ВЕДЬМА

 

N-ская колония строгого режима

 

Буран завывал на все голоса. Он бросал жесткий снег на все, что могло ему противостоять. Казалось, что по зарешеченным окнам снаружи возят проволочной щеткой. Собеседники давно устали друг от друга, от завываний ветра за окном, от ощущения полной изолированности.

Беседа продолжалась уже довольно долго, но больше напоминала монолог, так как второй собеседник почти все время молчал.

Первый, начищенный и прилизанный, с майорскими погонами, уже начинал нервничать и горячиться. Он вскочил со стула и забегал по небольшой мрачной комнатенке.

Второй, в темной замусоленной робе заключенного, лениво откинулся на стуле, ухмыльнулся и метким щелчком отправил очередной окурок в стоящую на полу бетонную урну. Он продолжал молчать.

Когда майор вышел из душной и вонючей комнаты для свиданий, буран также внезапно стих, как и начался. Казалось, стало еще холоднее, но снег уже весело скрипел под ногами. Мороз пробирал сквозь теплую шинель. Майор поежился и ускорил шаги, оставляя в прошлом неприятного человека, гнусное место и весь этот трудный разговор. Главное дело сделано.

 

 

Столичный кабинет

высокого военного начальника

 

Повисла тяжелая пауза.

Дверь за майором тихо закрылась.

 

Несколько месяцев спустя,

один из областных центров

 

Марго смотрела в чашку и тихо ее ненавидела. Ей так надоели эти ежевечерние визиты клиентов! Но деньги были нужны, очень нужны. Она все еще надеялась купить хотя бы самую убогую, но отдельную квартиру. Просто обрыдла такая жизнь, когда приходишь домой, а лежа у порога, встречает в стельку пьяный муж.

Выгнать рука не поднималась. Сдохнет ведь, как собака, где-нибудь под забором. Главное, что квартира-то была ее. После окончания института она работала на крупном оборонном заводе программистом. Там ей и дали эту небольшую малогабаритку, где они с этой пьянью и проживали до сих пор.

Когда на заводе почти перестали платить зарплату, Марго уволилась оттуда, а квартира осталась. Ни на что более приличное она рассчитывать теперь не могла.

А как все хорошо начиналось во времена «перестройки». Муж открыл свою мастерскую по ремонту иномарок – дела шли хорошо. Ну и благодарные заказчики приглашали выпить, обмыть... Вот и дообмывался, зараза!

В своей конторе, где Марго работала последние несколько лет, получала немного, но, пока у мужа дела шли хорошо, она была довольна. Рабочий день был относительно свободный, плюс она могла заниматься своим хобби. Именно, хобби, потому что в то время она делала это бесплатно. Как ни банально и смешно звучит, но Марго гадала на кофейной гуще.

Когда-то давно, она впервые после школы, без родительского присмотра, поехала с подругой на юг и ее, совсем еще девчонку, присмотрела на улице старая азербайджанка. Она подошла к Марго, взяла ее за руку и сказала:

 

Вот так Марго и приобрела свои познания. Она гадала всем, никому не отказывая. Считала, что если ей даны такие возможности свыше, то и помогать она обязана безотказно. К ней приходили даже на работу. Очередь была расписана на месяц вперед. Она сама удивлялась, но буквально все клиенты говорили, что сбывается все, до последней мелочи.

Марго никогда не гадала себе. Что-то ее всегда останавливало, хотя иногда очень хотелось узнать собственное будущее. Особенно, сейчас, когда все так плохо – неужели лучше уже не будет, и она обречена прожить всю жизнь с этим алкоголиком?

Наверное, именно это она боялась узнать, вот почему упорно смотрела только чужие чашки. Причем, теперь стала делать это за деньги. Времена изменились. Кофе, и сахар стоят дорого, свободное время еще дороже, а от так называемого супруга, толку вообще никакого.

Плотно прикрыв дверь в комнату с пьяно храпящим мужем, она запускала очередного жаждущего узнать свое будущее на кухню и снова варила и варила кофе.

 

Марго очнулась от своих печальных мыслей и внимательно посмотрела в чашку, потом озадаченно подняла глаза на клиента. Это был крутой кавказский бизнесмен местного значения по имени Иса. Почему-то в последнее время таких очень много появилось в городе. Они все подминали под себя.

Он был ее клиентом уже около года, всегда оставался доволен предсказаниями по деловым вопросам, поэтому платил хорошо. У Марго не было определенной таксы: «Сколько не жалко», - обычно говорила она. Чеченцу обычно не было жалко ста долларов, а если намечалось что-то уж очень привлекательное, то и больше.

Марго снова покрутила в руках чашку и стала нервно накручивать на палец прядь длинных светлых волос. Сказать то, что она увидела на дне чашки, язык не поворачивался.

Она напряженно замолчала. Такого ей еще не приходилось видеть. Это было страшно и неприятно одновременно. Иса тоже растерянно молчал.

Когда за ним захлопнулась дверь, Марго еще раз посмотрела в чашку, может, она ошибается или что-то не так поняла?

Неожиданно она увидела то, что не разглядела в присутствии Исы – силуэт машины, а под ней что-то непонятное. Она повернула чашку: похоже на гранату.

По спине Марго пробежал холодок. Надо предупредить, чтобы он не садился в свою машину. Открыла дверь – шагов уже не слышно, значит, вышел из подъезда.

Она потушила свет, чтобы лучше было видно, и выглянула в окно. Мало того, что пятый этаж, да еще и темно, хоть глаз выколи. Марго усиленно всматривалась, и в этот момент, недалеко от детской площадки, зажглись фары двух машин.

Она стала открывать окно, чтобы крикнуть, предупредить. Как всегда в таких случаях, оно никак не хотело поддаваться. Марго уже решила высунуться в форточку и залезла на подоконник. В это время машины тронулись.

Еще ничего толком не увидев, Марго почувствовала, что опоздала. Зато, стоя на подоконнике, она прекрасно смогла разглядеть, как рванула первая машина, и взрывной волной отбросило вторую. Из нее выскочили четыре человека и, жестикулируя, побежали к пылающему корпусу первой.

Однако, они могли только бегать вокруг, приблизиться не было никакой возможности. Марго медленно сползла с подоконника и заплакала.

Нельзя сказать, чтобы она так переживала по поводу смерти Исы. С любым бизнесменом может такое случиться – поводов слишком много. Просто Марго считала себя виноватой в его гибели. Она должна, обязана была заметить эту деталь в чашке, и не смогла предупредить.

Какая же она, на фиг, предсказательница, если не смогла спасти человека от смерти. Марго задумалась. А может, где-то там, уже было решено, что время Исы пришло. Поэтому она и не видела предупреждения в чашке – его на тот момент там просто не было.

Видимо, оно появилось позже, именно для нее. Ей показывали, что она не всесильна, не надо переоценивать свои возможности.

 

Марго опять подошла к окну. Остов машины уже догорал. Наверное, кто-то из соседей вызвал милицию. Послышался звук приближающихся сирен.

Теперь будут всех опрашивать, выяснять, к кому, зачем, когда... У нее могут быть неприятности. Марго быстро сунула доллары Исы в карман джинсов.

Пожалуй, стоит выйти самой и все рассказать. Может, тогда копать особо не будут? Марго накинула куртку и пошлепала по лестнице вниз.

Возле дома уже стояла толпа народу. Все живо обсуждали последние события. Когда Марго оглянулась, она поняла, что не для всех эти события были просто интересной жвачкой. На первых этажах в квартирах повылетали стекла, и хотя стояла весна, но вечерами было еще достаточно прохладно.

Недалеко от черного остова иномарки Исы стояли две милицейские машины с мигалками. Сотрудники беседовали с его охранниками, что-то записывали. Один из них посмотрел вверх, похоже, на ее окна.

Подъехала «скорая». Марго не хотелось смотреть, как будут извлекать останки и, уже направляясь к своему подъезду, услышала сзади торопливые шаги. Она обернулась и утвердительно сказала, догнавшему милиционеру:

Милиционер смотрел на нее с недоумением. Марго подумала, что в ее положении это будет самый лучший вариант – если ее сочтут слегка чокнутой.

 

Она вскарабкалась на пятый этаж, закрыла дверь на замок, цепочку и задвижку. Вроде и взять-то у них нечего, но так спокойнее, особенно после всего, что произошло.

Заглянула в комнату. Муж продолжал спокойно храпеть, его даже взрыв не разбудил.

Марго присела на корточки перед большим старым шкафом и полезла внутрь. Недавно она нашла в нем небольшое местечко, которое можно было использовать, как тайник.

Там отошла доска, а под ней оказалась пустая полость. Вот туда Марго и положила шкатулку с небольшим количеством драгоценностей, оставшихся еще от бабушки и, кажется, представлявших некоторую ценность.

Туда же она теперь складывала и деньги, которые удавалось сэкономить и получить с клиентов. Деньги она делила на две пачки: тонкая – доллары и потолще – рубли, надеясь, что вечно пьяному Толику не придет в голову мысль искать там что-то.

Марго вытащила шкатулку и отправилась с ней на кухню, предварительно прикрыв тайник. Время от времени ей нравилось покопаться в старой шкатулке, перебрать красивые вещицы, хранящиеся там и помечтать.

Но сегодня мечтать не хотелось. Марго вытащила деньги и начала пересчитывать. В душе она понимала, что если не произойдет ничего необыкновенного, или она не получит наследство от неожиданно отыскавшегося дальнего родственника в Америке, то копить ей на отдельную квартиру придется еще лет десять-пятнадцать. Как было бы хорошо, сделать широкий жест, оставить эту дыру Толику, а себе купить хорошую однокомнатную квартиру!

А тут еще одного из лучших клиентов грохнули. Она вздохнула, получилось две тысячи долларов и около тридцати тысяч рублей. Некоторые, конечно, живут и хуже, Марго это понимала, но они тогда не ставят себе задачу купить квартиру, а ютятся, в чем есть до самой смерти.

Марго точно знала, что она не хочет такой жизни и готова на все, чтобы изменить ее. Она запрокинула голову, посмотрела на облупившийся потолок и подумала, а не найти ли ей богатого любовника.

Она, конечно, не воздушная восемнадцатилетняя фотомодель, а тридцатипятилетняя баба с определенными формами. Но ведь и старше находят себе вполне сносных мужиков.

Конечно, ей надо было обращать внимание на каких-нибудь богатеньких старичков. Может даже удастся наследство сорвать с кого-нибудь, размечталась Марго. Круг знакомых у нее был широк. В клиентах ходила, наверное, половина города, а вот близких друзей, с которыми можно было поделиться, в жилетку поплакаться, пожалуй, не было вообще. Так, встретились и разбежались. Она была нужна всем, когда возникали какие-то проблемы, и нужно было подсказать пути их решения. А то, что у нее самой вся жизнь – проблема, она никому не говорила, да никто из знакомых и не выражал желания узнать об этом.

Марго стала мысленно перебирать клиентуру. На кого стоит обратить внимание? В основном, это были женщины. Иногда они приводили с собой мужей, любовников, детей. Было несколько бизнесменов, типа покойного Исы, но, кажется, они не воспринимали ее в качестве потенциальной любовницы, да и она не хотела видеть в них, что-то большее, чем гущу в кофейной чашке. Оставалось надеяться на судьбу. Марго покосилась на пакет с кофе, протянула к нему руку, высыпала две ложки в чашку и зажгла огонь под чайником.

Она еще не была до конца уверена, хочет ли знать, что ее ждет, но пока закипит чайник, успеет решить. Марго сунула под мышку шкатулку и, как мышка - норушка, поволокла ее в тайник. Толик продолжал храпеть, ему было хорошо и на все наплевать. Пока она припрятала в шкаф свои запасы, послышался резкий свисток чайника.

 

Марго вздрогнула от неожиданности и побежала на кухню. Несколько секунд, замерев, она стояла над плитой. Затем, как во сне, взяла чашку с кофе, налила воды, прикрыла блюдцем и села за стол, напряженно глядя на чашку.

Она знала, что нужно думать о том вопросе, который волнует больше всего. Марго не могла решить, в какое русло направить свои мысли – деньги, любовник или что-то еще, о чем она пока и не догадывается?

Марго не подняла блюдце, не начала пить, а только протянула руку к чашке, как вдруг перед глазами поплыли какие-то образы. Пространство кухни заполнилось слоистыми розоватыми облаками. Они беззвучно плавали в воздухе, меняя форму и расположение. Она отдернула руку и посмотрела на чашку. Чашка, как чашка, ничего особенного, и кухня снова приобрела свой унылый вид.

Решив, что ей показалось, она взяла себя в руки, убрала блюдце и поднесла чашку к губам. Самое смешное, что сама Марго не очень-то верила в гадания и предсказание будущего, но все-таки опасение узнать что-то нехорошее, присутствовало.

Марго сделала первый глоток, затем второй, третий… Горячая жидкость обжигала.

Перед глазами опять потекли слоистые розовые облака, они теряли форму, размывались, превращались в туман. Он был сначала непрозрачным, потом сквозь него стал просматриваться столб, который оказался обыкновенным дорожным указателем с надписью: «Грозный» и ниже 10 км...

Ей казалось, что она смотрит фильм. Несколько лет назад по телевизору показывали «Чистилище» - жуткий, страшный фильм про Чечню. Сейчас Марго видела что-то подобное.

Вот, если можно так сказать, крупным планом возникло лицо какого-то мужчины в камуфляже. Неожиданно лицо начало расплываться, менять очертания. Последнее, что Марго заметила, были пристальные необычно зеленые глаза…

Она вскрикнула, выронила чашку с остатками кофе, пришла в себя и осмотрелась. На полу валялись осколки чашки, по джинсам расплывалось горячее кофейное пятно. В первый момент Марго решила, что заснула с кофе в руках. Но ведь тогда, она должна была просто-напросто подавиться или упасть со стула? Нет, здесь что-то еще. Она опять не понимала подаваемые сигналы. Марго поежилась и решила, что дисквалифицировалась. Возможно, пора завязывать с предсказаниями. Однако, внутренний голос настойчиво предупреждал, что приближается опасность.

Она вздохнула и стала собирать с пола осколки. Была уже глубокая ночь.

 

Закрытая клиника пластической

хирургии в ближнем Подмосковье

 

Он выложил на стол два паспорта – внутренний и заграничный. Загранпаспорт жестом фокусника раскрыл и с гордостью показал Шенгенскую визу. Затем последовали всякие мелочи типа водительских прав и многочисленных удостоверений, которые незримо, но постоянно сопровождают человека по жизни. В заключении на стол легли кредитные карточки.

Желая блеснуть специальными познаниями, майор начал читать нудную лекцию о нелегальной работе на территории потенциального противника.

Через полчаса молчаливого прослушивания, собеседнику это надоело, и он спросил то, что интересовало его намного больше.

Майор не стал отказываться, и вскоре они, воспользовавшись одной из кредитных карточек, уже отмечали «преждевременную кончину» одного из них.

Глубокой ночью майор, в состоянии хорошего подпития, был загружен в такси и отправлен домой в Москву, а его почти трезвый собутыльник, выяснив, если не все, то многое из того, что хотел узнать, вернулся в клинику, чтобы утром, покинув ее навсегда, зажить новой чужой жизнью.

 

А в это время, Марго, сидя на кухне, увидела дорожный указатель и смотрела странные кадры о Чечне…

Она еще не могла определить связь страшных картинок со всеми последующими событиями, поэтому просто смотрела и почему-то очень переживала за мужчину в камуфляже. А потом чашка разбилась…

 

Тот же областной центр

месяц спустя

 

Люська, страшно завистливая особа, сидела в одной комнате с Марго и постоянно ее изводила. Люська не была замужем, но очень хотела и, зная широкий круг знакомств Марго, требовала подыскать кого-то в качестве претендента. Однако запросы ее были слишком высоки, поэтому Марго решила не заниматься бесплодным сводничеством. Такие вещи потом себе дороже обходятся. Когда Люська все это поняла, она люто возненавидела Марго, но старалась скрыть это повышенным сюсюканьем. Марго понимала, что Люська просто выбирает момент, чтобы напакостничать ей, как можно сильнее, поэтому старалась держаться подальше.

Марго взяла трубку и строго посмотрела на Люську, упорно продолжавшую держать свою. Та в душе побаивалась способностей Марго, поэтому сразу же бросила свою трубку.

Марго тяжело вздохнула. Типичный звонок. Так начинали разговор десятки, а может уже и сотни людей, обращающихся к ней за помощью. Она вытащила из стола ежедневник, в котором записывала клиентов, полистала и обреченно спросила:

Голос в трубке задрожал и всхлипнул:

Марго на такие случаи, оставляла незанятые дни, но зависело это не от настойчивости клиента, а от ее собственных ощущений. Она прислушалась к себе и поняла – надо принять.

Марго объяснила, как к ней добраться, повесила трубку и посмотрела на Люську. Та обижено сопела и с подчеркнутым интересом смотрела в окно. Люське очень хотелось настучать на левые доходы Марго, но боязнь ее сверхъестественных сил, останавливала. Марго покосилась на сидевшую напротив коллегу и подавила злорадную усмешку.

 

Вечер пятницы оказался спокойным, пьяный Толик не появлялся, и Марго была рада этому обстоятельству. Когда около девяти на лестнице послышались шаги, она уже знала, что это Ольга.

Марго открыла дверь. Они прошли на кухню. Хозяйка поставила чайник и искоса взглянула на посетительницу. Ольга была примерно ее ровесницей. Одежда выдавала более, чем скромные доходы. Судя по измученному лицу, у женщины случилось какое-то действительно большое горе.

Марго про себя решила денег с нее не брать и посмотрела на руки. Обручального кольца не было.

Она нервно перебирала пальцами по столу. Марго молчала, давая ей возможность успокоиться и собраться с мыслями.

Засвистел чайник. Марго всыпала в чашку кофе, залила водой, накрыла блюдцем и села к столу.

Ольга спрятала руки под стол, чтобы не было так заметно ее волнения, тихо и быстро заговорила.

Марго обратила внимание, как неуверенно она произнесла слово «был» и переспросила:

Видимо, этот вопрос окончательно добил Ольгу, и она расплакалась. Сквозь слезы она буквально прошептала:

Ольга снова всхлипнула и начала пить. Марго заметила, что она сжимает чашку двумя руками. Наверное, решила, что так будет лучше видно про них обоих, улыбнулась про себя Марго. От напряжения в пальцах у Ольги под ногтями появились белые пятна. Чтобы унять дрожь в руках, она все сильнее сжимала чашку, подавляя неуправляемый страх.

Марго обошла стол, заглянула в чашку и посоветовала:

Ольга послушно глотнула. Марго пододвинула ей блюдце, взяла ее руки в свои, сделала несколько круговых движений чашкой и опрокинула ее на блюдце.

Несколько минут обе женщины молча смотрели на перевернутую чашку. Марго положила на стол чистый лист бумаги. Затем, приложив руку к чашке, решила, что она достаточно остыла, переставила перевернутую чашку на лист бумаги и взяла в руки блюдце.

 

Какое-то время Марго внимательно рассматривала кофейные разводы. Блюдце – это прошлое. Оно уже никого не пугает, оборачиваясь в худшем случае, тяжелыми воспоминаниями.

Опасаться можно будущего, которое в чашке. Каждый раз, берясь за нее, Марго боялась увидеть в кофейной гуще могильный холм с крестом.

Она внутренне сжалась. Предчувствие надвигающейся беды уже прочно поселилось в ее душе. Марго вспомнила про Ису и поняла, что это было только начало.

Ольга молча кивнула. Она уже взяла себя в руки и с интересом смотрела на действия гадалки.

Ольга утвердительно кивнула. Пока все было правильно.

У нее выходило что-то очень странное. Понять это она была не в силах. Придется кое-что сразу уточнить, а то дальше можно совсем запутаться.

Ольга нервно заерзала на стуле. Было видно, что говорить на эту тему ей неприятно, но приходилось отвечать на прямой вопрос.

Марго, слушая ее, продолжала крутить блюдце.

Марго поставила блюдце на стол и протянула руку к чашке. Вдруг она заметила, что рука у нее тоже слегка дрожит. Состояние Ольги передалось и ей.

Марго поняла, что боится поднять чашку и увидеть там что-то плохое. Ей очень не хотелось еще больше расстраивать Ольгу. Резко выдохнув, она подняла чашку и внимательно всмотрелась в нее. Холма с крестом не было, и Марго облегченно вздохнула.

После этого Марго стала изучать чашку более внимательно. Необъяснимым внутренним инстинктом, исходящим из самых глубин подсознания, она вдруг почувствовала жгучий интерес к судьбе этого неизвестного Сергея.

Марго подняла голову и посмотрела на Ольгу. Она слабо и недоверчиво улыбалась. Марго снова впилась взглядом в чашку.

