Живу Среди

Живу среди Условных Единиц,

Скитаюсь днём с зажжённою Свечою:

Кругом Мираж оскалившихся Лиц,

Что месят Грязь напополам с Мечтою.

Идут торги – и Цифры на Весах,

И Образ Жизни Индексом зовётся,

И Гарь летит в былые Небеса,

И Смрад Помоев в Твердь былую льётся.

Лишь я один с Улыбкою смотрю

На Тьму Безумцев – бедных и богатых –

И Корм швыряю странному Зверью,

Что «Братством Душ» пригрезилось когда-то...

Фрашегирд

Мир – на Вселенских Весах!

Суд провозвещанный Страшный

Слышен отныне в Часах,

Виден в любой Рукопашной!

Звёзды горят, Близнецы,

Над Алтарём возрождённым:

Пламя снедает Весы –

Плазмой своей разъярённой...

Третья Эпоха грядёт:

Первая – это Творенье,

Весь Человеческий Род

Вышел из Эры Смешенья.

Здесь обозначен Раздел

Зла и Добра по Живому:

Мир, что для Хварны созрел,

Будут кроить неуклонно...

Вот Средостенье Времён –

В Среду его Наступленье!

Михр – его светлый Закон,

С Мраком-Бушьянстою в Тени.

Ныне возьмёт Анахит

Митра в Преддверии Мазды:

Пусть же Пространство горит –

Временем ярким и властным!..

Из Фаро

Из Фаро плыву к Гибралтару, –

Из Форта к заветному Порту, –

Стезёю безвременно старой,

Пучиной бездонной и гордой.

Харибда и Сцилла Столпами

Над узкою спят Горловиной,

Атлант золотыми Стопами

Здесь врос в Бытие Исполинов...

Иберия с Африкой рядом, –

Но Страсти Дистанция прячет;

Европа осталась за кадром,

И с нею больное «Иначе».

Молоха безглазые Жертвы,

Серпы и Кресты окропляя,

Слагают Дыханье Напевов,

тоску обессмертить желая...

Сраженья наскальные Шрамы

Границей рубцуют исконно, –

Но плачут забытые Раны,

По Памяти, спрятанной Болью.

Но Скалы, – огромные Гнёзда, –

Как прежде, лежат под Когтями

И львиное Рыканье грозно

Рвёт сытную Землю Частями...

Ничто не забыто Природой:

Тень Малаги, Кадиса Светоч,

Названье слепого Народа,

Венков неизбывная Ветошь.

Меж двух Отражений Зеркальных,

Меж Точек, распластанных в Море,

Плыву в Царстве Образов странных –

По Пульсу кочующей Соли...

Удайпур

Дворцы окружают посолонь Город, –

Мираж в Окруженье Жары и Садов, –

Над Дном Котловины теряются Горы,

Как-будто сливаясь с Безвременьем Снов.

Чрезмерная Роскошь легка и приятна

Где Гость – это Бог, что един в сотнях Форм:

А Формы из Камня Пространством отрадным

Богов завлекают на сказочный Трон.

Живая Династия правит незримо, –

Скрываясь от Взоров, меняя Дворцы:

На Озере – Бого- и Рукотворимом –

Возвышенный Остров в Хоромах резных.

Над Уровнем Туч, на Хребте Исполина,

Покоится Замок Сезона Дождей,

И здесь восхитительный Вид на Долину –

Из Окон пустых и вдали от Людей...

Когда-то Солнце

Когда-то Солнце было Королём,

И День сиял, жестокий и прекрасный,

И Центр Солярный в Разуме одном

Спасенье зиждел Норовом всевластным.

И Просвещенье далее пришло,

Неся с собой Прозрения и Знанья,

И Индустрия Качество в Число

Затем сводила через Расстоянья...

Чем Расстоянья ширились быстрей,

Тем Интенсивность Солнца угасала:

Рассудок стал трусливей и острей,

Толпа Невежд Героев побеждала;

И. наконец, в Пространстве Пустоты,

Мы видим „Звёзд“ неистовые Массы:

Жестокость хладна, – в Хладе Красоты, –

И Темень Ночи вечной, безучастной...

Солдатские Кресты

Кресты Солдат врываются в Окопы,

И их несут в Атаку на Плечах:

Ежеминутно высятся Голгофы

Там, где Кресты алеют при Свечах.

Их Тяжесть – Долг, который не минует,

Их Образ – минный замерший Разрыв,

И каждый Миг Распятием рискует

Тот, кто идёт на Жертву, не пожив...

Заслуги, Раны, Годы отмечают

Всегда Крестами в Списке послужном:

Ведь по Крестам – так водится – встречают,

И провожают – также, заодно.

У Жизни Первый в Крестниках записан,

Второй – у Смерти: Крёстные всегда

Кладут свою мистическую Визу

На Судьбы тех, за коими следят...

Кресты стремятся выклянчить, присвоить,

Но Крест – как Правда – всё равно всплывёт:

Толкает ввысь обиженных Героев,

И топит тех, кто Подлостью живёт.

Крест на Груди: на Сердце – и над Сердцем,

И отвечает Звоном на Удар.

И на Могилах высится он Весом,

Что вглубь уходит – в прожитый Кошмар...

Абомей

Белые Стены, синее Небо,

Синее Море, жёлтый Песок,

Бледные Кости щерятся слепо

На опустевший серый Чертог.

Зарослей Буйство здесь укрывает

Сеть Барельефов, грубый Узор,

Ржавые Пушки Духов пугают

Битые Камни втоптаны в Сор.

Некогда жили в этих Владеньях

Те, что Людей обращали в Рабов, –

Свой же Народ, потерявший Значенье,

Хладно меняли на Деньги Врагов.

Словно Скотину Звери во Злате –

Пороха ради, ради Клинка,

Ради Гордыни призрачной Стати

Жертв отправляли в Край Батога.

Быстро пустели Сёла и Нивы,

Быстро Забвенье правило Бал,

Всюду Гиены выли тоскливо,

Всюду Добычу Падальщик ждал.

Выгоды Образ сиюминутный

С каждым Мгновеньем Души косил:

Слились Тираны с Тоской беспробудной –

Спились и пали в Зелень без Сил.

Залы пустые Ветер полощет,

Земли пустые душит Песок,

Плачи Безумцев слышатся Ночью,

шорох Железом израненных Ног.

Брошено Всё: будто Кости немые

То, что над ними, клянут до сих пор:

Образ Столицы Зелёного Змия,

Рай превратившего в Голод и Мор...

Змеиное Кольцо

Свершает Цикл Гармония Веков:

Сынов Волчиц Подкидыши сменяют,

Идут Пророки в Кручи Облаков,

И снова Бесов в Пепел низвергают.

Растут Враги в Предателей чужих,

Через Друзей себя преображая,

Авантюристы ловят каждый Миг,

Свою Фортуну Мигом разрушая.

Бросает Ромул Ромулу Мечту,

И Константин уходит с Константином;

Елизавета стойко на Посту

С Елизаветой Будущей едина.

