Зависть богини.
Своды Парфенона блистали в лучах палящего солнца. Жрецы завершили акт преклонения и наводили порядок в храме, слухи об особом госте нагнетали обстановку, потому как этот гость считался врагом богов Олимпа. Но стража храма не была в состоянии его остановить. Спартанец иногда приходил до этого, каждый раз после его визита Олимп горел в огне его возмездия, жрецы прилагали максимум усилий, чтобы усмирить божий гнев, приносили в жертву животных, молились белокаменным статуям. Уже почти год братская тройка богов не подавали признаков жизни, словно бы Олимп уснул вместе с его обитателями. Если Зевс и Посейдон пали в битве против титанов, выпущенных на волю, то Аид затаился где-то за рекой Стикс. Он боялся, бог загробного царства боялся кого-то из живых. Эти факты поведала провидица, но из жрецов никто не принял её слова в серьёз. Никто до сегодняшнего дня…
У подножия храма показалась величественная фигура воина. Спартанец никогда не менялся для тех, кому везло видеть его больше одного раза в жизни. Жрецы несколько раз засылали разведчика, чтобы убедиться и когда разведчик не вернулся – сомнения отпали. Кратос шёл к Парфенону и намерения его не были ясны. Кратосом жрецы пугали своих детей, для каждого слуги Олимпийских богов он был ярким примером неповиновения, дерзости, жестокости и хладнокровия. А внешний вид только подтверждал спартанскую закалку и вышеперечисленные достоинства и недостатки. Мускулистый великан загораживал собой солнце для тех, кому не повезло вступить с ним в диалог, чаще всего последний в жизни. Многие греческие воины обозначили между собой правило: если Кратос с тобой не говорит при встрече, жить тебе как минимум до второй такой же встречи. При том, что Кратос по массивности походил на Геракла (и ходят слухи, свернул ему шею), он был куда искусней в битве. Ему на помощь приходили два грубых клинка, прикованных цепями к рукам, чтобы даже в смертельной схватке не терять оружия. Спартанец фанатично брил голову этими клинками и потому всегда был лыс. А уж красные татуировки, украшавшие его тело, говорили сами за себя: шутки в сторону смертные, я тут по делам! Вот и в этот раз приближение Кратоса к храму сопровождалось бегством жрецов. Только старший жрец осмелился встретить спартанца у входа. Очень смелый поступок с его стороны, если учитывать, что прошлого старшего жреца спартанец сломал пополам только за то, что тот осмелился спросить цель визита. Глаза Кратоса полыхали яростью, испепеляли каждый одушевлённый объект, встречавшийся на пути. Старший жрец поправил рясу и вздрогнул, попав в область видимости спартанца. Кратос шёл не мимо жреца, он шёл насквозь его и если бы последний не отступил, то оказался бы раздавлен.
- Приветствую тебя Кратос, - дрожащим голосом пробормотал старший жрец. – С чем пришёл ты в обитель богов?
Кратос был удивлён, при присущем ему отвратительном настроении он нашёл в себе силы косо улыбнуться, вторым его действием был резкий рывок, с которым он схватил жреца одной левой рукой и, сдавив горло, поднял на метр над чистым мраморным полом.
- А мамочка сегодня дома? – Парировал Кратос. Голос его напоминал жернова мельницы, но жрец не мог ответить, потому что умирал от удушья. – Ладно, я сам проверю…
Боги миловали жреца. По какой-то причине он не умер сегодня за неслыханную дерзость, спартанец отбросил его в сторону и шагнул в тень свода храма. Жрец катился несколько метров и ударился об опору. Очень удачно ударился, всего на всего сломал ребро и левую руку. Греческие воины говорят в таких случаях, что Кратос был не в настроении… будь он в лучшей форме, свернул бы жреца в руно. Спартанец двигался по прохладному залу Парфенона, и с каждым его шагом статуя Афины всё грозней нависала над его смертной фигурой. Он единственный кто мог смотреть на богиню без ощущения, что статуя вот-вот упадёт на него. Обычное впечатление для тех, кому доводилось видеть её своими глазами. Не дойдя нескольких метров, спартанец остановился и посмотрел на каменное чело богини, потом скрипнул зубами и стал раздражённо ходить из стороны в сторону. Ожидание утомляло его и если богиня не явится к нему немедля, то он пойдёт и прикончит старшего жреца только потому, что она заставила его ждать.
- Склонись спартанец! – Прогремел голос в храме. Кратос на миг остановился, оглядываясь, но потом снова сосредоточился на каменном лице. Афина говорила с ним, её голос звучал от статуи и этот голос слышали все в округе. – Ты в моём храме!
Кратос до боли сжал кулаки, но повиновался, приклонившись на одно колено. Только теперь он отметил, что впервые делает это по своей воле, обычно Афина принуждала его подчиниться силой своего голоса, сейчас статуя говорила громко, но не властно. Словно богиня сама потеряла волю.
- Ты взывала ко мне, я видел твои знаки! Вот я здесь, что тебе ещё нужно?
Каменная рука богини дрогнула, крепче сжав жезл, с высоты своего роста на мраморный пол посыпались осколки камня. Богиня шевельнулась, даже каменная голова теперь смотрела вниз на муравьиную фигуру смертного. Кратос только отступил на шаг, чтобы на него не упал обломок статуи.
- Не дерзи, Кратос!!!
Своды Парфенона содрогнулись, но спартанец не пошевельнулся, на его лице расцвела злая улыбка. Не каждый день ему удавалось видеть гнев богов, особенно тех богов, которых он ещё не прикончил собственными руками, или своими легендарными клинками. За свою жизнь он успел насолить многим из обитателей Олимпа, но все его действия были частью плана возмездия, а Афина предлагала некоторую помощь, но естественно, что она преследовала свои интересы. Кратос отступил ещё на шаг и развёл руки.
- Скажи, богиня, что стало причиной, по которой ты снизошла к смертному слуге своему? – Покорно спросил он, но в его голосе по-прежнему была нота иронии и даже издёвки.
- Я оскорблена! Меня оскорбило отсутствие уважения со стороны одного смертного.
- Если это я, тут уж ничего не поделать. Горбатого…
- Речь не о тебе!
Вот тут Кратос решил прислушаться. Его чёрствое сердце прониклось интересом – кто мог оскорбить Афину, которой почти дела нет до мирской суеты смертных?
- Далеко на востоке строится храм, не во имя богов, во имя памяти смертной женщине. Она была императрицей времени, но потеряла своё могущество. После смерти ей воздвигают усыпальницу. – Статую снова замерла на месте, но голос Афины стал звучать жёстче. – Неслыханного убранства и богатейшей архитектуры. Это вызов моей гордыне!
Пока она не договорила, Кратос представил себе ту степень оскорбления, которую мог нанести храм, богаче и прекрасней Парфенона. Спартанец наслышан о самовлюблённости некоторых из богов, но чтобы там не строили на востоке, это непременно вызов богам Олимпа. Ничего подобного не было со времён разрушения Колоса Родосского, или отсечения золотой головы статуи Зевса.
- Обрушь на глупцов свою ярость! – Выкрикнул в ответ Кратос, про себя усмехнувшись. Если уж Афина ему всё это поведала, то такие вещи, как возмездие по-Олимпийски ей не по зубам. – Покажи, кто есть кто, и кому надо храмы возводить!
Афина впала в задумчивость, это было ясно не по тому, что статуя не двигалась, а потому, что она молчала. Обычно у богини войны, мудрости и стратегии всегда есть что сказать.
- Я не имею власти там, где мне не приклоняются, – тише ответила она. – Боги черпают силы из молитв и жертвоприношений, а Персы верят в древних идолов, которые давно от них отвернулись.
- Значит Персы? – Уточнил Кратос и вспыхнул от ярости.
- Принц Персии воздвиг храм императрице времени Кайлине! – Афина сделала акцент на имя, но после этого неожиданно затихла. От этой гнетущей тишины стало не по себе даже Кратосу. – Исполни мою волю! Сравняй храм с землёй, накажи наглеца!
Спартанец не стал долго думать над ответом. Не в его привычках взвешивать «за» и «против». Обычно он намечал цель и стремился к ней. Только в этот раз пробудился здравый смысл, и воин не поспешил с ответом. С одной стороны ему были ненавистны Персы и всё, что они из себя представляли. Месть им за его предка, царя Леонида была бы отличным поводом оторвать голову этому Принцу. Но разрушать храмы… тут было нечто большее, чем просто затронутое самолюбие Афины.
- Я воин! Воины рубят кости, сносят головы, вспарывают животы. Разрушить храм мне не по силам, будь я сто раз зол. – Рассудил он и получил мгновенный ответ.
- Ты обретёшь могущество, с помощью которого храм превратиться в песок. Я дам тебе молнии Зевса!
Стоило припомнить, что последние из молний Зевс обрушил на титанов, только тогда Кратос смог одолеть его, но смог ли? Ответ на этот вопрос не ясен спустя годы. Боги не умирают до конца, они терпят поражения, но вечной жизни им хватает на то, чтобы найти обратный путь. Смертным до этого не доводилось владеть молниями громовержца. Хотя Кратосу не особо льстило то, что он будет владеть величайшим оружием из существующих, что-то в этом предложении было не так. Кратоса терзали подозрения, а когда Афина поняла это, бросила в ход главный козырь:
- Кратос, ты получишь оружие и отмстишь последним из богов, которым ты служил и которые предали тебя. Аид позавидует той мощи, которой ты будешь обладать.
- Не искушай меня! – Выкрикнул он, но ярость и вожделение затмили его разум. С ним всегда было так сложно, стоило заговорить о возмездии. Если была хоть малейшая возможность унизить бога, как смертного, то Кратос действовал. – Я исполню твою волю, Принц Персии заплатит за наглость!
- Иди же, а я подготовлю молнии Зевса!
Афина удовлетворительно замолчала, следя, как удаляется спартанец. Целеустремлённый и злой – вот таким он ей нравился больше всего, таким было управлять проще всего. Такой Кратос был её маленькой игрушкой в войне за Олимп. Хотя сейчас речь шла о расширении сферы влияния, оружие оставалось прежним – Кратос. Спартанец прошёл мимо корчащегося от боли жреца и приказал ему хорошенько убраться у статуи. Теперь его целью была больше чем месть, последние годы после битвы с богами он скитался без цели. Он нужен, теперь он полезен, клинки просили крови, и они её получат. Предстоит дальнее плавание, но цель уже видна за горизонтом, там на востоке.
Там, на востоке…
Близилась буря. Принц всегда чувствовал её приближение, каждый раз по-новому. Но эти ощущения обманывали его, когда он был молод, когда казалось, что всё происходящее случайно, что ему по силам всё изменить. Перемены для принца не сулили ничего светлого, каждый раз, когда он верил, что поборол судьбу, она оказывалась хитрее, она била в спину. Визирь ответил за своё предательство, за смерть отца, но даже, когда все враги отомщены, приходит ясность, что у Персии враги будут всегда. После отца следующим к трону пришёл Низам, его младший брат. Дядя Низам стал правителем и жёстким царём. Его политика удержания власти отличалась суровыми методами подавления любого сопротивления. Под крепкой рукой Низама Персия объединилась, но она перестала быть домом для Принца. Дядя дал понять, что для него нет места у трона, выделил ему территорию для правления и посоветовал держаться подальше от Вавилона. Провинция, которая отошла под его правление раньше принадлежала его брату Малику. Скудные, пустынные земли, разрушенный войной дворец и сады с фонтанами, и небольшой военный отряд, способный разве что форт удержать. В одном Низам просчитался: после его правления все недовольные люди ушли в провинцию, где Принц дал им дом и защиту. За годы он отстроил город, создал боеспособную армию и укрепил в народе статус защитника. Низам открыто заявил, что будет закрывать глаза на его методы правления, но на деле давно шпионил и жаждал присвоить себе земли Принца Персии.
