Двери.

- Современная физика до сих пор не обращает внимания на многомерную структуру времени, - глядя мне за спину, малость безумным взглядом завернул Леха. На всякий случай я обернулся, но на удивление там никого не оказалось. Мы сидели в небольшой забегаловке и уже вплотную подобрались к третьему пузырю. Закуска закончилась грамм триста назад, но нас это не огорчало. Мы просто не заморачивались такими мелочами.

Вообще-то после поллитры с ним подобное случалось частенько, однако, на мой взгляд, это был уже перебор.

- А ведь эта концепция в сочетании с фундаментальными константами нашей Вселенной, теоретически, позволяют открывать проходы сквозь сингулярность разделяющую Вселенные. Причем данные проходы будут обладать свойствами одновременно черных и белых дыр и будут способны доставить наблюдателя в любую из этих Вселенных. И главное – данные проходы могут открываться где угодно, а сам переход пройдет совершенно незаметно. К тому же….

- Ты по специальности кто? – не выдержал я.

- Э-э, сантехник – после небольшого замешательства припомнил он.

- Тогда какого черта ты не рассказываешь о прокладках, вентилях и кранах? Мы ведь обмываем не нобелевскую премию, а очередную прибыльную халтурку.

- А моя профессиональная принадлежность не исключает меня из временных и пространственных рамок данной….

- А если подумать?

- Тогда еще по сто.

- По двести и после к бабам!

Дальнейшие события я помню довольно смутно. Помню женский силуэт, который я безуспешно пытался поймать. Помню двери, за которой скрылся этот силуэт. Я кинулся следом, повернул ручку и увидел ее лицо….

Из небытия я вынырнул внезапно и со страшной головной болью. К моему великому удивлению я провел остатки ночи в собственной постели, причем умудрился даже раздеться. Стоп, - почувствовал я нечто неладное, - это явно не моя нога торчит из-под одеяла. Да и грудь на пару размеров больше моей. Надо же, значит, это мне не привиделось. Значит, я ее все-таки догнал. И оно того стоило – приглядываясь повнимательней, подумал я, - жаль, однако, что ничерта не помню.

С трудом поднявшись, я побрел в ванную. Надо срочно привести себя в порядок и тогда возможно мне удастся познакомиться с гостьей ближе. Ведь я не помню, что было ночью, а раз не помню – следовательно, ничего, как бы, и не было.

А она очень даже хороша, - размышлял я, безуспешно пытаясь побриться зубной щеткой, - может мне, наконец, пора остепениться? Ведь такое бывает не часто, можно даже сказать, что совсем не бывает так, чтобы я утром да с бодуна и не спешил спровадить очередную подружку. А что, вот возьму и женюсь, заведем ребенка, буду возвращаться с работы в семью, а не в одиночную палату дурдома. Напоследок сунув голову под струю холодной воды и нащупав полотенце, я осторожно приоткрыл дверь. Из кухни доносилось шипение сковородки и ворчание чайника. Постель застелена, да и сама комната выглядела как-то не так. Вот что значит женщина в доме. Да еще и хозяйственная.

Стараясь не производить шума, я заглянул на кухню.

- С добрым утром, дорогой, - чмокнула она меня в щеку. Что-то в этом показалось мне неправильным. И халатик на ней незнакомый. Не могла же она ходить ночью по улице сразу со своим халатом и тапочками?

- Еще минут пять и завтрак будет готов. Ой, слушай, чуть не забыла! Я сегодня задержусь, так что придется тебе забрать Иришку из школы.

- Кого? – сегодня я довольно туго соображал.

- Ты уже забыл имя собственной дочери? И когда, наконец, прекратятся твои посиделки с друзьями. Ладно бы общались как нормальные люди, а то обязательно надо набраться до потери памяти.

- Слушай… - тут я понял, что не знаю ее имени, - я лучше опять в ванную.

Но по дороге туда мне на глаза попался сервант. Движимый внезапным импульсом я рванулся туда и стал лихорадочно искать паспорт. Так и есть. Штамп. Там где и положено.

- С тобой все в порядке?

- Ну вот, вроде,… эээ… да, - с трудом выдавил я.

- Может крепкого чайку?

- Хорошо бы… водки.

- Ты же знаешь, у нас такого не бывает.

- Тогда я спущусь к Лехе, - вдруг осенило меня, - я быстро, ты главное никуда не уходи!

- Тебе чего, - мой дружбан явно был не в настроении.

- А сам вроде не догадываешься? Ты кстати как добрался?

- О чем это мне догадываться?