Ольге, видимо очень хотелось верить в свое светлое будущее, и она кивнула. Марго присмотрелась к чашке и в общих чертах описала портрет нового супруга, закончив его словами:

 

Ольга задала еще несколько вопросов и, получив на них достаточно оптимистические ответы, немного успокоилась:

Они вместе посмотрели на часы, висящие над столом, было уже почти одиннадцать.

Вообще-то, ее клиенты всегда сами мыли за собой чашки, но сейчас, также как и в случае с Исой, Марго захотелось после ухода еще раз заглянуть в будущее Ольги.

Она проводила посетительницу до двери и уже хотела закрыть ее, как с четвертого этажа, на котором не было света, послышался испуганный Ольгин голос:

Марго было все ясно. Вернулся Толик, но сил дотянуть до пятого этажа уже не хватило. Она вздохнула и пошла за ним.

 

Ольга ей помогла, и общими усилиями удалось затащить мертвецки пьяного Толика в квартиру и буквально докатить до кровати. Но затаскивать на постель не стали и оставили на полу – слишком уж он был грязный.

Ольга по-женски с сочувствием посмотрела на Марго и тихо прикрыла за собой дверь.

Марго вернулась на кухню и снова взяла в руки чашку. Ее не покидала мысль, что история с Исой может повториться и, после ухода клиентки, она сможет увидеть что-то еще.

Внезапно перед глазами всплыл все тот же дорожный указатель: Грозный и ниже 10 км. Картинка переместилась в город.

Ей снова казалось, что она смотрит фильм. Те же самые страшные кадры и тот же самый мужчина в камуфляже.

Марго уже не боялась того, что видела, она пыталась рассмотреть лицо и запомнить его, но тщетно. Стоило ей пристальнее всмотреться, как лицо снова стало расплываться и менять очертания и таять, не давая возможности разглядеть детали.

Марго поморгала глазами, все исчезло. Она сидела на своей кухне, держа в руках Ольгину чашку. Единственный вывод, который Марго смогла сделать – ей привиделся муж Ольги, Сергей. Она видела его уже второй раз. Это был знак, но чего? Кто хотел привлечь ее внимание к этому мужчине и зачем?

Объяснения она найти не могла. Ну, хорошо, сейчас перед ней была чашка его жены – это понятно, но почему она видела Сергея, когда пыталась гадать себе? Его облик так и остался размытым и неуловимым.

Если ей что-то хотели сказать или предупредить о чем-то, то почему картинка обрывалась и таяла, как только она хотела рассмотреть детали?

Марго задумчиво пожала плечами и пошла мыть чашку. Может быть, позже она обязательно попробует еще. Она должна, просто обязана проникнуть за эту таинственную завесу и рассмотреть, что там за ней. Больше проколов, как с Исой быть не должно. Слишком дорогой ценой приходится за это платить.

 

 

В понедельник утром, отправив Женьку в школу, Ольга набрала до боли знакомый телефонный номер и без предисловий заявила:

Ольге показалось, что в голосе говорящего зазвучало какое-то подозрение. Это еще больше укрепило ее в мысли, что предсказание Марго уж очень похоже на правду.

Но Ольга уже услышала то, что хотела услышать. А хотела она услышать неуверенность в голосе говорившего.

 

 

Столичный кабинет

высокого военного начальника

 

Майор растерянно захлопал глазами. Этот момент как-то вылетел у него из головы.

Майор понял, что разговор окончен и удалился, осторожно прикрыв за собой дверь.

 

Тот же областной центр

 

Офис одного из самых крупных в области частных банков - «Техбанка» находился на центральной площади города в старинном здании, недавно роскошно отреставрированном.

За дубовой дверью с табличкой «Председатель правления банка Грищенко Юрий Николаевич» расположился среднего возраста, но очень импозантный мужчина. Он задумчиво крутил в руках неопрятный обрывок бумаги с телефоном, который выглядел инородным телом на фоне сверкающего великолепия кабинета.

Юрий Николаевич привычно надел очки в тонкой золотой оправе и в очередной раз протянул руку к кнопке вызова секретаря, но отдернул ее, что-то ему мешало.

Со вздохом он угрюмо посмотрел на заполненную окурками пепельницу и полез за следующей сигаретой. Решиться позвонить по указанному на листке номеру, он никак не мог.

В кармане зазвонил мобильник. Юрий Николаевич вытащил его, но, бросив взгляд на дисплей, поморщился и отключил телефон. Этот звонок решил все.

Банкир нажал кнопку вызова секретаря.

Не успел он докурить сигарету, как телефон снова заработал.

 

Она ждала звонка от недавно появившегося ухажера и поэтому как пантера бросалась на каждый телефонный звонок.

Марго не обмануло показное Люськино равнодушие, она знала, что у той всегда ушки на макушке, поэтому старалась говорить при ней, как можно меньше.

Марго не успела ахнуть от неожиданности, как в трубке послышался приятный мужской баритон:

Марго прожгла взглядом Люську, которая, заметив ее потрясенное выражение, даже выключила бормотавшее в углу радио, чтобы услышать хоть что-нибудь.

Она очень боялась таких звонков. Ведь назваться можно кем угодно, а потом натравить на нее налоговую инспекцию за незаконную предпринимательскую деятельность и схлопотать по полной программе.

Марго издала какой-то булькающий звук и чуть не выронила трубку.

За эти несколько секунд Марго удалось до предела напрячь свою интуицию, которая подсказала, что звонят не из милиции, но осторожность еще никому никогда не помешала.

Марго было жаль тратить на гадание выходной день, но деньги от банкира можно поиметь немаленькие, если все пройдет удачно и никто опять не укокошит у нее под окнами очередного золотого клиента.

Суббота – это послезавтра. Совсем скоро, но в то же время, есть пара дней прийти в себя и подготовиться.

Марго продиктовала адрес и положила трубку. Ее слегка колотила нервная дрожь.

На ее ярко разукрашенной физиономии так явно читалась смертельная зависть, что Марго, буркнув что-то невразумительное, вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. В последний момент она услышала недовольную Люськину скороговорку:

Марго зашла в туалет, включила кран с холодной водой и умылась. Сразу почувствовала себя несколько легче.

Она понимала, ее затягивает водоворот каких-то уже начавшихся событий, которые изменят многое, если не все в ее жизни. Правда, пока Марго не была уверена, что изменения произойдут в лучшую сторону.

Сейчас она ступала по очень тонкому льду, который мог в любой момент треснуть, и тогда водоворот грозил затянуть ее в свои темные и таинственные глубины.

 

Юрий Николаевич осторожно положил трубку и усмехнулся. Более глупо он не чувствовал себя, кажется, никогда в жизни.

Дожить до такого возраста и обратиться за советом к гадалке, как какая-то влюбленная барышня! Наверное, в связи с последними событиями, на него действительно нашло помрачение рассудка.

Тогда в голове всплыла фраза одного из телохранителей Исы. Он сказал, что, выйдя от гадалки, шеф на полном серьезе говорил об угрожающей его жизни опасности, и собирался пару дней пересидеть дома.

Последующие события подозрительно точно подтвердили правоту этой самой гадалки. Да и Иса, насколько помнил Юрий Николаевич, относился к ее предсказаниям вполне серьезно, частенько обращался за советом и игнорировал все шуточки и двусмысленности, которые позволяли себе иногда друзья из ближайшего окружения. Все это делало ситуацию нешуточной, а скорее. Слишком серьезной.

Банкир поежился. Ему совсем не хотелось услышать от нее нечто похожее, а такая возможность сейчас была близка, как никогда.

 

В субботу уже на пути к Марго, Юрий Николаевич решил как-то объяснить, куда и зачем они едут, сопровождающему его начальнику службы безопасности. Но начал он все-таки издалека.

В ответ тот что-то неопределенно промычал. Это можно было расценить и как положительный, и как отрицательный ответ одновременно.

Судя по тону, Максим был очень удивлен. Дымчатый шестисотый резко затормозил во дворе убогой панельной пятиэтажки. За ним остановилась машина сопровождения.

Они вошли в грязный, обшарпанный подъезд и стали подниматься по лестнице, стараясь не прикасаться к стенам и перилам, которых тряпка уборщицы не касалась лет двадцать.

 

Марго тщательно готовилась к визиту банкира. Желание купить квартиру у нее обострилось, как никогда. Равно, как и клиента такого уровня она никогда не имела.

Утром она даже взяла грех на душу, выпроводив Толика погулять с энной суммой денег в кармане. Конечно, она понимала, что толкает его на очередную выпивку, но успокаивала себя тем, что делает это и ради него тоже – ведь свою законную квартиру она собиралась оставить именно ему.

К тому, как она выглядит, Марго относилась, в основном, спокойно. Она почти не пользовалась косметикой и предпочитала носить длинные юбки или брюки с объемными и бесформенными трикотажными кофтами или свитерами.

Сегодня она подкрасилась, надела свой единственный, почти новый, всего-то двухлетней давности, выходной костюм, приготовила красивую посуду и села ждать.

Она знала – к ней никто никогда не опаздывает. Без пяти два на лестнице послышались шаги и мужские голоса. Марго, удивившись, что банкир будет не один, пошла открывать.

На пороге стояли двое мужчин. Один - слегка позади. Первый пониже ростом и постарше в дорогом костюме и в очках в тонкой золотой оправе. Второй, может, чуть старше Марго, в кожаной куртке и тоже в очках, но только затемненных.

Про себя она решила, что банкиром может быть только первый. Второй, наверняка, охранник и приветливо пригласила обоих:

Он был несколько удивлен. Почему-то представлял себе гадалку непременно пожилой и тучной теткой с усами. От этого стало смешно, но он сдержался.

Марго провела их на кухню, поставила чайник. Она заметила, что Максим подвинул стул к окну и время от времени поглядывает во двор, а Юрий Николаевич с интересом осматривает ее убогую кухню. Марго усмехнулась:

Банкир ошарашено посмотрел на нее – она к тому же и мысли читает! Одно слово – ведьма! Максим только слегка иронично улыбнулся.

Марго снова заученно отбарабанила, что и как надо делать, разлила кофе в две чашки. Одну, накрыв блюдцем, поставила перед собой, вторую – на подоконник перед охранником.

 

Марго смотрела на блюдце, покусывая нижнюю губу, подняла глаза на банкира и сказала:

Юрий Николаевич отрицательно покачал головой. Гадалка его очень заинтересовала. Она и в самом деле была необыкновенной – Иса был прав.

Марго отставила в сторону блюдце, взялась за чашку и начала говорить.

Она в точности описала ситуацию, в которую он попал и чем это ему может грозить, предложила возможные варианты дальнейшего развития событий. Банкир был потрясен. Правда, нескольких людей, которых описывала Марго, он не сумел опознать.

Она определенно вызывала доверие, и Юрий Николаевич решился задать несколько вопросов, касающихся непосредственно работы. Марго покрутила в руках чашку.

Расставались они очень довольные друг другом. Марго радостно косилась на две зелененькие бумажки на столе, а банкир, улыбался, успокоенный тем, что его не постигнет участь Исы, во всяком случае, в этом году.

По лестнице они спускались молча и только, когда вышли на улицу, Юрий Николаевич спросил:

Дымчатый «Мерседес» в сопровождении охраны выехал со двора.

Марго в окно смотрела на то место, где только что стояли машины. Она тоже знала, что не все сказала посетителям.

Покосившись на немытые чашки, не могла же она им предложить вымыть за собой посуду, Марго, не глядя, почти бросила их в раковину и пустила воду. Она больше ничего не хотела знать. Такие знания лишние и только мешают ее спокойной жизни. К этому моменту, Марго уже точно знала, что вскоре снова встретится с только что уехавшим посетителем, и эти деньги не последние.

Двести долларов перекочевали в шкаф. И от него начало исходить сияние будущей квартиры.

 

В понедельник с утра Люська сразу же испортила настроение своим нытьем. Новый ухажер куда-то слинял, и она, несчастная, все выходные просидела дома, ожидая звонка… Как раз в этот момент зазвонил телефон.

Люська схватила трубку и с завлекающим придыханием произнесла:

Тут же лицо у нее вытянулось, и она достаточно громко, чтобы было слышно на том конце провода, заявила:

И, едва Марго успела приподнять трубку, со злостью бросила свою.

Сердце Марго затрепыхалось в сладком ожидании. Слова «коммерческое предложение» звучали заманчиво, как когда-то «загранкомандировка».

Говоря это, Марго прекрасно знала, что врет, но хотелось придать себе вес в глазах банкира. Ее отпустили бы и на час, и на весь день. Прелесть конторы была в том, что народ, работающий в ней, приходил и уходил, когда ему вздумается. Марго сказала, куда подъехать и, пошла в туалет, привести себя в порядок, подкраситься.

Когда она вернулась назад, то сразу же натолкнулась на горящие завистью Люськины глаза.

Марго плотно прикрыла дверь, чтобы не слышать продолжения тирады и вышла на улицу.

Перед подъездом конторы уже красовался знакомый дымчатый шестисотый. Со злорадной ухмылкой Марго подняла голову, увидела в окне вытянувшуюся Люськину физиономию и села в машину.

Конечно, здание на площади было ей хорошо знакомо, но внутри никогда бывать не приходилось. Молчаливый шофер по бордовой гранитной лестнице проводил ее в приемную, что-то тихо сказал секретарше с внешностью голливудской кинозвезды и также тихо вышел.

Дверь почти сразу же распахнулась.

Марго осторожно присела на краешек кожаного кресла и тут же со сдавленным писком почти полностью утонула в нем. Через секунду, вынырнув на поверхность, она спросила, не теряя времени:

Вообще не в ее правилах было ходить вокруг, да около.

Вплыла голливудская красотка с подносом.

В ее присутствии Марго почувствовала себя старой и непривлекательной. Но секретарша смотрела на нее с уважением. Она-то знала, что далеко не каждый посетитель может рассчитывать на такой теплый прием ее начальника.

Пожелав приятного аппетита, красотка удалилась.

Марго молча закивала головой.

Марго не верила своим ушам, показалось, что она попала в рай и парит где-то в заоблачных высотах. Вокруг порхали легкие белые облачка и пели райские птички все с лицами Юрия Николаевича.

Он слегка кашлянул, выводя ее из счастливого оцепенения:

Наспех попрощавшись с банкиром, она пулей пролетела через приемную, сбежала по лестнице и, забыв о том, что существует общественный транспорт, понеслась в свою контору, не замечая встречных людей и не чувствуя собственных ног.

Она все боялась поверить своему счастью. Боялась, что Юрий Николаевич может передумать. Поэтому так спешила, чтобы сделать все максимально быстро.

 

Сергей смотрел в окно машины и не верил своим глазам. По улице, ссутулившись, медленно, шла Ольга. Шла на автопилоте, не обращая внимания на окружающих. Она проходила как бы сквозь них. Ольга почти не изменилась. Сколько он ее знал, она никогда не позволяла себе плакать на людях. А сейчас шла, вытирая тыльной стороной ладони глаза.

Она лишилась семьи, друзей, всего, на чем держался ее прошлый и такой надежный мир. Сейчас, она оказалась с ребенком одна-одинешенька в незнакомом городе и практически без средств. Приходилось начинать жизнь сначала, на новом месте и с белого листа.

Сергей решил, что, даже его пребывание в колонии в каком-то смысле было лучше. Ольга медленно перешла улицу прямо перед капотом его машины, равнодушно скользнула глазами и пошла дальше, погруженная в безрадостные мысли.

Он резко рванул с места – зажегся зеленый свет, и сзади уже сигналили машины. Про себя твердо решил, что все это он тоже внесет в личный счет, который еще предъявит к оплате.

 

Уставшая, но счастливая Марго, взлетела по лестнице и так же бегом направилась к своему кабинету – писать заявление. Едва открыв дверь, натолкнулась на Люськин колючий и неприязненный взгляд:

На следующее утро без пяти девять она уже поднималась по бордовой гранитной лестнице банка.

 

Коттедж одного чеченского

авторитета недалеко

от областного центра

 

В просторном дворе громадного коттеджа, украшенного башенками, лепниной, лесенками и витражами, сидела компания «горячих чеченских парней».

Участок был обнесен высокой бетонной стеной, по верху которой в несколько рядов натянута колючая проволока и пропущен ток. На входе и по углам стены бдительно смотрели за порядком несколько видеокамер. Это давало возможность хозяевам избежать визита непрошеных гостей.

Компания располагалась около одного из живописных фонтанов, угощаясь шашлыками. Но разговоры, несмотря на благостную картину, напоминающую «Завтрак на траве», велись жесткие.

Глядя на него, легко было представить, что находишься в горах Кавказа на базе боевиков.

 

Марго получила отдельный кабинет совсем недалеко от приемной Юрия Николаевича, окна выходили на площадь. Она сидела на широком подоконнике, пила растворимый кофе. Этот напиток не давал тех видений, которые ее так пугали последнее время. Она рассеянно наблюдала за фигурками, движущимися за окном. Их движение успокаивало и отвлекало от неприятных мыслей, а ей очень важно было сосредоточиться и наконец понять, какое из ее предсказаний так подействовало на Юрия Николаевича, что он взял ее к себе на работу? В основном, Марго старалась не запоминать, того, что видела в чужих чашках.

Вот и тогда, сразу после их ухода, она постаралась все забыть и сделала это так успешно, что теперь жалела об этом.

Марго наморщила лоб и снова постаралась вызвать в памяти свое же предсказание. Ей показалось, что сейчас это должно пригодиться. Вроде бы какая-то опасность будет исходить от женщины…

Да-да, точно, стукнула она себя по лбу. Блондинка с короткими волосами и чашкой или фужером в руках!

Вот почему эта мысль так навязчиво преследовала ее, теперь Марго все поняла. Секретарша банкира Наташа – блондинка с короткими волосами и в ее руках наверняка, частенько бывает всякая посуда, а тем более чашка или фужер.

Решив позже повнимательнее присмотреться к секретарше, Марго направилась к компьютеру. Еще учась в институте, она слегка баловалась хакерством. Утром в разговоре с Юрием Николаевичем она помянула об этом, и он предложил попробовать вскрыть систему защиты банка. Как опытному и непредвзятому человеку, ей это было сделать проще.

Она полностью ушла в работу и отключилась от остального мира.

 

 

Кабинет Ю.Н. Грищенко

 

Юрий Николаевич поморщился. Бывший охранник Исы, Шурик ему никогда не нравился. Хотя информацию сливал исправно, но точно также будет стучать кому-нибудь и на него, за соответствующую плату, конечно. Но опять же лучше держать такого мерзавца под боком, в пределах досягаемости.

В этот момент Марго как раз подходила к двери Грищенко. Ей все-таки удалось вскрыть защиту, и она очень гордилась этим. Наташа куда-то вышла, поэтому предупредить, что у банкира посетитель было некому.

Марго еле успела отпрыгнуть в сторону, и Шурик своей массой только слегка зацепил ее, но этого стало достаточно. Механизм был запущен. Перед глазами Марго возник взрыв во дворе. Она резко отпрянула от борова. Тот пробормотал какие-то извинения и выкатился из приемной.

Марго застыла на пороге кабинета Юрия Николаевича. Она совершенно забыла, зачем сюда шла.

Он уступил Марго свое место за столом перед включенным компьютером, и она показала, как клиенты банка могли бы запросто лишиться всех своих денег на счетах.

Она уже направилась к выходу и взялась за ручку двери.

После ее ухода, Юрий Николаевич закурил. Он не был согласен с мнением Марго, что Шурика не надо было брать к себе. Просто за ним нужно получше присматривать.

Банкир снял телефонную трубку и вызвал к себе Максима.

 

Марго, любившая каждое дело доводить до конца, решила поближе познакомиться с секретаршей Наташей. С этой целью, купив в обед небольшой тортик и коробку конфет, ближе к концу рабочего дня зашла в приемную, отметить свой первый день на новом месте.

В процессе общения она поняла, что Наташа – вполне безобидное существо с очень ограниченным количеством мозгов. Марго стало даже стыдно, что она могла подозревать такой овощ в каких-то сложных хитросплетениях. Они уже допивали вторую чашку, как в приемную буквально ворвалась ослепительная девица в сногсшибательно дорогом костюме с копной длинных рыжих волос.

Наташа попыталась предупредить, что к председателю правления только что зашел управляющий банком.

Но девица, не обращая ни на кого внимания, влетела в кабинет, а через несколько секунд, управляющий торопливо вышел из кабинета Юрия Николаевича.

Марго внутренне с ней согласилась. Несмотря на потрясающие внешние данные, было совершенно ясно, что та из себя представляет.

Хотя толстые двери и не давали возможности расслышать все, что происходило в кабинете, но наиболее громкие и визгливые выкрики, все же доходили до ушей, находящихся в приемной.

Да-да, Марго кивнула головой не только Наташе, но и своим мыслям. Именно это – смерть жены она и видела. Но ведь она не все сказала банкиру. И оказывается правильно сделала.