От Шарлеманя к Шарлю льётся Сказ,

И Мануэлов Синтра источает...

Так Мерзкий Град низвергнется во Грязь,

Когда Иван Ивана повстречает!..

Следите За

Имеющий Речь – не всегда Цицерон,

Пером овладевший – не Пушкин,

Не всякий, понесший жестокий Урон,

Венок унесёт на Макушке.

Не каждый, стяжавший Богатство и Власть,

Окончит в спесивом Почёте,

И Страстью своей упивавшийся всласть –

Во сласти любовного Пота.

Бродягам открыты Горнила Дворцов –

Но за Ноги тянут Лачуги,

В Погоне за «Счастьем» Стада Подлецов

Порочно несутся по Кругу.

Гордятся Супруги своими Детьми –

Чтоб после умыться их Срамом:

Следите за Тайной Сумы и Тюрьмы,

Заложенной в Таинство Храма!..

Айн

Снег на Отрогах Скал,

В Воздухе Свежесть нежная, –

Песнею двух Начал

Льётся Дорога Вешняя.

Танец влюблённых Птиц

Чёрным и белым пишется,

Память седая спит, –

Вольно Надежде дышится!..

Красных Лампад Огонь

В свайных Домах бамбуковых,

Рядом – старинный Гонг

Служит Тиши Порукою.

Крик Обезьян в Горах, –

Только вблизи Источников, –

Шепчут Сосны в Ветрах –

Рядом с Водой проточною...

Жизнь разлита Кругом:

В Почвах – дыханье Космоса;

Мир – это Общий Дом:

Дети на Волю просятся.

Что Человек создаст –

Тотчас отпустит в Странствие:

Чтобы Живого Часть

Душу стяжала страстную...

Метеора

Скиты восстают из Скал,

Скиты – Органика Камня:

Орнамент святых Начал

Что вслед за собою манит,

Бутоны иных Цветов, –

Не призрачных, но духовных, –

Отчаянье горьких Слов,

Надежда заснуть у Трона...

Сады за Стенами спят

В Снопах золотого Света,

Поёт колокольный Хлад

В Тепле, что Душой пропета.

Из Пропастей – Зов Земли

Из Космоса – Тень Забвенья,

Меж ними – Намёки Мглы,

А рядом – молчат Каменья...

Подняться – немудрено,

Взойти – не хватает Жизни:

Предчувствие – как Вино,

Как Счастье бессмертных Истин.

Без Помощи – нет Пути,

Бесстрашному – нет Возврата,

И Птицы кричат: «Лети –

Туда, где скорбеть не надо!..»

Судомерж

Как Трава, мы растём и вянем,

К Небесам воздевая Немощь, –

Так давайте теперь помянем

Тех, кого никуда не денешь;

Тех, которые, Правде веря,

Покорились Мечте о Воле, –

И тому, кто подобно Нерву,

Сеял Слово в смиренной Боли.

Он взошёл на Костёр, и тихо

Прошептал: «Простота – Святая...»

Мы ответим победным Криком,

И Хоралом во Имя Рая!

Мы пойдём за слепою Клятвой, –

За Слепцом, что мудрее Зрячих, –

По Пути собирая Жатву,

И себя от Волков не пряча.

Скинем Нечисть Железом острым,

Вспашем Пустошь чужой Гордыни:

Мы идём – сомневаться поздно!

Мы – Блаженны в своей Пустыне!

Табор Правых – Агой, на Север! –

Так текут к Назначенью Реки:

В Сердце – Пламя. Вокруг – лишь Пепел.

И – как Раны – открыты Веки!..

Констатация

Я знаю то, что знать Вам не дано,

Я вижу то, что с роду Вам не видеть,

Смакуя Жизнь, как терпкое Вино,

Смотря в Лицо – как Царь, а не Проситель!

Освобождаясь каждый новый Миг,

Тянусь за Светом, дарящим Надежду,

И повторяю вновь: «Я не привык!»,

Напоминая Гению: «Не мешкай!»

Мой Слух питает Музыка – не Звук,

Мой Ум живёт Идеей – а не Мыслью,

Моя Арена – Сфера, а не Круг,

Мой Конь летит – Галопом, а не Рысью.

Я – впереди – упрямо, незаметно,

В Мгновенье каждом Вечность заключив,

Купая Дух в Сокровище несметном:

Непобедим, Бессмертен и Игрив!..

Colosseum

Озеро «злого Тирана»

Стёр «добродетельный Воин»:

Следуя страшному Плану,

Воды сменил на Зловонье;

Дно на Каскад Подземелий,

Гладь на Глазницу Арены –

Зрелища лакомой Целью

Ставя на Место Измены...

Арки текут Лабиринтом,

Кольца растут и редеют, –

Головы, Руки и Лица

Словно на Миг каменеют;

Смертью неистовство теша,

Озеро Крови пирует, –

Слух и Сознание режет

Всё, что пронзает и рубит.

Мифы звериным Оскалом

Кормят звериные Глотки, –

Толпам Безумия мало,

Толпы желают в Колодки;

Толпы стремятся забыться

В Символе собственной Силы, –

Счастье с Толпою глумиться,

Что всё на Свете затмила!..

Замкнутый Круг безысходен,

В замкнутом Круге – Свобода:

Сговор Сената с Народом

Высится до Небосвода;

Стянуты Мышцы и Нервы,

Подняты Взоры и Выи, –

Тонут Безумцы и Жертвы

В Озере злой Тирании...

Я Верю В То

Я верю в то, что в Новую Эпоху

Умрёт столичный Гонор навсегда,

Что Град Войны, примазавшийся к Богу

Растает в Новых, Мирных Городах;

Что будет смыта Грязь Высокомерья,

И Недомерков Низость пропадёт,

И всем воздастся равно и по Вере,

Что Путь к Душе отравленной найдёт.

Я верю в Честь, что вырвется из Рабства,

Чтобы Бесчестье Выскочек унять,

В Паденье мерзкой вырожденной Касты,

Привыкшей грабить, стравливать и лгать;

В Биенье Новых, Истинных Курантов,

Что Время Воли Песней возвестит,

И в Торжество Духовности богатой,

И в то Сознанье, что опять взлетит.

Столичью – Смерть! Оно должны стать Прошлым –

Могилой Снов уродливых Химер:

Да будет всюду множественно, сложно –

Среди Единства лишь Весов и Мер!

Да будет Братство Личностей и Судеб

Среди Свободы славных Городов:

Я верю в то, что так в Итоге Будет –

Во Веки Кровью сдобренных Веков!..

Ницшеания

«Бог умер!» – произрёк Философ мрачный –

И Цепь Смертей отправилась вослед:

И Мир Гордынь умылся Бездной Плача,

Ловя Хвосты разбуженных Комет.

И Храм Ответов рухнул от Ударов

Вопросов мощных, вырвавшихся вверх, –

Но были живы в Хаосе Кошмара

И наготове Демоны для Всех.