Сам Принц практически потерял связь с внешним миром, часто пропадал в библиотеке, в большей степени был в задумчивости. Его стали терзать воспоминания, пробудился внутренний голос, который молчал после победы над Визирем. Этот голос толкал на безумства, предлагал невозможное. Беседы с самим собой доводили принца до безумия, и одним из таких поступков стало строительство храма Песков времени. Эта магическая материя стала частью жизни принца. По слухам катакомбы под Вавилоном были полны этих песков, но принц видел в них только горькое воспоминание о Кайлине. Императрица пала от клинка, выпустив из себя магию песков. Слуги принца тайно собрали остатки песков, а лучшие ювелирные мастера заключили их в стеклянные часы. Хранить часы с песком было опасно даже в сокровищнице Соломона, потому в удалённом месте в пустыне был возведён прекрасный храм. Почти всё золото сокровищницы ушло на строительство и убранство храма. Обитель часов был спроектирован так, чтобы любой смертный, пожелавший завладеть реликвией, нашёл только свою смерть.
Принц Персии стоял на краю городской стены и смотрел на запад. Он ждал новостей от верного слуги, который лично руководил строительством. Самир, хороший друг и генерал обещал, что храм достроят со дня на день, и принц каждый день ждал от него гонца. Близилась буря, западный ветер гнал горячий воздух из пустыни, который вздыбил малые песочные барханы и толкал их к границе города. Там, за стеной безводная пустыня, а тут небольшой город, фонтаны, оазис и надёжная цитадель.
- Что-то ты не разговорчив, - неожиданно очнулся внутренний голос. Принц даже вздрогнул и оглянулся от неожиданности. Голос изнутри неприятно рассмеялся. – Я не вижу твоих мыслей. Если впустишь меня в свою голову, может, я помогу советом?
- Ты и так у меня в голове! – Вслух ответил принц и правой рукой стал разминать виски.
- Нет, давай, как в старые добрые времена. Мы с тобой неплохо действовали в тандеме тогда в Вавилоне.
Принц поддался силе горьких воспоминаний. Но победив тёмную сущность в себе один раз, он навсегда научился контролировать себя, чтобы не терять рассудок. В Вавилоне он отстоял свой трон, не зная, что это только отсрочка от изгнания из родного города. Теперь у принца было оружие против призраков прошлого, а существенные враги навсегда познали пение его мечей. Как боец принц пользовался двумя мечами одновременно. Первый – водяной меч. Совершенное оружие с острова времени. Этим мечом был отправлен в небытие Дахака, страж линии времени. Второй меч когда-то принадлежал отцу принца, но с годами тот всё меньше прибегал к его помощи и спрятал в сокровищнице. Меч-правитель. Практически идеальный клинок, способный расколоть любую броню, или камень.
- Те времена навсегда ушли в прошлое. – Спустя время ответил принц и снова присмотрелся к горизонту. Вдали, между песчаных каньонов показался конный отряд.
Принц отреагировал мгновенно, он протёр глаза и отбросил капюшон. Семь всадников резво шли клином в сторону города, внизу уже отворяли ворота и правитель поспешил по каменным лестницам вниз, чтобы лично встретить гонца. Вот только сердце принца сжималось от тревоги, что-то было не так. Протолкнувшись между стражников, принц стал на пути отряда в город. Первый всадник поднял руку, команда сбавить скорость. Это был Самир, высокий воин, укутанный в белый плащ и подвязанный поясом. Стоило его коню приблизится к принцу, он ловко соскочил с седла и снял повязку с лица. Тронутое боевыми шрамами и щетиной лицо расплылось в уважительной улыбке. Самир приклонился перед принцем и развёл руки.
- Сахидан, мой правитель, - сказал он уставшим голосом, но выпрямился и ответил рукопожатием на предложение принца. – Я с хорошими вестями.
- Так, не томи же! – Принц обнял друга. – Что заставило тебя приехать лично?
- Храм возведён ещё две недели назад. Мы отправляли гонца, но он, похоже, заблудился и я решил, что лично доложу вам.
Удивление застыло на лице принца. Здесь в городе он совсем потерял ориентир во времени, хотя со временем у него всегда были проблемы. Уже две недели он напрасно ждал, но новость была действительно хорошая и то, что Самир принёс её сам, делало ему великую честь.
- Я вижу, вы довольны? – На всякий случай уточнил Самир, всматриваясь в лицо своего правителя.
- Несомненно! Ты устал с дороги, идём в крепость, я буду угощать!
Самир неожиданно схватил принца за руку, не позволяя отойти.
- Мой правитель, я думаю, что если мы выдвинемся сейчас, то к утру будем зреть блеск обелисков храма в лучах восхода, – сказал генерал и оседлал своего скакуна. Принц отреагировал на его слова с задержкой, но понял, что в голосе Самира была какая-то нотка тревоги. Спорить с другом не было смысла, генерал отличался от остальных знатных воинов серьёзным подходом к делу, если он что-то предлагал, то в этом всегда был смысл. Слуги даже не стали ждать команды, через пару минут принцу подвели его знаменитого коня ревуна. Скифский жеребец был куплен принцем в Вавилоне, когда он был там в последний раз. Абсолютно чёрный ревун фыркал и пятился, но стоило принцу оказаться в седле, его скакун стал грести передними копытами песок и с удовольствием кивать. Стражники получили короткие распоряжения, наместником в городе оставался бывший писарь Низама, перебежчик, образованный историк Алиф.
- В путь! – Скомандовал принц, возглавив клин всадников. Конный отряд двинулся навстречу приближающейся буре, но Самир скорректировал маршрут среди каньонов так, чтобы миновать непогоду.
Охрана генерала состояла из шести отборных воинов, все они – бывшие бессмертные, расформированные Низамом после прихода к власти. Будущий царь так боялся, что армия, присягнувшая Принцу Персии, откажется ему повиноваться, что распустил всю элиту. Вместо регулярной армии он создал рабскую орду. Меньше организации, проще управлять, большая масса людей, но, по сути, не эффективна, из-за отсутствия морали и дисциплины. Принц же совсем не нуждался в охране, поскольку прослыл львом Персии за свои боевые навыки и способность самостоятельно решать свои боевые задачи. Самир тайно отдавал команды следить за безопасностью правителя, но когда принц обнаруживал слежку, то не редко наказывал солдат профилактическими схватками на коротких мечах, из которых он выходил победителем даже против нескольких экс-бессмертных. Прошло пять лет после победы над Визирем, но на теле принца навсегда остались боевые шрамы от насыщенной приключениями молодости. Правая рука пострадала больше всего, после прикосновения песков. Длинная лента из лезвий тогда впилась в его руку и после возвращения трона и таяния песков оставила множественные следы. На боеспособность это не влияло, принц настолько привык к боли, что перестал её ощущать.
Близилась ночь, Самир высматривал подходящее место для ночлега и пришёл к выводу, что лучше остановиться у каньона с безветренной стороны. Солдаты растянули полог, чтобы ветер не нагонял песок, и не было видно огонь. Распределив караульные обязанности, Самир уселся к небольшому костру и вслушался в вой ветра. Принц прочёл по его глазам, что буря стихает, но генерал слушал ветер, чтобы знать больше, чем метео-сводку. Бессмертные могли слышать за несколько сотен акров, смотря, откуда нес звуки ветер. Что-то очень беспокоило генерала, он щурил глаза, натирая о плащ яблоко, потом надкусил его и расслабил плечи, но стал грустным.
- Что слышно, друг? – Тихо спросил принц, чтобы его слова не реза тонкий слух Самира.
- Ветер врёт, - неожиданно ответил тот и снова прислушался. – Что-то движется, грозная сила, яростная, но неведомо откуда и куда. Один человек… не слышу стука его сердца. Ещё армия, скорее всего Низам, потому что беспорядочное, хаотичное, но очень быстрое движение. Направление не могу сказать, их застала буря и они, как котята вслепую двигаются группами.
- Низам? – Переспросил принц. – Что задумал мой сумасшедший дядюшка? Ищет врагов в пустыне.
Пропустив вопросы, мимо ушей, Самир стал расчерчивать на писке ориентиры и высчитывать скорость в полголоса. Он поднял глаза и встретил взгляд своего правителя.
- Четыре часа на отдых и выдвигаемся. Армию Низама мы опередим точно, но я опасаюсь за этого человека, чьё сердцебиение скрывает ветер. Он идёт к храму!
Не решившись расспрашивать подробностей, принц свернулся у костра и поддался сну. Генерал спал сидя, или просто медитировал, губы его постоянно шевелились, словно он читал непонятную молитву, но глаза не реагировали на блики догорающего костра. Солдаты из охраны спали немного в стороне, кроме тех, кто нёс дежурство. Принц давно потерял ощущение времени, когда Самир разбудил его. Обычно ему снились кошмары из прошлого, и сон становился не спокойным – в этот раз правитель видел во сне только темноту, что-то было в этой тьме, что-то пульсировало, нарастало, ждало. Освежив мысли, принц закрепил ремни своего корсета из плотной кожи, между слоёв которых были вшиты пластины из самой крепкой кольчуги. В широких ножнах оказались мечи, и правитель дал команду к отправлению. Самир приказал одному из солдат разведать путь, а второму уничтожить все следы ночлега. Принц не понимал, к чему такие меры предосторожности, но никогда не возражал против действий своего генерала. Каньоны медленно редели, впереди открылся небольшой оазис, единственный в этой провинции. Редкое место, где вода и плодородная земля давали жизнь среди пустыни. Не редко торговые караваны останавливались тут в своём пути на восток, но сегодня не было видно костров в ночи, под листьями высоких пальм пряталась только темнота.
- Пусто, никого нет. - Доложил ведомый. Тот солдат, который разведывал маршрут. Принц одобряюще кивнул в знак согласия, а вот генерал соскочил с коня и медленно пошёл в сторону ближайшей рощи. Принц последовал его примеру, но решил держаться немного позади. Бывали случаи, когда осторожность Самира избавляла от лишних проблем, но не было к счастью, чтобы эта осторожность спасала жизнь.
Самир исчез в роще и спустя время вернулся, волоча за собой мёртвое тело. Принц осмотрелся, мгновенно обнажив мечи, только это не вызвало скрытой агрессии, ничего не произошло.
- Это гонец, несший новость, - сказал генерал, осмотрев тело. Голова была раздроблена одним мощным ударом. – Вот, значит, где он затерялся. Там следы ещё одного человека. Я думаю, того, которого я не сумел распознать сегодня ночью.
- Какой-то убийца? – Предположил Принц, приняв более спокойную позицию и спрятав мечи. – Врагов у меня хватает.
- Его пытали, но не думаю, что мой солдат сознался, или он просто не знал того, чего от него хотели. Нам надо спешить, чтобы к рассвету успеть к храму!
Храм песков времени.
Если смотреть издали, храм больше напоминал пирамидальный дворец с четырьмя мощными колонами по углам и величественной статуей грозной женщины с двумя выгнутыми навзничь мечами, которые дольше напоминали острые когти птицы Рух. Каменная Кайлина стояла перед дверьми. Две сотни ступеней подняли принца к её статуе. Он мог бы любоваться императрицей вечно, если бы не подозрительное отсутствие охраны. Принц не собирался держать персональную армию в стенах храма. Несколько жрецов и многочисленные ловушки могли остановить и воров и искателей приключений. Но у храма была ещё одна особенность – часы, скрытые в его недрах не просто хранили пески времени, они циркулировали их по всему храму, что давало возможность духу Кайлины самой защищать себя. Пески могли превратить врага в безумное чудовище, или убить вовсе, а друга наделить способностью, управлять временем. Ещё две важные реликвии хранились в стенах храма: кинжал, который способен как выпускать силу песков из часов, так и запереть их снова и медальон, от которого принц избавился несколько лет назад. Но медальон нашли на дне реки и принесли принцу, а он решил, что лучше всего сохранить эту память. Медальон делал владельца невосприимчивым к проклятию песков, не важно, друг он, или враг. На корсете принца так и осталось крепление в области груди для этого медальона.