Тогда она не придала этому значения, посчитала, что и в чашке и в блюдце видит смерть одной и той же женщины. То, что блюдце – прошлое, а чашка – будущее, неважно. Так иногда бывает, если человек продолжает часто думать о каком-то событии.

Теперь Марго поняла – она видела смерть двух разных женщин. Только вот, стоит ли предупреждать об этом Юрия Николаевича? А вдруг она ошибается? Из задумчивости Марго вывел Наташин голос:

Ей не хотелось еще раз встречаться с «противной бабой», поэтому, быстро допив чай, Марго сбежала, предоставив Наташе одной получать удовольствие от общения с женой шефа.

 

Ольга уже собиралась ложиться спать, когда в квартире раздался телефонный звонок. Было очень плохо слышно, но голос показался ей смутно знакомым.

Была уже ночь, а во дворе ни единого фонаря. Ольга заволновалась:

Пожалуй, действительно, нечего. Если этот человек оттуда, куда она звонила несколько дней назад, то они не стали бы действовать так грубо, а все остальное ее уже пугало мало.

Она зашла на темную кухню и выглянула во двор. В темноте красным светом горели задние фонари, а желтым – шашечки такси на крыше машины.

Ольга вышла, закрыла дверь на ключ и пошла вниз. Незнакомец встретил ее почти около подъезда. Он так незаметно вынырнул из темноты прямо перед ней, что она вскрикнула от неожиданности.

Увидев, что незнакомец протягивает ей конверт, она неуверенно взяла его и спросила:

С минуту Ольга обдумывала и переваривала сказанное. Этого хватило, чтобы мужчина дошел до машины, сел, и она резко тронулась.

В голове Ольги буквально вспыхнула молния, сработала женская интуиция.

Но было слишком поздно, такси уже уехало со двора.

Ольга не помнила, как она вернулась домой и только на кухне заметила, что мертвой хваткой сжимает смятый конверт. Трясущимися руками она высыпала на стол содержимое. Договор с «Техбанком» на ее имя, маленький заклеенный конвертик с пин-кодом кредитной карточки, ну и сама карточка.

Ольга сразу же вспомнила предсказание гадалки, что получит деньги от мужа, но это будет их последняя встреча. Она разрыдалась горько и неудержимо. Слезы текли рекой и остановить их не представлялось возможным. Если гадалка права, все кончено, они больше не увидятся никогда. Поэтому она рыдала о безвозвратной утрате. С этого момента она безоговорочно уверовала в незаурядные способности Марго и не заметила, как мысленно назвала ее ведьмой, но не в том пугающем смысле, а с известной долей благодарности за то облегчение, которое наступает после многолетней пытки неизвестностью.

 

Девять утра

проходная «Техбанка»

 

Максим был страшно зол на Шурика, которого взяли-то всего несколько дней назад, притом, с испытательным сроком и вот, на тебе. Его дежурство, должен, как штык, быть к восьми часам. Сейчас уже девять, а он где-то шляется, и домашний, и мобильный телефоны молчат.

Максим резко бросил трубку, телефон жалобно и обиженно звякнул. Он-то здесь при чем? Ладно, придется вызывать кого-нибудь еще на подмену. Быстро просмотрев список охранников, он снова снял трубку.

Решив проблему, Максим еще раз набрал мобильный телефон Шурика, чтобы с удовольствием сообщить ему, что он уволен.

К его удивлению, в трубке послышался чей-то мужской голос:

Сначала Иса, теперь его бывший охранник. Все это было странно и веяло какими-то неприятностями, не от милиции, конечно. Здесь явно просматривался «чеченский след». Максим усмехнулся. Дело принимало интересный оборот.

 

Ольга работала участковым врачом. Единственное преимущество этой неблагодарной и низкооплачиваемой работы состояло в том, что она была занята только половину дня. Еле отработав свою смену, Ольга решила зайти в «Техбанк» и посмотреть, обладательницей какой суммы она стала.

После всего произошедшего ночью, она чувствовала себя не просто плохо, а препаршиво. Голова раскалывалась на мелкие кусочки, заплаканные глаза жгло, а где-то в области солнечного сплетения давил кирпич и мешал дышать, поэтому Ольга решила прогуляться пешком и попытаться расслабиться.

Прогулка немного улучшила ее состояние, к тому же - лето, зелень, солнышко светит… Она пересекла площадь и подошла к банку. Завернув за угол, увидела надпись «Банкомат» и дверь.

Подергала – закрыто. Ей стало стыдно, что она не знает, как открыть дверь, а спросить не у кого. Решив подождать, Ольга отошла в сторону, не сводя глаз с кабинки банкомата.

Ждать пришлось не долго. Вскоре подошел парень, достал кредитку, куда-то поднес ее, дверь открылась, он вошел, а над дверью зажглась красная лампочка. Наверное, она дает понять, что кабинка занята, решила Ольга.

Через несколько минут парень вышел, и она, смущаясь, попросила показать, как открыть дверь. Он покровительственно ухмыльнулся, но не отказал.

И вот Ольга одна стоит перед бездушной машиной, которая должна сказать, насколько она разбогатела. Со второго захода ей удалось правильно направить карточку, и та, с мягким щелчком ушла в недра банкомата.

На секунду у Ольги перехватило дыхание – карточка провалилась и все деньги вместе с ней. Но вот на экране появилась надпись: «Введите код».

Дома Ольге казалось, что она на всю жизнь запомнила эти цифры, но теперь они неожиданно исчезли из ее сознания. От волнения, решила она и прикрыла глаза. Наконец, ей удалось немного успокоиться и вспомнить всю комбинацию цифр.

Дальнейшие шаги отражались на экране. Ошибиться было трудно. Ольга нажала кнопку напротив слова «Выписка». Банкомат запищал, выплюнул ее карточку, а через секунду откуда-то снизу вылезла и сама выписка.

Ольга поднесла бумажку к глазам и обомлела. Цифра на ней была семизначная. Откуда у Сергея могли появиться такие деньги?

Ответы, которые лежали на поверхности, ей совсем не нравились. Почувствовав, что не хватает воздуха, Ольга нажала на кнопку около двери, что-то щелкнуло, и замок открылся.

К счастью, за дверью никого не было, и никто не видел выражение ее лица. Ольга еще раз посмотрела на выписку при дневном свете. Цифра ничуть не изменилась.

Она медленно переходила площадь, одновременно засовывая карточку и выписку, наконец, застегнула сумку и неожиданно почти побежала. Ей захотелось побыстрее добраться домой. Она совершенно забыла, что через площадь едут машины и развязка там довольно сложная.

В последний момент Ольга все-таки услышала визг тормозов и инстинктивно дернулась назад. Это спасло ей жизнь. Дымчатый «Мерседес» лишь слегка задел ее. Но этого хватило, чтобы отлететь на несколько шагов и жестко приземлиться на бок. В глазах у нее потемнело.

 

Юрий Николаевич злился на весь мир, проблемы напирали со всех сторон и размножались, как тараканы. Он решил пообедать в небольшом элитном ресторанчике в бору, недалеко от города. Может, хорошая еда и приятная обстановка несколько успокоят его? Маргарита правильно говорила, не надо брать этого Шурика. Объясняйся теперь. Конечно, этим будет заниматься один из адвокатов банка, но все-таки, ему-то, зачем эта головная боль?

После обеда надо поговорить с Маргаритой. Возможно, она сумеет восстановить, какие знания Шурик унес с собой в могилу?

От банка через площадь шла какая-то женщина. Шла, не спеша, не глядя на дорогу, и по пути возилась с сумкой, вдруг, неожиданно решила прибавить шагу и почти бегом выскочила на мостовую перед его машиной. Она явно ничего не видела вокруг.

Юрий Николаевич резко тормознул, хотя и понимал, что это бесполезно, слишком уж маленькое расстояние отделяло его от этой растяпы. Подать влево он тоже не мог, мешал поток машин.

В какие-то доли секунды перед столкновением, женщина сумела оценить ситуацию и изо всех сил дернулась назад. Банкир на секунду прикрыл глаза от облегчения и тут сразу почувствовал мягкий толчок.

Женщина отлетела на тротуар и упала. Но было ясно, что она отделалась только небольшим ушибом и большим испугом.

Юрий Николаевич тоже заехал на бордюр и вышел из машины.

К этому времени, женщина уже сидела на асфальте, крепко прижимая к себе сумку и глядя на него совершенно круглыми от ужаса глазами.

В конце концов, эта дура сама была во всем виновата. Надо смотреть, когда улицу переходишь, а не в сумке копаться!

Юрий Николаевич удивленно смотрел на пострадавшую. У нее был великолепный шанс сколоть с него немалые деньги. И он бы отдал, отдал охотно, ведь это было лучше, чем общаться с ГИБДД и всеми остальными. К тому же одета женщина была небогато…

Может, она просто в шоке и еще не поняла, в чем выгода ее ситуации?

Она отрицательно покачала головой и спросила, глядя на него с опаской:

Неожиданно банкир рассмеялся. Нет, эта женщина никак не могла быть вымогательницей. Уж слишком наивные и ясные у нее были глаза. Постоянное напряжение, в котором он находился последнее время, начало незаметно отпускать.

 

Тот же областной центр

времена застоя

 

Много лет назад молодой инструктор обкома Юрий Николаевич просчитал, как должна будет складываться его жизнь. Но чтобы все произошло именно так, как предполагалось, нужен был хороший старт.

И такой старт могла обеспечить только выгодная женитьба, потому что необходимых личных связей у него не было. Первый секретарь благоволил к подающему надежды инструктору – тот всегда был под рукой, подтянутый, улыбающийся, исполнительный. В общем, во всех отношениях приятный молодой человек.

Поэтому он не стал вмешиваться, когда Юрик, как его называли в узком кругу, стал робко ухаживать за его дочерью. Хотя и догадывался, почему он это делал.

Первый секретарь отдавал себе отчет, что Лариса была самой обычной девушкой – не очень умной, не слишком красивой, так, обычная серая мышка, которых вокруг было хоть пруд пруди. Главное ее преимущество заключалось в том, что она была дочерью первого секретаря обкома.

Юрик применил все свои недюжинные способности и обаяние. Через два-три месяца после знакомства он сделал ей предложение, которое сразу же было принято. Они поженились.

Свадьба была такая, что о ней говорил весь город. После чего молодой муж сразу же перестал быть Юриком, а стал Юрием Николаевичем и теперь уже навсегда.

Уже в самом начале семейной жизни Юрий Николаевич стал обращать внимание на некоторые странности в поведении молодой жены. Она совершенно неожиданно могла полностью уйти в себя, никого не видя и не замечая, могла целый день пролежать на диване, не шевелясь и просто глядя в стену.

Вначале, он считал эти завихрения привыканием к семейной жизни, сложным характером, комплексом неполноценности, наконец. Когда же родился сын – Димка, эти странности стали проявляться чаще и сильнее.

В тайне ото всех Юрий Николаевич устроил Ларису в психиатрическую лечебницу в Москве. Это помогло, во всяком случае, на какое-то время. Она вернулась из клиники другим человеком, и, казалось, жизнь вошла в нормальное русло.

К этому времени Юрий Николаевич, не без помощи тестя, сделал уже приличную карьеру и был очень удивлен, когда в начале перестройки, тесть предложил ему уйти из обкома в частный бизнес.

Только через несколько лет он смог полностью оценить дальновидную заботу своего благоприобретенного родственника, а тогда был не только удивлен, но и обижен. В планы Юрия Николаевича входило сменить тестя на высоком посту. Он уже начал готовить себя к этой престижной должности, а тут – совершенно неожиданное предложение открыть банк.

С большим трудом тесть сумел убедить его, что банк, это одно из особых заданий, что скоро возникнут проблемы у них у всех, и это – лучший вариант, чтобы не столько сохранить огромные средства организации, сколько для будущего самого Юрия Николаевича и его семьи.

Юрий Николаевич согласился… и не пожалел. Он оказался талантливым менеджером. Дела банка быстро шли в гору. А вскоре произошли всем известные события и тестя отправили не пенсию. Хотя и ожидаемые, эти события стали для бывшего первого секретаря большим ударом. Прожив на пенсии совсем немного, он вскоре умер он инфаркта.

Для Ларисы это тоже стало ударом, но совсем по другим причинам. Всю жизнь с Юрием Николаевичем она привыкла считать себя главой семьи, не потому что много зарабатывала или еще по каким-то объективным причинам, а просто потому что была дочерью своего могущественного отца. При каждом удобном случае, она напоминала мужу, кто ее отец. И какие проблемы могут у него быть, если она пожалуется первому секретарю.

Теперь жаловаться некому. Юрий Николаевич стал не только процветающим бизнесменом, но и хозяином в доме, а она никому не нужной домохозяйкой, вещью при муже.

Подправленная психика Ларисы после таких тяжелых травм, снова стала давать сбои. Приступы депрессии становились все чаще, дольше и тяжелее. Она лежала на диване уже не днями, а неделями, ни с кем не общаясь, ни на кого не обращая внимания, полностью закрываясь в себе от окружающего незнакомого и непонятного нового мира.

Единственный, кто хоть как-то мог на нее подействовать был Димка. Сын стал уже достаточно взрослым, чтобы понимать, с матерью что-то не то, но отношения у них оставались близкими и доверительными, в отличие от отношений с мужем.

К счастью, коттедж, где жила семья Грищенко, был достаточно большой, чтобы они могли не встречаться неделями.

 

Через некоторое время в коттедже Юрия Николаевича раздался телефонный звонок. Жена сняла трубку. Тихий женский голос попросил Ларису, и когда та подтвердила, что она у телефона, женщина тем же тихим голосом сказала, что у мужа уже давно есть любовница и назвала адрес квартиры, где они встречаются.

Лариса, будучи женщиной небедной, могла позволить себе нанять человека, чтобы проверить полученную информацию. И вскоре – все подтвердилось.

Лариса сразу вышла из своей хронической депрессии и впала в настоящую истерику. Она кричала, визжала, била посуду, рвала на себе волосы, каталась по полу. Картина была удручающая.

Юрий Николаевич не стал спорить, или отпираться, а просто ушел, громко хлопнув дверью. Наверное, это было его ошибкой. Когда утром он вернулся домой, около коттеджа стояла машина скорой помощи.

Ночью, после его ухода, Лариса выпила три упаковки сильнодействующего снотворного и оставила записку, в которой обвиняла мужа во всех грехах не только на самом деле произошедших, но и придуманных ее больным воображением.

До приезда милиции Юрию Николаевичу удалось выкупить у врачей предсмертную записку Ларисы. После чего они написали безобидный отчет, и все списали на психологическое состояние покойной.

Правда, сын так и не простил его. После похорон Димка заявил, что во всем виноват Юрий Николаевич, и он его больше не желает знать, но деться ему пока было некуда, и он остался жить дома.

 

Через положенный по правилам приличия срок Юрий Николаевич женился на бывшей любовнице Вере – манекенщице на пенсии. Не потому что беспредельно любил, а просто с ней было удобно выходить в свет. Эффектная женщина, она умела красиво себя подать. Это были необходимые составляющие для жены преуспевающего банкира.

Довольно долго Юрий Николаевич был уверен, что мозгов у молодой жены немного. Но в последнее время, присмотревшись к Вере, пришел к выводу, что ума было мало у него. Его настойчиво преследовала мысль, что женский голос, позвонивший Ларисе, принадлежал именно Вере, но доказать это уже было невозможно.

Он старался не думать об этом обстоятельстве, которое унижало его мужское самолюбие и приводило к печальному выводу, что все произошло так, как задумала Вера, а он был всего лишь марионеткой в ее наманикюренных коготках.

Вскоре Юрий Николаевич отправил Димку учиться в Англию, и они практически не общались. Недавно сын позвонил, что подыскал себе хорошую работу и после окончания учебы назад не вернется, а через несколько лет вернет деньги, затраченные на обучение. Больше он ничем не обязан Юрию Николаевичу. Видимо, Димка так и не простил его. Сначала эта мысль жестко жгла отцовское сердце, потом боль стала привычной. Под водопадом происходящих событий, она постепенно притупилась.

 

Площадь перед «Техбанком»

сейчас

 

Вдруг, неожиданно для самого себя, Юрий Николаевич решил пригласить ее в ресторан. Пожалуй, компания ему сегодня не помещает.

Ольга внимательно посмотрела на хозяина «Мерседеса» и вдруг очень четко услышала голос Марго, который знакомо произнес: «Он будет носить очки».

Странно, но Ольге понравилось его предложение, да и приглашающий не выглядел бандитом, хоть и на «Мерсе». Вполне приятный, интеллигентного вида мужчина, а главное, в очках. Современная, образованная женщины, к тому же врач, она безоглядно верила в гадание еще и потому, что ей хотелось в него верить, ведь в ее годы жизнь только начинается, а главное – у нее есть Женька, которая должна быть более счастливой.

Решившись, Ольга кивнула головой, и они направились к машине.

«Мерседес» двинулся в сторону бора.

М-да, решил Юрий Николаевич, разговорчивой и кокетливой ее никак не назовешь.

«Мерседес» мягко затормозил на закрытой стоянке, и они вошли в прохладный затемненный холл.

Он проводил их в отдельный кабинет.

Банкир понял, что она ему не поверила, но решил не давать повода углубиться в дальнейшие расспросы, поэтому пропустил комментарий мимо ушей и предпочел взять инициативу в свои руки, задавая многочисленные вопросы своей немногословной собеседнице. Вскоре он сделал вывод, что Ольга легко и спокойно разговаривает на любые темы. Нельзя касаться только ее бывшего мужа. Что-то там было не так, но Юрий Николаевич не стал настаивать. Нет, так нет, ее право.

Они очень мило провели время, когда уже к концу обеда зазвонил мобильник. Звонил, вернувшийся из гаража Шурика, Максим.

Юрий Николаевич подвез Ольгу до дома, на всякий случай, взял ее телефон, хотя на самом деле, звонить не собирался. Ему надо было спешить. Дела опять захватили в свои железные объятия.

 

Кабинет Ю.Н. Грищенко

 

Хотя он и верил Марго, что лично ему ничего не угрожает, но все могут ошибаться время от времени. Максим неопределенно пожал плечами, пожалуй, свои предположения он лучше оставит при себе.

 

Марго недовольно подняла голову от компьютера. Ей нравилось заниматься своим делом. В данном случае, она работала над составлением программы по защите банковских счетов от несанкционированного доступа.

Понять выражение лица Максима было сложно. Затемненные очки надежно скрывали глаза. «И что он в помещении таскает эти дурацкие очки?» – раздраженно подумала Марго.

Он был доволен, получилось очень удачно – спихнуть идею на начальство и не выглядеть полным идиотом перед этой гадалкой.

Она точно знала, что Максим абсолютно не верит во все это.

Она терпеть не могла гадать людям, которые не верили в ее способности хотя бы чуть-чуть. В такие моменты ей было трудно сконцентрироваться, она начинала сбиваться, нервничать и часто ошибалась.

Буквально через несколько минут Максим поставил перед ней пакет кофе в зернах и кофемолку со словами:

Марго задумалась. Вопрос был правильный. Она еще ни разу не сталкивалась с такими ситуациями, чтобы ее спрашивали о мыслях покойников.

Она попыталась посмотреть на Максима, но, наткнувшись взглядом на затемненные очки, опять опустила глаза.

Не хочет в глаза смотреть, ну и не надо, тогда она на него тоже смотреть не будет, решила про себя Марго.

Она помолола кофе, засыпала в чашку, включила электрочайник и сказала:

Марго, не глядя, отставила в сторону чашку. Какое может быть будущее у трупа? Глядя на блюдце, она вдруг поняла, о ком идет речь.

Марго снова увидела силуэт машины с гранатой под дном. Но это все уже известно. Надо попытаться рассмотреть что-то новое…

Ну вот, удалось. Два человека сидят в машине, курят, наверное, беседуют. Один виден плохо, а вот второй – большой, квадратный. А около этого квадратного… граната? Все правильно! Марго вздрогнула и уверенно сказала:

Неожиданно на Марго опять снизошло озарение, которое почему-то довольно часто стало посещать ее именно в последнее время. Она увидела Шурика, беседующего с мужчиной. Почему-то Марго чувствовала, что это был чеченец. Шурик взял деньги, много денег за свои услуги наемного убийцы. Потом взрыв около ее дома. Затем она увидела Шурика около телефонной трубки. «Жадность фраера сгубила», - пробормотала Марго и начала рассказывать вслух, что она смогла увидеть. Дальше снова был Шурик в гараже с двумя мужчинами и несколькими бутылками. Потом силуэт лежащего громилы с каким-то туманом вокруг.

Марго решила, что это был газ в гараже, которым Шурик и отравился.

Вот здесь Марго позволила себе обидеться:

С этими словами Максим покинул ее кабинет.

