В те времена, когда ещё верели. Верели в любовь с первого взгляда, в правду и просто друг в друга началась эта история. Она могла стать такой же, как и миллионы других, похожих друг на друга историй, если бы не одно «НО», в корне изменившее ход событий.

В начале 90-х, когда обычному археологу в стране ловить было нечего меня отправили на раскопки на севере Франции. Время шло свободнно и непринуждённо: в большинстве своём археологический коллектив прибывал в лёгкой шамбале - импортные кофе и табак с лихвой перекрывали маяту безделья. Однажды вечером, в час не бывало жаркого заката я нашёл не известный до селе замок. Как мне показалось, он принадлежал богатому барону или герцегу: имя и титул терялись в истории. Ясно было только одно: постройка 14 — 15 в.в. Хорошо сохранившиеся чертоги сразу привлекли к себе внимание. Началась инвентаризация найденой утвари и сличение её с образцами в катологах уже найденых артефактов. Многие вещи были знакомы, не вызывая никаких вопросов, лишь один вазон не поддавался индетифекации. Он был с готическим орнаментом и надписью на незнакомом языке. Лучшие умы бились над её расшифровкой, но так и не смогли получить внятных результатов. В итоге про сосуд забыли и я втихоря забрал его себе, не подозревая тогда, насколько он может изменить мою будущую жизнь. Конечно же, каждый прихватывал себе какую — нибудь мелочь на память: от ложкек до монет.

Спустя некоторое время раскопки закончились, последние формальности были соблюдены и все с чистой совестью разъехались по домам. Вернувшись в хрущёвку, я поставил вазу на самое видное место. Друзья восхищались привезённой мной находкой. Неудобство доставляло то, что на многие вопросы я не мог дать толковых ответов.

Прошло не мало времени с тех, как я вернулся из той экспедиции. Многое изменилось: побывав ещё в некольких экспедициях, удалось накопить на новую квартиру и заняться научной деятельностью. Мне помогала работать очень замечательная и обоятельная девушка - филолог. Её звали Юля, я звал её просто «Пользой», т.к. время с ней проходило действительно с пользой. Она работала экспертом по языкам древней и средневековой европы, была очень любознательна и не упускала возможности узнать для себя что - то новое, интерескясь древностями.

Мы были друзьями, поэтому она часто заходила ко мне в гости.Она нравилась мне. Я неоднократно говорил ей о своей любви, но она возражала, что так сразу не бывает и как хочешь так и крутись. Я так не хотел и постоянно доказывал ей прямопротивоположное. И должно заметить, что получалось у меня чаще и чаще но всё же... «Кочерыжка!!!» – звучало в мой адрес, когда она была чем — то не довольна. А на вопрос почему она не довольна звучало привычное «по качану!».

Мысль о том, что из вазы надо вытряхивать пыль даже не посящала меня, так как сосуд всегда был прикрыт крышкой.Всё шло своим чередом.Но однажды вазон заслужил особого внимания со стороны Пользы. Она заметила надпись и профессиональный интерес сделал своё дело. В архивах архиологического общества Юля нашла легенду, в которой рассказывалось о вазоне готической формы, якобы пренадлежавшая верховному друиду.Так же говорилось о том,  вложенная в вазу вещь перемещается в определённое время и место. Я сказал, что это всё ерунда и всего лишь легенда, правда очень красивая. Всё же она хоть как — то объясняла отсутствие пыли. Поэтому проверка была не обходима.Я написал сам себе: «Пришли мне тёплые носки», поставил дату 5 — ти летней давности, свой адрес и бросил в вазу. Поскольку письмо уже давно пришло я обнаружил его в камоде с остальными письмами, пожелтевшими от времени, а носки — в пакете. Осознание того, что легенда работает, пришло внезапно. Я дал себе слово, что не буду вмешиваться в пространственно — временной консонсус, поэтому никому об этом не рассказывал.