Рожденье в Смерти Смысл истребило

Механицизм Бессмыслия создав:

В нём Царство Воли – что перебродила,

В нём Рабство Силы – в Запахе Отрав.

Идёт Борьба в Пустотах Оболочек, –

Чтоб Пустота наполненно жила, –

Всё удлинняя странное «Короче»,

Всё отпуская в Темень Удила.

В Начала рухнув, стала Жизнь Конечной –

«Оригинальной» – Корни порубив,

И Мир Волков проснутля средь Овечек,

Что подражают – в собственной Крови.

«Бессмертья» ищут свергшие Бессмертье,

Стремятся к «Власти» Слуги чьих-то Слуг –

И стало Слово Громом Междометий,

Где вечным Сном почил забытый Дух...

Готическая Стильность

Стволы Камней, Лес Рук окаменевших,

Полёт застывший в Вечность из Земли, –

Органным Сердцем бьются эти Свечи,

Что в мощной Вере Чувства разожгли.

Лучей Сокрестья острыми Углами

Отвесно-ясно льются в Пустоту:

Пространство Рая чертится сквозь Храмы –

Пространства Душ читая на Свету.

Плывут Морями Музыки Страданий

Безмолвно внешне грозные Суда:

В Сплетеньях Роз – Сплетенья ясных Граней

Стеклом рисуют Слово «Чистота».

Его Оттенки в Бликах преломлённых

Скользят по Полу с Таинством Могил:

Как-будто жаждет Светоча Бездонность,

Как-будто Голос Души возродил.

Гигантский Сумрак Взоры направляет

На Точки Окон, в Своды, в Никуда,

Из Алтарей Мадонны воспаряют,

И льётся Кровь, и Слёзы, и Беда.

Застыли Длани, сложенные вместе, –

Ладонь к Ладони, Символ к Бытию, –

Поют Хорал грегорианской Мессы

О том, что Духи Ангелам поют.

Закончен Рост Строительства-Влеченья,

И стала Тайна замыслом Одним,

И Веры Смысл к Источнику Движенья

Ушёл в Мечту космических Теснин.

Плетенье Шпилей Точки заострило,

Игра Деталей Очи отвела,

Сознанье Славу Временем размыло –

Рисуя Мир отныне из Числа...

Клубок Постоянства

Клубок Судьбы Мгновения несёт,

Святой Намёк Мгновения швыряет:

Где Исполненья Сила не живёт,

Там Своеволье Разум изгоняет.

Летит по Праху лёгким Забытьём

Пустая Грёза Горя Мирового:

Остереженье Суетности Днём,

Питанье Искры Тления Ночного.

Сознанье-Время пробует во Сне

Касаньем лёгким нужное Пространство:

Ласкают Землю Призраки Теней,

Неся с собой слепое Постоянство...

Дунь-Хуан

Будды в Пыли золотой,

Музыка знойных Ветров,

Смерти унылый Покой

Уголь забытых Костров.

Лёсса пологий Провал,

Мудрые Гнёзда Пещер,

Путника тайный Привал,

время в своём Неглиже.

Образы, Лики, Цвета,

Цель Медитаций во Тьме,

Вера – как-будто Вода:

Грёза о вечной Весне.

Внешних Проекций Ряды

Прячут внутри Двойников:

Мягкие Камни Святых

Дышат Куреньем Веков...

Стезя Своя

Себе я не принадлежу...

Когда бы думать мог о Счастье

Духовно в странную Межу

Не упирался в одночасье:

Не ощущал бы Горечь Ран,

Что мне Шипы её наносят,

Не ощущал бы чей-то План –

И свои Планы под Вопросом;

Смотрел бы в Прошлое, шутя,

И ждал бы Будущего сытым,

Себя-любимого щадя,

Пыхтел Дорогою избитой;

Травой питаясь, Шерсть растя,

Плодя Навоз и тихо блея...

Но у меня – Стезя Своя.

И я сойти с неё не смею...

Маяк

Моря разбиваются в Пыль,

Маяк погружается в Шторм:

Огонь среди мертвенных Миль,

Трубящих в неистовый Горн.

Звездою глядит ледяной

Сквозь стылый разреженный Мрак:

Мистической стянут Стеной,

Над Гибелью светит Маяк!

Он – Память о чьих-то Костях, –

и Слёз бесконечный Прибой,

Проклятие с Пеной неся,

Поёт ему Бранью слепой.

У Мыса Легенда своя, –

И он из Легенды растёт,

Где Молнии злая Змея

Взрывает глухой Небосвод...

Надежда бессильная в нём,

Когда всё кругом супротив:

Построенный сумрачным Днём,

Он Ночью безумно красив.

Разрушенный Бурей не раз,

Он снова и снова – Живой:

Спасающий Души Сейчас,

Монах одинокий, немой...

Мне Не Нужны

Мне не нужны Громады, чтобы верить. –

Я верю тихо, молча, «про себя», –

И Торжество сверкающих Материй

Справляю в Духе, Плоти не будя.

Придя во Степь, молюсь с Травой и Ветром,

Под Купол Неба грозного смотрю:

Вокруг кипит Ладан прямого Света –

Так я Дыханье Вечности дарю.

Не надо «Стад» и «Пастырей» не надо –

Я наг пред Богом в Немощи моей –

И не стремлюсь в Тени чужого Смрада

Стать лицемерно «чище» и «скромней».

И не желаю лобызать Фетиши

Того, что чту сознательно – без них –

И не люблю, когда на Подвиг «движут»,

Держа Приманкой Слепок, а не Лик...

Добром Невежды злоупотребляют –

И я боюсь, что Веру изоврут,

Клобук «Надежды» грубо примеряя,

Любви вручая Кандалы и Кнут.

Влекусь в Пустыню – Меры Горизонта

От Своеволий Мира удалив:

Я занят вечной – тихою – Работой,

Стремясь к Надежде, Вере и Любви...

Хаттусилис

Собрать из Тысяч Осколков

Мозаики первой Лик,

Полынью выстелить горькой

Пути деяний своих;

Сомкнуть Моря и Озёра

Средь Молний сказочных Рек,

Взойти на чёрные Горы,

Где слаб и мал Человек;

В себя вобрать их Природу,

Провидя их Тождество,

И в Царстве дольних Народов

Познать своё Торжество!

Пусть будут Скалы и Боги

В едином Храме Громад;

Пусть Люди также возмогут,

И также громко творят;

Пусть станут от Кархемыша

До самых мрачных Пучин:

Теченья строят и движут –

В Теченьях Полюс един!

Лев горный схватится с Коброй,

Песок застелит Глаза:

Железо с медною Копрой

Разбавит чья-то Слеза!

Орла с Короною Солнца

Затмит двуглавый Орёл –

И Мир опустится грозный

На Страхом скованный Дол;

Базальт окружит Гнездовье,

Птенцов великих храня:

Царей и в Деле и в Слове –

Провидцев вроде Меня!..

Достойный не станет

Достойный Зависти завидовать не станет –

Ведь он живёт, Мгновения ценя:

Творец всегда строеньем Духа занят,

Вбирая Мощь вселенского Огня.