Хоть так отвести душу, мелочь, а приятно. Этот мужик ей совсем не нравился. Только Марго успела подумать, что, надо было отправить его мыть посуду, как объект собственной персоной, вновь объявился на пороге.

Она долго и напряженно всматривалась в разводы, крутила блюдце во все стороны и наконец сказала:

Максим схватил у нее со стола посуду и молча вышел. Довольная Марго прикрыла глаза, как человек, завершивший трудное или опасное дело.

 

Снова коттедж Шамиля,

недалеко от областного центра

несколько дней спустя

 

Идиллическая картинка «Завтрак на траве» с шашлыками, кажется, продолжалась непрерывно.

 

Новая квартира Марго

 

Марго сидела, поджав ноги, на громадном белом диване в гостиной, смотрела телевизор и жевала бутерброд.

Жизнь теперь казалась ей райской сказкой. Но она знала и то, что предчувствия обманывают ее редко, а предчувствие опасности в последнее время не отпускало вообще. Поэтому, находясь в ожидании черной полосы, морально готовила себя к приближающимся неизвестным проблемам.

К тому же Наташа, почему-то стала испытывать к ней доверие и, не стесняясь, изливала свои проблемы.

Марго не впервой становиться жилеткой. Все это можно выслушать и забыть, как она обычно и делала. Но в череде проблем, какие естественны у молодой, красивой и одинокой женщины, имелась одна, которая не позволяла Марго просто выслушать и забыть.

В последнее время за Наташей начал усиленно ухаживать какой-то тип. Вначале она даже обрадовалась. Парень вроде был не бедный, красиво ухаживал, пару раз приглашал в ресторан, но потом что-то в его поведении Наташе не понравилось.

Точнее, ей не понравилось, что ухажер стал делать туманные намеки по поводу банка, пытался выспрашивать, выяснять и вынюхивать.

Она его бортанула. Это не помогло. Мужик начал преследовать ее по полной программе – отлавливал около банка, приезжал или звонил ночью домой, говорил, как он ее любит. Наташа его не пускала, но жила-то она одна, поэтому изрядно струхнула и пожаловалась Марго.

По окончании сложного мыслительного процесса, Марго все-таки решила капнуть на мозги Максиму. В конце концов, он – служба безопасности, вот пусть и защищает сотрудников. Так ему и надо, а у нее, Марго, и своих проблем предостаточно. В последние дни ее не раз посещала мысль разойтись с мужем. Надо бы завтра узнать у юристов, как это делается, а потом попробовать отловить Толика трезвым. Пора окончательно с ним завязывать.

 

И все-таки утро Марго начала с решения не своих, а чужих проблем и пошла в службу безопасности. Дверь оказалась мало того, что металлическая, но и закрытая на какой-то хитрый замок. Марго постучала, вначале скромно и тихо, а потом, поняв, что ее не слышат, как следует, долбанула кулаком в дверь.

Буквально через несколько секунд дверь открылась. На пороге собственной персоной стоял Максим в своих вечных, темных очках, которые она так не любила.

Марго попыталась заглянуть ему через плечо. Хотелось поговорить с ним один на один.

Он посторонился, пропуская ее внутрь. Марго оказалась в небольшом предбаннике. Через приоткрытую дверь виднелась следующая комната.

Максим закрыл за ней дверь, а Марго, сразу же решив, что не стоит пытаться пройти в дальнюю комнату, села в кресло и спросила:

Максим отрицательно покачал головой.

Однако, Максим задумался. Он проверил то, что сказала ему недавно Марго. Все было очень близко к истине, особенно, если считать букву Ш первой буквой имени Шамиль. А именно таково имя одного чеченского авторитета, с которым у Грищенко последнее время были серьезные проблемы.

Может за Наташей ухлестывает один из его людей? Тогда девчонка действительно в опасности. Наверное, гадалка права и по поводу прослушки, во всяком случае, стоит попробовать.

Марго, не говоря ни слова, ждала. Интуиция подсказывала ей, что он склоняется к положительному ответу, и боялась каким-то словом качнуть чашу весов в другую сторону.

Марго вышла из его кабинета, огляделась и почти бегом направилась к себе. Ей не хотелось, чтобы ее здесь кто-то видел. Если бы ее спросили почему, она не смогла бы сформулировать причину. Скорее, это было какое-то неосознанное чувство, связанное с грозящей опасностью. Максим и опасность – это две точки, для завершения грозного треугольника не хватает третьей – ее самой.

 

Зайдя в свой кабинет, Марго оставила дверь приоткрытой и стала терпеливо наблюдать за коридором. Ждать пришлось довольно долго.

Наконец, часа через два, мимо ее двери проплыла Наташа. Именно проплыла. Она знала, что выглядит эффектно, поэтому подавала себя соответственно – смотрите, завидуйте и любуйтесь.

Марго моментально рванула со своего места и бросилась к сумке, висевшей на ручке Наташиного кресла. Быстро найдя небольшую связку ключей в маленьком боковом кармашке, она выскочила из приемной и бросилась к телефону. Был уже почти полдень, действовать надо быстро, а то и до конца рабочего дня уже недалеко.

Максим пришел почти сразу, сунул связку ключей в карман и, сказав, что вернет через час, ушел.

 

Наташина квартира

 

Стандартная панельная девятиэтажка. Некоторое время Максим сидел в машине. На всякий случай стоило присмотреться. Если это и вправду человек Шамиля, то за домом могут присматривать. Но вскоре убедился, что все тихо и зашел в подъезд.

Выбор ключей невелик – всего три, так что ошибиться было сложно, поэтому Максим открыл дверь квартиры с первой же попытки.

Квартирка однокомнатная, нешикарная, но уютная. Максим четко и профессионально проверил все места, где могли находиться прослушивающие устройства, убедился, что их нет и только затем осмотрелся – на журнальном столике около дивана телефон. Несколько несложных, стандартных манипуляций и передатчик установлен.

Он подошел к балконной двери, выглянул на улицу. Балкон не застеклен и было видно, что Наташа использует его, просто как свалку ненужных вещей. Под обеденным столом он также быстро пристроил еще одного «жучка» и вышел из квартиры.

Еще отмыкая квартиру, Максим заметил, что электросчетчики на лестничной клетке висят в раздолбанном, не закрывающемся шкафу, поэтому пристроить туда миниатюрную коробочку усилителя не составило никакого труда.

Меньше, чем через час он возвратился в банк и отдал ключи.

Марго добежала до приемной, не заходя внутрь, положила ключи около входа и оставила свою дверь приоткрытой. Вскоре она услышала, как кто-то сказал:

Дело было сделано. Вечером Марго со спокойной совестью возвратилась домой.

Всю ночь в технической комнате службы безопасности банка шла запись того, что происходило в Наташиной квартире.

 

Утро Максим начал с того, что внимательно прослушал пленку. Несколько звонков от приятельниц – ничего не значащий треп, запись какого-то музыкального канала. Максим уже включил ускоренную перемотку…

Видимо, звонок раздался уже ночью. Наташа говорила Марго чистую правду. Мужской голос уговаривал, увещевал, даже угрожал. Монолог закончился тем, что Наташа бросила трубку.

В голосе не очень отчетливо, но все-таки слышался легкий кавказский акцент. Да, плохи у девчонки дела, решил Максим. Похоже, это действительно кто-то из людей Шамиля.

Вечером он решил подежурить около Наташиного дома, вдруг, удастся что-нибудь интересное увидеть. А пока выключил запись. Все равно Наташа целый день будет на работе.

Всего через несколько часов Максим понял, какую допустил ошибку, но было уже поздно.

 

Наташа весь день чувствовала себя выбитой из колеи после ночного звонка. Этот козел начал уже угрожать ей!

Она провожала глазами всех, проходящих через приемную, и прикидывала к кому из мужчин стоит обратиться со своей проблемой. Своих приятелей она просить не хотела, молодые парни – студенты, в общем, мелочевка всякая. Потанцевать, съездить позагорать, искупаться, это всегда, пожалуйста, а если что-то серьезное…

Но до конца дня Наташа так и не решила, от кого можно получить конкретную помощь и в расстроенном состоянии поехала домой. В придачу ко всем ее неприятностям сломался замок в двери.

«Слава богу», - пробормотала Наташа, когда ей удалось после длительных ковыряний в замке, хотя бы войти в квартиру. Пришлось закрывать дверь на цепочку и придвинуть к ней стул. До завтра продержится, а утром она вызовет слесаря, и тот все починит.

Наташа уже хотела позвонить Марго и предупредить ее, что завтра она задержится, как в дверь кто-то позвонил. Наташа притихла. Ей вспомнился ночной звонок настырного ухажера, и она почувствовала, как по спине поползла холодная и липкая струйка пота.

Максим видел, как к дому подъехала «БМВ», и в Наташин подъезд развязной походкой вошел молодой чеченец.

Любому обычному прохожему этот парень никогда не показался бы кавказцем – светлые глаза, русые волосы. Но Максим мог отличить чеченца даже в темноте. Жизненный опыт научил его этому, и он включил прослушку.

 

Звонок продолжал звонить и звонить. Послышался голос:

Наконец, незваный гость резко дернул за ручку, и ей все стало ясно.

«Ведь это он, наверное, и сделал!» - запоздало мелькнула в голове Наташи страшная мысль.

Максим на слух так и не смог определить, как чеченец сумел открыть дверь, но в приемнике через секунду звучали уже два голоса.

Максим усмехнулся, интересно, что он там притащил?

Все встало на свои места. Теперь ясно, как этот хмырь вошел к ней, все было подготовлено еще днем.

Максим понял, что ситуация для Наташи становится угрожающей и требуется его вмешательство. Он вышел из машины, поэтому не слышал продолжения разговора. А лифт, как назло, никак не шел.

И тут до Максима дошло, чеченец заблокировал лифт на седьмом этаже, значит, собирался вот-вот вернуться! Максим побежал вверх, перепрыгивая через три ступеньки.

 

Лето стояло жаркое, поэтому, дверь на балкон была открыта. Ему ничего не стоило вытащить худенькую Наташу на балкон и перегнуть через парапет. Она не могла даже кричать, так как чеченец крепко перехватил ей горло.

Единственное, что Наташа смогла сделать, это – вцепиться длинными ногтями в физиономию убийцы. Он ударил ее по лицу и зашипел:

Он окончательно перевалил ее через парапет балкона и отпустил.

 

Сквозь разбитые стекла лестничной клетки Максим услышал ее истошный крик, понял, что опоздал и остановился. Услышав, как тронулся лифт, Максим бросился вниз.

На каком-то из этажей, дорогу ему преградила мамаша с коляской. Эти несколько секунд решили все.

Выбежав из подъезда, Максим увидел только задние фонари удаляющейся машины и собирающуюся у тела толпу. Конечно, он запомнил номер машины, но Наташу это уже не вернет.

У Максима еще было несколько минут, до приезда милиции, чтобы забрать свои прослушивающие устройства. Уже, не спеша, он поднялся на лифте на седьмой этаж. Собрал «жучки» в карман, протер телефон и стол носовым платком и вышел из осиротевшей нежилой квартиры.

Спускался вниз он пешком, чтобы не столкнуться с милицией. И так было ясно, что толку от них не будет. Слишком уж крепко тут все повязаны. Придется действовать своими силами.

Максим вышел из подъезда, как раз в тот момент, когда тело Наташи загружали в скорую помощь. Он глянул на накрытые простыней носилки. На том месте, где должна быть голова, расплывалось большое кровавое пятно.

Максим поморщился. Конечно, это далеко не первая смерть, которую он видел в своей жизни. Но, пожалуй, первая, такая бессмысленная и жестокая. Наташа была абсолютно безобидным существом, наверное, никогда и никому не сделавшим ничего плохого. Максим задумчиво пожал плечами. Зачем им эта ненужная смерть?

Пока он шел к своей машине, в голове возникла только одна идея – все было сделано, чтобы запугать Грищенко. Если мы не остановились перед убийством безобидной девчонки, то уж тебя-то…

Максим плюхнулся на сиденье, громко хлопнул дверцей, и достал мобильник. Услышав голос банкира, тихо сказал:

 

 

Военная разведка не ошибается, особенно, в таких случаях. Донесение гласило, что несколько боевиков, находящихся в федеральном розыске, сейчас мило проводят время в одном из частных домов пригорода Грозного.

Несколько человек из отряда спецназа под командованием майора Сергея Григорьева сделали все чисто. Боевики, практически, не успели оказать никакого сопротивления. Там же оказались еще три женщины – снайперши.

То, что это снайперши, Сергей был уверен на сто процентов. Он сам потом осмотрел тела и видел характерные потертости на плечах и специфические мозоли на руках.

Среди спецназовцев потерь не было. Все прошло на редкость удачно. Сергею потом даже объявили благодарность.

Кто же мог тогда предположить, что пройдет всего лишь несколько месяцев, и это все будет представлено уже, как жестокое предумышленное убийство мирных жителей, принадлежащих к одному тейпу, а на суде выступит их родственник, местный начальник, поддерживающий федералов? От Сергея немедленно открестится все начальство, ведь на войне редко отдаются письменные приказы.

Перед глазами снова всплыл зал суда, лицо судьи, зачитывающего приговор…

Сергей проснулся. Светящийся циферблат часов показывал три тридцать. Ему понадобилось некоторое время, сообразить, что он уже не в Чечне и не в колонии, а на свободе, правда, свободе относительной, в небольшом областном центре. Он дотянулся до пачки сигарет на тумбочке и закурил. Спать уже не хотелось.

Вначале Сергей часто видел этот сон. Снова и снова его группа врывалась в частный дом, снова и снова видел трупы боевиков. А просыпаясь, он пытался сообразить что же произошло потом, но так и не находил ответа.

Последнее время сон уже не преследовал его. Только вот сегодня ночью он снова почему-то вновь оказался там. Сергей, конечно, догадывался, что послужило причиной этого.

Пора заняться, наконец, делом, ради которого он сюда приехал. Внутренний голос подсказывал ему, что собственная цель и цель того, кто его сюда отправил, до определенной черты совпадают. Похоже, они хотят избавиться от одного и того же человека. Ну что же, тем лучше, а потом?

Завтра стоит поехать и взглянуть на него, чтобы убедиться лично. В таком деле он не имеет права на ошибку.

 

 

Марго сидела в кресле, слегка запрокинув голову, и пытаясь сдержать слезы. Она себя знала и была уверена, что если заревет, то это будет всерьез и надолго. Ей искренне жаль Наташу. Какая страшная смерть. Марго поежилась и подумала, наверное, сейчас Юрий Николаевич и Максим, обсуждают свои дальнейшие действия. Скорее всего, решат, что надо усилить охрану.

Сегодня Марго несколько изменила свое отношение к Максиму. Она видела, что он искренне переживает из-за смерти Наташи. И очень хочет найти того, кто это сделал, а она готова помочь ему в этом.

 

Аслан был доволен. Ахмед оценил его рвение. Даже расцарапанная этой дурой физиономия не портила настроения. Теперь к нему будут относиться серьезно, а то надоело быть мальчиком на побегушках. Ему все-таки уже двадцать три года.

Сегодня он в числе избранных идет с Ахмедом ужинать к Шамилю, правда пока не домой, а в принадлежащий ему ресторан, но Аслан был уверен, что удастся произвести хорошее впечатление, и ему вскоре поручат нечто более серьезное, чем ухаживать, а потом убирать глупых телок.

 

Вечером к ресторану в центре города съезжалось много крутых иномарок. Шамиль решил пригласить не только своих, но и часть местного начальства, с которым у него были общие дела. Как хозяин, Шамиль подъехал первым, чтобы встречать гостей.

Шофер открыл дверцу, и он гордо вышел из джипа. Заложив руки в карманы, осмотрел фасад и решил, что выглядит он как-то простенько, пожалуй, пора сделать косметический ремонт.

Шамиль уже хотел войти внутрь, как почувствовал на себе чей-то взгляд. Он огляделся, ничего подозрительного не заметил, но на душе стало тревожно.

Он знал, конечно, что у него, как и у всех, есть враги, однако, до последнего времени ему не только удавалось от них успешно защищаться, но чаще самому наносить упреждающий удар. А вообще Шамиль надеялся, что большинство его врагов уже мертвые, а это – самые лучшие враги.

Но этот мертвым не был, во всяком случае, пока. И что это был враг сомнения не вызывало. Шамиль просто кожей чувствовал исходящую от него ненависть. Чеченец снова нервно оглянулся по сторонам.

Пожалуй, сейчас он уже почувствовал себя добычей. Охотника нигде не было видно. Шамиль вытер носовым платком внезапно вспотевшие ладони и вошел в здание походкой, в которой заметно поубавилось прыти и самоуверенности.

 

Максим приоткрыл тонированное стекло машины и щелчком отправил сигарету в урну. Рожа Шамиля оказалась ему знакома, даже очень хорошо знакома. Пожалуй, стоило посидеть и понаблюдать здесь еще немного. Возможно, удастся увидеть еще каких-то знакомых.

Вскоре начали съезжаться люди Шамиля, и надежда Максима увидеть кого-то из знакомых оправдалась. Совсем недалеко от него остановилась «БМВ», и из нее развязной походкой вышел парень со следами женских ногтей на физиономии. Наташиных ногтей, понял Максим. Это был тот самый парень, которого он вчера видел входящим в подъезд, где она жила, но, к сожалению, не успел застать выходящим.

По всему видно, что это был законченный отморозок, которому ничего не стоит грохнуть собственного отца, если за это хорошо заплатят. Про себя Максим решил, что этому типу не стоит жить слишком долго, так будет лучше для всех.

Проводив глазами гостей, среди которых было много известных в городе лиц и, убедившись, что все прибыли, он решил вернуться в банк, проверить по компьютеру, за кем числится «БМВ». Максим хотел сделать это еще утром, но слишком много всего свалилось, и он попросту закрутился.

Когда подъехал к банку, было уже совсем поздно. По идее, там никого не должно быть, однако, окно, соседствующее с кабинетом Грищенко, было приоткрыто.

Максим решил, что гадалка, находясь в расстроенных чувствах, просто забыла перед уходом закрыть окно. Он позвонил в дверь служебного входа. Войдя, сразу же взял запасной ключ и пошел наверх. В связи с последними событиями не стоило оставлять открытыми на ночь окна, даже если они достаточно высоко.

 

Марго не хотелось идти домой. Ее там никто не ждал, настроение было препаршивое, на душе лежал огромный камень, а программа никак не получалась. Она глубоко задумалась и не слышала приближающихся шагов. Дверь неожиданно открылась, и Марго даже вскрикнула от неожиданности. На пороге стоял Максим.

Марго посмотрела на часы. Стрелки были в районе десяти часов.

Марго согласно кивнула. Ей предоставлялась прекрасная возможность выяснить детали не только всего произошедшего с Наташей, но и прибавить к этому то, что он выяснил сегодня.

Максим в своем кабинете без проблем влез в компьютерную базу ГИБДД. Через пять минут у него были все нужные данные. Оставалось только навестить убийцу. Что он и собирался сделать сегодня ночью.

Марго уже закрывала дверь кабинета, когда Максим снова поднялся к ней, и они вместе спустились к машине.

Уже там Марго попыталась получить ответы на интересующие ее вопросы.

М-да, в многословии Максима обвинить было трудно.

Максим оборвал предложение, замолчав, а Марго обратила внимание на слово «пока» и тоже промолчала. Вот уж в этом она ему точно мешать не станет. Они подъехали к ее дому. Марго решила выглядеть гостеприимной хозяйкой и предложила зайти выпить чаю.

Максим знал, что ему несколько часов придется где-то прокантоваться, ожидая, пока закончится вечеринка в ресторане, поэтому охотно согласился.

 

 

Аслан в приподнятом настроении возвращался домой. Все прошло хорошо. Шамиль пообещал, что скоро займет его серьезным делом. А где серьезные дела, там и серьезные деньги. Будущее рисовалось Аслану в самом розовом свете.

В подъезде какой-то гад вывернул все лампочки и приходилось подниматься почти в полной темноте, ощупывая ногой каждую ступеньку, чтобы к расцарапанной этой сучкой физиономии не добавить еще и перелома.

Наконец, Аслан добрался до своей квартиры и стал пытаться попасть ключом в замок. Он так и не понял, в какой момент почувствовал, что сзади него, совсем близко кто-то стоит. Ключ уже был в замке.

Стоявший сзади, одной рукой схватил Аслана за шиворот, второй повернул ключ и буквально забросил его в квартиру. Дверь мягко захлопнулась.

Аслан, испугавшись в первый момент, затем решил показать, кто в доме хозяин.

У молодого чеченца возникло смутное ощущение, что он где-то видел этого человека, но никак не мог сообразить где. Это нервировало. Ему было безумно страшно. Одно дело убивать самому, когда сила на твоей стороне и совсем другое, когда не знаешь, что тебя самого ждет через минуту. Он попятился и задом вполз в комнату.