- Мой принц, внутри храма враг, я это чувствую! – Вспыхнул волнением Самир. Солдаты тут же ощетинились мечами и окружили генерала и принца. – Это один человек и он пытается пробраться к часам.
- Как ты узнал? – Спросил принц, но увидев взгляд друга, понял, как ему это открылось. На левой стене резьбой по камню был нанесён рисунок, узор, понятный только тому, кто его спроецировал. Линии и узоры для принца значили расположение коридоров, скрытых тоннелей и ловушек на пути к часам. Ещё в камне были проделаны борозды, по которым мог протекать песок времени. Золотистым блеском отображался единственный человек (живой) находящийся внутри храма, судя по тому, что блеск пульсировал и медленно тёк по борозде – враг довольно успешно проходил ловушки, но пока был далёк от цели.
- Нужно быть сумасшедшим, чтобы идти туда в одиночку, - высказался Самир, оценивая шансы этого человека дойти живым к часам. – Но он человек. Только где охрана? Где жрецы?
Принц уже приблизительно знал, что стало со всеми людьми. Пески коснулись их и превратили в песочных стражей. Чтобы освободить их нужно достать кинжал и медальон. Кайлина спасала сама себя, её дух в песках растёкся по храму и самостоятельно отражал натиск человека, рвущегося к её сердцу. Кем он был? Если судить, что он один и храм защищается всеми силами, то он опасен, он просто нечеловечески силён.
- Я отправляюсь за кинжалом и медальоном, а ты иди к часам, опереди его или задержи, пока я не приду на помощь. Помни, друг, у тебя там нет союзников, кроме меня. Убей всё, что будет пытаться убить тебя.
Генерал не стал спорить, хотя не был согласен с приказом, он приказал солдатам оставаться у входа, только чтобы они остановили того, кто выйдет из храма, кроме принца и Самира. Принц осмотрел маршрут и бросился к дверям, для него не составило труда двигаться самым коротким путём, не смотря на то, что пришлось вспомнить былые годы и размять кости. Храм жил своей жизнью, настенная резьба плясала и святилась от песков времени. Первым препятствием на пути к кинжалу стал огромный песчаный страж. При жизни это был могучий воин, который служил принцу, но пески превратили его в агрессивное чудовище, изувеченное, извращённое, но не менее опасное. Как и клялся при жизни этот воин, он до последнего вздоха охранял единственный проход к оружейной палате. Принц вступил с ним в схватку и наученный горьким опытом битв с подобным противником, одержал победу. Оружейная палата представляла собой комнату с подвешенными стойками. Кинжалы тут были всюду, тысячи вариантов и только принц мог определить тот, который был нужен. Лезвие не затупилось с годами, даже золотистый блеск рукояти не померк. Теперь нужен был медальон и хранился он в сокровищнице храма, как водится среди тысячи себе подобных. Стоило овладеть кинжалом, как песчаные стражи перестали препятствовать принцу, просто обходили стороной, или совсем не замечали его акробатического шествия, при котором ему приходилось прыгать по каменным балконам, цепляться за выступы, импровизировать на ходу. Медальон, спрятанный в сокровищнице, открывал единственную дверь, через которую можно выйти. Хитрость в том, что стоит войти в зал с сокровищами, из него не выйти, если не найти медальон и не понять, как его применить. На это могло уйти столько времени, сколько достаточно, чтобы умереть без воды и еды. Пески подсвечивали путь принцу, дух Кайлины вёл правителя к цели, она удостоверилась, что это именно он, поскольку только принц мог без ошибки определить кинжал. Теперь она всячески старалась ему помочь.
Кратос был вне себя от ярости. В таком состоянии он вообще не способен адекватно мыслить, но попыток спартанец не терял. Афина обманула его, молнии Зевса оказались обычным осколком кристалла, бесполезно трещащим от напряжения и не способными причинить не малейших разрушений. Помимо этого, Принц Персии оказался весьма достойным воином, чем не отличались его предки, такие, как Ксеркс. Его подвиги были высечены на стенах рисунками и письменами, если всё это творчество не врало, то он повелитель времени, убийца стражи линии времён и лев Персии. Такие слоганы не давались просто так, нужно было их заслужить, и принц заслужил. Перед Кратосом теперь не было цели. После того, как он вошёл в храм, понял, что возведён он был в честь и память богине, императрице с острова времени, обладающей не малым могуществом, не каждый олимпийский бог мог такое и уж точно не один из них не управлял временем. Значит, Афина врала, обманула, но прежде чем он вернётся на олимп и оторвёт ей голову, нужно было удовлетворить любопытство. Кратос хотел испытать принца, чтобы лично убедиться в его качествах. Вот только на пути к часам, где по всем ожидания должен быть принц, Кратос заблудился в бесконечных тоннелях и коридорах насыщенных ловушками и чудовищными стражами.
Зал с часами нашелся, в конце концов, огромная, осветлённая комната с большими песочными часами, в которых казалось, горит огонь. Тут же нашёлся и принц, хотя на вид он был слабоват. Воин бросился в атаку, но Кратос одним движением вышиб из него дух и волю. Перс упал на гладкий пол, задыхаясь, и что-то стал говорить на своём языке.
- Слабоват для такого героя, каким тебя изобразили! - Разочарованно буркнул спартанец и приблизился к часам. Они завораживали, смотреть на золотой песок было одним наслаждением. – Что это за магия?
- Когда увидел их впервые, я задался тем же вопросом. – Ответил ещё один человек, появившийся в зале. Этот был больше похож на принца, статный, жилистый, с приличным оружием. Тем более говорил на Греческом, это значило, что он без труда определил национальную принадлежность спартанца. Не все Персы были необразованными варварами, этот точно принц.
- ТЫ ПРИНЦ ПЕРСИИ? – С наслаждением и восторгом спросил Кратос.
- А ты Кратос?
Знакомство состоялось, но пауза в общении как-то негативно отразилась на дипломатическом настроении. Принц всем видом указал, что готов к схватке, кончики его мечей уже царапали пол. Кратос отнёсся к этому акту проще, но кулаки его сжались и зазвенели цепи на руках.
- Что тебе тут нужно? – Спросил принц, видя, что всё идёт к тому, что сначала он отрубит наглецу голову, а потом вопросы задавать будет некому.
- Я не с войной пришёл, хотя моя слава опережает меня, и моё появление не сулит ничего иного. Ты и твой храм прогневали Афину, мою покровительницу и она обманом заставила меня прийти и наказать тебя. Только теперь я понимаю, что был направлен по ложному следу.
Принц хмыкнул, передёрнув плечами, чтобы хоть как-то снять напряжение.
- Тогда просто уходи, - предложил он. – И ты останешься жив.
Для Кратоса не было хуже оскорбления, чем попытка навязать ему волю. Но он не стал проявлять своей раздражённости, поскольку на Афину он был зол куда больше. По сути, предложение принца было честным и справедливым. Вот только одно дело для спартанца не было завершено.
- Мне хочется испытать тебя в бою, обещаю, что не покалечу. Я просто обязан знать, насколько правдивы те сказки, что о тебе сказывают.
Дело шло к тому, чем всё и должно было завершиться. Принц не стал долго тянуть и бросился на оппонента, в прыжке он преодолел всё то расстояние, которое их разделяло, и сильно ударил спартанца ногой в грудь. Кратос в безумии выхватил клинки и описав ими окружность вокруг себя, направил на принца, только того уже не было на том месте, где он стоял ещё мгновение. Спартанец снова пропустил удар, но только теперь это был обжигающий хлопок плоской стороной меча по затылку. Принц так же не собирался калечить его, но вот разозлил точно. Вращая вокруг клинками, Кратос бросился на принца, который просто кружил вокруг, выискивая слабое место, но пропустил траекторию одного из клинков и угодил под траекторию второго. Клинки Кратоса имели грубую форму и любое касание, даже плоской стороной приводило к серьёзной травме. Если бы не корсет принца, то переломы рёбер были бы самым ожидаемым последствием. Схватка приобрела более осторожных характер, оба оппонента больше хотели показать мастерство в защите, чем рисковать причинить друг другу травму, после чего бой станет точно смертельным.
Принц кувырком достиг колонны и в три широких шага взбежал по её вертикальной поверхности. После затяжного прыжка с падением он оказался за спиной Кратоса и, дождавшись, когда тот обернётся, ударил ногой в живот. Из-за пояса спартанца выпал кристалл, покатившись по полу, он раскололся надвое.
- Что это? – Спросил принц, приближаясь к нему, но из кристалла ударила мощная молния ему под ноги и обездвижила. Кристалл растаял на глазах, его пар стянулся в небольшое светящаяся облако, которое преобразовалось в человеческое тело.
- Афина? – Взревел Кратос, узнавая в женском теле божественные очертания. Богиня войны приходила в теле женщины постоянно, но всегда в разных. Однако, по венку в серебристых волосах, по пылающим огнём глазам было понятно кто она. – Я убью тебя за то, что ты меня обманула!!!
Афина не по-человечески громко усмехнулась, так, что стены храма задрожали. Принц отдалился от неё на безопасное расстояние, но готов был в любой момент, бросится в атаку. Старым знакомым, коими являлись Афина и спартанец, нужно было дать возможность выговориться.
- Глупец! – Гаркнула она. – Ты должен был всё тут разрушить, убить принца! Но теперь я у цели и сама завершу дело.
- Ну, попробуй! – Отозвался принц, готовясь атаковать.
- Нет, принц! – Прервал Кратос, заслонив собой его от богини. – Я сам с ней разберусь!
Против такого исхода событий принц не возражал, но у Афины были иные планы. Она протянула изящные руки к песочным часам, из пальцев сверкнули молнии, и стекло рассыпалось, выпуская волну золотистого песка. Принц бросился ей наперерез, но наткнулся на спину Кратоса, которого остановила мощная волна от часов. Афина тем же движением стала притягивать пески к себе, но магия песков оказалась куда сильнее. Золотистый вихрь стал тянуть богиню к себе. Притяжение оказалось настолько высоким, что и Кратос и принц не сумели устоять на месте. Спартанец взмахнул правой рукой и его клинок, звеня цепями, зацепился за ближайшую колонну. Левой рукой он ухватил принца за воротник его корсета. Пески делали своё дело. В разбитых часах образовалась блестящая воронка, всасывающая в себя всё, что не могло сопротивляться. Афина упала на спину, по блестящему песку её тело поплыло к воронке, не смотря на все её попытки остановиться. Когда она поняла, что всё бесполезно, то обернулась к Кратосу и со злобной улыбкой ударила молнией по колонне. Спартанца и принца так же потащила воронка, поскольку теперь клинок с цепями не держал их. Спустя мгновение оба исчезли в золотом тумане. Часы, словно только что из печи стояли целыми, только песок в них стал гореть огненно красным цветом. Самир наблюдал всё со стороны, но теперь приблизился, чтобы понять, что же случилось.
В прошлом.
Снова этот песок! Принц сплюнул скрипучую смесь, которая образовалась у него на губах, и попытался протереть глаза. Солнце беспощадно пекло лицо, что-то тяжёлое упёрлось в бок и странно знакомый шум в ушах. Звенели клинки, только принц не мог определить, где именно. Когда зрение, наконец, вернулось, он поднялся с колен. Пустыня, палящая, бурая пустыня, раскинулась до горизонта. Кратос взревел от ярости, и принц стал искать его где-то поблизости. Спартанец за ближайшим холмом сражался с Афиной, богиня не имела оружия, но божественной магией постоянно отталкивала противника, стоило подойти тому на расстоянии удара. Сейчас она находилась между Кратосом и принцем, при этом стояла к последнему спиной, не подозревая его появления. Кратос заметил принца и решил схитрить, надеясь, что воин его поймёт. Его хитростью была самая бесхитростная атака, на которую Афина естественно ответил мощным толчком. Её это удивило, даже позабавило, а принц в один прыжок оказался сзади и вонзил водяной меч ей между лопаток. Богиня обмякла, вместо крови из раны ударили молнии, которые обожгли принцу руки, чтобы не пострадать, он оттолкнул её ногой и отошёл назад. Афина не умерла, она окаменела и рассыпалась на части, что-то похожее на молнии снова сложилось в кристалл.