Огонь пылает – не испепеляя,

неся всему Развитие и Рост,

Его Сиянье Души исцеляет, –

И наполняет Тепетностью Роз.

Снисходит он – поскольку в Восхожденье

Познал когда-то собственную Цель;

Боготворит пространное Виденье,

Что в Мире Мнений истинно узрел.

Жалеет Смрад и Боль Несовершенства,

Что на него в Отчаянье глядит,

Пытаясь Формой Взгляда или Жеста

Украсть Огонь, что в Сущности горит.

Как он далёк от Близкого порою!

Как он случаен в «Спайках» и «Узлах»!

И как летит, касаясь Скал Стопою,

И отражаясь Тенью на Камнях!

За ним следит, – внутри скрывая Пекло, –

Сражённым Миром Вечности в Другом,

Достойный Жалости, безжалостный от Века,

Поскольку Раб в Бессилии своём...

Гордий

В Окружении Сотен Племён,

В сотнях Стадий от Сотен Морей,

Я соткал из Наследий Закон,

Что поставил затем у Дверей.

И Людей проведя по Долам,

Через Горы и скальную Пыль,

Судьбоносную Ткань Ремесла

Сделал Жизнью средь Сотен Могил.

Я Сплетение Тысяч познал,

Я увидел с Вершины Покой,

Я туда отступать приказал,

Где цветёт долговечный Покрой.

Сердцем новым снедая Пути,

Токи новые в Мир запустив,

Моё Царство восстало в Чести,

Перетянутый Страх победив.

Вот Дороги, что пишут Узлы,

Интересы, что пишут Клубок,

Вот Долины встают из Золы,

Чтобы пестовать царский Чертог.

Пусть повсюду Упадок и Смерть,

Где разрублены Связи и Смысл, –

Но стекаются Злато и Медь

В Узел Счастья, что Я породил!

Колесница – божественный Дар,

Её Дышло – Хомут и Венец:

В Сердце Символов я завязал

Символ Славы – и Славы Конец.

Ткач Великий оценит его –

И Деянье Ткача помянёт –

Ибо в Мире ткущих Богов

Память Прялкой Вечной поёт!..

Joik

Снег покрывает Пространства,

Воды и Земли едины,

Всюду Мерцание Наста,

Путь через Скалы и Льдины.

Недра Перины великой

Мерно Озёрами дышат,

Ели качаются тихо,

Звери Узорочье пишут.

Над Валунами седыми

Мрак опускается долгий,

Солнце с Лучами своими

Вновь разлетится в Осколки.

В Зеркало Наста ночного

Станет, играясь, глядеться,

Землю забудет жестоко,

Жизни не даст отогреться.

В эту Мечту ледяную

Выйду со Стадом Оленей.

Странствовать буду, рискуя,

Праздновать до Исступленья.

Песней покрою Просторы,

Воздух Дыханьем согрею,

Стану отважным и скорым –

И за Звездою успею!..

Сопки

Небо сливается Ртутью сквозь Медь,

Мрак восстаёт как ослепший Смарагд,

Жар отдаёт молчаливая Твердь,

Грезит Росой летаргический Ад;

Пепельно Пемза шипит под Стопой,

Чахлые Травы растут вникуда,

Воздух пропитан насквозь Пустотой,

И в Пустоте погибает Вода;

Шрамы затянуты Коркой Веков,

Стоны Движенья записаны в Плоть,

Кожу, стучащую в Ритме Висков

Время сумело в Ночи побороть;

Ночь ослепляет Кристаллы Вершин,

И укрывает Молчание Дня:

Это – Некрополь Страстей и Седин,

Сопки – надгробные Камни Огня...

Проход

Скрылся Борнхольма странный Пейзаж,

Чёрный Цвет у Дыхания Волн, –

Вновь свободен тугой Такелаж,

Чтобы биться под Ритм Похорон.

Птичьи Стоны летят над Водой,

И бросают на Омуты Тень, –

Бьются Мили о Борт Чередой,

В каждой скрыта солёная Жмень.

Так уходят в промозглый Туман,

В Океан Горловиной Морской, –

Вот Момент Восхождения в Храм,

Ритуал беззаветный, немой.

Между Скалами водных Пространств,

Между Точками двух Берегов

Прозреваешь, что значит «Сейчас»,

И предчувствуешь Мыслью – без Слов...

Мидас

Колпак Свободы – Золото и Шерсть

На Голове – прекрасной и седой:

Её Кивок – величественный Жест,

Её Намёк – справляется с Бедой.

Наследье Предка – Реки и Молва,

Наследье Славы – Зависть и Враги:

Но Мудрость рядом – тиха и права,

И шепчут Губы: «Мудрость – береги!..»

Сияет Злато – Горы золотит

Хранитель-гений, шествующий вдаль:

Хмельное Солнце, ставшее в Зенит,

Испепелило хладную Печаль.

Но Мудрый помнит: завтра Облака

Опять закроют дольний Небосвод –

И снова Зависть выкормит Врага,

И Свору Алчных выведет в Поход...

Кольцо Огня Удавкою хмельной

Начнёт сужаться в Грохоте Мечей –

Глумясь над Статью и над Сединой,

И над былою «Чуткостью Ушей».

Для Мудреца Покорность – это Яд,

Отвергнет он отравленную Жизнь:

Ведь этот Грех Свободному простят –

Тому, чей Дух – божественная Синь!..

Пагода Красоты Дракона

Лето целует Весну,

Ветер ласкает Листву,

Жизнь натянула Струну,

Смерть опустила Главу.

Тело могучей Реки

Царственно к Морю плывёт:

Золото, Лёсс и Пески –

Солнце над ними поёт!..

Буйствует огненный Сад,

Краски Надежды даря, –

Птицы играют, парят,

Радость с Лучами деля.

Крыши Громады святой

Вторят причудливо им:

Царственный Пир золотой

Многообразно – един!..

Всё к Восхлжденью зовёт,

Всё пробуждает от Сна:

Мысли – Сплетения Нот,

Чувство – Поэта Десна,

Память – Питанье Земли,

Вера – растущий Бутон...

Путник! Ты ныне Вдали!

Путник! Ты ныне Спасён!

Перед тобой – Океан:

Дно ты оставил внизу;

Волны морские – Обман,

Вытри украдкой Слезу!

Выбери Цель над тобой,

Видную только тебе –

И, возвышаясь Главой,

Выскажи Правду Судьбе,

И замолчи... А затем

Мощью Драконей Красы

Летний пылающий День

Радостно брось на Весы!..

Katsura

В Цепи Пространств Пространство Человека

С Пространством Мира соединено:

Открытый Воздух в Девственности Света –

Вот Форма «Siki» – то Веретено,

Что создаёт Материю Покоя,

В которой будет соткан Ритуал:

На Фоне белом многоцветным Кроем

Родится Сон, что Будда увидал...

Песок и Галька – Сухость «Океана»,

и Силуэтов точеный Зигзаг,

И «Сад Камней» в Изменчивости странной

Молчит Загадкой, сдавленной в Кулак.