У Аслана мелькнула мысль, что, может быть, это еще не конец. Может, это Шамиль устраивает ему проверку, чтобы быть уверенным в его мужественности и личной преданности, поэтому он запальчиво ответил:

Молниеносным приемом он уложил Аслана на пол лицом вниз и скрутил руки скотчем, а затем пинком ноги перевернул его на спину.

Аслан завизжал тонко и жалобно, как молочный поросенок.

Чеченец усиленно закивал головой.

Неожиданно взгляд Аслана привлекли руки незнакомца, странные они какие-то. Он присмотрелся повнимательнее и понял – это тонкие резиновые перчатки. Такая деталь привела Аслана к выводу, что шансов выжить, у него практически нет.

Аслан всхлипнул, кивнул головой и прошептал:

В этот момент чеченец его вспомнил. Когда он уже выполнил задание и выезжал со двора, этот мужик выскочил из Наташкиного подъезда, он видел его в зеркало заднего обзора.

Вскоре, Максим, чисто вымыв перед уходом пепельницу, уже покидал квартиру. В кармане у него была запись разговора с покойным Асланом.

Хозяин квартиры лежал на диване, уставившись невидящим взглядом в потолок. Рукав выше локтя был закатан, рядом валялся резиновый жгут и шприц. Что можно взять с наркомана?

 

Утром, два человека получили одинаковые кассеты, содержащие очищенный от наводящих вопросов и некоторых деталей, рассказ Аслана. Отреагировали они по-разному.

Шамиль был подавлен. Он понял, что враг, взгляд которого он теперь уже постоянно чувствовал на себе, сегодня уже начал активно действовать.

Руслан был взбешен. Вообще-то говоря, когда убили Ису, он решил не конфликтовать с Шамилем, и в последнее время они мирно сосуществовали, но кассета в корне меняла ситуацию. Такие вещи настоящий чеченец не прощает никогда.

Руслан снял трубку и сделал первый звонок ближайшему помощнику с приказом собрать своих. Второй звонок был на родину, в Чечню. Ему надо срочно навести некоторые справки.

 

«Техбанк» утро

 

Марго добровольно вызвалась выполнять обязанности секретаря до тех пор, пока Юрий Николаевич не подберет кого-нибудь.

Сегодня должны были состояться Наташины похороны, поэтому сотрудники вели себя непривычно тихо.

Неожиданно в приемную вплыла Вера в роскошном черном платье. За время пока Марго не имела счастья ее видеть, жена банкира стала не только платиновой блондинкой, но и постригла свою роскошную гриву. Теперь волосы, тщательно уложенные парикмахером, не доходили ей даже до плеч.

Марго равнодушно посмотрела на Веру и про себя решила, что на похороны та идет исключительно, показать себя, а по-хорошему ей там делать совершенно нечего.

Смерив Марго презрительным взглядом, Вера попыталась пройти в кабинет, но на ее пути уже была не Наташа.

Марго поднялась со своего места, преградила ей дорогу и холодно сказала:

Вера онемела от неожиданности и воззрилась на Марго со всем презрением, на которое только была способна. Через несколько секунд она пришла в себя и вновь обрела дар речи.

Марго глазами показала ей на телефон и ехидно спросила:

Рот Веры от неожиданности открылся, но она не нашлась, что сказать в ответ и просто остолбенела от ярости. Марго сняла трубку и совершенно спокойным голосом, будто бы ничего не произошло, предупредила:

Вере ничего не оставалось, как присесть и испепелять взглядом новоявленную секретаршу. Если бы это было в ее силах, то от Марго уже осталась бы горсть пепла и никаких воспоминаний. «Надо сказать Юре, чтобы он завтра же выгнал эту нахалку», - подумала она, внезапно успокаиваясь.

После похорон Юрию Николаевичу не хотелось возвращаться в банк, а ехать домой еще меньше. По пути на кладбище Вера не только доставала его идиотскими вопросами по поводу своей новой прически, но и жаловалась на угрозы по телефону. Разговор о наглой секретарше она благоразумно оставила до вечера. Вокруг их коттеджа была достаточно высокая стена с видеокамерами наружного наблюдения и охраной на входе. Саму Веру всюду сопровождал шофер, он же охранник, за исключением тех моментов, когда она сама хотела поехать куда-то одна.

Юрий Николаевич решил, что это скорее всего-навсего очередная попытка привлечь к себе его неотвратимо угасающее внимание. За те несколько лет, что они прожили вместе, Вера надоела ему до поросячьего визга своими идиотскими капризами и непомерными амбициями. Юрий Николаевич не разводился с ней только потому, что наличие красивой жены поддерживало его статус и ограждало от женской агрессии извне.

Неожиданно захотелось встретиться с Ольгой. Это желание накатило теплой волной и сразу улучшило настроение. Он набрал номер.

Банкир повесил трубку и решил подъехать к дому Ольги, чтобы подождать ее там.

 

Ольга шла домой с увесистой сумкой. Теперь она могла позволить себе покупать Женьке любые вкусные вещи. Первое время она боялась касаться тех денег на счете. Вдруг придут из милиции и все конфискуют? Но время шло. Никаких слухов о крупных грабежах ни в газетах, ни по телевизору не было. Она успокоилась и через несколько дней, стесняясь даже самого банкомата, сняла первые деньги, совсем немного.

Но, как говорится, к хорошему привыкаешь быстро. Вскоре Ольга, посоветовавшись в банке, уже разложила деньги по нескольким счетам и стала постоянно пользоваться текущим счетом. Уже подходя к дому, она увидела невдалеке от своего подъезда знакомый дымчатый «Мерседес».

Вначале Ольга ждала от него звонка, но прошло несколько дней, а Юрий так и не позвонил. Она решила, что это был просто каприз богатого человека, решившего загладить вину перед бедной Золушкой, и поставила на их внезапной встрече большой и жирный крест.

Выходит, она ошибалась. Увидев Ольгу, Юрий Николаевич выбрался из машины и подошел к ней.

Ольга протянула сумку и пробормотала:

Они поднялись в квартиру. Ольга открыла дверь и навстречу ей выбежала девочка лет двенадцати.

Весь остаток дня Юрий Николаевич провел на маленькой кухне в компании Ольги и Женьки. Впервые за много лет он чувствовал себя удивительно спокойно и комфортно, наверное, потому, что точно знал - этим от него ничего не надо.

Скорее ему, банкиру, очень богатому человеку, надо от них набраться спокойствия и семейного тепла, которого у него не было никогда.

Только один момент Юрий Николаевич, почувствовал, как Ольга напряглась, когда Женька упомянула, что папа уехал от них несколько лет назад, и она его больше не видела.

Он понял, что эта тема неприятна для нее, перевел разговор на другую тему, а вскоре начал собираться домой.

Теперь Юрий Николаевич был твердо уверен в том, что очень скоро позвонит Ольге, и они еще встретятся не один раз.

 

Приемная столичного кабинета

высокого военного начальника

 

Майор, еще раз сверившись с номером телефона, записанном на небольшом клочке бумаге, снял трубку.

 

«Не нравится мне все это», - пробормотал майор, глядя на замолчавший телефон.

Постучав, он вошел к генералу, пересказал разговор и в заключение выразил свое мнение:

Майор все понял и, сказав: «Есть!», кивнул головой и вышел.

 

Несколько дней спустя

офис Шамиля

 

Шамиль сидел отрешенно, уставившись в стену. Ему было, о чем подумать. С одной стороны все вроде шло хорошо.

Его вариант воздействия на Грищенко, приносил свои плоды. К тому же на место его глупой секретарши, им удалось подыскать девчонку, которую можно постоянно держать на коротком поводке со строгим ошейником.

С другой стороны возникли проблемы там, где Шамиль и не ожидал. Непонятно, что смог разнюхать Руслан, но в последние дни он очень изменился и уже активно уклонялся иметь с Шамилем какие-либо дела. Наверное, что-то замышляет, шакал.

Тут же всплыла другая проблема – кассета. Тот, кто ее послал, все еще никак не проявил себя. Это волновало и нервировало Шамиля. Он понял, если бы пытались шантажировать, тогда все ясно и можно принимать соответствующие меры. Но прислать такую пленку и дальше ничего – это не укладывалось в привычные для него рамки.

Поразмыслив еще некоторое время, Шамиль пришел к выводу, что самую большую опасность для него представляет все-таки владелец кассеты. Конечно здесь, в подмосковном областном центре, он хорошо прикрыт местными органами власти, и с милицией тоже полный ажур, не случайно начальник областного управления ездит на новеньком джипе.

Но существовала еще и федеральная власть, а всех же подряд, за эти чертовы фантики, не купишь. Мысли Шамиля о федеральной власти плавно перетекли в воспоминания о первой войне. Тогда он еще не был крутым авторитетом, а, по сути, состоял на побегушках у одного высокого федерального начальника.

Однажды Шамиль ему помог избавиться от одного майора. Этот олух-майор так и не понял, что он раскопал. Если бы вовремя допер, то сидел бы не он, а тот высокий чин, а Шамиль продолжал прозябать в Чечне, оказывая мелкие услуги очередному федеральному начальнику.

Но случилось так, как случилось. Тот начальник пошел на повышение, и теперь они крепко повязаны общими делами. Прикрытие в Москве железное. Вроде бы, бояться особенно нечего, но Шамиль нутром хищного зверя чувствовал приближение опасности.

Так есть ли у него живые враги? Приходилось признать, что, как минимум, один есть точно. Но он сидит в колонии. А там ли он сейчас?

Шамиль лихорадочно набрал номер.

Шамиль повесил трубку и снова задумался. Не понравился ему этот разговор со своим высоким покровителем. Очень не понравился, особенно тон. Так со старыми друзьями, повязанными кровью, не говорят. Что-то там произошло такое, чего не знал, да и не мог знать Шамиль, сидя в этом городишке.

Теперь сама собой возникала еще одна проблема, которая она затмевала все остальные. Если покровитель решит, что Шамиль в цепочке лишний – ему конец.

Резко зазвонил мобильник. Шамиль вздрогнул и поднес аппарат к уху.

Да, знакома, отметил про себя Шамиль. Этот чертов новый начальник службы безопасности Грищенко, ему совсем не нравился. Предыдущий был приятнее во всех отношениях. С ним всегда можно было договориться. Да вот в Москву взяли этого приятного во всех отношениях.

Шамиль постарался сдержать вздох облегчения. Ну вот, выяснилось. Еще один Шурик – сейчас деньги просить будет. Возможно, этот Савельев окажется еще приятнее предыдущего охранника. Но надо указать ему место, чтобы помнил, кто здесь хозяин.

 

Сказать, что после этого разговора Шамиль был рассержен, это не сказать ничего. Он был взбешен. Какой-то выскочка отдает ему, Шамилю, приказы? Неслыханная наглость!

Шамиль решил было уехать, не дожидаясь приезда Савельева, чтобы все-таки показать, что он хозяин положения, но здравый смысл восторжествовал. Ничего, он подождет. Мудрый человек должен уметь ждать. Горло врага сдавить всегда приятно – и сейчас, и немного погодя. Сейчас получилось так, что случай фартит Савельеву, но это не надолго. И тогда жалкий охранник сильно пожалеет, что вел себя по-хамски. Уже многие пожалели, что недостаточно почтительно относились к Шамилю. Придется проучить и этого выскочку.

Накопившаяся злость требовала срочного выхода. Шамиль вызвал своего телохранителя и обругал его, на чем свет стоит, а затем, с внезапно наступившей легкостью в душе, выгнал вон из кабинета.

Не успела еще захлопнуться дверь за ошалевшим от неожиданности охранником, как он увидел входящего в офис мужчину. Шамиль никогда до этого не видел Савельева. Зачем ему знать всякую мелочь? Но сейчас каким-то необъяснимым чутьем он понял, кто этот человек.

Максим спокойно вошел в кабинет Шамиля, без приглашения, уселся в кресле и закурил, выжидательно глядя на хозяина.

После невольно образовавшейся паузы, Шамиль зло спросил:

Шамиль замолчал так быстро, словно из него выпустили воздух. Слова «взаимовыгодная сделка» грели его спекулянтскую душу.

Шамиль сделал паузу, обдумывая его слова. Если выскочка знает, что это только фантики – дело плохо. А вот если Шамиль сумеет его убедить, что имеет дело с подлинными долларами, сделка может выгореть. Высокие чины берут и не отказываются, с чего бы всякой шелупони артачиться. К тому же он сам предложил услуги.

Максим молча курил, вроде бы обдумывая предложение Шамиля. Затем, метким щелчком отправив окурок в урну, спросил:

Максим согласно кивнул головой и предупредил:

 

Шамиль остался один обдумывать ситуацию. Значит, подлинник кассеты у этого высокомерного мерзавца. Наверное, он и прикончил этого жалкого пса Аслана. Но жизнь какого-то наркомана совершенно не интересовала Шамиля.

Он стал убеждать себя, что Савельев никак не сможет эффективно использовать кассету, поэтому они находятся практически в равном положении. Куда он с ней сунется? В ментовку? Шамиль заулыбался от такой перспективы. УФСБ вряд ли станет иметь дело с каким-то охранником, в распоряжении которого чистой воды уголовная мокруха среднего пошиба. Шамиль все-таки находится на более высокой ступени, чем этот, по сути, мелкий жулик, который собирается обманывать своего шефа. Тут Шамиль подумал, что может в любой момент сдать его УВД или собственному хозяину. И ему впервые, за несколько последних дней стало спокойно и уютно. Он благостно улыбался своим гениальным мыслям.

Пока можно воспользоваться его услугами. На некоторое время. А когда Шамиль доведет свой хитрый план до конца, этот выскочка ему не понадобится вообще. Все и так будет в его руках. Вот тогда и пробьет его час.

Для начала провернуть фантики таким способом будет совсем неплохо. Если кого и поймают на фальшивках, так это будет Савельев, ему и отвечать.

Зазвонил мобильник. Шамиль уже в благостном состоянии взял трубку и услышал:

Шамиль медленно отодвинул аппарат. Этот его враг тоже мертв. Неужели есть кто-то еще? Надо его срочно найти, пока он не подобрался и не нанес удар первым.

 

Офис «Техбанка»

 

Максим уже черт знает, сколько времени шатался по своему кабинету и мучился над вопросом, как бы подъехать со своей проблемой к Марго. Проблема, конечно, была скользкая, но ему позарез нужен хороший программист с задатками хакера и при этом не болтающий ничего лишнего.

Марго была именно такой. Но как ее убедить, что его задумка, не нанесет урона ни банку, ни лично Юрию Николаевичу, к которому она, по вполне понятным причинам, испытывает чувство благодарности и ни за что не станет доставлять ему хоть малейшую неприятность.

 

Марго сидела в приемной и с умным видом смотрела в окно. Находясь здесь, она даже не пыталась писать программу. Это было бесполезно. Все время непрерывно ходят люди, звонки, разговоры то и дело отвлекают.

Правда, сейчас Юрия Николаевича на месте не было, но он в любой момент мог вернуться, так что не стоило и начинать.

Вдруг открылась дверь, и вошел Максим.

Он не мог сказать, как сильно его поджимало время.

После его ухода Марго начала размышлять о том, что ему от нее надо. Максим мало напоминал мужчину ухаживающего за женщиной. Пожалуй, в глубине души, Марго было жаль, что это не так. В конце концов, с мужем она расходится, практически свободная женщина. Теперь, когда все остальное у нее в порядке, время подумать и о личной жизни.

Марго встала из-за стола, подошла к большому зеркалу и внимательно осмотрела себя. За последнее время, видимо, на нервной почве, она похудела. Это можно отнести к положительному факту, решила Марго. Волосы всегда были одним из ее сильных мест – густые, от природы светлые и длинные. Когда она жила с Толиком, было не до волос, и она заплетала их в дурацкую косичку. Сейчас же, Марго работала в солидном месте, и положение обязывало регулярно посещать парикмахера.

Она еще раз окинула себя взглядом. Из зеркала на нее смотрела миловидная, уверенная в себе женщина с длинной, густой шевелюрой и большими, серыми слегка раскосыми глазами.

Марго осталась довольна собой. Нужно только подкраситься, приодеться, и все будет в порядке. Она выдохнула, втянула живот и пошла к своему месту.

 

Максим, как обещал, зашел за ней перед окончанием работы и довез до дома. Марго провела его на кухню, налила кофе и ушла заниматься собой.

Она старалась делать все быстро, но качественно. Осмотрев себя, пришла к выводу, что это ей, пожалуй, удалось, Стараясь держать живот втянутым, она заглянула на кухню и сказала:

Максим курил перед открытым окном, тут же обернулся и произнес хоть и банальность, но она так давно ее не слышала:

Двусмысленность комплимента просто резанула слух. Марго от неожиданности поморгала глазами и уточнила:

 

Уже в ресторане, поговорив для начала ни о чем, Максим все-таки задал интересующий его вопрос:

Марго, слегка обидевшись на то, что пригласил он ее все-таки по делу. Ее женские чары, видимо, не оказали на него желаемого воздействия, как ей сначала показалось, поэтому решила ему не помогать и молча жевала.

Марго молча воззрилась на Максима, переваривая сказанное. Потом спросила:

Марго, конечно, обратила внимание на то, что он сказал: убедить – будто. Если это на самом деле именно то, что ему надо, то получалось – банк никак затронут не будет.

В таком случае, можно попытаться помочь Максиму, но ей не хотелось действовать вслепую – помочь, ради того, чтобы помочь. Марго хотелось знать, в чем, собственно, дело. Она решила проверить, правду ли говорит Максим, самым доступным ей способом.

На самом деле она верила Максиму. Ведь компьютером будет заниматься она, следовательно, в конце концов, все окажется под ее контролем.

Но Марго интуитивно чувствовала – он что-то скрывает, и она должна, нет, просто обязана это выяснить.

Максим замолчал. Наверное, прикидывает, что для него безопаснее, решила Марго. Дать покопаться в его прошлом и будущем и получить ее услуги программиста, или послать ее к черту и поискать кого-то еще.

Наконец, он вздохнул, кивнул головой и сказал:

 

Дома она включила газ под чайником, засыпала в чашку кофе, пробормотала заученные наизусть инструкции. Затем, налила воду в кофе, накрыла блюдцем, подождала, пока чашка остынет до нужной кондиции, и протянула Максиму.

Несмотря на то, что он уже обращался к ее услугам в случае с Шуриком, и тогда все было правильно, он все-таки с сомнением покачал головой, но начал пить.

Марго заглянула в чашку, определяя, когда гуща достигнет нужной консистенции, и в воздухе показала руками, как нужно перевернуть чашку на блюдце. Максим усмехнулся и сделал так, как она показала.

Марго подвинула к себе перевернутую на блюдце чашку. Теперь надо подождать некоторое время, пока гуща стечет по стенкам и образует приемлемые для понимания картинки. Марго почувствовала, как у нее начинают дрожать руки, и сердце быстро-быстро бьется где-то в горле. В комнату неизвестно откуда наплывало фиолетовое облако. Оно вначале было легкой дымкой, потом заметно сгустилось и начало менять очертания.

Вот черт! Последнее время ее почти не посещали эти видения. А сейчас, как назло, кажется, посетили. И вместо того, чтобы показать себя с лучшей, профессиональной стороны, она войдет в ступор.

Чтобы как-то попробовать вывести себя из этого состояния, Марго посмотрела на Максима – опять эти чертовы затемненные очки.

Марго почувствовала, как пол уплывает из-под ног – на нее смотрели те же самые пристальные зеленые глаза из видений, неотступно преследующих ее последнее время. Фиолетовый цвет – цвет мудрости в даосской философии. Она понимала, что удалось проникнуть в самую сокровенную суть событий. Фиолетовое облако быстро рассеивалось. Логическая цепь замкнулась.

 

Вначале Марго почувствовала, что лежит на чем-то мягком, и только потом открыла глаза. Так и есть – лежит на своем красивом белом диване в гостиной.

Было ощущение непреодолимой слабости. Марго впервые в жизни хлопнулась в обморок и таким слабым котенком не чувствовала себя ни разу в жизни. Она поводила глазами по комнате.

Окно приоткрыто, оттуда тянет свежим воздухом. Послышались шаги. Марго отвела глаза от темного неба за окном и посмотрела на дверь, в которую входил со стаканом воды Максим… или Сергей? Марго наморщила лоб и села.

Марго сделала несколько глотков и снова молча уставилась на … объект. Никакого другого слова ей в голову сейчас не приходило.

Марго решила не тянуть резину, а выложить все в лоб:

Несколько секунд он выдерживал ее пристальный взгляд, потом посмотрел в окно и предположил:

Уже перед самой дверью Сергей оглянулся. Марго, нахохлившись, сидела в углу дивана, обхватив себя руками за плечи. Вид у нее был совершенно несчастный и потерянный.