- Я её убил? – Спросил принц Кратоса, который стряхивал песок со свежих ран на плече. – Как думаешь?
- Нет, но в себя она придёт не скоро. Я убивал богов, некоторые из них находят способ избежать смерти. Отличный удар, принц! – Кратос приблизился к бывшему противнику и, положив руку ему на плечо, кивнул. – Только скажи, где мы находимся?
Принц осмотрелся, всюду пустыня, которая везде выглядит, почти одинакова, кроме одной детали: каменный утёс, который уже встречался принцу. Догадка пришла сама собой. Они там же, в храме, только в то время, когда он ещё не был построен. Именно из этого утёса по приказу принца высекли статую Кайлины.
- Там же, но уже в другое время. – Ответил принц и с любопытством посмотрел, как спартанец отреагирует на его слова.
- В какое именно? – Строго уточнил тот. – Значит мы в прошлом?
- Да, - согласился принц и взбежал на холм, прихватив свой меч. – Песочные часы отправили нас в прошлое, только как далеко, я не знаю.
Кратос поднял кристалл и крепко его сжал, тот затрещал от напряжения и выпустил несколько маленьких молний. Спартанец призирал Афину за предательство, которое она совершила и готов найти её в любом времени, чтобы убить за это. Возможно, это действительно были молнии Зевса, но в руках Кратоса они не действовали, только теперь в этих молниях была сущность богини. Кратос оценил шансы всё исправить и пришёл к выводу, что понятия не имеет, как вернуться в будущее, которое было ему настоящим. Без помощи принца ему не обойтись, он это понимал, хотя никогда не прибегал ни к чьей помощи, всегда действовал в одиночки. Он принял решение, разок сделать исключение.
- Идеи есть? – Коротко спросил он.
Принц посмотрел на него изумлённо.
- Как раз над этим думаю, - усмехнулся он, но потом для себя решил меньше насмехаться над спартанцем. До Персии дошли легенды и слухи о его подвигах. Этот человек – смертный боги-убийца, - Для начала стоит наведаться в Вавилон. Узнаю, кто там правит, из этого буду делать вывод, как выбираться из чужого времени…. Снова эти проблемы со временем!
- Послушай, принц! – Крикнул Кратос в след уходящему правителю. – Я никогда не жалел о поступках, которые совершал, но это я принёс беды в этот храм. Это была моя ошибка, я собираюсь идти с тобой, чтобы ты вернул меня в моё настоящее. Полагаю, тебе ведом способ.
- Это ты так вежливо просишься в мою скромную компанию? И извиняешься за то, что натворил?!
Нет! – Кратос заскрипел зубами и не, потому что на них был песок, песка не было, была злость, что он зависим от другого человека. – Я довёл до твоего сведения, что действовать мы теперь будем вместе, точнее делать одно и то же. Таскаться за тобой я не буду, если у тебя свои дела, но назад ты меня вернёшь!
Спорить было бесполезно, правитель не стал. Он только подождал, пока Кратос его догонит, оба двинулись в сторону оазиса, в надежде найти там караван, идущий в Вавилон. Спартанцу эта идея не понравилась, причину он любезно пояснив, указав, что в столице Персидского государства вряд ли с радостью отнесутся к появлению воина с греческой земли. Камнем преткновения стал тот факт, что на пути к храму Кратос уже посещал город в поисках принца. По его рассказу он вторгся во дворец Низама и не найдя там принца очень разозлился. Вот именно поэтому за ним вдогонку пустилась вся Персидская армия, эту армию слышал Самир. Принца очень удивило, с какой откровенностью его собеседник отвечал на вопросы, хотя в его речи и были нотки высокомерия и пафоса. После боя в храме он сменил позицию по отношению к принцу.
- Что вас связывало с Афиной? – Спросил принц, Кратос снова скрипнул зубами. Воспоминания о богине приводили его в ярость. – Я так понимаю это не деловое партнёрство? Хотя, похоже, особенно после того, как ты её убить поклялся.
- Она долгое время была моей покровительницей, ещё до того как боги, которым я служил, предали меня. Помогла мне отомстить, как я теперь вижу, чтобы только самой укрепиться на Олимпе. Богам нельзя доверять, я это для себя понял.
Не удержавшись от колкости, принц высказал своё замечание:
- Да, с Олимпийцами ты ладишь…. Те, которых ты ещё не убил, прячутся от тебя, притворяясь кристаллами.
- Ну а ты? В чём твоя проблема? Для такого напыщенного принца ты как-то бедноват характером. Никакого стремления к славе, я о тебе узнал только от Афины четыре месяца назад, - Кратос осёкся, удивляясь собственной рассудительности – Будь ты так знаменит, как я, нашей встречи могло и не состояться. Я не стал бы тебя искать, и всего этого не было бы.
Принц неожиданно преградил путь Кратосу и посмотрел ему прямо в глаза. Этот дерзкий акт заслуживал наказания, но спартанец в очередной раз проявил чудеса сдержанности. Даже в мыслях обругал себя за излишнюю мягкотелость.
- Я, выходит виноват?! Хорошо, теперь на каждом убитом враге буду лезвием расписываться. Писать оды в свою честь, в каждой таверне расскажу о своих приключениях. Знаешь? Ерунда это всё!
Принц снова пошёл дальше.
- Всю жизнь только и слышу, что мне не изменить своей судьбы, что всё обречено. Благодаря таким, как ты, убеждаюсь, что так оно и есть. Надоело!
- Только давай не скули! Дерёшься ты лучше, чем рассуждаешь о своей жизни.
На этой радужной нотке разговор прекратился. Принц осмысливал план, в котором неотложной частью являлся дальний путь к острову времени, единственному месту, где есть порталы, переносящие во времени. С их помощью и при помощи медальона он вернётся в своё время и пойдёт войной на Вавилон, а потом и на Грецию со Спартой. Вообще стоило бы завоевать весь мир, чтобы доказать себе и остальным, что судьба – просто неудобное слово. Принца беспокоило, что обстоятельства его появления на острове могут снова что-нибудь изменить во времени и кончится это плохо, так уже однажды было и у принца, на этот раз нет маски духа, чтобы получить второй шанс. Впрочем, если они попали в прошлое лет на сто, переживать не нужно было. Кратос насмехался над принцем, хотя в чём-то понимал, но не мог проникнуться сочувствием. Спартанец гадал, есть ли у спутника план, без должной организации могло получиться хуже, чем уже было. В прошлом он чувствовал себя неуютно, даже не смотря на то, что его с этими землями ничего не связывало и то, что в своём настоящем ничего не держало. До самого оазиса оба шли молча. Принц иногда говорил, что-то о жажде и голоде, но тем самым только провоцировал Кратоса на насмешки. Спартанец не ел уже три дня и сам чувствовал головокружение, но не признался бы в этом никому. Оазис показался на горизонте незадолго до заката, он казался миражом в лучах заката, но принц с уверенностью добавил ходу, чтобы как можно скорее добраться до пальмовых рощ и убедиться, что они там не одни. Как оказалось, под ветвями уже разбили шатры и разожгли огонь. По количеству лошадей, пасущихся у озера, Кратос оценил размер отряда охраняющего лагерь и их вооружение. Принц заметил его напряжённость и намекнул, что тому стоит расслабиться.
- Мы в Персии, тут нет ни Зевса, ни Посейдона.
- Мне не нравится твоя идея насчёт Вавилона, - высказал тот, задержав принца на подходе к лагерю. – Вряд ли там спустят на тормоза тот факт, что я спартанец. Если не хочешь, чтобы я утопил в крови твой родной город, придумай что-нибудь лучше.
- Я скажу, что ты мой раб.
Кратос почти мгновенно схватил принца за горло одной правой и поднял перед собой. Принц не казался таким уж беспомощным, потому что его рука с кинжалом уже застыла у горла спартанца. Кратос оценил шансы и просто опустил принца на ноги.
- Больше так не говори! – Посоветовал он.
- Тогда валяй…. Топи Вавилон в крови, только мы там не задержимся, чтобы люди успели запомнить твоё лицо и начать складывать былины о твоих подвигах, - резко отозвался принц, убирая кинжал за пояс. – В океане есть остров времени, там порталы, с помощью которых мы вернёмся в наше время. До острова нужно добраться, на корабле. В Вавилоне лучшие верфи на востоке. Смысл уловил?
Кратос пожал плечами.
- Звучит бредово, особенно про порталы на острове, но в целом разумный план. Лучше, чем совсем без плана. А ты уверен насчёт порталов?
- Поверь мне, уже приходилось ими пользоваться.
- Как-нибудь расскажешь, зачем….
- Непременно, времени у нас и на дружеские беседы хватит. – Усмехнулся принц, присматриваясь к приближающейся группе вооружённых охранников. Те, которые охраняли лагерь.
- Ты мне не друг! – Буркнул Кратос, крепче сжимая цепи. Первый признак его готовности к атаке и принц понял, что спартанцу лучше вообще молчать. Персидского языка он не знал.
- Выясним отношения позже, а пока помалкивай. Я договорюсь….
Спартанец просто отошёл к ближайшей пальме и, сложа руки на груди, насупился. Охранники каравана расступились перед принцем, напротив него появился толстый халиф в причудливой рубахе из бархата и широких штанах зелёного цвета. Под белым тюрбаном на принца смотрели добрые, глубокие глаза, но охранники всё равно держались за рукояти мечей.
- Приветствую, славный халиф! – Принц держался достойно, чтобы не вызвать агрессии и подозрений. – Я Принц Персии, мне и моему спутнику нужна еда и лошади, чтобы вернуться в Вавилон.
Халиф, как истинный торговец осмотрел принца и Кратоса внимательным, испытывающим взором. Один из его охранников приблизился к нему со спины и что-то прошептал, кивая на спартанца.
- Я халиф Марук, а это мой караван, - ответил тот, почёсывая руку. – Только ты не принц, хотя и очень похож на него. Настоящий принц пару дней назад встретился нам в долине рабов и очень спешил в Вавилон. Ты самозванец и твой друг очень похож на спартанца. И говорит на языке греков, как и ты.
Даже перестав слушать халифа, принц задумался. Марук упомянул, что видел Принца Персии, спешащего из долины рабов в Вавилон. Это было перед бегством от Дахаки на остров времени. Получается, что не так далеко в прошлом они оказались.
- Давай я с ним поговорю. – Предложил Кратос, оттолкнув принца в сторону. Охранники сразу восприняли это, как знак опасности для хозяина и окружили спартанца. Схватка была короткой, Кратос даже не прибегая к помощи клинков, раскидал воинов в стороны, свернув одному из них шею, чтобы остальные сами разбежались. Принц хотел что-то возразить, но вспомнив, что не в своём времени находится и согласился с жестокими методами спартанца. Халиф был так напуган, что бросился бегством подальше от лагеря, выжившие охранники, быстро его догнали. – Ты много болтаешь. Нужно было просто взять то, что нам нужно.
Реплика осталась без ответа. Дальше принц расположился в шатре халифа, а вот Кратос скромно отужинав, лёг на траве у костра. За ночь набравшись, сил путники снарядили лошадей на дорогу до Вавилона. Сразу стало понятно, что передвижение на конях явно не радовало Кратоса, принц предположил, что до этого ему приходилось мало проводить времени в седле, или пользоваться иными способами передвижения. Спартанец тщательно скрывал те неудобства, которые он испытывал сидя в седле, из-за этого его конь постоянно отставал, и принцу приходилось ждать путника. Дорога заняла три дня, на утро четвёртого Вавилон уже высился на горизонте. Принц с неподдельной гордостью и восторгом лицезрел величественные стены, Вавилонскую башню и едва различимые зелёные контуры висячих садов. Кратос только скептически фыркнул, но удостоил город собственной оценкой:
- Скажи, принц! А высота Вавилонской башни компенсирует у вас размеры в другом месте? Или у тебя комплекс по этому поводу?