«Умей смотреть – и видя, не вторгаться!», –

Безмолвно учат Замысел и Жест:

Кто вечно ищет, должен Удаляться,

Кто Меч сложил – найдёт в Дороге Шест...

Цепь Павильонов, – Верх Одноэтажья, –

Дворец в Террасах, Призраки Дверей:

«Помост Луны» в Ограде Стен бумажных

Tatami лёгкой выстелен к Игре.

Неторопливость, Сосредоточенье

И Протяжённость сложены в Букет, –

И дарит Чай бесценное Мгновенье,

Где ничего бессмысленного нет...

Моя Гора

Моя Гора Вершины не имеет, –

Она растёт по мере Восхожденья, –

И я иду, забыться не умея,

И я влекусь Тропой Предназначенья.

Туманы Свет рассеянный пронзает,

Кристаллы Льда впиваются мне в Веки

Нога с Уступов к Пропасти бросает

Каскад Камней, что вырвались из Плена.

Еда проста, Вода чиста и сладка,

И полон Разум, Мощи улыбаясь,

И за Спиной – Бессилие Упадка,

Что над Достойным подло издевалось.

О, Горизонт, возвышенный над Плоским!

Тебе пою в Дыхании Рассвета!

Туман уйдёт – из Сердца и из Мозга,

Твой Дух увидит Ясные Ответы!..

Любовь – Это

Любовь – это Общение, Любовь – это Молчание,

Любовь – это Свечение, Любовь – это Отчаяние;

Любовь – это Спокойствие, Любовь – это Ненастие,

Любовь – это Безволие, Любовь – это Всевластие;

Любовь – это Безумие, Любовь – Величье Гения,

Любовь – это Сверхчувствие, Любовь – Сверхнаваждение,

Болезнь – и Исцеление, Борьба – и Примирение,

Любовь – Мечта в Забвении и Счастье – в Воплощении!..

Тартария

« – Продлим Убожесту Года!» –

Провозглашает Цепь Убожеств, –

«Банкроты мы – но не Беда!..»

Убожеств это не тревожит.

Ползёт Тартария в Тартар:

Утерян Смысл Причин и Следствий;

Кто молод здесь – давно уж стар,

А кто Старик – тот без Наследства.

Аппендикс Гонора болит,

Но резать боязно и больно –

И нет Хирурга: Разум спит,

А Совесть – трупна и тлетворна.

Один лишь Выход: Мощь Пружин

Назад тянуть, и до Упора!..

Но Время адское – бежит,

И шепчет в Уши: «Скоро! Скоро!..»

Cyprios

С Брега Киликии древней

Виден в полуденном Зное

Остров Богини Венеры

С пряной своей Красотою.

Нежных Холмов Приглашенье

Зеленью пышной прельщает,

Воды упругим Движеньем

Жизнь к Берегам прибивают.

В южных Ветрах Ароматы

Вьются Гармонией пряной,

Образ с Мерцаньем Смарагда

Манит обещанной Манной.

Со Стороны Полуночной

Кладбище Палуб несметных –

Всех, кто Мечтою порочной

Ввергнут в Объятия Смерти.

Чистые Пляжи – над ними,

Солнце для них не восходит,

Скалы – бездушные Льдины –

Правду скрывают в Породе.

С Севера веет Ночами

Песнею Потусторонней:

Ветер играет Мечтами –

В сладкой Стихии бездонной...

Айя-София

Аnalemа – опора Пространства –

Это Символ, и это Реальность:

Миром Вечности дышит Убранство

Через Россыпь Палитры астральной.

Эта Роскошь стеклянною Пылью

Недвижимо повсюду мерцает, –

Прославляя Гармонию Стиля,

Души Светом во Мраке питает.

Игры Цвета слагают Писанья –

Из Писаний слагаются Лики:

И согбенные высятся Станы,

Отражая скользящие Блики.

Базилевсы в Базилике пышной

Перед Нищим Гордыню смиряют –

Называют Бродягу «Всевышним»,

Память Смерти его одаряя.

Пантократор и Матерь-Оранта

Из-под Куполов прямо и грозно

Смотрят в Очи всемирному Граду,

Прорицая грядущие Вёсна.

Грех великий величится Камнем –

Дух великий из Камня нисходит,

Камень Мудрости – Сферы и Грани

Вместе впаяны в Плоть Небосвода...

Nox

Кто видит Ночь – тот видит Смерть,

В которой Точки Жизни блещут,

И лунный Свет – как-будто Медь

Беззвучным Колоколом вещим

Льёт в Мирозданье Память Сна

О том, что знало и страдало –

Но Память Мраку предана:

Глядишь – и вот её не стало.

Свет – это Тень среди Теней

В ночном безвременном Пространстве:

Из Отраженья чьих-то Вен

Сочится в Темень безучастно

И, обагряя Рубежи,

В Отсветы Образов уходит...

Ночь – неподвижна, Жизнь – бежит

К ночной пугающей Свободе...

Конарк

Солнце в Камне – Мгновенье Движенья,

Мощь Слонов, поднимающих Время,

Бег Колёс по Игре Светотени,

Сноп отвесный дневного Каленья.

Жизнь людская в глубоких Рельефах,

Изощренье Орнаментов сложных, –

Танец Якшини справа и слева,

Алтари – словно брачные Ложа.

Красный Цвет – от Песка и Железа –

Глыбы стянуты прочным Металлом:

Всё измерено точным Отвесом, –

И Светило Лучом расписало.

В Окружении Пиршества Жизни

Пир Видений, в себя погружённый,

Как Рисунок средь пальмовых Письмен

Восстаёт из Иллюзии сонной...

Шенонсо

Природа Женщины – Река,

Что Жернов Жизни погоняет:

Вода – как Радость и Тоска,

А Камень – Стойкость воплощает.

Меж Берегами – Бытие

Мостом связует Сад и Чащу:

Где Роскошь тонкая везде,

Там Равновесие – на Чаше...

Три Ипостаси – три Сестры:

Одна – Невиданное строит,

Другая – Символ Красоты –

Ведёт Охоту на Героев;

Молитву с Ядом размешав,

Ночами Третья интригует:

Природа Женщин – чудный Сплав –

Сливает Шлюху и Святую...

Над Галереями Утех,

Над Кабинетами Всевластья, –

Где водяной неслышен Бег,

К мирским Стремленьям безучастный,

Под Крышей спрятан Монастырь –

За тайной Дверью навесною:

Природа женская – как Мир,

Что уживается с Войною...

Ападана

Камень – Плоть, обожжённая Богом.

Небо – Хлад, усмиряющий Пламя:

Между ними – Забвенье Чертога,

Между ними – надменная Память.

Цепь Пространств – будто Цепь Сновидений.

Лес Колонн среди Чащи Народов:

Галереи – зовущие Тени,

Лабиринты – Ворот и Проходов.

Вечный Зов молчаливых Обрядов

И Объятья, скреплённые Смертью:

Умолчанье с Признанием рядом,

Поверяют Мечту Суеверью.