В нем заговорила совесть, а, может и не совесть, а какое-то другое чувство – она же не хотела сделать ему хуже, пыталась проявить заботу. А он вел себя с ней, как последняя свинья.

Сергей вернулся в комнату, сел на диван, обнял Марго за плечи и сказал:

И в этот момент Марго самым пошлым образом разрыдалась.

 

Ресторан Шамиля

приват – комната для VIP – персон

 

Сегодня Шамиль был в хорошем настроении и решил провести вечер в приятной компании с глупой телкой.

Пару дней назад отправил Ахмеда за очередной порцией фантиков, потом он передаст их Савельеву и все закрутится. Кто знает, если этот охранник будет достаточно покладист, можно будет его оставить и потом, когда банк перейдет полностью под его, Шамиля, контроль.

А в том, что это скоро произойдет, он уже почти не сомневался. Ведь сейчас рядом с ним находилась не просто очередная глупая телка. Это была жена банкира Грищенко.

Обработка Веры шла полным ходом. Несмотря на то, что муж у нее был далеко не бедный человек, и она могла купить себе практически все что угодно, эта жадная шлюха не отказывалась и от его «небольших подарков».

Глупая баба, похоже, на полном серьезе, считала, что Шамиль может влюбиться в такую, как она. Даже в блондинку перекрасилась, стараясь больше понравиться. А он всячески поддерживал ее в этом заблуждении.

Сейчас Шамиль усиленно объяснял Вере, что муж ее совсем не ценит, что если бы у него была такая красавица – жена, уж он бы расстарался на всю катушку.

Когда Вера, по глупости, восприняла его слова, как намек на развод с Юрием Николаевичем, ему пришлось сразу же объяснить, что тогда она слишком многого лишиться в материальном плане. Вера тут же прониклась его словами и о разводе больше не заговаривала, хотя от самой идеи не отказалась.

Наставал решающий момент во всей хорошо продуманной комбинации. Если она не клюнет, пиши – пропало, да еще стукнет кому-нибудь. Если откажется, видимо, ее придется сразу убирать. Жаль будет. Не саму безмозглую картинку с журнальной обложки, а потраченных времени и нервов. К тому же придется с нуля начинать другие варианты решения проблемы с упрямым банкиром.

И она вскоре последовала.

Ну, вот и все. В принципе, он сказал все, что хотел сказать. Дальнейшее обсуждение пойдет только в случае ее согласия. Пока существовала единственная проблема – если Вера настолько глупа, что не поймет главной сути, подброшенной им идеи.

Шамиль внимательно наблюдал. Вера задумчиво смотрела в тарелку перед собой. Он не хотел ей мешать обдумывать. Кажется, она все поняла, решил Шамиль и замер в ожидании ответа.

Наконец, после нескольких минут молчания, Вера подняла голову и ослепительно улыбнулась.

Шамиль вздохнул с облегчением. Дело сделано, теперь уже можно обсуждать детали.

Шамиль разлил коньяк, и они выпили за дальнейшее сотрудничество.

 

Элитный ресторан в бору

 

Ольга уже немного начала привыкать к времяпровождению на другом социальном уровне. Вот и сейчас, в том же самом ресторане, куда ее в первый раз пригласил Юрий, она уже не чувствовала себя так скованно, как тогда.

Да и с самим Юрием ей уже было значительно легче и комфортнее.

Внезапно у Юрия Николаевича в кармане зазвонил мобильник. Он посмотрел на дисплей и хотел уже отключить его – звонила Вера, но потом все-таки решил ответить, правда, тут же пожалел об этом.

Наверное, рядом с ней кто-то есть, понял Юрий Николаевич. Он точно знал – так она себя ведет, когда нужно воздействовать на публику, чтобы ей посочувствовали, пожалели.

Ольга догадалась, кто звонил, вздохнула, но улыбнулась:

Юрий Николаевич чувствовал себя очень неудобно и, как большинство мужчин в подобной ситуации, попытался неуклюже оправдываться:

Ольга видела. Что он говорит искренне. Будучи сама добрым человеком, она от всей души сочувствовала Юрию. Он подвез Ольгу, проводил до квартиры, немного помялся на пороге и уже повернулся, чтобы уйти, как Ольга остановился его словами:

Юрий Николаевич вошел в квартиру и захлопнул за собой дверь. Выключенный мобильник он тоже оставил около входной двери. Ниточки, связывающие его с прошлым, обрывались одна за другой.

Квартира Марго

утро

 

Включился будильник в телевизоре, Марго потянулась и открыла один глаз. После хорошо проведенной ночи, она решила, что вопрос с личной жизнью на ближайшее время решен, а там будет видно.

Марго прибавила звук в телевизоре и слегка потрясла за плечо Сергея:

Он открыл глаза и лениво сказал:

Конечно, он был прав. Вечером надо переставить будильник, но сегодня она уже проснулась. Поэтому Марго сползла с постели и направилась в ванную. Зато у нее есть время приготовить приличный завтрак. Последнее время, живя одна, она вообще не завтракала – запивала бутерброд чаем или кофе и вперед. Сегодня ей захотелось чего-то особенного.

 

Только вышли из машины, как у него в кармане зазвонил мобильник.

Максим придержал Марго, чтобы не уходила.

Марго вопросительно смотрела на Максима. Он сунул телефон в карман и заговорил почти шепотом:

Сергей взял ее за локоть и потащил в свой кабинет, чтобы поговорить без свидетелей. В предбаннике он усадил ее в кресло, а сам присел напротив на краешке стола.

Марго озадаченно смотрела на Сергея. Идея была хорошая. Главное теперь – напрячься и быстро сделать программу. А еще им очень помогло, если бы девица не очень разбиралась в компьютерах. Марго хотелось на это надеяться, и она согласно кивнула.

 

Юрий Николаевич, хотя и с некоторым сомнением, но все-таки согласился с начальником службы безопасности. Идея держать под боком человека Шамиля, конечно, имела свои плюсы, но перевесят ли они минусы от пребывания здесь внутреннего врага? В конце концов, Максим убедил его тем, что уволить секретаршу можно в любой момент, если только возникнет такая необходимость.

 

Ирина производила несколько странное впечатление. Шамиль оказался прав – очень симпатичная, и по виду скромная девушка. Но у Максима создалось впечатление, что она все время или находится в сильном нервном напряжении, или боится чего-то.

Время от времени Ирина неожиданно вздрагивала и украдкой оглядывалась по сторонам. Она явно нервничала, но совсем не была похожа на засланного казачка, которого он ожидал увидеть после встречи с Шамилем. Записав все ее данные и пообещав позвонить, когда наведет все необходимые справки, Сергей выпроводил претендентку на улицу.

Что-то тут было не так. Неожиданно, ему пришла в голову совершенно нелепая для серьезного человека мысль – зайти к Марго, чтобы она посоветовалась с потусторонними силами об этой девице. Однако, подумав еще немного, Сергей решил не предпринимать таких несолидных для современного человека мер и пойти обычным путем. Он пододвинул к себе телефон и набрал номер.

 

Офис Шамиля

 

Ирина присела на краешек дивана, прижав к себе сумку. Тихим голосом она передала разговор с начальником службы безопасности банка Савельевым. Втайне она надеялась, что тот ей откажет. Шамиль развалился около нее.

Ирина смотрела на него, как кролик на удава и молчала, испуганно кивая головой. Шамиль покровительственно похлопал ее по плечу, она сжалась и попыталась отодвинуться подальше. Это задело чеченца. Он к ней со всей душой, помог, можно сказать, а она не понимает своего счастья, дура, придется опять воспитывать.

Она дернулась и так же тихо сказала:

Зазвонил мобильник. Это был Ахмед. Шамиль хотел поговорить с ним без свидетелей, поэтому он жестом отпустил Ирину, чем она немедленно воспользовалась, а сам вернулся к телефонному разговору. Поговорив, он удовлетворенно откинулся на спинку дивана. Пока все шло по плану. По его плану.

 

Времена первой

чеченской войны

 

Начиналось все это несколько лет назад. В то время, ныне почти великий Шамиль, был на побегушках у федерального начальника.

Тогда-то ему, можно сказать, совершенно случайно удалось выяснить, что недалеко от Грозного, в небольшом поселке в заброшенном доме компания его земляков печатает фальшивые доллары.

Конечно, то, что он узнал, нельзя было назвать совсем уж случайностью. Он был вхож к федералам, как доверенный человек.

И это ему сильно помогало. Шамиль был тенью, а потому неслышен и невидим для всех вокруг. Зато он все слышал, все видел и запоминал.

Как-то раз, когда он топтался в одном из бункеров, возвратились разведчики, из их разговоров он и узнал про этот дом.

Доклад разведки был послан по инстанциям. В итоге туда послали отряд спецназа под командованием того самого майора, и для фальшивомонетчиков все закончилось печально.

Но… Здесь существовало одно большое «но». Клише для производства фальшивок по приказу того самого федерального начальника, у которого Шамиль состоял на побегушках, не только не было уничтожено, но вскоре попало к нему в стол, а оттуда перекочевало в сейф, где и пролежало некоторое время, необходимое, чтобы о нем все забыли.

А забыли довольно скоро. Уже другие события волновали людские умы. Дело шло к перемирию и, чтобы доказать лояльность федеральных властей местному населению, решено было выбрать козла отпущения.

Вот тогда Шамиль узнал, что федеральный начальник выбрал для этой цели того самого бедолагу майора. Высокий чин убивал этим сразу двух зайцев.

Он избавлялся от человека, знающего у кого находится клише для печатания фальшивых зеленых, на случай, если майору пришла бы в голову мысль поинтересоваться, уничтожено оно или нет. Кроме того, начальник выполнял высокий политический заказ. Все складывалось для него крайне удачно. Майору припомнили какую-то давнишнюю зачистку и, безотказная в таких случаях машина правосудия, закрутилась.

Шамилю предложили выступить на суде свидетелем обвинения. Чтобы его слова звучали более весомо и не вызывали сомнения, между делом, его назначили главой администрации какого-то села. Шамиль не стал спорить. От таких предложений никто не отказывается.

И не пожалел. Хорошо продуманными ложными показаниями, он вызвал благодарность своего федерального покровителя, которая была подкреплена еще одним предложением, от которого Шамиль так же, как и от первого, не стал отказываться.

После этого он перестал быть «шестеркой» в классическом смысле этого слова. Конечно, он продолжал целиком и полностью зависеть от своей федеральной крыши, но теперь они стали повязаны с ним общим делом. Так покровитель оказался зависимым от Шамиля в не меньшей степени, чем Шамиль от него.

Деньги потекли сначала ручейком, а потом и рекой. В Хасавюрте заключили мир. Вскоре после этого покровитель Шамиля получил повышение и перебрался в Москву.

Сам Шамиль какое-то время покантовался в поселке, где продолжал числиться главой местной администрации. Именно числиться, потому что своими прямыми обязанностями он не занимался совсем. На кой черт ему было упираться за какие-то копейки, когда через его руки проходили такие деньги!

Шамиль на свое место подобрал подходящего человека – своего родственника. Сообщил в Москву, что теперь есть кому заниматься производством фантиков, а ему хотелось бы пожить в более спокойном месте.

Нет-нет, заверил Шамиль своего покровителя, он не завязывает с производством фальшивых зеленых. Он по-прежнему будет отвечать за то, чтобы все проходило тихо и гладко. Просто захотелось пожить, наконец, без войны, в каком-нибудь отдаленном тихом месте, организовать свое дело…

Покровитель позволил. И Шамиль, оставив на деле своего родственника, перебрался в областной центр, недалеко от Москвы.

С помощью зеленых фантиков и московского покровителя он сумел быстро подмять под себя большую часть города, перетащив в него многих родственников из своего тейпа.

Правда, последнее время по стране прокатилась волна уголовных дел, связанных с производством фальшивых долларов, и Шамиль имел все основания беспокоиться, что эти проблемы могут коснуться и его.

В этот непростой момент ему и понадобился Грищенко со своим стабильным и солидным банком. Ведь пройдя через пару таких приличных банков, фальшивки фактически растворялись, а они становились владельцами огромных оборотных и легальных денег. И уже никто не смог бы их ни в чем упрекнуть, а тем более возбудить уголовное дело.

Шамиль, как человека, просил Ису, который был довольно близким знакомым банкира, посоветовать принять его, Шамиля, предложение, с целью наладить взаимовыгодное партнерство.

К полной неожиданности Шамиля, Иса не только не захотел помогать землякам, а попросту сдал их тому же Грищенко, который после разговора с Исой не захотел вести с Шамилем никакие дела, и даже на порог банка не пускал.

Теперь Шамиль так никогда и не узнает, что же двигало Исой в большей степени: чувство зависти к нему, более удачливому земляку, и желание от него избавиться или непонятная верность дружбе с русским.

Но, слава Аллаху, все стало на место. Иса уже в могиле, а он, Шамиль, все-таки нашел подход к упрямому банкиру. Так что теперь Грищенко будет плясать под его дудку, никуда не денется, а не будет, так женушка в момент отправит его догонять Ису, а сама станет банкиршей. Вот надолго ли? Этого пока не знал и Шамиль. Все в руках аллаха. Он один всем располагает. Шамиль с удовольствием ощутил свою значимость и всемогущество. Никому другому не приносит столько удовольствия неожиданно свалившаяся на голову власть, как бывшим шестеркам.

И Шамиль благостно улыбнулся.

Офис «Техбанка»

несколько дней спустя

 

В свой первый рабочий день на новом месте Ирина напряженно сидела за столом, нервно и бессмысленно перебирая бумаги. Никто не подошел к ней, чтобы хоть что-то объяснить и как-то помочь сориентироваться для начала. Она чувствовала, что непонятно каким образом, но она уже успела вызвать к себе неприязнь работников, но почему? Она ведь, практически, никого из них даже не знала.

Правда, очень может быть, что это вовсе не была неприязнь, а привычная осторожность людей, дорожащих своим местом, по отношению к любому новому человеку. Не имело смысла расстраиваться раньше времени. Но Ирина очень боялась, сделать что-то не так и оказаться за дверью банка. Это создаст большие проблемы не только ей, но и ее семье, потому что двадцати тысяч долларов у них никогда не было и едва ли будет.

Открылась дверь, Ирина вздрогнула и оторвала взгляд от стола. На пороге стояла эффектная дама с длинными, почти до пояса, светлыми волосами. Дама подошла к ней и тихим вкрадчивым голосом сказала:

Хоть один отзывчивый человек на весь банк нашелся. Помощь ей была как нельзя кстати.

Марго включила компьютер и быстро ввела Ирину в курс дела. Та еле успевала за ней записывать. Вскоре она окончательно выдохлась. Необходимо было хоть немного отдохнуть. Ирина задала, как ей казалось, абсолютно безобидный вопрос:

Маргарита Юрьевна, как показалось Ирине, посмотрела на нее каким-то странным загадочным взглядом и спросила:

Ирина прижала руку ко рту. Ей почти удалось заглушить вскрик, поэтому раздался только тихий писк.

В этот момент Марго отчетливо поняла, что Ирина ни сном, ни духом понятия не имеет, во что она влезла. Ей стало жаль девчонку, но помочь она ничем не могла. Марго пожала плечами и молча вышла из приемной.

Ирина, еще не пришедшая в себя, в оцепенении осталась сидеть за столом, а Марго спустилась в полуподвальное помещение охраны.

 

Коттедж Ю.Н. Грищенко

 

Вера осторожно, чтобы не разбить телефон, положила трубку на рычаг и только после этого позволила себе расслабиться и завопить.

Она взбежала по итальянскому мрамору лестницы на второй этаж, привычно следя, чтобы все ее движения выглядели со стороны красивыми и грациозными, несмотря ни на что.

Вера уже хотела грохнуть дверью, но в последний момент передумала, а вдруг стекло вылетит или дверь перекосит. В скором времени все это будет принадлежать только ей… Теперь, после телефонного звонка, она уже в этом не сомневалась.

Вера тихо прикрыла дверь и залезла с ногами на кровать. Ей хотелось побыть одной и обдумать создавшееся положение.

Несколько минут назад позвонил Шамиль и рассказал, что, оказывается, ее муж, этот похотливый козел, завел любовницу. Ей не было бы так обидно, если это оказалась какая-нибудь молоденькая фотомодель с ногами от ушей и фигурой мировых стандартов.

К своему удивлению, она узнала, что эта баба старше ее, какая-то разведенка с дочкой-подростком. Эту женщину Вера понимала. Пусть на короткое время, но удалось заманить в свои сети настоящего банкира. За пару месяцев его можно очень прилично подоить. Она именно так и сделала бы. С этой стороны все понятно.

Непонятно было с другой стороны. На кой черт Юрке сдалась эта зачуханная тетка? Что он в ней нашел? «Мазохист хренов», - озлобленно бормотала Вера.

Идея Шамиля нравилась ей все больше и больше, несмотря на известный риск. Главное, она ведь очень… как бы это сказать… притягательная, решила про себя Вера. Пусть риск остается мужчинам. Ей они рисковать не будут не при каких условиях.

Настораживало, что звонок Шамиля произошел как-то очень вовремя. Вера догадывалась, что он торопится подтолкнуть ее к принятию окончательного и невозвратного решения

Разговаривая с Шамилем в ресторане, она вроде бы на все согласилась, по потом у нее, на сей счет стали возникать сомнения. Одно дело позвонить жене любовника и своим сообщением довести ее до самоубийства, но совсем другое – холодно и расчетливо укокошить собственного мужа. Полная безнаказанность дела, что бы ни говорил Шамиль про своих распрекрасных адвокатов, вызывала большие сомнения, убийство есть убийство, и будет лучше, если ее муженька прикончит все-таки кто-нибудь еще, а она лучше потом ему хорошо заплатит.

Вера с привычной, хорошо рассчитанной грацией красиво перевернулась на спину и уставилась в потолок. Даже наедине с собой она двигалась так, будто на нее устремлены сотни глаз и десятки камер.

Она хорошо знала, как ее движения красивы и эротичны. Долгие упорные тренировки не прошли даром.

Теперь предстояло обдумать кандидатуру предполагаемого киллера. Вроде бы логично обратиться с этим к Шамилю, у него наверняка есть целая банда головорезов для таких дел, но одна неотвязная мысль удерживала ее от этого, самого простого варианта.

Если бы Шамиль захотел убить ее мужа, он спокойно мог сделать все давным – давно, и для этого она была не нужна. Но он почему-то не сделал этого, а подкатил с таким вопросом к ней, значит, имелась большая вероятность того, что Шамиль далеко не такой добрый и пушистый, каким ему хочется казаться в ее глазах.

Впутывая Веру в мокрое дело, он ставит ее в исключительно зависимое положение. У Шамиля будет постоянный и безотказный повод для самого бессовестного шантажа, если она хотя бы подумает взбрыкнуть. Куда ведет, в конечном счете, эта логическая цепочка, было достаточно понятно. Но думать об этом не хотелось, потому что на первом этапе они все-таки были союзниками, вопреки здравому смыслу.

В своей собственной перспективе Вере совсем не хотелось зависеть от кого бы то ни было, особенно, в варианте с убийством мужа. Ведь если все пройдет гладко, можно и Шамиля послать куда подальше. Ей совсем не светило иметь под боком этого хитрого и жестокого человека, но пока он был нужен – приходилось терпеть и изображать пылкую любовь.

Самый идеальный вариант для Веры был следующий: Юрочку ухлопывает кто-то со стороны, Шамиль не должен знать, что это ее рук дело. Он поможет ей вступить в права наследства, минуя сыночка Диму. После всего она в более высоких сферах находит себе нового мужа или покровителя, а Шамиль катится куда подальше.

Вера закрыла глаза и позволила себе слегка помечтать о перспективах будущей красивой жизни. До нее оставалось, в сущности, совсем немного – найти исполнителя, но такого, который даже не подозревал, чьим является исполнителем, действовал как бы исключительно по собственной инициативе.

Вера открыла глаза и резко села. Мысль сверкнула в ее голове, как молния, осветив все еще не оформленные куски мыслей. Теперь они вставали на свои места. Идея полностью оформилась.

Ей всего-то надо найти какого-нибудь недалекого мужика, что само по себе не сложно, потому что их основная масса достаточно примитивна. Обаять и обольстить его, а потом вбить во влюбленную мужскую голову мысль, что их любви очень мешает ее муж – тиран. После чего останется только слегка подтолкнуть его к решительному поступку.

Кого из знакомых можно использовать в таком качестве? Вера задумалась.

 

Офис Шамиля

 

Максим сидел, развалившись в кресле, и равнодушно наблюдал, как Шамиль с горящими от возбуждения глазами пересчитывает пачки долларов.

Шамиль был доволен. На исторической родине все прошло гладко, здесь тоже должно проскочить удачно. Во всяком случае, сидящий напротив него жулик, уже показал все банковские документы и номера счетов. Теперь осталось отсчитать ему пять процентов и все. Конвейер запущен.