- О, только посмотрите! Кратос даже шутить умеет? – Воскликнул принц, но тут же посуровел, показывая, что язвительный вопрос понял в том смысле, в котором спартанец его не задавал. – Ты смыслишь в архитектуре?.... Это вряд ли. Ценишь прекрасное? Очень сомневаюсь. Вавилон – восточная колыбель нашей культуры. Такого города ты не найдёшь даже на краю света.
Снова сложив руки на груди, Кратос притворился, что задумался.
- Сдаётся мне ты, был на краю света?
- Нет. – Ответил принц. – Так я называю страны за Индией и Китаем. Там океан и больше ничего. Есть ещё островной Китай, они себя зовут Японцами.
- Уже жалею, что спросил. Уймись умник! – Посоветовал спартанец, первым тронув своего коня в сторону города. – Давай скорее с этим закончим!
В этот день страже города пропускала народ без особого пристрастия. Оба – принц и Кратос оделись в серые накидки с капюшонами, что символизировало их знатное происхождение и не один из солдат не смел препятствовать. По городу двигались улицами нижнего города, принц тем временем с ностальгией озирался. Однажды он соскочил с коня и, исчезнув в оной торговой лавки, из окна которой валил дым, вернулся с ароматными лепёшками. Кратос поморщился, но от угощения не отказался. Пока он принюхивался к запечённому тесту, его окружила детвора и с визгом стали обсуждать его диковинные клики. Спартанец не оценил их интереса, приготовился, чтобы убедительно гаркнуть, но принц тем временем схватил одного мальчугана за руку, которая успела снять с пояса Кратоса кошелёк с золотом. Тем золотом, которое он и принц «одолжили» у халифа в лагере. Разогнав детей, принц поманил Кратоса за собой, пока он от ярости не подавился. Слухи о странных путниках быстро распространились по нижнему городу, спустя несколько кварталов из окон и дверей за воинами постоянно следили. Принц отнёсся к этому спокойно, он был в своём городе, где ему опасаться было нечего. Из города в сторону верфи вела короткая дорога вдоль реки. Принц присматривался к народу, толпившемуся у причала, и указал жестом, что стоит сильней натянуть капюшоны. Кратос не мог не выделяться, но в целом оба выглядели вполне неприметно. Мимо них проскакала свита в сторону рыбацкой таверны, принц обомлел, присматриваясь к знакомым лицам.
Только по реакции спартанец понял, что принц узнал в главе конной свиты самого себя. Тот принц выглядел моложе, волосы на его голове были длиннее, но это, несомненно, был он. За время, проведённое в пути к городу, принц рассказал, в каком времени они оказались, какие события должны произойти и самое главное – что этим событиям лучше не мешать. Впрочем, у Кратоса не было такого соблазна. Он всё больше понимал, что ему в чужом месте и времени становится тяжелее. Что-то постоянно мерещилось в тёмных углах, чьё-то суровое дыхание слышалось ночами, но рассказать принцу о своих страхах, значит показаться в его лице уязвимым. Этого спартанец допустить не мог.
- Нужно переждать, пока он отправится на корабль, вернёмся ночью. – Сказал принц и потянул вожжи в сторону, повернув обратно в город.
Кратос на миг задумался, как сам бы поступил, увидев себя из прошлого.
- А куда ты, то есть он, отправится? – Спросил спартанец.
- Нам поп пути, ему тоже надо к порталам, но рисковать не могу. С этим принцем мы не должны видеться.
- У тебя богатая история путешествий, - признался Кратос нагоняя принца. – А мне не по себе от чужих стран и тем более времени. Что-то необычно жуткое слышно ночами.
Принц присмотрелся к спартанцу.
- Это Дахака. Ты ощущаешь его близость, это особенно сильно чувствуется, когда ты не в своём времени. – Правитель коротко рассказал о цели того принца, которого они видели у причала, почему тот решился на такой путь, что хотел изменить. – Дахака – демон, он стережёт линию времени, а мы для него, как заноза. Человек не должен менять свою судьбу, таким способом. Нельзя изменить то, что написано в лини времени. По крайней мере, мне это говорили все, чью дорогу я перешёл, пытаясь избежать судьбы.
- Знаешь, принц? Ты не такой уж и надутый индюк, каким казался сначала. Тебя есть за что уважать.
- Отвали! – Отмахнулся принц, но улыбнулся, так, чтобы этого не было видно.
- А почему бы тебе не помочь самому себе из этого времени, чтобы он не совершил твоих ошибок? – Для справки спросил Кратос, игнорируя паузу. – Я вижу по твоим шрамам, что ошибок в твоём прошлом хватало. Тот принц на пристани не носит и половины этих шрамов.
Правитель вздохнул.
- Если изменить прошлое, то мы не сможем вернуться. Не будет того времени, которое для нас настоящее. Во всяком случае, для меня.
Вернувшись в город, принц и спартанец расположились в одной из забегаловок торгового квартала. Последний негативно отнёсся к идее немного отвлечься и расслабиться, но жажда его поборола. Принц принёс кувшин какого-то ароматного напитка, оба уселись на террасе, под натянутым пологом. Мимо сновали торговцы и купцы из разных стран. На удивление Кратоса в конце ряда работал над статуей греческий скульптор, на глазах спартанца перед ним расплатились за отличную работу два халифа. Отпив из кувшина, он протянул его принцу.
- Уютный городок, я бы осел тут. – Угрюмо сказал он.
- Кратос, ты пьян, что ли? – От удивления принц не сумел проглотить напиток и просто сплюнул его. – Чего бы нам тут не намешали в кувшин, тебе лучше не наливать. Ты начинаешь глупости говорить.
Кратос выхватил кувшин у принца из руки и разом осушил его. Потом по-восточному натянул улыбку в знак несогласия. Принц разразился хохотом, испугав прохожих купцов. Через мгновение, придя в себя, он быстро сходил за добавкой.
- Эти боги, ненавижу их! – Откровенно сказал Кратос, одну руку положив на плечо собеседнику, а другой, стукнув по террасе, так, что глиняный кирпич рассыпался на куски. – Сколько не топчи их, как насекомых, постоянно приходится добивать.
Принц причмокнув, повиснув на своих коленях.
- Кратос, относись к этому проще, - сказал он, пьяно жестикулируя. – Если так напрягаться по поводу каждой проблемы, можно стать в доску суровым. Вот ты невыносимо груб и нетактичен, но в целом отличный мужик.
- Спартанское воспитание, - оправдательно согласился Кратос, отпив из кувшина. На него крепость действовала не так сильно, как на принца. – Заморочки по поводу славы, всякие предрассудки. Меня девушки избегают!
- Вот тут ты не одинок. У меня тоже нет на это времени. Всегда есть Фара, но она та ещё стерва. Я спас ей жизнь дюжину раз, а она что?
- Что? – Повторил вопрос Кратос, явно заинтересовано.
- Удрала в свою Индию. Ну чем ей плох мой дворец? А, ты ведь не видел моего дворца…. как закончим с этим, вернёмся в настоящее….
Принц не договорил, просто отключившись. Кратос облокотился на стену и провалился в дремоту. Неизвестно сколько они оба проспали, принц проснулся от того что спартанец его толкал в бок и посоветовал быстрее просыпаться. Было темно, по улицам плыл зловещий туман, заставляя обоих укутаться в накидки и двинуться в сторону пристани. Принц прогнал похмельную дурь и сосредоточился. Почувствовав сквозняк, он обернулся, что-то было знакомо в этом дуновении, как будто раньше он уже испытывал подобное. Поманив Кратоса за собой рукой, он пошёл вдоль стены тесной улочки. Деревянные балки грозно свисали над головой, крепления удерживающие стены от схождения. По улице напротив промелькнула знакомая тень, человек, укутанный в чёрный плащ спасался бегством от… Позади него казалось, кралась сама темнота. Из густого, чёрного облака за беглецом тянулись щупальца, постепенно настигая. Кратос мгновенно напрягся, но, не успев за принцем, который уже бросился вдогонку, понял, что назревает схватка. Спартанец заметил чёрное облако со щупальцами, которое двигалось за убегающим человеком. Принц шёл по следам этого неведомого зверя, постоянно жестикулируя Кратосу, чтобы тот поторопился. Можно было и не стараться, потому что у спартанца проснулся интерес к происходящему, настолько, что зачесались руки. По пути попадались разбитые кувшины, даже растерзанное тело дворовой собаки, чтобы там не было в этом облаке, вежливостью оно не отличалось. Принц остановился и словно статуя замер.
- Я помню этот момент, - прошептал он, присматриваясь к происходящему за углом в уличном тупике, куда попал беглец, и куда за ним просочилось облако. - Дахака настиг меня тут. Некоторое время я сражался с ним, но что-то его отвлекло. Полагаю, это должны будем быть мы.
- С удовольствием, а как он выглядит, этот Дахака? – Спросил Кратос, расслабляя цепи на руках, чтобы удобней перехватить клинки.
Принц посмотрел в его глаза, горящие от ненависти и предвкушения боя.
- Сейчас увидишь, но помни, его нужно просто отвлечь. Убивать нельзя, он ещё должен сыграть свою роль в моей судьбе.
- Я постараюсь, - пообещал спартанец. – А ты куда?
- Открою путь для принца, для того, который попал в тупик там, со зверем. Есть дверь, она позже откроется, я тогда не ждал, что сумею сбежать…. Вот, что мне теперь надо сделать!
В несколько скачков принц оказался на крыше домика и исчез во мгле. Кратос передёрнул плечами, с хрустом потянул шею и вышел из-за угла. Высокая, почти с циклопа размером, чёрная фигура застыла над молодым принцем, который приготовился к атаке, извлекая мечи. Этот принц был моложе, но выглядел жалко. От страха, который невозможно было спрятать, глаза его метались по сторонам. Ещё одной ошибкой было то, что он спиной упёрся в дверь, по сути не оставил для себя пути для отступления. Кратос прочувствовал момент: если не отвлечь зверя, то Дахака сотрёт его в порошок, конец принцу и прошлому и настоящему. Взмахнув клинком вокруг головы, спартанец отправил его секущим ударом по цели. Надо отвлечь Дахаку, разозлить. Фигура зверя полностью развернулась в сторону Кратоса, и только теперь сердце его сжалось от страха. Да, он испугался мощного и агрессивного тела. Голова, увешанная изогнутыми рогами, пустые, белые глаза, щупальца, вырывающиеся из торса. А воздух вокруг демона, словно густел. Он этим воспользовался, перемещаясь почти мгновенно. Кратос не успел моргнуть глазом, как мощная лапа схватила его и подняла над землёй. Потом Дахака швырнул его с такой силой, что спартанец пробил спиной стену, исчезнув в тёмном амбаре.
Дахака обернулся в ту сторону, где его должен был ждать принц, и он его ждал, только это был уже не тот испуганный молодой принц, за которым гнался демон. Этот вышел через дверь, которая секунду назад преградила молодому путь. Оглянувшись назад, принц убедился, что его прошлая копия убегает как можно дальше отсюда. Зверь взревел от ярости, но сосредоточенно присмотрелся к новой цели. Наверно, он оценил, что нужно поймать хоть какого-нибудь принца. Правитель воспользовался его замешательством, извлекая свои мечи. Водяной меч блеснул в лунном свете.
- Помнишь его? – Громко спросил принц, поднимая оружие над собой. – Этот меч тебя повергнет! Уже скоро ты падёшь от него!
