1

Аглая Утришина наклонилась, перевязала потуже шнурки кроссовок, выпрямилась и затрусила по опавшей листве на асфальтовой дорожке лесопарка, который ограничивали со всех сторон высокие дома с разноцветными балконами и просторными дворами. Утреннее солнце медленно прогревало воздух, за ночь остывший чуть ниже нуля.
— Доброе утро, Устин! — догнав своего ровесника — лысеющего блондина лет тридцати пяти — громко произнесла Аглая. В начале сентября она впервые встретилась с ним на пробежке по парку, и потом утро за утром, приветливый взгляд за приветливым взглядом, слово за слово — они и познакомились.
— Здравствуй! — откликнулся Устин и побежал рядом со спутницей, о которой знал, что она — экскурсовод в музее. — Итальянцы приезжали?
— Приезжали, — сказала Аглая и вспомнила, что минувшей ночью, после исполнения супружеских обязанностей, она сказала мужу, что итальянские туристы купили в музее двухметровую красавицу на гранитном постаменте. А муж пробурчал, что хочет спать, выключил ночник и засопел тихонько.
— А что итальянцам понравилось? — перейдя на неспешную ходьбу, спросил Устин и вспомнил, что любил в юности итальянскую эстраду.
— Деревянная двухметровая красавица, которую когда-то давно привезли с Алтая, — ответила Аглая и зашагала рядом со спутником, заглядывая в его приятное лицо с вытянутым крупным носом.
— А можно мне на нее посмотреть?
— Нет. Итальянцы купили ее, — произнесла с грустинкой в голосе Аглая, потом коротко прыснула со смеху и поведала: — Всей группой они понесли ее из зала, и вдруг гранитный постамент отвалился от деревянных ног красавицы и придавил ногу старушке в круглых очках. Старушка завопила от боли, а потом от радости, что из расколовшегося на куски постамента раскатились по полу золотые монеты, много монет.
— Везет же людям! — воскликнул Устин и вспомнил, как в детстве нашел на улице рубль.
— И я так подумала, — отозвалась Аглая, поскользнулась, взвизгнула и шлепнулась узкими ягодицами на влажную листву.
Визг спутницы напомнил Устину, как прошлогодней весной, Лаура — его невеста, с таким же визгом свалилась с горной тропинки в пропасть,
— Устин, не бросай меня! — попросила Аглая и вспомнила, как позавчера порезала глубоко палец ножом, шинкуя на кухне капусту для щей, и позвала мужа, а он ответил из комнаты, что не может прервать разговор по телефону с деловым партнером. Пришлось самой перевязывать себе палец.
Устин поднял на руки молодую женщину и спросил:
— Ты где живешь?
— Ко мне нельзя, — запретила твердо Аглая. Чуть раньше она вспомнила, как зимой пожилой искусствовед музея проводил ее домой и у подъезда получил от ее мужа удар кулаком по носу. Ох, как тогда ей было стыдно за вспышку ревности мужа.
— Я отнесу тебя ко мне и вызову врача, — сказал Устин, вспомнил, как год назад, помогая тщедушной старушке, тащил чемодан по перрону вокзала.
— Хорошо, — согласилась Аглая, прикрыла глаза, обвила руками шею Устина и доверчиво положила голову на его плечо. В памяти ее возник закат над пшеничным полем, по которому еще молодой отец нес ее — пятилетнюю девочку, уставшую от купания в озере с песчаным дном.