Максим слегка передвинулся ближе к столу, это его движение не было замечено Шамилем, а «жучок» уже обживал новое место жительства под крышкой стола.

Шамиль, не отрываясь, буркнул что-то, видимо означавшее согласие и продолжил пересчет плотно упакованных пачек. Он точно знал, что никому, даже ближайшим помощникам, верить нельзя, а деньги любят счет.

Максим негромко говорил в трубку какие-то ничего не значащие фразы. Тем временем, он с профессиональной сноровкой, мгновенно снял крышку и пристроил «жучок» в микрофон телефонной трубки.

Затем, небрежно рассовал по карманам несколько пачек своей доли, выделенной Шамилем, взял дипломат, уложенный такими же пачками, и они расстались, довольные друг другом.

 

Вечером того же дня неприметный мужичок в засаленной спецовке связиста совсем недолго возился около распределительного щита в соседнем с офисом Шамиля доме. Для того чтобы пристроить туда миниатюрную коробочку усилителя ему не понадобилось много времени. Буквально через пару минут он снова закрыл и опечатал распределительный щит. Поднимающихся по лестнице нескольких жильцов дома его возня совершенно не заинтересовала. Когда он появился и когда ушел, вряд ли кто-нибудь из них сумел бы ответить даже с небольшой долей определенности.

 

Квартира Марго

 

У Марго возбужденно заблестели глаза. Новая программа получилась, и все прошло удачно. Она уже знала, что Ирина просмотрела сделанную специально для нее банковскую проводку Шамиля и отправила сообщение электронной почтой к нему в офис. Марго еще раз смогла убедиться в своих компьютерных способностях, и мысль пойти дальше уже плотно сидела в ее голове.

Он это понял и издевательски молчал несколько минут. Марго мучилась, но молчала.

С минуту он смотрел на нее широко открытыми глазами, потом ему все-таки удалось выразить свое восхищение, к сожалению, в довольно примитивных выражениях.

С этими словами он стал быстро складывать доллары в пачки. Если его завтрашняя встреча закончится удачно, то он вскоре много чего сможет сказать Марго о счетах и банках, используемых Шамилем.

 

Коттедж Ю.Н. Грищенко

ночь

 

Вера вернулась домой очень поздно. Но, как и следовало ожидать, мужа дома опять не было. Ее слегка успокаивало то, что она тоже не сидела дома, как примерная жена. И все-таки злость и разочарование переполняли душу до такой степени, что хотелось переубивать всех подряд, кто попадался по пути, а попадались, как назло, одни охранники.

Вера неплохо провела время с Шамилем. И еще раз смогла убедиться в том, что он собирается использовать ее по полной программе.

«Не на ту напал, скотина», - зло бормотала она, поднимаясь по мраморной лестнице в спальню.

В ресторане Вера сделала последнюю попытку проверить решимость Шамиля.

Вера пустила хорошо отрепетированную жалобную слезу и достала изящный платочек. Всем своим несчастным видом она вызывала сочувствие, которое немедленно получила. Шамиль, теперь уже действительно ласково, стал успокаивать ее. Он неизвестно откуда выудил и эффектно поднес очередной бриллиант, и Вера сделала вид, что окончательно сдалась.

Вера делала так, чтобы в голове Шамиля прочно отложилось, что если с Юрием Николаевичем в ближайшее время что-нибудь случится, она не будет иметь к этому никакого, просто совершенно никакого отношения. Кажется, ей это удалось, потому что Шамиль не смог сдержать своего разочарования ее женской слабостью и снова начал заводиться. В итоге она вернулась домой на такси. Для Веры это было тяжким оскорблением, и она решила, что когда-нибудь припомнит Шамилю и это.

 

Встреча Максима с одним из менеджеров филиала крупной компании мобильных телефонов закончилась удачно. Ему удалось убедить менеджера, что его совершенно не ценит начальство и явно зажимает оплату, а поэтому небольшая помощь в прослушке одного из клиентов компании будет оценена по достоинству и соответственно оплачена. Менеджер знал, чем рискует, но известная человеческая жадность и русское «авось» добили этого респектабельного молодого человека, с задатками мажордома английского аристократического семейства.

Уже с утра следующего дня Максиму на стол стали ложиться распечатки всех разговоров по мобильнику, которые вел Шамиль. В глубине души Максим очень надеялся, что ближайшее время ему что-нибудь подбросит про банки, используемые Шамилем, и он сможет конкретно помочь Марго в ее компьютерных поисках.

 

Коттедж Ю.Н. Грищенко

позднее утро

 

Вера проснулась поздно. От вчерашней встречи с Шамилем остался неприятный осадок, несколько смягченный подаренным бриллиантом. Ей очень хотелось сделать Шамилю какую-нибудь гадость, но в голову ничего не приходило. Вера мысленно вернулась к поискам мужика, который смог бы убить Юрку из любви к ней. Сейчас это было более злободневно, а пакость Шамилю может и подождать.

Вера в который раз перебирала в уме всех близко и не очень близко знакомых мужчин, прокручивая в уме, как она будет намекать на убийство собственного мужа. Ни с кем из тех, кого она знала, это не состыковывалось. Соблазнять первого попавшегося с улицы было рискованно.

Но Вера была достаточно упорна, чтобы не отступать от намеченной цели. К тому же эта цель могла вывести ее к поистине заоблачным высотам. Наскоро проглотив йогурт и запив чашкой кофе, она спустилась в тренажерный зал. Надо было поддерживать себя в форме, возраст начинал подавать первые, пока еще робкие сигналы.

Вера крутила педали велотренажера и параллельно, синхронно мышечным усилиям, продолжала прокручивать в голове возможных претендентов и варианты скользкого разговора, даже не разговора, а совсем легкого намека. В зеркале она увидела промелькнувшую в коридоре фигуру своего шофера – телохранителя.

«Тупой баран, - подумала Вера, - Шляется тут кругами, думать мешает. Все выслеживает и вынюхивает для хозяина». Она тяжело вздохнула. Может перед кем-нибудь из охранников задницей покрутить? Больно уж все они мелкотравчатые. Неудобно как-то опускаться до такого уровня…

Вера резко притормозила тренажер от неожиданной мысли. А ведь над всеми этими охранниками есть начальник, и начальник этот очень даже ничего…

Теперь Вера знала, кого начать обрабатывать. К тому же Максим точно умеет обращаться с оружием и, наверняка, неплохо. Вера не сомневалась, что такие люди, как Максим, могут спокойно и без особых угрызений совести прикончить любого. Оставалось продумать стратегию и тактику соблазнения объекта.

Но это уже, как говорится, детали. Главное, решение было принято. Кандидатура найдена, кажется, удачно. Максим – человек новый в окружении мужа и между ними еще наверняка не успели установиться те близкие отношения, которые бывают между давно работающими вместе людьми. Вера, не откладывая, приступила к осуществлению своего плана.

Надо было дождаться дня, когда Юрий Николаевич куда-нибудь уедет. Вот тогда она и начнет действовать.

 

Приемная «Техбанка». Несколько дней спустя,

за полчаса до закрытия

 

Сегодня Вера точно знала, что Юрия Николаевича нет в банке. Еще утром он уехал в Москву.

Выглядеть наивной дурой перед новой секретаршей Юрки было совсем несложно.

Перед тем, как ехать в банк, Вера обзвонила всех, к кому могла направить ее секретарша и выяснила, что они заняты и ничем не могут помочь. Ирина поступила предсказуемо, именно так, как и ожидала Вера.

Вера согласно кивала головой, Ирина звонила, выясняла, что человека нет на месте, или он занят. Расстроенная тем, что не может помочь супруге своего начальника, Ирина грустно посмотрела на Веру и жалобно сказала:

Ирина подробно все рассказала, и Вера, довольная собой, уже открыла дверь. В этот момент нос к носу она столкнулась с той наглой бабенкой, которая не так давно оттянула ее, замещая секретаршу. Вера была при полном параде, поэтому высокомерно оглядела Марго с головы до ног и гордо постучала каблуками в подвальное помещение банка.

Марго проводила ее взглядом и вошла в приемную.

Марго почувствовала, как в душе зашевелилось какое-то нехорошее чувство. Захотелось догнать эту разряженную куклу и попортить ее холеную рожу. Только с большим трудом Марго удалось заставить себя не побежать вслед за ней. Неужели она ревнует?

Это открытие вызвало досаду по двум причинам. Во-первых, Максим не был ей ничем обязан, а во-вторых, у жены директора вполне могло быть самое заурядное дело к начальнику охраны. Но Марго, к своему удивлению, откровенно ревновала. «Эх, ты, а еще ведьма!» - горестно подумала она и медленно повернула в свою комнату, совершенно забыв, зачем она заходила к Ирине.

 

Вера спускалась по лестнице. Сейчас ей предстояло сделать отчаянный и решительный шаг, но Вера к нему хорошо подготовилась, как внешне, выглядела она просто сногсшибательно, так и внутренне – за несколько дней она прокрутила в голове все возможные ситуации, какие только могли возникнуть. Вера считала, что вполне готова к любым неожиданностям.

Не успела она протянуть руку к двери, как та сама открылась ей навстречу. «Наверное, Ирина предупредила по телефону, что жена шефа идет», - решила Вера, навешивая на лицо манящую улыбку.

Максим стоял на пороге и всем своим видом показывал, что у него нет ни малейшего желания пригласить ее войти. Задача осложнялась, но ставить на ней крест было рано.

Он даже не предложил ей сесть! Вера внутренне кипела. Хамло неотесанное, мысленно квалифицировала она Максима, но внешне оставалась спокойной и улыбающейся.

Странно, она никогда не замечала какие у него удивительные глаза. Хотя, Вера вспомнила, что никогда не видела его без темных очков, которые, оказывается, сильно портили запоминающуюся внешность охранника.

Вере захотелось вцепиться своими длинными ухоженными ногтями ему в физиономию, чтобы стереть с лица это непробиваемое выражение. Почему так получается, что все интересные мужики такие сволочи? «Наверное, привык, что бабы за ним толпами бегают, вот и выделывается. Ничего, он еще будет у меня в ногах валяться, умолять подарить хотя бы взгляд. Я сумею опутать его сетями, к тому же Максик будет далеко не первым, кто в них попадет», - Вера все еще была уверена в своих силах.

Вера многозначительно замолчала, давая возможность Максиму переварить услышанное и принять единственно нужное для нее решение. Это был не столько аванс, сколько пробный камень. Теперь ей оставалось ждать ответной реакции собеседника, который, казалось, соображает слишком туго.

Вера молча кивнула, а сама почти решила попросить Шамиля, прикончить этого мерзавца, но в последний момент передумала, потому что Максим неожиданно сказал:

 

Марго, как на иголках сидела в своем кабинете и из последних сил удерживалась, чтобы не прогуляться на нижний этаж. Ее разбирало пошлое любопытство, в котором ей не хотелось признаваться даже самой себе, но преодолеть его, не было решительно никаких сил. Что же там происходит? Время приближалось к шести. Пора собираться домой. Внезапно звякнул городской телефон.

Голос Максима показался ей несколько напряженным. Марго сразу сделала вывод, что он в кабинете не один. К тому же звонил он по городскому телефону, значит, не хотел, чтобы тот, кто находится с ним, понял, куда и кому он звонит. Ревность просто грызла и рвала ее на куски, но Марго постаралась взять себя в руки. В конце концов, кто она такая, чтобы заявлять на Максима какие-то права. Не жена ведь, да и любовницей можно считаться с очень большой натяжкой, так, скорее, товарищ по совместной работе.

Марго с ненавистью смотрела на телефон. Ей хотелось завизжать от злости. Возникла мысль навести порчу на эту дрянь – Верку. Марго знала, как это делается, но никогда в жизни не пользовалась своим умением. Сейчас желание было просто непреодолимым. Чтобы успокоиться она сделала несколько кругов по кабинету и начала медленно считать в уме до ста.

Марго не знала, что звонок Максима доставил не меньше неприятных минут и самой Вере, которая сделала неутешительный вывод – у него есть кто-то, к кому он относится достаточно серьезно, чтобы предупредить о своих изменившихся планах не вечер. Однако, Вера сумела быстро отодвинуть подальше эту неутешительную для себя мысль. В конце концов, позвонил – предупредил, но в ресторан-то он идет с ней. К тому же она была железно уверена, что даст сто очков вперед любой его бабе, а раз так, то и волноваться нечего.

 

Дойдя до числа семьдесят шесть, Марго немного успокоилась и присела к столу. Телефон уже не вызывал лютой ненависти, а монитор компьютера с дружеским равнодушием мерцал всеми оттенками голубого. Наверное, ревновать пока не стоит. Теоретически существовала возможность того, что делается все это для пользы общего дела. Марго глубоко вздохнула. Когда Максим вернется домой, она все выяснит, а пока подождет, постарается подождать.

Она отключилась от внешних раздражителей и стала смотреть вглубь себя, последовательно снимая напряжение. Через несколько минут она окончательно пришла в себя и была готова к дальнейшей работе.

У выхода Марго слегка задержалась. Ей почему-то захотелось увидеть, как парочка покинет банк. Мимо проехала Веркина машина, но в ней был только шофер. Марго поджала губы и стала высматривать свободную лавочку, чтобы там немного подождать и понаблюдать. Детектив, блин. Совсем придушить в себе ревность так и не удалось.

Только она выбрала удобный наблюдательный пост и нацепила темные очки, чтобы не выглядеть круглой дурой, как из ворот выехала машина Максима. На переднем сиденье, открыв окно, томно развалилась Верка. Она выглядела победительницей.

Марго повернула голову и стала подчеркнуто смотреть в противоположную сторону, пока машина заворачивала на площадь.

Марго ничего больше не оставалось, как отправиться домой. В душе была звенящая пустота. Она решила дома дожидаться дальнейшего развития событий.

 

Квартира Марго

вечер

 

Весь вечер Марго не находила себе места, без толку слоняясь из угла в угол. Она включила и попыталась смотреть телевизор, но вскоре выключила, поняв, что совершенно не может вникнуть в то, что показывают. Потом прилегла на диван и попыталась читать – тоже не помогло. Она бездумно скользила по строчкам, а мысли были совсем в другом месте. В результате книжка полетела в угол.

Промаявшись так пару часов, Марго взялась за уборку квартиры, которую с самого переезда все никак не находила времени сделать. Постоянно существовало что-то более срочное и важное, и она откладывала это малоприятное занятие. Сегодня работа пошла, как по маслу. То, на что в обычном состоянии потребовался бы целый день, сейчас она сделала за два часа.

К полуночи она страшно устала, но зато в течение всего вечера даже не вспомнила о муках ревности.

После такого ударного труда, Марго еле доплелась до постели и совершенно без сил упала на нее. Она надеялась, что сразу же заснет, но не тут-то было. Как только ее голова коснулась подушки, Марго снова стала думать о совместном время провождении Веры и Максима. Все эти мысли сопровождались весьма недвусмысленными картинками, которые всплывали в ее голове, вопреки желанию хозяйки.

Марго честно пыталась заснуть, убеждая себя в том, что ей глубоко наплевать на все, что сейчас происходит в ресторане, машине или гостинице. Пересчитывала все виды животных, которые приходили ей в голову… Все было бесполезно. Вконец измотанная, Марго включила свет и посмотрела на часы. Стрелки показывали половину третьего ночи.

Она чертыхнулась, погасила свет и накрыла голову подушкой. Чтоб им обоим там, где они сейчас, пусто было, решила она, и, закрыв глаза, в который раз попыталась заснуть. Как только Марго начало это удаваться, в замке повернулся ключ.

Она прислушалась. Через приоткрытую дверь спальни было видно, как в прихожей зажегся свет. На Марго стал накатывать неудержимый приступ злости. Ей хотелось встать с кровати и закатить громкий скандал, чтобы хоть как-то снять напряжение.

Пару секунд она мысленно боролась с этим желанием. Но слишком часто сегодня в течение длинного дня ей приходилось подавлять в себе желание разрядиться. Она не выдержала и, громко шлепая босыми ногами по полу, направилась в прихожую. Душа горела и требовала отмщения.

Марго, подбоченясь, воинственно выплыла в прихожую и остолбенела.

 

Перед ней стоял Максим, медленно, по коготку отдирая от рубашки насмерть вцепившегося в нее перепуганного, рыжего пушистого котенка.

Котенок наконец отцепился от рубашки и Марго подошла, чтобы взять его на руки. В этот момент на нее пахнуло чужими дорогими духами. Марго просто задохнулась от злости и этого тонкого пьянящего аромата, который показался ей в этот момент самым гнусным запахом в мире. Она схватила котенка, прижала его к себе и зашипела, как разъяренная кошка:

Сергей, замявшись, ответил ей совсем не в тему:

Марго поняла – он пытается увести разговор в сторону, и решила не поддаваться на дешевую провокацию. Она молча повернулась к Сергею спиной, прошла на кухню, всем своим видом показывая, что теперь все ее внимание отдано новому достойному жильцу, которого надо было покормить, а на остальных поздних визитеров ей вообще наплевать.

В ответ она услышала то ли фырканье напоминающее смех, то ли наоборот, но оставила его без внимания.

Котенок оказался очень голодным. Он буквально смел молоко и сметану, которые Марго поочередно налила ему в блюдечко и с жадностью ухватился за сосиску. Насытившись, он замурлыкал и стал оглядываться в поисках места для спанья. Марго взяла на руки теплый мохнатый комочек и пошла с ним в гостиную. По пути она прислушалась – из ванной доносилось журчание воды.

Марго положила котенка на кресло в гостиной, потом сама плюхнулась в постель и мгновенное провалилась в глубокий сон.

 

Коттедж Ю.Н. Грищенко

той же ночью

 

Максим, в отличие от Шамиля, довез Веру до дома, что было хорошим признаком. Она была довольна. Все шло по плану. Максим оказался таким же туповатым, как и все ее остальные мужики. Вере даже удалось подкинуть ему ту самую мысль, ради которой все и затевалось. У нее сложилось впечатление, что он не прочь поучаствовать в этом деле, но не даром.

Вслух он, правда, ничего не сказал, но Вера достаточно хорошо знала мужчин, чтобы сделать правильный логический вывод. Если предложить Максиму достойную оплату, в том числе, возможно, не деньгами, то он, кажется, пойдет на это.

Дверь открыл сонный охранник и доложил – Юрий Николаевич звонил, что задержится в Москве. Вера кивнула. Она догадывалась, что он уже ни в какой не в Москве, а у своей… Впрочем, теперь это было не важно. Вера приняла решение, и все ее действия будут направлены на его осуществление. Своими поступками Юрка только укрепляет ее в мысли, что принятое решение было единственно правильным.

Вера с удовольствием вытянулась на кровати и прикрыла глаза. День прошел не зря во всех отношениях.

 

Офис «Техбанка»

утро

 

Марго, конечно же, проспала. Сергей не стал ее будить, может, из жалости, что не спала почти всю ночь, а может, из чувства самосохранения, чтобы отдалить время неминуемого объяснения. Марго склонялась больше ко второму варианту, но до работы ей пришлось добираться самой.

Она заглянула в приемную. Ирина сидела, уткнувшись в компьютер, но, услышав звук открываемой двери, подняла голову, слегка улыбнулась Марго и снова перевела глаза на монитор.

Опять скачивает информацию для Шамиля, решила Марго. Она чувствовала, что все это вызывает у Ирины острое неприятие. Возникал вопрос – каким образом Шамилю удается заставлять ее выполнять подобное поручение? Вариант шантажа казался наиболее вероятным, и это стоило прощупать. К тому же, у нее было реальное предложение Ирине.

Трюк подействовал. Секретарша посмотрела на нее с откровенным испугом. Марго заметила, что руки Ирины, лежавшие на клавиатуре слегка задрожали.

Марго потрепала Ирину по плечу и пошла к себе, надеясь, что ей удалось заинтриговать девушку.

В дверях Марго столкнулась с Максимом. Она протиснулась мимо и прошла в свой кабинет. Максим вошел следом и закрыл дверь.

У Марго отвисла челюсть. Все ехидные комментарии моментально испарились из головы. Опасная блондинка, как она могла забыть эту деталь?

Максим, зная, что за этим последует, усмехаясь, оставил их наедине.

Вскоре чайник закипел. Марго усадила Ирину в кресло и, быстро объяснив, как надо действовать, сунула ей в руки чашку.

Ирина молча крутила в руках чашку, напряжено всматриваясь в темную жидкость. Было заметно, как она волнуется.

Проделав все необходимые манипуляции и выждав положенное время, Марго, осторожно подняла чашку и стала всматриваться в узоры, понятные только посвященному человеку.

Она подняла глаза от чашки и посмотрела на Ирину. В этот момент Марго увидела, что по лицу девушки беззвучно катятся крупные слезы. Без слов понятно, что все сказано правильно. Сама Марго еще не все уяснила до конца. Она решила действовать постепенно.