В Дахаку со стороны тыла прилетел кувшин с водой. Разбившись о мощную спину, вода причинила боль, от которой зверь отступил и исчез в темноте. Кратос показался из-за угла, потирая руки.
- Ну, поговорили? – Спросил он. – Не пора ли ему всыпать?!
Принц улыбнулся, приблизившись к спартанцу.
- Нет, теперь нам не придётся с ним встречаться, - ответил правитель. – А как ты насчёт кувшина смекнул? Я тебе не говорил, что он боится воды.
- Не говорил, - пожал плечами Кратос. – Я и не знал, кувшин в него бросил, чтобы отвлечь, разозлить. Неплохо получилось!
- Пора на пристань.
Из верфи вышел единственный корабль, на нем молодой принц отправится на остров времени, а для принца из будущего это значило, что всё идёт по плану. Корабль отплыл, Кратос некоторой тоской посмотрел ему вслед. Принц потащил его в местную таверну, чтобы найти и нанять команду. Пьяных моряков тут было много, но правитель искал кого-нибудь из знакомых. Усевшись за столом в тёмном углу оба стали озираться. Обычно в таверне толпилось уйма народу, но принц вспомнил, что сам нанял половину моряков на корабль и отплыл только что. Остались только не самые лояльные, либо слишком пьяные. Кратос напрягся, когда к ним подсел молодой перс и заговорил с принцем.
- Хотите нанять команду? Нужен корабль? Ищите приключений? – Выпалил тот, вращая в пальцах большой, золотой динарий. Принц присмотрелся к высокому юноше в капитанской рубахе. На лицо приятный парень с дерзкой, пиратской повязкой. – Капитан Синбад, к вашим услугам. Лучшая команда, - Он кивнул в сторону самой пьяной группы моряков, которые уже затеяли потасовку. – Лучший корабль, перспективный капитан.
- Допустим, ты прав. Я ищу ребят для опасного, дальнего плавания. Мой друг из Греции, я был бы признателен, если бы ты говорил на его родном языке. Я тебя пойму, а он тем более.
Принц кивнул в строну Кратоса, который обозлился, не понимая, о чём говорят оба перса. Улыбка исчезла с лица капитана, но он согласился, похвалив себя, что не поленился выучить греческий в свой время.
- Настоящий, живой спартанец? – Сказал он на Греческом. – Большая редкость.
- Ещё один, болтливый Перс! – Грубо ответил Кратос, акцентируя. – Пока ещё живой, в истории Спарты – это тоже большая редкость.
- Не кипятись Кратос, - остановил принц и посмотрел на Синбада более требовательно. – Ну, перспективный капитан, как смотришь на месячное плавание? Плачу аванс золотом.
Синбад моментально принял заинтересованный вид. Кратос уже прочитал в его глазах, что ради такого плавания он готов был и бесплатно организовать команду. Молодому капитану нужны только приключения.
- Укажите цель эээ…. Как к вам обращаться?
- Я Принц Персии. – Спокойно представился правитель. – Это Кратос.
Капитан принял слова за шутку.
- Не убедили, ну этот похож на спартанского бога-убийцу, но ты не принц. Принц Персии час назад отплыл на остров времени. – Отмахнулся он. Принц и Кратос переглянулись.
- Откуда знаешь? – Спросил принц.
- Я хотел было напроситься к нему на судно, но похоже он сам себе капитан. Остров времени, я понятия не имею, где он, очень хочется туда попасть!
- Ну, вот! – Подтвердил принц. – Я его старший брат, нам с ним по пути. Это пари, мы с братом поспорили, кто первый до острова времени доберётся, тот получит его сокровища. Теперь видишь, что я отстаю? Что скажешь, Синбад?!
- Значит вы принц Малик? – Засиял капитан и, встав с места, свистнул через всю таверну. Его команда, словно в момент протрезвели, устремив взгляды к капитану. Одним жестом он указал, что им стоит готовиться к плаванию. Без разговоров моряки выметнулись из помещения.
- Ты можешь себе позволить, нанять его и корабль? Он хоть и желторотый сопляк, но цену себе знает. – Шепнул Кратос принцу, тот кивнул в ответ, мол, всё под контролем.
- Нужна предоплата за провиант, а в остальном, мы договорились.
- На острове есть дворец, мой брат очень интересуется содержанием библиотеки, которая в этом дворце. Если вернёшься с книгами из неё, принц купит их за огромную плату. Это и будет моим взносом, помимо аванса, - Принц бросил капитану оставшиеся у него деньги. – По рукам?
Синбад долго не раздумывая улыбнулся и подбросил в руке кошелёк. Потом исчез, видимо проводить организационную деятельность, оставив принца и спартанца одних.
- Отлично, ты его купил, - скептически согласился Кратос. – Но неужели на роль капитана не нашлось кого-нибудь эффектнее напыщенного малыша?
- Это тут он ещё не известен. В нашем времени капитан Синбад лучший и самый удачливый мореплаватель на востоке. Странно, что ты его не знаешь.
После паузы и раздумий Кратос презрительно фыркнул.
- Буду учить историю Персии в личностях. Какой позор!
Остров времени.
Уже к утру корабль Синбада был готов к отплытию. Судно было меньше размером, чем привычный парусник для дальних плаваний, но у этого был широкий красный парус в форме треугольника. Такой способен плыть и против ветра, а уж по ветру развивал скорость быстрее, чем его сверстники. Команда оказалась на самом деле знающей. Под руководством молодого капитана собрались настоящие морские волки, хоть и ночами все пьянствовали, при исполнении они были неподражаемы. Синбад разделил с принцем свою капитанскую ночлежку, где было вполне уютно спать и коротать долгий путь, Кратос устроился прямо у мачты, ночами почти не спал и постоянно недовольно фыркал, при виде пьяных моряков. К нему относились проще, хотя один матрос однажды решил помериться силами. Кончилось всё довольно плачевно, но принц заверил Синбада, что сломанный нос бедолаги – самое светлое, что могло произойти с ним. По реке корабль быстро устремился к океану, вырвавшись на простор, судно прибавило ходу, и уже к закату на горизонте маячил корабль молодого принца. Для принца прежнего снова был знак, что всё идёт по плану. Учитывая, что он знает, что произойдёт на пути к острову, так как пережил всё это однажды: ему пришлось придумывать оправдание своей осведомлённости. Кратос прислушивался к его речи, насмехаясь над очевидным притворством, но Синбад верил, принимая каждый совет за должное. Например: он подчинился, когда услышал совет держаться подальше от корабля принца, не смотря на то, что ранее считал, что это гонка к острову. Принц чувствовал, что скоро изменится погода, что в буре на корабль принца этого времени нападут верные воины с острова времени во главе с коварной Шагди. Ей нельзя мешать, а чтобы у Синбада не возникло такого соблазна, ему не стоит видеть этого нападения. Иначе не минуемо возникнут вопросы: почему принц Малик (он же Принц Персии из будущего) бездействует, когда его младшего брата (он же Принц Персии из настоящего) атакуют силы врага? Спартанец без слов понимал ситуацию и даже подыгрывал, однажды посоветовав Синбаду, доверится мудрости принца и следовать его советам. Пусть мудрость граничила с противоречивостью, капитан принял совет во внимание.
Как только настал день, принц почувствовал, что это произойдёт сегодня ночью. Поднимется шторм, и корабль принца из настоящего будет атакован. По этому поводу чувствовалась некоторая нервозность, подобное ощущение уже было в Вавилоне во время погони за Дахакой. Принц не знал, но чувствовал, что что-то должен сделать, что-то важное. Ближе к вечеру волнения хлынули через край.
- Послушай, Кратос, - обратился он к спартанцу, упражняющемуся с клинками. – Мы должны спасти меня! Сегодня ночью, во время нападения.
Кратос убрал клинки на спину, искоса глядя на принца.
- Ты же говорил, нельзя изменить то, что написано в лини времени? Что, уже можно?
- Мы не будем ничего менять. Просто сделаем то, что от нас зависит. Много лет назад, я потерпел поражение от Шагди, она разгромила меня в схватке, выбросив за борт моего догорающего корабля. Позже я очнулся уже на острове времени.
- Живучий ты, - усмехнулся Кратос. – Или просто везёт.
Задумавшись, принц посмотрел на юг, где среди волн гулял штормовой ветер.
- Мы должны спасти принца, после того, как он будет выброшен за борт, - сказал он, оборачиваясь. Кратос ожидал это слышать и уже приготовился к порции протестов. – Доставим его на остров и по своим делам…. Так должно быть!
- Ну, хорошо! – Прервал спартанец, вытирая вспотевшие руки и торс. – Спасём мы твою задницу, хотя мне это уже наскучило. Вечно с тобой проблемы.
- Я не помешаю? – Спросил Синбад, показавшись у левого борта.
- Нет, капитан! – Буркнул Кратос и ушёл прочь.
- Не нравлюсь я вашему другу, мой принц, - заметил он, провожая спартанца взглядом. Принц привык к такому поведению спутника и уже не обращал внимания на эти колкости с его стороны. – Вы ничего не хотите мне сказать?
- Да, пожалуй, - ответил принц, поднимая глаза к вечернему небу. – Будет шторм, береги паруса. Ночью я дам дополнительные распоряжения.
Посмотрев на небо, на котором не было ни облачка, Синбад в очередной раз удивился странности принца и его спутника. Оба они словно не от мира сего, помимо непредсказуемого поведения, нелогичные решения. Ещё неделю назад оба спешили за кораблём принца, младшего брата Малика, теперь держатся от него на расстоянии. Не смотря на это, Синбад в душе был рад, что отправился в плавание в такой компании, глядя на растущее напряжение, он постоянно носил с собой капитанскую саблю. Странный совет! Какой шторм, при таком бризе?
- Халим! – Позвал он матроса со сломанным носом. – Шторм будет, не напиваться сегодня!
Всё произошло, как и ожидалось. С закатом над океаном повисли грозовые тучи, подул сильный западный ветер. Матросы плотнее укрепили канаты паруса, чтобы беспощадный шторм не трепал парусину. Синбад впервые предстал серьёзным и терпеливы. Он в задумчивости следил за южным небосводом, где вовсю полыхали молнии. Что-то терзало его сердце, иногда оглядываясь, надеясь, что принц поддержит молодого капитана, он нарывался только на холодный взгляд спартанца, который так же следил за погодой. Принц всё это время пропадал на корме, держа в руке медальон. Реликвия поблескивала разными цветами и оттенками золотого. Где-то впереди молодой принц так же смотрит на свой медальон, вот-вот начнётся схватка. Мачтовый смотрящий подал сверху сигнал, ему, как ведомому показалось, что впереди горит огонь. Отлично, принц в очередной раз понял, что всё идёт поп лану. Кратос подошёл медленно сзади и положил свою тяжёлую руку на плечо.
- Это началось? – Холодно спросил он.
- Да, - ответил принц, прищурившись. Спартанец горел от ожидания, его стальное тело, поливаемое дождём, отдавало паром, так, что принцу рядом с ним стало жарко. – Всё идёт по плану, скоро мы увидим знак.