Над Порталами – Крылья и Нимбы,

Всюду – Воины, Быки и Грифоны:

А вокруг – бесконечные Глыбы,

Алтари у небесного Лона.

Ноги царские – над Побеждённым,

Длани царские – Льва укрощают:

Мышцы мощные – служат Короне,

Мысли мудрые – Судьбы решают.

Войны – Средство на Службе у Мира,

Мир – Расплата за чью-то Погибель:

И над всем – полыхающий Митра –

Рядом с Нищим, что всё провидел!..

Миконос

Белый Цвет – и Вкрапления Синим –

Молоко, разведённое с Камнем:

Гнёзда скальные и Котловины,

Звёзды, спящие в утренней Рани.

Сень Ночлегов – Живущих и Пришлых –

Средь Часовен – во имя Ушедших:

Честь рыбацкая – вольное Дышло,

Упряжь Бури, Забвения Ветошь.

Очаги говорят в Полумраке,

Что в Стихии – Пристанище Правых:

Бьются Волны под Ритмы Сертаки –

Наслаждением спящей Отравы.

Здесь утешится, кто Обездолен –

Шрамы Памяти здесь утихают:

Белый Свет – и Вкрапления Моря –

Соль и Сахар в себе растворяют...

Память Тьямпа

До Горизонта Рис мерцает Изумрудом

В Полях, Рекою беконечною текущих,

Туман и Скалы – будто вещие Гаруды,

Парят над Зеленью колышащейся тучной.

Зенитом солнечным разбит Хрусталь небесный

Осколки падают – и тут же прорастают

Среди Камней Героев, умерших безвестно,

Что от Забвенья Живших больше не страдают.

Уйдут под Землю, затеряются как Наги,

Пойдут на Корм своей безропотною Плотью...

Но Души Тьямпа, оживающие в Саге,

Землёй отторгнуты – в Моря идут свободно!..

Народ Бо

В Краю живописных Скал,

Не зная Беды и Мзды,

Чудесный Народ обитал

Вдали от чужой Суеты.

Красивой Мечтой своей

Прельщая досужий Взор,

Парил он над Ядом Змей –

Летая над Хладом Гор...

Но Зависть – палёный Кнут –

О мести поёт всегда:

И Змеи за ней ползут –

А с ними ползёт Беда.

И встал Император Мин,

Не знавший ни в чём Преград –

И тысячи хладных Спин

Направил в укромный Сад;

И Крылья велел им грызть,

Мечтой утоляя Ночь –

Так вышла Войной Корысть,

Что Зависти злая Дочь!..

Коварство ползло во Тьме,

Чтоб Кровью писать Рассвет –

И День утопить на Дне,

А Вечером спрятать След.

Герои вступили в Бой,

Орлами летя к Земле –

Но Гады, творя Разбой,

Топили её во Зле.

Их больше, и с ними Яд, –

Но им не сдалась Мечта:

Исчез вожделенный Сад, –

Чтоб Совесть была чиста,

Народ воспарил в Лазурь...

Лишь Скалы хранят с тех пор

Гробы от вселенских Бурь

В Краю молчаливых Нор...

Маythunа

В Единении Жизнь расцветает:

Время Мудрого – Совокупленье;

Пламя Плоти – Гармония Рая,

Рай во Плоти – её Средостенье!

О, Врата – что разверзнуты Силой!

О, Органы – и Органы Страсти!

О, Влеченье, что Хлад победило,

Пену Страха смахнув водночасье!

Растворяйся – не трать ни Минуты!

Оставайся в Блаженстве синхронном!

Изливайся в Сплетении Суток!

Будь Весенней – и значит Бессонной!

О, Весна! Ты – Соитье Сезонов!

О, Любовь! Воплощенье Расцвета!

О, Мечта! В Мире Чувства бездонном

Ты летишь к Полыханию Лета!..

Иду Вперёд

Иду вперёд – Дорогу выбирая

Из тех, что мне начертаны Судьбой,

Влекусь к тому, что неосознавая

Зовёт меня пожертвовать собой;

Бичую Душу радостным Служеньем,

Что отбирает Силы и даёт,

И против мутных слаженных Течений

Плыву туда, где Истина поёт.

Я презираю Идолопоклонство –

Гордыню Догм и Ханжества Обман:

Всё, что жеманно, выспренно и постно,

Всё, что рядится в Суетность и Брань;

Всё, что без Знаний Мненьем щеголяя,

В самодовольной Самости смердит,

И на Венках лавровых почивая,

Природу Терний попранных не зрит.

Я не сужу – но ставлю лишь Акценты:

Скупою Мощью делаю Намёк,

И Жемчуга, разбросанные кем-то,

Я поднимаю – прямо из-под Ног.

О, Краснобаи! Вами ненавидим,

Иду вернее к Истине моей:

Кто во Главе – не думает о Свите,

Кто знает Цель – тот шествует верней!..

Гусарское

« – Гусарский Фарт:

Хрусталь до дна!

Заруба Карт

И Ад Вина»

«Улыбок Блеск –

Игра Клинков,

Намёк Скабрез,

Строфа Стихов!»

«Веселью – Да!

Безумью – Всё!

Пускай Беда

Пожар несёт, – »

«Готовы мы

Её настичь –

Сквозь Вой Зимы

И летний Клич!»

«Вглядитесь в нас!

Мы – Хаос Битв!

В нас дышит Марс,

Вулкан горит;»

«Венерин Жар

Зовёт в Аид –

Да ну! В Тартар

Что нам грозит!»

«Седлай Коня!

Да побыстрей!

Без Шпор – ни Дня!

Запой – запей!»

Пусть Жизнь – лишь Миг,

А Смерть – лишь Взмах:

Наш Ритм – Стих!

И к Чёрту – Страх!..»

Зунд

У Мальмё настигает Туман –

Скальный Пепел крадёт Изумруд:

Вышки манят отдать свою Дань, –

Ибо Дания спрятана тут.

Узок Путь из Простора в Простор,

Где по Граням гуляют Ветра:

Здесь наложен на каждого Сбор,

Здесь маячит Анхольта Гора.

Рыба посолонь странствует в Соль,

Сумрак Вод – Цвета Плоти её:

В это тело вторгается Мол,

Что Ютландией Песня зовёт.

Средь Юдоли Земля – это Сон,

В нём бессмертные Конунги спят:

Вот – Пролив – он живёт испокон

Подсознаньем, что Грёзы творят...

Спеши Ловец

«Спеши разумно!» – Каждый Миг

Уходит Платой Жизни Вечной, –

И , словно Мысль, ложится в Стих,

Средь Суеты людской беспечной.

Кругом тебя, в тебе – Часы:

Внутри – Песок иль Бег Шестёрок;

Твой Путь земной, увы, недолог –

Вселенной Табулы чисты!

«Лови Мгновенье!» – для чего?

Пусть Сердце Пульсом Жизнь разметит –

И Разум твой тебе ответит:

«Ловцу Мгновений жить легко!..»