2
Устин Шубухнов вынес Аглаю Утришину из лифта, поставил на одну ногу и отпер ключом дверь квартиры.
— Я сама! — воскликнула Аглая и проскакала на левой ноге в квартиру, припоминая, что в детском саду лучше всех прыгала через скакалку, вызывая сильную зависть у подружке.
Следуя за Аглаей, Устин вспомнил, как ему когда-то отдалась Света Бацова — солистка рок-группы, в которой он играл на соло-гитаре. Правда, Света тогда не прыгала на одной ноге, а была под хмельком.
В комнате с одним окном Аглая опустилась в мягкое кресло и вспомнила сугроб, в который упала, спускаясь на лыжах с крутого берега замершей реки.
— Все будет хорошо, — Устин встал на колени, расшнуровал и осторожно снял кроссовок с правой ноги гостьи и вспомнил, что хотел купить себе новые кроссовки.
— Ой! — вскрикнула Аглая, сжала пальцами мягкие подлокотники и вспомнила, что прошедшей весной испытала жуткую боль в нижнем коренном зубе.
— Потерпи, — Устин прошел в ванную комнату и, доставая из аптечки тюбик обезболивающей мази и бинт, вспомнил больничную палату, в которую попал после драки с неизвестным парнем в парке из-за места на скамейке, на которой сидела девушка в короткой юбочке.
Сняв кроссовку и носок с левой ноги, Аглая сбросила с себя куртку и брюки, легла на кровать и вспомнила, что кровать в ее спальне такая же широкая, но более мягкая.
Устин вернулся в комнату, держа в руке тюбик и надорванную упаковку с бинтом.
— Нога у меня больше не болит, — сообщила Аглая томным голосом: — Я вся твоя.
Устин швырнул тюбик и бинт на кресло, бросился к Аглае и поцеловал ее левую ногу от лодыжек до промежности...
— До тебя я ни разу не изменяла мужу, — уверенно солгала Аглая, поглаживая ладонью свой плоский живот: — Я не жалею о случившемся. Жизнь моя стала разнообразней.
— И я не жалею о случившемся, — отозвался Устин, встал с кровати, снял со стены акустическую гитару и сыграл несколько аккордов.
— Я вижу, ты занять, — обиделась Аглая, покинула кровать, быстро оделась, добавила: — Ты — скорострел, как и мой муж, — и исчезла из квартиры.
Позабыв Аглаю, Устин вновь перебрал пальцами струны, но мелодия опять не подошла к строчкам стихотворения «Полюбил я наркотики серьезно», которое написал перед смертью от передозировки героина Олег Гунов — друг детства Шубухнова.

3
После сильно дождливой ночи желтой листвы на дорожках парка стало значительно больше, а на ветвях берез не осталось ни одного листочка; а вот ели стали как будто зеленее, чем вчера. И еще было заметно теплее, чем вчера, хотя из бледно-серых облаков моросил холодный дождь.
Аглая Утришина наклонилась, перевязала потуже шнурки кроссовок, выпрямилась и затрусила по опавшей листве на асфальтовой дорожке лесопарка. Через несколько минут она увидела впереди себя фигуру и лысину медленно бегущего Устина Шубухнова, вспомнила его бренчащим на гитаре и свернула на другую дорожку. Там она встретилась с долговязым усачом в черном костюме и вспомнила его спальню, устланную коврами.
— Здравствуй, рыбка! — широко улыбаясь, приветствовал усач. — Вчера я весь парк обегал, но тебя не нашел!
— Герберт, ты — пройденный этап, — остановившись, ответила Аглая, метнулась в сторону и понеслась между берез и елей вглубь лесопарка.
— Не понял, — пробормотал усач и продолжил бег трусцой, безрезультатно вспоминая, чем обидел Аглаю, когда позавчера ласкал ее в своей спальне.
Тем временем Устин Шубухнов встретился на дорожке парка с белобрысой толстушкой — Галей Федоровой, которую не видел недели две, и вспомнил, что после секса с ней легко сочинил мелодию на стихотворение Олега Гунова об одиночестве жар-птицы среди стаи перепелок.
— Какая приятная неожиданность! — воскликнула Галина и вспомнила, как ей было хорошо в постели с Устином, какую замечательную песню о жар-птице он пел ей под гитару.
— Я соскучился по тебе! — сказал Устин.
— Побежали к тебе, — вспомнив, что дома ее никто не ждет, предложила Галина.
Но они не побежали, а пошли из парка, взявшись за руки и часто целуясь.
В это время Аглая Утришина выскочила из зарослей березок на дорожку и устремилась за молодым велосипедистом, за которым трусила такса с прямым поднятым хвостом.

 

 

 


Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/

Рейтинг@Mail.ru