Знаком явился большой обломок догорающей мачты, тонущей в волнах. Вторым знаком стал крик ведомого: раздирающий вопль «человек за бортом!» обратил все взоры по левому борту. В волнах виднелась знакомая фигура, бессознательно вращающаяся в водовороте бури. Принц сбросил себя плащ и изящным прыжком достиг воды, чтобы спасти утопленника. Кратос не обращал на происходящее внимания, он видел уходящий на юг корабль, на корме которого тоже горел пожар. Синбад тоже заметил судно и скомандовал матросам готовиться к преследованию. Чтобы этого не допустить спартанец подошёл к абордажному арбалету, натянув жёсткую тетиву, которую могли осилить только три человека разом, он сжал в руке молнию Зевса. Потом положил её вместо стрелы и прицелился. Принц говорил, не мешать событиям, но Кратос не мог себя контролировать, зная, что на уплывающем судне ждёт достойный соперник. Не вышло с Дахакой, так получится с Шагди. Молния Зевса засветилась от напряжения, приняв голубоватый оттенок. Практически не прицеливаясь, Кратос выстрелил из абордажного арбалета в сторону серой тени вражеского корабля. Молния стрелой метнулась во мрак, оставляя призрачный голубоватый след своей траектории. Цель она явно достигла, потому что вражеский корабль озарился на фоне мглы. В небо ударила целая гряда молний, а раскаты грома заложили уши. Матросы попадали на колени, закрывая глаза и уши руками. Синбад стоял в стороне и с непередаваемым ужасом следил за происходящим. Где-то за бортом с волнами боролся принц, спасая самого себя из настоящего от гибели. Он обхватил ослабшее тело одной рукой и зацепился за обломок догорающей мачты, ожидая помощи от матросов, но заметив молнии, просто застыл статуей.
Корабль Шагди сильно пострадал после первого абордажного боя с командой молодого принца. Её матросы понесли большие потери, несмотря на то, что едва ли они были людьми. Во тьме глаза их горели от ярости огнём, но теперь горели и их тела, обжигаемые электрическими разрядами. Молния Зевса попала в авангард судна и излучала смертельную паутину энергии, которой не опасалась только сама Шагди. Кратос отступил на пять шагов назад и, разбежавшись, прыгнул к её кораблю. Прыжок казался самонадеянно неудачным, если бы не клинок, прикованный цепью к правой руке спартанца. Ещё в полёте он раскрутил его над собой и метнул в цель. Тяжёлая сталь вонзилась в авангард судна, Кратос в несколько движений забрался на палубу. Шагди от неожиданности отступила, всматриваясь в незнакомца, который на фоне молний казался просто богом.
- Ты ещё кто такой? – Воскликнула она. Молодое, прекрасное лицо исказилось, чёрный волос огрубел и упал на глаза. Кратос понятия не имел, как такая хрупкая с виду девушка могла победить молодого принца. В её тонких ручонках, крепко сжимающих по сабле, прошла дрожь, но она не показала страха.
- Я твой палач! – Ответил он, занеся клинок от затылка для одного сильного, решающего удара. Она не двинулась с места, но не страх сковал её движения. Это была самая откровенная и наглая улыбка, которую только видел Кратос у тех, кого вот-вот собирался прикончить. Но эта улыбка была неспроста. Первым делом спартанец понял, что от Шагди во все стороны ударила волна. Заряженный электричеством воздух затрещал от энергии, которую испустила девушка. Кратоса словно невидимым хлыстом поддело и отбросило назад. Позади ничего не оказалось, руки ухватились за первое, что попалось, и этим была молния Зевса, торчавшая в авангарде. Вместе с молнией он упал в воду, по пути ударившись головой об борт. Сознание поглотила тупая боль. Но скоро стало легче.
Наутро, Кратос очнулся от слепящего рассвета, ласкающего теплом, на корабле Синбада с повязкой на голове. Сняв её, он осмотрелся, оценив обстановку. Поблагодарил богов, которых ненавидел, что оружие и конечности остались при нём. Немного в стороне стояли принц и Синбад, смотрели на тело человека, лежащего перед ними, и что-то обсуждали. Кем был этот человек, Кратос уже понял, пытаясь поднятья и ухнув от боли в голове, он только обратил на себя внимание.
- Вот и наш громовержец очнулся! – Улыбаясь, провозгласил Синбад. Все матросы дружно рассмеялись, принц так же не остался в стороне, хотя Кратос ожидал, что он будет в ином настроении, после того, как всё обернулось.
- Умолкни капитан! – Посоветовал Кратос, слова дались ему с трудом. – Что я пропустил?
- В общем, ничего, но знаешь…. – Замялся принц, оглядываясь на тело самого себя из настоящего. – Ты вчера устроил заварушку. Я просил тебя не мешать происходящему.
Спартанец впервые почувствовал себя неправым. Он часто был не прав, в той, или иной ситуации, просто никогда не жалел об этом и не задумывался на подобные темы.
- Не знаю, как это вышло, потерял над собой контроль!
- А я тебя и не виню. – Неожиданно высказался принц, склоняясь над молодым самим собой. – Ровно в тот момент, как ты выстрелил молнией в судно, воины Шагди готовили залп из стрел по мне и…. по нам.
Кратос кашлянул, в знак того, что всё было сказано в присутствии капитана Синбада. Тот понял, что это был за знак и поспешил заверить:
- Я в курсе, что вы из будущего. Принц мне всё рассказал.
- Это не мы из будущего, это ты из прошлого! – Строго заметил Кратос, в душе проклиная принца за болтливость. Но потом представил, как сам оправдывался бы, вытащив себя и ещё одно такое же тело из океана. Нет, он бы просто не оправдывался. – А что не так с этой сукой? Магия?
Правитель только сострадательно кивнул, понимая, что речь идёт о Шагди.
- Как жаль, что не получилось ей оторвать голову! – Яростно сказал Кратос.
- У тебя не вышло, а у него выйдет, - напомнил принц, указывая на самого себя молодого. – Он убьёт Шагди на остове времени. Я убил её на острове времени.
- Не представляю себе, как удобно знать свою судьбу, – с восхищением сказал Синбад. Но встретив скептический взгляд принца, осёкся. – А что в вашем времени стало со мной? Вы знаете капитана Синбада, как лучшего и смелого мореплавателя?
Кратос снова презрительно фыркнул.
- Ты умрёшь от моей руки за излишнюю любопытность. – Сказал он с пафосом.
- Хорошо, если так, - неожиданно серьёзно ответил на это капитан. – Лучше чем в темнице, или безвестности.
- Ладно вам, мы подплываем к острову. – Прервал принц, разглядев на южном горизонте грубые, знакомые очертания. – Капитан, ты доставишь меня молодого на берег. Там есть место, где на берегу множество обломков кораблей. Оставь принца там и с лучшими воинами пробирайся к крепости. Постарайся, чтобы принц очнулся позже того времени, как ты исчезнешь. На острове остались стражники, с ними разбирайтесь любыми методами, но не попадайтесь на глаза ни мне из этого времени, ни Шагди. Ещё будут чудовища, их тоже избегайте. Внутри крепости ты найдёшь зал, с тремя ходами, к библиотеке ведёт второй слева. Не жди нас Синбад, но ты должен пообещать, что вернёшься на этот остров ровно через десять лет. Вернись за нами.
Как не бредово звучала просьба принца, Синбад ответил на неё согласием.
- А мы? – Поинтересовался Кратос, поднимаясь на ноги. – Какой план?
- Возьмём лодку и прямиком к дворцу Кайлины. Я знаю один путь к порталу в её тронном зале с песочными часами. На острове много порталов, но только один настраивается, остальные отправляют только в прошлое.
- И этот портал находится в тронном зале? Там, где эти проклятые песочные часы?!
Принц набросил на плечи свой плащ.
- В этом времени часов нет на острове. Их отсюда украл Махараджа, потом я открыл их своим кинжалом, и понеслось, поехало.
- А те, которые были в храме? – Кратос, наравне с Синбадом запутался в тонкостях истории. – Ты создал ещё одни часы с песком времени.
- Да, создал. – Согласился принц с горечью.
- Да уж, линия времени просто по швам трещит от твоих приключений. – Усмехнулся Кратос, срывая повязку с головы.
Насколько общее дело объединяет, правитель и спартанец поняли, только взявшись за вёсла лодки. Молча грести оказалось очень скучно, поэтому принц предложил беседовать о чём-нибудь, что не касалось песков времени, острова и передряги в целом. Кратос неожиданно ответил согласием и рассказал, с каким удовольствием он однажды уделал царя Мидоса. При этом не особо распространялся о причинах такого зверства. Принц не знал, чем похвалиться в ответ, рассказав только скромную историю из жизни. История принца повествовала о том, как он открыл песочные часы, что пришлось делать, чтобы вернуться в прошлое и убить Визиря до того, как он доберётся до кинжала. Видев нечто подробное в картинках на стенах храма, Кратос, в очередной раз, изумился богатой истории принца. Травя байки оба не заметили, как приблизился к ним из густого тумана остров времени. Дворец, как и прежде, покоился на нескольких утёсах над морем. У самого берега высились две сторожевые башни, из которых благодаря туману не было видно незваных гостей. Только принц был уверен, что стража по-прежнему охраняют единственный вход на территорию дворца со стороны моря. Это доказывали несколько костров у прибрежной линии и зажжённые огни в самих башнях. Кратос, как всегда вспыхнул в предвкушении схватки, хотя принцу хотелось проникнуть неожиданно. Бросив лодку на берегу, принц объяснил спутнику бесхитростный план, по которому Кратос должен отвлечь на себя внимание стражи, а он сам проникнет за ворота и откроет их изнутри.
- Я отвлеку, не сомневайся! – Горячо пообещал спартанец, оголяя клинки и ослабляя цепи. Принц бросился на стену, хватаясь за уступы, он был почти незаметен в тумане, а вот Кратос нагло вышел на мощёную площадку между башнями, перед воротами и бросил небольшой камень в уснувшего стражника. Тот спохватился, когда получил по спине, придя в себя, он раструбил тревогу. Кратос добился своего – вся стража выскочила к нему, отчаянно бросаясь в бой.
Перемахнув через стену, принц оказался в караульной трапезной, где за столом спали несколько не трезвых стражей. Остальные, схватив сабли, бросились наружу. Ворота крепились изнутри обычным засовом, стоило его убрать, одна тяжёлая створка сама отъехала вперёд. Выглянув из-за неё, принц рассмотрел силуэт Кратоса в тумане. Спартанец отряхивал кровь с клинков, убедившись, что ворота открыты, он уверенно двинулся мимо принца. Тот осмотрел кучу трупов, которую оставил спартанец.
- Уж очень просто ты их….
- И даже не вспотел. – Оправдался Кратос.
Перед путниками открылся вид дворца. У принца ёкнуло в сердце от ностальгии, но он предпочёл скрыть эмоции. В конце концов, кое-кому придётся ещё раз пережить это, не только им. К грубым и серым стенам дворца Кайлины вела длинная, каменная лестница с острым углом подъёма. По лестнице вниз спускался большой отряд в красных одеждах и со знаками власти императрицы. Принцу не приходилось встречать такое количество в тот раз, когда он сам был тут в прошлом.
- Тридцать слева – твои! Остальных беру на себя. – Предложил, а скорее посоветовал Кратос, очень сурова скалясь.
- Не справедливо, - нахмурился принц. – Их тут больше сотни.
- Тогда давай, сыграем в нашу любимую игру?
- Кто лучше убивает…. Играем.
Схватка стала пиком взаимодействия принца и Кратоса на единицу боевого пространства. Принц положился на ловкость, с поддержки Кратоса – бившего сильно и точно, он совершал акробатические пируэты, рассылая смерть своими клинками во все стороны. Спартанец утолял жажду крови своего оружия, не забывая подстраховывать товарища по схватке. Теперь он по другому смотрел на партнёрство, когда оно приносило такую пользу, неся смерть врагу. Десяток последних стражников пытались бежать, но принц обогнал их заранее, теперь они были окружены.
- Мои клинки отняли жизнь пятидесяти трёх врагов. – С небывалым энтузиазмом, похвалился Кратос.
- Мои мечи так же, - ответил на это принц. – Берегись!
Принц сбил мечом заточенную со всех сторон звезду, летящую в спину спартанцу. Тот взревел от ярости, высматривая у ворот дворца, кем она была постлана. Принц знал, кто на это был способен. Высокое существо было отчасти человеком. Из огромной, горбатой спины торчали ещё сотня таких же кинжалов и звёзд. Чёрное лицо с горящими глазами ужасающе скалилось, на что Кратос только довольно усмехнулся. Его бросок достиг бы цели, но противник наклонился вперёд, исчезнув в том месте, где стоял и появился в нескольких метрах дальше.