Подниму – Цвети

Уголь Чувтсв моих я подниму,

И по бледному Пеплу Мечты

То, что ведомо мне одному,

В Окружении горькой Тщеты

Словом огненным Жизни предам,

Словом пламенным, Словом-Клинком:

О, Мой Плод – не Чета всем Плодам!

О, Мой Опыт – с терновым Венком!

Жгу себя – это Фениксов Зной,

Жду тебя – чистый Воздух Грозы;

Чту, любя – расцветая Весной,

Что, летя, будит Эхо Красы.

Ты – Уста – молодильный Родник,

Ты – мой Сон – Воплощенье само:

Ласка Волн, изнуряющий Миг,

Запах Моря и Ветра Письмо!

Я хочу – Продолженья в тебе,

Я пощусь – перед Яством твоим,

Я несусь по Просторам Степей

В твой Оазис – манящий, один.

Жизнь – Распутье – Распутиц Весны,

Моют Грозы от Пепла Пути:

Пусть Уста воплотят наши Сны,

В Единенье со мною – цвети!..

Горные Озёра

Горные Озёра –

Эхо талых Вод:

Отражают Горы.

Словно Небосвод...

Словно Зазеркалье –

С Зеркалом на Дне,

В Обрамленье Гальки,

Скальной Седине.

Неподвижность Глади –

Каменную Грань –

Полирует, гладя,

Встроенная Длань...

Пектораль Земная

Полнится Красой:

Вот Орнамент Рая –

Летом и Весной.

Глетчеры-Эмали

Сводятся в Брильянт –

Исчезает в Дали

Жемчуговый Кант.

На Брегах Селенья

Грезят наяву:

Сладко в горной Тени

Преклонить Главу...

Страна

Страна обманутых Надежд –

Страна Надежды на Обман –

Страна отчаянных Невежд,

Страна в Душе гниющих Ран;

Страна-Пародия на Свет –

Страна, пугающая Тьму –

Страна, где Выходов всё нет,

Страна, где Входы – Одному.

Страна-Подножка всем и вся –

Страна-Подножье для Убийц –

Страна, в которой колесят,

Страна, в которой Верх есть Низ.

Страна Поэтов и Шутов –

Страна, где Горе есть Гротеск –

Страна Шатров и Куполов,

Где Жизнь и Смерть – сплошной Ликбез…

Будь

Будь загадочен и независим, –

Делай то, что другим и не снилось, –

Норов волчий с Повадкою лисьей

Сочетай, как бы Чернь не глумилась.

Сквернословию не поддавайся, –

Скверномыслию не уступая, –

Человеком всегда оставайся,

Свою Мощь от Профанов скрывая.

Ждать умей, и Удары внезапно

Наноси, когда Время созреет, –

Не колеблясь, воспользуйся Данным,

Чтобы взять всё, что Глупый не смеет.

Из Молчания красноречиво

Извлекай свою Честь и Достаток, –

Отвергай незаметно кичливых,

Не влекись за Свирелью и Стадом.

Пусть идёт за Молвою Интрига,

Пусть сплетаются Слухи заспинно, –

Устраняйся от Ссоры и Крика,

Оставляя Невеждам Причины.

Но Невежеству жить не давая,

Раздражай его – на Расстоянье –

Будь Загадкой для тех, кто Не Знает,

И Свободен – от Зла и Стяжанья…

Ку-Фу

Изящные Крыши, парадные Залы,

Драконы взирают из каменных Туч, –

Сусальным Мазком дорогого Металла

Застыла здесь Память средь дремлющих Кущ

Молчат Галерей Лабиринт полусонный, –

Всё брошено в Спешке былых Беглецов, –

Потомков Философа Славы огромной,

Того, кто был в Жизни, увы, не таков…

Он странствовал долго – и в Поиске тщетном

Искал Властелина подстать самому;

Вернувшись Домой незаметным и бедным,

Он славил Достоинство, Честь – и Суму,

Указывал Путь из Ученья к Награде, –

Что недостижим ни в какие Века, –

Найдя Утешенье в семейном Укладе,

Отправился странствовать вновь в Облака…

Посмертно ему освятили Могилу –

Окутали Культом Подножье его –

Империю Слово его породило,

Навек примиряя Раба со Слугой.

В железных Объятиях Власти жестокой

Чиновным Учением «Мудрость» цвела –

И «Предка» в Веках почитая как «Бога»,

Семья процветала, вершила Дела…

Дворец при Лачуге, Придворные в Дворне, –

Поместье, собой поглотившее Сад, –

Жрецы, Славословия певшие «Скромным»,

Что ели на Злате, средь Пашен и Стад;

Династии, словно Столетия, мимо,

В Песок уходили, – оставив Родство

С Семьёю Философа, вечно Единой,

С Семьёю, что чтила своё Торжество –

Всё кануло в Лету… Но только не Память –

Без Мглы Фимиама, Чинов и Богатств;

И царствует Слово – вне пышного Храма,

Когда-то в себе воплощавшего Власть.

Как будто Философ вернулся из Странствий

Увидеть Наследие Грёзы своей –

С Улыбкою Мудрой встречая Убранство,

Что прятало тщетно Природу Людей…

Узнай Изменника

Узнай Изменника: завистлив и труслив,

Он беспринципин, потому что слаб.

И «Червем гложимый», он Внешностью тосклив,

Попутно жалуясь, что кто-то с ним «не прав».

Он – Друг Особенный, к тебе он ближе всех –

Его «Сочувствие» из Ревности растёт:

Стремится всё узнать про Горечь и Успех –

Лелея первое, Второе подорвёт.

На Роль «Посредника» Претензия его –

Интрига жаждет Правду извращать! –

И славословит он безудержной Рекой –

Чтобы в Пропорции затем тебя стращать.

Его Усилия тем чаще Плод несут,

Чем больше Зависти и Трусости вокруг:

Ведь Слабодушные без Принципов живут,

Они Изменчивы... Как твой ближайший «Друг»...

Хрустальность

О, Глаза – что следят за тобою!

Что вы видите со стороны?

Лишь Мираж, что для вас приоткроют

Отраженья зеркальной Стены!

Ваша «Жертва» не знает Охоты –

Быть «Объектом» под близкой Рукой:

О, Глаза! Вам так много «Работы» –

Чтоб проникнуть в бездонный Покой...

Ты смеёшься в Глаза с Поволокой –

В катарактой больные Глаза –

Ты слывёшь «непонятно жестоким»,

Указуя им Путь в Небеса.

Это главное: Взором чистейшим

Ты чем глубже, тем дальше глядишь:

Прах осенний с Цветением вешним

Не смешаешь. И не утаишь!..

Судьба Бахрама

Бахрам, старейший из Бойцов,

Был вызван в Ктезифон,

И Шах молил: «За Кровь Отцов –

И за отцовский Трон»

«Иди с Врагами воевать –

С Тюркютскою Ордой –

Лишь ты один их можешь смять

Умелою Рукой!..»