- Ты чего? После вчерашнего память отбило? Мы с тобой в кабаке сидели, Ты еще стал какой-то бред нести о дырах между Вселенными.

- Да нет, не мог я такого, - явно огорчился он.

- Ладно, короче, у тебя «живая вода» есть, а то со мной тут такое происходит почище белой горячки.

- Ну, проходи, чего-нибудь найдется.

Слава богу, у него нашлось все в лучшем виде.

- Представляешь – начал я, когда мы немного освежились, - открываю дверь, а она на кухне в халатике… и печать в паспорте!

- Нет, - категорически заявил Леха, - проходы между Вселенными – это абсурд! Другое дело взаимоотношения человеческого мозга и реальности. Вот ты можешь дать определение реальности?

- Глаза! У нее такие глаза… эх, а кожа….

- Во, и никто не может! А все дело в мозгах! Тут есть два варианта. Первый – наиболее популярный среди философских школ – это трактовка реальности как плод воображения нашего разума. То есть все, что мы видим, слышим, чувствуем и осязаем – лишь фантазия…

- А какая у нее грудь… и остальное… о таком можно только мечтать….

- Теперь, что касается второго варианта. Дело в том, что наш мозг воспринимает реальность посредством органов чувств и затем интерпретирует соответствующим образом поступающие сигналы…

- Я даже не знаю, как ее зовут.

- … однако довольно значительную часть поступающей информации наш мозг просто-напросто игнорирует! В результате чего мы не замечаем, не слышим и не чувствуем многих вещей…

- Если мы прожили вместе десять лет, то где я был все это время? Я не мог пропустить мимо столько всего.

- …и примеров тому в повседневной жизни множество. Но вопрос в том, какая из теорий имеет большее преимущество. И тут все упирается в наши мозги. Прежде чем познавать окружающее пространство необходимо познать себя…

- Но я ее совсем не знаю. Десять лет…. Мы даже не занимались любовью, а дочка… я ее даже не видел. Как можно жить с чужим человеком? И с ребенком…

- …а познав себя и доведя КПД нашего мозга хотя бы до девяноста процентов, мы, наконец, сможем понять, существует ли реальность, либо существует лишь наш разум. В первом случае нам откроется поистине невообразимый мир, а во втором – пустота и одиночество.

- Погоди, я сейчас, - приняв, в конце концов, решение вскочил я из-за стола, - может она и жена, но лучше я как-нибудь сам. Жил же до сегодняшнего дня,… то есть… а, блин!

С силой толкнув дверь, я заскочил в квартиру. Тишина. Ни в комнате, ни на кухне никаких следов посторонней деятельности. Надо же даже завтрак с собой забрала, - я снова достал паспорт, - о, и паспорт подменила. Ну и баба, надо проверить все ли на месте, а то кто ее знает. Но все мои жалкие сбережение на удивление оказались на месте.

- Вот как все отлично получилось, - думал я, спускаясь к Лехе, - была жена, целых десять лет была… за один день, а потом – хоп и нету! Ни тебе скандалов, ни разводов, ни алиментов. Я теперь опять свободный человек! Нет, все-таки тяжело быть женатым.

За время моего отсутствия Леха успел куда-то деть «поляну» и теперь спокойно храпел на диване.

- Эй, братан! - попытался я его растормошить.

- Ты кто такой? – зыркнув на меня мутным глазом осведомился он, - ходят тут разные… проходной двор устроили. Хорошему человеку отдохнуть мешают.

- Ну и хрен с тобой, - обиделся я, - ишь нашелся тут сантехник душ и Вселенных. Хоть бы выпить чего оставил.

По дороге в коридор я на всякий случай пошарил в укромных местах – ничего. Однако уже возле самого выхода под ногами что-то приятно звякнуло. Опа, как я этот кулечек раньше не заметил? Возвращаться в комнату не было никакого желания, и я расположился прямо там.

А еще друг называется, - думал я, делая солидный глоток прямо из бутылки, - что за день сегодня. Жена бросила, друг отключился без меня. До чего люди пошли зловредные! Как так можно, завтрак забрала, а посуду еще с прошлой недели так и не помыла. И где она спрашивается делась? Или это я делся? Нет, одному однозначно лучше! Никто тебе не указывает, ни перед кем не отчитываешься – красота! Вот бы все куда-нибудь пропали…, это сколько ж водки мне одному досталось? О, а эта уже закончилась, - я с трудом поднялся. Лехин храп внезапно стих. Пойду домой, - дверная ручка никак не хотела попадаться. Ага, вот она! А все же у нее потрясающие глаза, может она еще вернется? – толкнув тугую дверь, подумал я…