- Я здесь! Я там! Я всюду! – Прошипел он, но договорить не успел. Принц подкрался из-за колонны и снёс ему голову. Тело врага рассыпалось в песок.
- Много тут таких? – Спросил Кратос, изучая остатки из песка.
- Полно, они прибывают из прошлого через порталы.
- Отлично! – Спартанец посмотрел в открытые ворота дворца, куда лежал их путь. – Я просто обожаю это место. Подумаю, может остаться тут.
До внутреннего двора дворца им никто не встретился, принц знал почему. Тут обитал ещё один воин императрицы, которого уму в прошлом так и не удалось убить. Вокруг на сухих ветвях погибших деревьев сидели птицы. Чёрные вороны с пылающими глазами. Кратос мгновенно заподозрил магию, но не знал, откуда ждать подвоха. Всё вышло проще, вороны стаей слетелись в одно место, казалось, они бросались друг на друга, как бешеные. Из этой неразберихи из тел птиц возник враг. Высокий воин, укутанный в чёрное тряпьё с головы до ног, владел тяжёлым мечом, глаза его предсказуемо пылали, а одежда вилась, словно спина его горела невидимым огнём.
- Этот мой! – Настоятельно предупредил Кратос, загораживая собой принца.
- Пожалуйста, не стану мешать. – Уступил тот.
Хоть Кратос и не рассчитывал на лёгкую победу, она далась труднее, чем он мог ожидать. Его враг оказался ловким и сильным одновременно. Ног у воина не оказалось, под чёрным плащом ниже пояса сыпались перья, и трещало что-то похожее на сотню вороньих крыльев одновременно. Пропустив несколько ударов, ворон ослаб, стал только защищаться, чем и подписал свой смертный приговор. Кратос мощно пробил кулаком его грудь и, обойдя сзади, схватил за шею. Это была хватка с расчётом на то, чтобы оторвать голову, но ворон распался в крепкой хватке, снова став стаей птиц. Спартанец озадаченно и разочарованно одновременно, проводил стаю взглядом до ближайшего дерева.
- Тут хоть кто-нибудь бьётся насмерть? – Спросил он принца.
- Это джин, или какой-то злой демон, - лтветил тот с насмешкой. – Теперь он от нас не отвяжется. Нужно было его поджечь, или перебить всех этих ворон.
Оба, недолго размышляя, отправились дальше. Прекрасно помня, что путь к тронному залу ведёт через разрушенный зал, принц понял, что меньше всего ему хотелось бы идти этим путём. Слишком много ловушек и нежелательных лиц встречались на этом пути прошлый раз. Если с ловушками оба справлялись достаточно легко, то враги на пути больше не попадались. Кратос даже как-то разочаровался, понимая, по взглядам принца, что они почти пришли. Перед тронным залом была большая комната, с двусторонней лестницей, между которой в прошлом стоят часы с песками времени. Сейчас их само собой не было, потому что Махараджа украл их из этого дворца. Но был кое-кто другой. Принц мгновенно отреагировал и потащил Кратоса в сторону, за ближайшую колонну. Спартанец только взглянул из-за неё. Перед тем местом, где стояли часы, из стороны в сторону ходил человек, пусть и трудно назвать человеком того, кто носил странные одежды. Они буквально обвивали воина, словно змеи. На лице сплошная маска, или панцирь, расписанный белыми полосами, глаза горели белым светом, словно внутри головы горел огонь Прометея.
- Это ещё кто? – Не выдержал Кратос, подавляя свой голос.
- Дух песка, - ответил принц. – Маска в большей степени, чем человек.
- Так давай я его по стене размажу?
- Нет, это я, в каком-то смысле. Нельзя ему мешать.
Кратос чуть не вышел из себя. По его разочарованному виду стало понятно, что всё уже наскучило, что он ожидал большего от путешествия на этот остров. Принц заметил, что дух отправился по своим делам в сторону башен, отпирающих двери в тронный зал. Это и удивило и насторожило. По всем предположениям, дверь должна была быть открыта…. Или нет?
Поднявшись по лестнице, они оказались на площадке перед большими двусторонними дверями, преграждающими путь в тронный зал.
- Ничего не пойму. – Развёл руки принц.
- Что ещё?
Он указал рукой на двери.
- Они не могут быть закрыты, - Принц попытался отследить события из прошлого, когда сам активировал обе башни, механизм которых отпирал вход. – Неужели придётся активировать механизм вручную.
- О, механизмы – это мой конёк! Обожаю механизмы!
Реплика Кратоса ушла в молоко.
- В этом времени механизмы повреждены безнадёжно, ничего не получится. В прошлое нам нельзя, иначе бед потом не оберёмся.
- Это, верно! Нам в будущее надо! – Саркастически поддержал Кратос, осматривая и оценивая двери. – Надо туда, где я не должен бояться ступить лишнего шагу, чтобы потом дерьма не схлопотать. У меня есть идея, что если?
Спартанец не закончил вопрос, зародившийся у него в мыслях. Он, как типичный практик, крепче сжал в руке молнию Зевса и обратил мощнейший заряд по цели. Целью оказалась дверь, от удара такой силы механизм, удерживающий её в закрытом положении, просто расплавился, и она раскрылась перед требовательными гостями.
- Хм, полезная вещица…. Ты её прибереги. – Посоветовал принц и пошёл в тронный зал первым.
- И что? Не буде нотаций, что нельзя в прошлом делать такие поступки?
- Нет, не будет.
Неожиданно принц остановился и снова задумался, чем уже серьёзно взволновал Кратоса. Осмотревшись в просторном тронном зале, он обернулся и пошёл обратно.
- Что опять? – Вскипел спартанец.
- Порталы нужно настраивать, без этого выйдет так, что мы не к себе в будущее попадём, а к Кайлине в прошлое. Я знаю, что следует сделать.
В том месте, где находились часы, на полу были подозрительно знакомые узоры. Наступив на плиту, принц сделал два шага назад. Два каменных кирпича разошлись в сторону, из под пола поднялся, уже знакомый постамент. Принц вложил в него свой водяной меч, постамент принял его и поднялся ещё выше. Теперь перед принцем стояла большая каменная чаша. Меч стал буквально таять, отдавая воду, которая стекала в чашу. В скором времени чаша наполнилась зеркально чистой водой. Кратос наблюдал за происходящим с некоторым недоверием, но подойдя ближе и посмотрев в чашу, отпрянул.
- Что ты видишь там, Кратос? – Спросил Принц.
- Своё прошлое, - спокойно ответил тот. – А ты?
- Тоже. – Принц осторожно коснулся водной глади рукой и создал помехи. Движение воды ускорило видение в отражении, так сменилось время, в котором видение происходило. – Вот, как настаивается портал. Ещё одно движение и мы будем на месте.
Кратос в нетерпении наблюдал за обрядом принца, ходя вокруг постамента с чашей.
- И что, мы в своём времени? – Спросил он, когда принц закончил, забрал свой меч и постамент исчез между плит в полу.
- Пойдём, теперь дело за малым.
Золотистый вихрь из спиральной поверхности пола набрал полную мощность, когда в нём образовалась сначала одна фигура, потом ещё одна. Когда вихрь прекратился, оба воина рухнули на пол. Первым встал Кратос и, почёсывая ушибленный копчик, осмотрелся. То же самое место, только выглядело ещё запущенней, ушло неприятное ощущение, которое постоянно преследовало воина в прошлом. Теперь он в своём времени, теперь всё как надо. Принц до конца не верил, что всё прошло так просто, но осмотревшись и проверив ощущения, понял – всё удалось. Проделав путь по знакомому маршруту и, не встретив охраны, оба оказались на пристани, где их ждал корабль Синбада. Капитан сам расхаживал по пристани и, завидев приближающихся воинов, сложил руки на груди.
- Что так долго? Ждём вас третий день. – Спросил он, подавляя улыбку. Это был уже другой Синбад, взрослее, статный. В плечах шире, а в глазах всё тот же искатель приключений.
- В линии времени затор случился, - улыбнулся принц, пожимая руку капитану. Неожиданно, но так же поступил и спартанец. – Кратос слишком широкий в бёдрах, не прошёл в наше время с первого раза. Ждали, пока похудеет.
- Поговори ещё! – Пригрозил Кратос, но обиды не показал. Капитан пригласил друзей на корабль и скомандовал к отплытию.
Первым делом принц расспросил Синбада о событиях, произошедших за десять лет, что они не виделись. Как оказалось, тот последовал совету и продал принц книги из библиотеки Кайлины, но не это было важно. Судя по рассказам капитана, всё прошло так, как принц уже пережил. Значит, в прошлом они не изменили ничего такого, что изменило бы и настоящее. Кратос вообще отнёсся проще к этим рассказам, потому как для него ничего не изменилось бы в любом случае. Предстоял долгий путь назад, но спартанец знал, что почему-то должен вернуться к храму, что-то заставляло. Долгий путь в Персию.
Долгий путь.
Казалось, спустя четыре недели пути с острова времени, они успели именно к тому времени, когда исчезли. Принц верил в это до самого последнего момента. Вот уже и храм на горизонте, тот же самый рассвет. Даже следы на песке остались, а ведь ещё вчера была буря. Всё вовремя, всё по плану. Оставив лошадей у ступеней, оба устремились к входу в храм. Принц на мгновение остановился у стены, где точек на карте храма оказалось уже дюжина. Она, самая яркая двигалась им на встречу. Это был Самир, прихрамывая на ногу, он вышел на свет и обомлел. Кратос смотрел на него прямо, чувствуя вражду, и понимая, что ненавидеть спартанца у воина хватало причин. Принц поспешил всё объяснить. Долгая болтология на Персидском языке и взгляд Самира сразу изменился. Воин рассказал принцу, что после их исчезновения часы снова восстановились, а жрецам вернулся их прежний, человеческий вид.
- Вот и всё, Кратос! – Сказал принц. – Тебе можно было не возвращаться сюда, а отправиться с Синбадом в Грецию. Уверен, тебе есть, что сказать своим богам.
- Не спеши принц, похоже, я не зря сюда вернулся. – С иронией ответил спартанец, глядя на горизонт. Уловив его взгляд, принц заметил большое, серое пятно, похожее на грязь среди бурого песка. – Этот твой дядя оказался упорным. Целую армию рабов ведёт за собой. Он меня явно недооценивает!
- Это Низам? – Понял принц.
- Да. Их там тысяч шесть воинов, маловато для меня.
- Кто сказал, что ты пойдёшь один? – Переспросил правитель, готовя своё оружие. – Ничего не обязывает тебя ввязываться в мою вражду с дядей. Семейные дела.
Кратос посмотрел на принца, как мудрец смотрит на глупого ребёнка.
- Думаешь, я упущу эту бойню? Ни за что! На всякий случай скажу, что для меня честь умереть с таким воином как ты! Просто знай, но если выживем, не вздумай напоминать мне моих слов.
Оба спустились к подножию храма, самое удобное место, где можно встретить врага. Самир взял лук и колчан, он расположился чуть выше, молясь вслух. Для него была безумной сама мысль выступить втроём против целой армии, но он не собирался бежать.
- Беру пять тысяч справа на себя, остальные твои! – Сказал принц, кивая и улыбаясь. Горькая улыбка, как заметил спартанец.
- Хорошо, давай вернём тебе трон!
Грянула битва, такая, которой ещё не видела Персидская земля, битва, вошедшая в историю. Но это уже другая Истрия.
Конец.
Использованы герои культовых компьютерных игр и приключенческих произведений.
Кратос – серия God of War (1-3)
Принц Персии – Prince of Persia Warrior Within, одноимённый фильм «Принц Персии Пески времени» и события из всех приключений принца (пожалуй, кроме игры Prince of Persia 2008)
Синбад – сам по себе, особняком, но герой ценный для любого повествования с Персидской тематикой.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com