще новом автобусе. Я тогда сильно удивился тому факту, что автобус может быть таким чистым и новым, ведь я привык к старым, разваливающимся на ходу «Икарусам». Они тоже были хорошими и качественными в свое время, но за ними не следили, как не следили и за автобусом, в котором ехал я.

Моё сидение было рядом с выходом, отделяя меня от него стеклянной перегородкой, и я с легкостью мог рассматривать своё, хоть и блеклое отражение. Я удивился , что стекло было чистым и что оно вообще было. Именно в этот момент я впервые обратил внимание на девушку, что сидела рядом со мной.

К моему великому сожалению, девушка сидела рядом с окном и света, отраженного от стекла напротив, было слишком много, что делало все мои попытки разглядеть её, практически безрезультатными. Чтобы не привлекать к себе излишнее внимание, я был вынужден косить глаза в её сторону, рискуя там их и оставить, дабы хоть как-то разглядеть черты её лица. Однако и это мне совершенно не помогло.

Честно сказать, я не очень хорошо умею знакомиться с девушками, а знакомиться в автобусе мне не позволяют мои этические принципы. Звучит глупо, но таков уж я. Просто если бы ко мне кто-то полез знакомиться ни с того ни с сего, я бы точно не отреагировал на этого человека, а возможно и нагрубил бы. Вот я и не хотел докучать девушке, сидящей рядом, своими глупыми вопросами.

Автобус неминуемо сокращал расстояние до дома, периодически останавливаясь на остановках, а я все сидел, уткнувшись пустым взглядом в стекло напротив, пытаясь разобрать черты её лица. Возможно я и решился бы познакомиться с ней, но как я мог её тревожить, не будучи полностью уверенным в своих намерениях.

И вот удача или судьба решила мне подыграть.

Довольно объемная женщина лет сорока, встала со своего сидения и пошла к выходу. Она была в темной одежде и, встав за стеклом напротив, сделала мне величайший подарок – возможность увидеть лицо девушки. Целую минуту, до того как автобус остановился и женщина вышла, я не мог  оторвать глаз от отражения девушки, что сидела рядом. Конечно же украдкой, я смотрел на ее светлые, завивающиеся к низу, волосы, правильную форму носика средних размеров и скулы, столь идеально очерчивающие лицо.

Время вышло, возможность была утрачена. Отражение девушки, в стекле напротив, снова стало блеклым и призрачным. Мгновение было потрачено не бездарно – перед глазами до сих пор явно стоял её образ. Я мог чувствовать мягкость её ниспадающих на плечи волос, лёгкое дыхание, подрагивание подбородка, как будто она тоже в чем-то сомневается. Я ясно видел перед собой её бездонные глаза, наполненные ещё чем –то кроме грусти и усталости, но я так и не понял чем.  Её ресницы мерно двигались вниз и вверх, не давая глазам пересохнуть, но с  такой грацией и гармонией, с какой обычно парит, совершенная во всех смыслах, чайка над морем.

Насладившись красотой её внутреннего мира и душой в глубинах лица, я пришел к ясному осознанию неприятного мне факта. На ней была красная водолазка под чёрной кожаной курткой.  Казалось бы какой пустяк, внутренняя красота куда важнее мелких предрассудков, таких как цвет и стиль одежды. В конце концов, если говорить о материальной части мира, она должна нравиться мне голой, а одежду можно одеть любую. Но было уже поздно.

Сомненье, разъедающим плоть червём, пожирало связь, выстроенную волей судьбы между моим идеалом и девушкой, сидящей рядом. Лёгкими нотками, не спеша и ненавязчиво червь сомненья пробирался всё дальше и дальше в мой придуманный мир будущего, где я всё-таки с ней познакомился. В этом мире все было прекрасно как в сказке, но червь сомненья прошелся по ней ураганом, разрушая все на своем пути. Он был беспощаден. Его идеальность и отточенность  движений была так же идеальна как и всё во мне. В эти минуты, люди сидящие со мной в автобусе, вряд ли могли заподозрить, что сейчас у меня внутри идет жесточайшая борьба между разумом и сердцем, если конечно, они вообще заметили меня.

Между тем борьба между разумом и сердцем шла не на жизнь, а на смерть. Войны за идею, как и за идеал,  вообще самые беспощадные и кровопролитные, но в ту же очередь и самые бессмысленные. Но в этот раз я видел смысл. Он маячил прямо передо мной заветным огоньком в темноте, что избавил бы меня от одиночества. Желание дотянуться, схватить и никогда не отпускать, было слишком соблазнительно для моей разбитой души. Оно не давало мне покоя и при любой возможности подталкивало меня сделать необдуманный, но огромный в своих последствиях, шаг. Шаг, который бы возможно сделал меня счастливым и придал моей жизни смысл, которого в ней давно уже нету.

Это был последний рейс автобуса и водитель ехать как можно быстрее, желая, как и все мы в такую погоду, скорее попасть домой и выпить согревающего душу чая. Ему было всё равно на мои внутренние войны и терзания, он просто ехал быстрее. Следующая остановка была моей. На решение оставались считанные мгновенья. Решение могло быть только одно.

Лёгким движением руки я взялся за холодный поручень и резко встал, отточенным до идеализма движением, прямо за спиной у невысокой девушки в белой джинсовой куртке, светло-синих джинсах и с причудливой прической на голове. Она не в моем вкусе, но отрицать ее красоту я не в праве. Девушка с причудливой причёской тоже держалась за поручень. Её рука была чуть ниже моей и, опустив свой взгляд, я с лёгкостью мог утверждать, что она единственный, окруженный лаской и заботой обоих родителей ребенок. Её ухоженные руки, правильный изгиб шеи и вкусно пахнущие волосы способны рассказать мне о многом, но, к сожалению, автобус остановился, открылись двери и она вышла.

Вышел и я. Я шел прямо за ней, скрывшись от её взгляда за столь хрупкой, но величественной в своей красоте спиной. Девушка со странной прической видимо почувствовала, что я её преследую, и ускорила шаг. Я не отставал. На следующем повороте девушка свернула на право, я же пошел прямо. Нам было не по пути.

Мелкая морось ударяла в мое лицо, но этот факт ничуть меня не расстраивал. Я спешил домой. В моей голове рождалась новая идея, возможно недостойная существования, но столь приятная моему естеству, что я не мог так бездарно истратить это чувство, забыв, как забыл я лицо девушки, чьей красотой я совсем недавно ещё восхищался.

14 мая 2011