Сказал Бахрам: «Но я один –

Средь слабых, Молодых:

Кто был со мной – в Плену Седин,

А многих Век утих.»

«Они скончались в Нищете,

В Забвении, от Ран –

Средь Безразличья и в Тщете

Снискать достойный Сан...»

Но вновь возвысил Сасанид

Из Высей Голос свой:

«Воздам тому, кто победит –

Не будь я сам Хосрой!»

«Прикрой же нас, Герой, опять,

И Грудью заслони –

Продли нам Время пировать:

Поймёшь – вы не одни!..»

И вот, сбирает Стариков

Бахрам из разных Мест,

Сулит им Злато, Яства, Кров,

И Жертвы Зенд Авест.

И в Бой ведёт под злой Герат

В Ущелье чёрных Ведьм,

Всё побеждает – Голод, Хлад,

Блеск вражьих Диадем.

Громит в безвыходном Мешке

Заманенных Чужих:

Бегущих топит он в Реке –

И чистит Рубежи.

На острие последних Сил –

С Последними из тех,

Кто Век отчаянно служил –

Спиною слыша Смех...

И вот, – Победа наконец!

Спасён великий Трон!

Повержен Хан больной Беглец –

И взят большой Полон.

Доволен Шах, доволен Двор –

Ведь всё идёт в Казну –

Бахрам же просит «Разговор»,

И меряет Стену...

Предстал пред ним спесивый Шах:

« –Что хочешь, говори!» –

« –Ты обещал, Владыка, так,

Чтоб те, кто на Мели,»

«Всё получили б, и сполна,

Свой Долг исполнив вновь:

Награды жаждет Седина –

С редеющих Голов!..»

Но возмутился Властелин:

« – Что слышу от тебя?!

Ведь это Честь для тех Седин,

Ведь мы – одна Семья!»

«Оплаты требовать за Долг

Семейный – это Вздор!

Их вознесёт посмертный Слог –

Единый, общий Хор!»

«Мы благодарны – это всё,

О прочем – не проси:

Итак, пусть празднует Народ!...

И Взглядом не коси!..»

И встал разгневанный Бахрам,

И из Дворца ушёл,

И к Уцелевшим вышел сам –

И их в Орду повёл;

И Хан их встретил молодой,

И Златом одарил,

Сказав: «С седою Головой

Ты, Воин, победил!»

«Поверь же мне! Друзей твоих

Смогу я уважать –

Никто не сгинет от вериг,

На Острие Ножа!..»

Но выслал Шах в Орду Дары –

Что Воинам не отдал –

И вывел Хана из Игры,

Глаза ему застлал.

И чёрной Ночью, как-то раз,

Послы достали Сталь,

Резни устроив дикий Пляс, –

Безудержный Накал!

Хватая спящих Стариков,

Их вырезали всех –

Не тратя больше лишних Слов,

Скрывая Мраком Грех.

Последним пал больной Бахрам...

Меж тем, как Шахский Пир

Кипел в Столице Сотни Стран –

Победный славя Мир!..

Черпание Мощи

Я не хочу смотреть назад –

Я ныне лучше, чем когда-то:

Мой Разум – словно Водопад,

Что охраняет Тайну Клада.

Сокровищ Чувств моих не счесть –

Венчает их Алмаз Надежды:

И я храню надёжно Честь

От грязной Зависти Невежды.

Вперёд, вперёд! – Дорога вдаль

Передо мной сверкает снова:

Мечты отточенная Сталь

Из каждой Мысли точит Слово.

Я поднимаюсь, Я – иду,

И Божество – в моём Сознанье:

И веря снова в Красоту,

Я Мощь черпаю в Созиданье!

Боги Лишённые Власти

Боги, лишённые Власти –

Духи умерших Богов –

Мир разрывают на Части,

И восстают из Гробов.

Мир, что над ними построен

Из Отрицания Вер –

Тех, что свергают Герои

И Провозвестники Эр...

Боги сражаются в Битвах –

Падая и восходя –

Боги, лишённые Вида,

В Пепел Забвенья летят.

Хаосом Мир их зовётся,

Образ навеки – Клеймо:

В тяжком Обличье Уродства

Им не вернуться Домой...

Боги – Бродяги и Воры –

Злого Реванша хотят:

Сеют Вражду и Раздоры,

Мрачным Дурманом чадят.

Всюду их чёрные Руки

Рвутся на Свет из Земли,

Стоны, неслышные Слуху,

Шепчут Соблазн издали...

В каждом Конфликте – их Семя,

В Снах – их бродячий Кошмар:

Ждут они Место и Время,

Быстро наносят Удар –

Бьют неожиданно, метко,

И не своею Рукой:

Те, кто желают Ответов,

Служат их Целям Собой;

Те, кто свой Дух оскопляют,

Образ теряя в Ночи,

Те, кто Глаза ослепляют,

Глядя в стальные Мечи;

Те, кто готовы поверить

В потустороннюю Мощь:

Демоны Средства и Цели

В Боги подняться не прочь!..

Прияцип Орды

В необъятной Степи

Мир Огузов-Племён

Навсегда раздели –

Навязав им «Закон».

Пусть возникнет «Народ» –

Та аморфная Смесь,

где что Люди, что Скот –

Не разделишь, Бог весть!

Эту Массу – «Будун» –

Заведённых за Край

Натяни Силой Струн,

И поверх заиграй,

И к себе призови

Разноплеменный Люд –

Тех, что Тати в Крови,

Тех, что грабят и лгут,

Тех, что сидя без Дел,

Без Имуществ, Семей,

Плотью собственных Тел

Лягут к Воле Твоей!

Назови их «Ордой» –

И с «Народом» стравив,

Между Злом и Бедой

Станешь грозен, красив;

Будешь править, судить, –

Неподсудный Один;

Всех Врагов сможешь бить –

Жить до самых Седин!

Сможешь грабить внутри,

И вовне обирать,

От Зари до Зари

На Костях пировать,

Отрывая Куски

И швыряя Зверям,

Зажимая в Тиски

Тех, кто пробует «Сам».

Кому некуда бечь,

Будут верно служить:

Но карающий Меч –

Надо всеми держи!..

Слово Эвтидема

О, Брат! Ты вторгся в это Царство,

Что обессилено и слабо,

Что знало Козни и Коварство,

Что позабыло Песню Славы!

Твои Мечи вдали мерцают,

твои Войска объяты Пылью –

Остановись, в Пылу сгорая,

И отдышись, мой Недруг сильный!..

Подумай вот о чём без Спешки:

За мною – дикие Просторы,

По ним кочует Ад кромешный,

Их окружают злые Горы;

Там мириады Орд бессчётных,

Без Городов и без Законов,

Они несутся вдаль свободно,

И ценят Лошадь и Попону...

Лишь я стою для них Преградой –

Тебя и Мир наш охраняя,

служу Плотиной Водопада,

Века в себе соединяю.

Коль я паду – тебе же Горе,

Тебя и прочих ждёт Возмездье:

Сметёт Стихия все Затворы,

И вашу Алчность смоет Местью!..