Марго еще раз внимательно всмотрелась в чашку. Постепенно перед ней стала вырисовываться более отчетливая картина.

Ирина утвердительно кивнула головой и наконец заговорила:

Марго не хуже ее осознавала, что значит – отработать, но, чтобы не смущать Ирину возвратила разговор на непосредственный предмет гадания.

Марго поняла, боится, что в чашке проявятся ее связи с Шамилем и закрытой банковской информацией. Марго не стала настаивать. Она вручила Ирине чашку и выпроводила ее за дверь. В голове, еще не обретя четких очертаний, начал вырисовываться план, как помочь Ирине и проучить Шамиля. Но план еще предстояло обдумать, доработать и детализировать.

 

Коттедж Шамиля

несколько дней спустя,

вечер

 

Шамиль уже начал забывать неприятный разговор со своим столичным покровителем, который произвел на него такое удручающее впечатление.

За это время были проведены уже несколько операции с фантиками. Все они прошли четко и гладко. Об этом говорили выписки банка, которые присылала Ирина. Шамиль уже начал всерьез обдумывать, а не заменить ли капризную и непредсказуемую шлюшку Верку на более спокойного, хотя и не менее жадного охранника.

С мужчиной, конечно, дело иметь предпочтительнее. Но внутренний голос, который не так часто давал о себе знать, сейчас почему-то проснулся и предупреждал Шамиля о том, что Максим опасен. Шамиль и сам в этом ни минуты не сомневался. Дал же Аллах союзничков!

Шамилю очень хотелось заполучить «Техбанк» под свой контроль, но так, чтобы на человека, которого он туда посадит, можно было абсолютно положиться, а это оказывается, не просто. Идеальным вариантом представлялась полная замена всех здравствующих руководителей банка на людей своего тейпа. Конечно, никто из них ни черта не смыслил в банковском деле, но это не важно, останутся специалисты, которые будут работать на Шамиля. Сейчас нужно еще раз проверить Верку, которая вот-вот должна подъехать.

Та оказалась легка на помине. Не прошло и десяти минут, как Вера красиво вплыла в комнату, распространяя вокруг тонкий аромат каких-то изысканных завлекающих духов. Цена флакона, наверное, превышала месячную зарплату менеджера банка ее благоверного. Шамиль, улыбаясь во весь рот, двинулся навстречу.

 

Вера не стала отказываться. Она никогда не отказывалась от денег, пусть даже в качестве передаточного звена. Конечно, она отдаст этот чемодан с деньгами Юрке, она девушка добрая и всегда готова помочь своему дорогому другу и такому потрясающему мужчине, как Шамиль.

Теперь бы самое время начать действовать Максику. Тогда и чемоданчик некому отдавать будет… Поди, проверь потом, где деньги. Вера была уверена в том, что Шамиль и не собирается передавать ей банк даже в символическое управление. Поэтому, стоило перестраховаться. Битком набитый чемоданчик зеленых еще никому не помешал… Поэтому она не стала отказывать и в другом – когда Шамиль повел ее в роскошную комнату отдыха, смежную с кабинетом и обставленную с восточной пышностью.

 

Вера презрительно покосилась на храпящего рядом Шамиля. Вот козел! Вместо того, чтобы уделить внимание женщине, проводить ее домой – он тут же заснул. Полный отстой, а еще суперменом себя мнит! Вере захотелось пнуть его изо всей силы, но она сдержалась. Позже при случае, она пнет его намного сильнее, чем смогла бы это сделать сейчас.

Она сползла с дивана, тихо оделась и выскользнула из комнаты.

Завтра она заставит Максима сделать все как надо. У нее есть для этого несколько часов в запасе, и она воспользуется ими с максимальной пользой. Послышался звук подъехавшей машины.

Сегодня Вера возвращается в дом мужа, а совсем скоро он станет ее собственным домом. Мысль грела душу. Все остальное мелочи, которые можно смыть в ванной, и она снова станет такой же, какой ее знали все кто любил и завидовал.

 

«Техбанк» утро

кабинет Максима

 

Что-то произошло, и Вере, стало невтерпеж избавиться от мужа. Ну что ж, надо послушать ее вариант. Максим достал из стола небольшой диктофон и вставил туда чистую кассету. Вдруг пригодится?

Он уже несколько дней думал над предложением Марго. Идея была идеальна в своей простоте. К тому же он проверил то, что сказала Ирина. Все совпадало. Конечно, парня надо было вытаскивать, а заодно выяснить, кто этим занимается там, и кто им покровительствует здесь.

 

Вера водила машину плохо. Но в сложившейся ситуации она решила обойтись без шофера, незачем людям ее мужа знать, куда и с кем она поедет. Нанимать такси было вообще опасно. Поэтому велела шоферу – вывести машину с территории коттеджа и, скрепя сердце, села за руль.

До парикмахерской она добралась без приключений. Когда дело по ее художественному оформлению подходило к концу, еще раз позвонила Максиму.

Он подъехал через несколько минут. Вера впорхнула в его машину. Ее уже вовсю поджимало время, поэтому она решила обойтись без дипломатических хитростей и уверток.

Вере все стало ясно. Он всего-навсего примитивно торгуется. Думает, наверное, что самый хитрый. Пусть и дальше так думает. Сейчас она ему нарисует перспективы его светлого будущего.

Вера придвинулась к Максиму, насколько позволяло кресло машины, и нежно провела рукой по его волосам.

Она хотела обидеться, но потом передумала. Зачем размениваться на мелочи? Уже завтра ситуация кардинально изменится. Теперь надо ехать к Шамилю за деньгами.

Как неудобно, что самой приходится вести машину, мысленно вздохнула Вера, включая зажигание. Но она сразу вспомнила о произошедшем разговоре и успокоилась. Вскоре все ее муки будут достаточно хорошо оплачены.

Ей повезло. Добралась до офиса Шамиля и даже въехала во двор, ничего не помяв и не поцарапав. Вера была уверена, что все продумано хорошо. Сейчас она возьмет у Шамиля деньги, скажет, что передаст их мужу, которого к этому времени ухлопает Максим. Впечатление, что ей удалось заморочить голову охраннику, легко переросло в уверенность, свойственную многим красивым женщинам.

Деньги она, естественно, оставит себе. Потом туповатого Максика нужно сдать ментам. У него будет достаточно времени подумать о женском коварстве, сидя в тюрьме. А сама Вера займется поисками такого покровителя, который поможет избавиться от назойливой опеки Шамиля.

Она приклеила к лицу самую милую и обворожительную улыбку, на которую была способна, втянула живот и волнующей походкой впорхнула к Шамилю.

Шамиль открыл сейф, вытащил оттуда дипломат и, сделав эффектную паузу, откинул крышку. От вида плотно лежащих, толстых пачек долларов у Веры захватило дыхание. Она только и смогла тихонько выдохнуть:

Глаза Веры горели от вида такого количества денег. Она едва удерживалась, чтобы не запустить руки в дипломат ощупать, ощутить деньги, много денег, очень много. От их вида и запаха кружилась голова так, как никогда не кружилась ни от одного мужчины. В этот момент она поняла, что только деньги всегда были ее настоящей и подлинной страстью. Все остальное – лишь прелюдия.

Наконец, ей удалось взять себя в руки, и она сказала почти равнодушно:

Шамиль вложил ей в руку ключи. Уже проводив до двери и, отдав дипломат, сказал:

Она знала, что ей нужна не часть, она просто заберет себе все. Вера была уверена, что Шамиль смотрит ей вслед, поэтому шла с медленной рисовкой, красиво покачивая бедрами. Столь же красиво она села в машину, медленно втянула длинные ноги, украшавшие собой многие подиумы.

А вот с красивым выездом у нее не получилось. Вера долго тыркалась по двору, пытаясь развернуться. Когда, наконец, ей это удалось, она резко дернула машину и поехала в сторону банка.

Шамиль и в самом деле какое-то время смотрел ей вслед, но в его взгляде не было того восхищения, которое он выказывал ей в те моменты, когда они находились наедине. Его взгляд скорее выражал презрение. Шамиль сплюнул и взмахом руки подозвал одного из своих людей, бесцельно шатавшегося по двору.

 

Максим, не заезжая во двор офиса Шамиля, припарковался около какого-то магазина и уже хотел выйти из машины, как увидел, что из ворот выезжает Вера, причем, она сама за рулем. Это было странно…

Вера была полностью сосредоточена на управлении машиной, поэтому никого вокруг не видела. Она проехала мимо Максима и направилась, как ему показалось, на выезд из города.

Максим собрался уже поехать за ней, как вдруг, практически, следом выехала еще одна машина и направилась в ту же сторону. Выждав пару минут, Максим пристроился за ними следом.

Вера решила выехать из города, остановиться где-нибудь в лесу и, наконец, пересчитать деньги. То, что их очень много, она понимала, но точный суммы так и не знала. Новенькие сто долларовые купюры были плотно упакованы в банковские обертки и производили неизгладимое впечатление своими возможностями и количеством. Спешить ей было некуда. Вера съехала с трассы и стала медленно углубляться в лес по накатанной грунтовке. Следующая за ней машина, проехав чуть дальше, проделала тот же маневр. Максим притормозил у обочины, решив какое-то время выждать дальнейшего развития событий.

Заехав, как ей показалось, уже достаточно далеко в лес, Вера притормозила и огляделась. Вокруг было тихо. Она вышла из машины и пересела на заднее сиденье, на котором лежал дипломат. Вера все делала намеренно медленно, ей хотелось продлить удовольствие. Порывшись в сумке, она вытащила из нее ключи, поднесла к замку дипломата и снова воровато оглянулась по сторонам. Ей совсем не хотелось, чтобы какой-нибудь грибник или бомж-алкоголик застукали ее здесь одну с полным чемоданом денег. Это могло быть чревато самыми неожиданными для нее последствиями.

Вокруг было все также тихо. Только шумели густые мачтовые сосны, скрывая в своей тени маленького притаившегося человека, посланного Шамилем присматривать за ней. Тот достал мобильник и тихо проговорил в него:

Вера щелкнула замком и откинула крышку. Ее глазам предстала сказочная картина. Много-много денег, и все они теперь принадлежат только ей.

Трясущимися руками Вера стала пересчитывать пачки. Ей доставляло несказанное удовольствие лишний раз подержать их в руках.

В какой-то момент Вера почувствовала, что одна из пачек никак не вынимается из дипломата, и к ней идут какие-то проводки. Вера сильнее дернула пачку, чтобы оторвать ее от мешающих проводков. Взрыва она уже не услышала… Огромные сосны вздрогнули ветвями, с которых неровно посыпалась хвоя. Эхо еще какое-то время перекатывалось по лесу и затихло, удаляясь.

Чеченец уже садился в машину, когда услышал взрыв, размноженный и усиленный эхом.

 

Максим услышал взрыв в тот момент, когда увидел чеченца около машины. Максим обошел его и, соблюдая маскировку, пошел туда, откуда донесся звук взрыва. Картина дополнялась тем, что вокруг развороченной машины валялись обгорелые бумажки, которые при ближайшем осмотре оказались теми же долларами, с которыми Максим в последнее время слишком часто имел дело.

На всякий случай он сунул в карман несколько обгорелых «зеленых» и осторожно заглянул в машину. Зрелище было не для слабонервных. Максим поморщился.

То, что осталось от Веры уместилось бы в коробке из-под сапог. Машина была закрыта, и взрыв произошел в замкнутом пространстве со всеми вытекающими последствиями.

Он еще раз огляделся вокруг и, не найдя больше ничего примечательного, быстро пошел к шоссе, где оставил свою машину. Надо предупредить Юрия Николаевича о постигшем несчастье.

Несчастье? Как знать. Он уже знал о той, другой женщине, к которой довольно часто заезжал Юрий Николаевич. Ему было от этого не по себе. Хотя, с другой стороны, он тут совершенно ни при чем. Уже несколько месяцев он жил в зазеркалье, где сместились ценности и поменялись привычные ориентиры.

Подумав об этом, Максим усмехнулся. Пожалуй, несчастьем для Юрия Николаевича то, что случилось, назвать было сложно. Ведь вдовой собиралась остаться как раз Вера, и, между прочим, с его, Максима, помощью. Теперь следовало вплотную заняться Шамилем и попробовать выяснить, кто же является его таинственным покровителем.

 

Москва,

один из спальных районов,

несколько дней спустя, поздний вечер

 

Когда зазвонил телефон, он совершенно не удивился. Работая в таком месте, приходилось всегда быть готовым и к позднему звонку и к вызову в любое время суток.

Только несколько человек знали его позывной. Голос, и интонации говорившего были ему хорошо знакомы, но этого просто не могло быть. Несколько месяцев назад до него дошли слухи о внезапной смерти бывшего командира.

В трубке пошли гудки. Теперь, после этой короткой беседы, Шатун был уверен на все сто процентов, что не ошибся и был искренне рад этому, как радуются близкие родственники при неожиданном выздоровлении неизлечимо больного.

Машина с приоткрытой правой дверцей стояла прямо перед подъездом и в свете уличного фонаря сидящий в ней человек, был хорошо виден. Шатун сел, захлопнул дверцу и только после этого повернулся к водителю. На его лице отразилось полное непонимание.

Машина выехала со двора и повернула в сторону кольцевой.

 

Они уже довольно долго сидели в придорожном ресторанчике, обмениваясь новостями.

Пока Шатун их просматривал, Сергей вводил его в курс дела.

 

Сергей возвращался домой под утро. Машин на шоссе в этот предрассветный час почти не было и можно отключиться от дороги, чтобы обдумать свое непростое положение. Он не сомневался, что скоро Шамиль окажется в ловушке. Его, Сергея, миссия будет выполнена, а что дальше?

Мысль о том, что он сам вряд ли надолго переживет Шамиля, посещала его довольно часто. Это не было предчувствие мнительного человека. Это был точный расчет профессионала, который хорошо знает правила игры. Обычно, таких свидетелей в живых не оставляют. Пожалуй, стоило предпринять меры и для собственной охраны. Сергей понимал, что для этого у него не так много возможностей, и они станут еще меньше, если удастся выйти на «крышу» Шамиля. А все-таки, попытаться стоило, ведь кому кроме себя самого он нужен? Со слов Юрия Николаевича он знал, что Ольга с Женькой вот-вот переедут к нему. Судя по всему, дело у них идет к логическому завершению. Конечно, ему неприятно было это сознавать, но в тоже время, Сергей понимал, что Ольга не должна ставить крест на своей личной жизни. Шатун был прав, она это вполне заслужила. В любом случае быть женой банкира все-таки безопаснее, чем женой непонятно кого, с сомнительными перспективами на долгую жизнь и не менее загадочным прошлым.

А ведьма… Сегодня, это единственный человек, которому его жизнь была небезразлична. Да и она ему уже была далеко не так безразлична, как он хотел себя заставить думать. Сергея до сих пор мучила совесть за ту историю с Верой. Хотя, видит Бог, он сделал все из чисто деловых соображений, но все же… Ладно, он подумает о своей жизни, когда с Шамилем будет покончено. К тому же, теперь ему есть к кому обратиться за помощью в критический момент, а такой момент в его положении мог наступить когда угодно. В квартиру Сергей постарался войти очень тихо, чтобы не разбудить Марго. Это у него получилось. Но зато его тезка – Максик был на стреме, ожидая хозяина около двери. После того, как Сергей подобрал его на улице, котенок признавал только в нем хозяина и слушался беспрекословно, хотя с Марго мог позволить себе любую милую кошачью пакость.

 

Столичный кабинет

высокого военного начальника

 

Майор стал прокручивать в голове дополнительные способы воздействия на этого упрямца. У него было все продумано, включая несколько вариантов устранения ненужного свидетеля. Но пока дело не сделано, приходилось ждать. Правда, на самый крайний случай, существовала возможность шантажа через бывшую жену и дочь… Но это только на самый крайний случай. Они ведь приличные люди. Майор вышел из кабинета начальника, тихо прикрыв за собой дверь. Ему все-таки удалось уговорить шефа подождать еще. Пусть исполнитель порадуется обретенной свободе перед неминуемым концом.

 

Офис «Техбанка»

 

Когда за дело берутся профессионалы высокого класса, то все делается быстро. Через несколько дней на компьютер службы безопасности для Максима пришло зашифрованное, только ему знакомым шифром, сообщение. А еще через полчаса он положил перед Марго список счетов Шамиля. Марго плотоядно усмехнулась и спросила:

Она добросовестно лазила по интернету, выписывая на листок номера счетов, а голова была занята внезапно возникшими мыслями. Странно, но почему-то за все время их знакомства с Максимом, ей не приходило в голову расспросить его: что с ним случилось? что он здесь делает? каковы его планы? и какое отношение ко всему этому имеет Шамиль? Марго не сомневалась, что всей правды он не скажет, но узнать о положении дел хотя бы в общих чертах, стоило. Решив заняться этим вечером, Марго полностью переключилась на компьютер. Ей хотелось побыстрее закончить со всей этой историей по отчуждению неправедно нажитых денег в пользу тех, для кого они действительно – вопрос жизни.

 

Офис Руслана

тот же день

 

Теперь можно было всерьез заняться этим подлым псом. На родине его ждут и встретят, как подобает. После смерти Шамиля и ему можно спать спокойно. Иса будет отомщен. Руслан, довольный, вышел из офиса и сел в машину. Неожиданно в зеркале он увидел, что в салоне не один. На заднем сиденье вальяжно развалился какой-то мужик в темных очках. Руслан потянулся к бардачку, в котором у него всегда лежал пистолет.

Руслан убрал руку и вопросительно повернулся к говорившему.

Руслан знал, что Иса был довольно близким знакомым председателя правления «Техбанка», и его фирма все свои дела вела именно через этот банк. Руслан постарался вспомнить, попадалась ли ему когда-нибудь такая фамилия, но это не удалось.

Тогда ясно. Руслан не имел дела со службой безопасности банка, но отказываться от такой помощи не следовало. Он вышел из машины и тоже пересел за заднее сиденье.

Проговорили они действительно довольно долго.

На этой дружелюбной ноте они пожали друг другу руки и расстались. Руслан вышел из машины и вернулся в офис. Надо было получше обдумать звонок на родину. С одной стороны, окончательный расчет с Шамилем несколько откладывался, а с другой – он не только сможет лучше подготовиться, но Максим ему пообещал, что проблем с перевозкой такого неудобного груза, как Шамиль у него не будет ни на федеральных постах вокруг, ни в самой Чечне, а это значительно упрощало дело.

 

Квартира Марго

вечер

Максим стоял на балконе и курил, бездумно глядя в темное небо. Теперь ему оставалось только ждать. Сзади раздался звук открываемой двери, и Марго, держа на руках Максика, составила компанию.

Вначале она также молча смотрела на небо, потом почесала за ухом котенка, после этого пару минут походила по балкону. Сергей видел, что она хочет о чем-то спросить, но не решается. Наконец, он докурил, щелчком отправил окурок и повернулся к Марго:

Он присвистнул:

Они вернулись в гостиную, где довольно громко вещал телевизор и сели на диван.

 

В эту ночь Марго опять никак не могла уснуть. Она бесконечно обдумывала и прокручивала в голове все сказанное Сергеем. Она понимала, что сказал он ей далеко не все, но даже эти неполные и разрозненные сведения произвели на нее страшное впечатление. Нет, правильно говорят умные люди: меньше знаешь, лучше спишь. Совсем недавно началась вторая чеченская война. Теперь Марго смотрела на нее совсем другими глазами. Пожалуй, она вообще на многое теперь будет смотреть другими глазами.

Тяжело вздохнув, вылезла из кровати и прошлепала на кухню. Тут же сзади оказался Максик и потребовал заодно покормить и его. Марго положила ему на блюдечко изрядную порцию «Вискаса», и котенок, счастливо зачавкал. Ну, вот, а говорят желудок у котенка не больше наперстка.

Марго включила под чайником газ, сняла с него свисток и насыпала в чашку кофе. Она очень хотела знать, чем все это закончится для Сергея. Хотя он даже намеком не дал ей понять, что его жизни что-то угрожает, она и так это чувствовала. Не зря же он ее называет ведьмой. Чайник закипел. Марго налила в чашку кипящую воду, прикрыла блюдцем и задумалась.

Она не была уверена, что ей удастся увидеть ответы на мучившие ее вопросы. Пример с Исой был очень показателен. Она не всесильна. А даже если и увидит, что она сможет сделать? Ровным счетом ничего.

Марго сняла блюдце и быстро начала глотать темную обжигающую жидкость. Она спешила. Если проснется Сергей и увидит ее за этим занятием, фиг он ей даст что-нибудь увидеть.

Она опрокинула чашку на блюдце и слегка про себя попросила: «Господи, сделай так, чтобы все закончилось хорошо». Неожиданно Марго вспомнила Ольгу, как она нервничала, как у нее тряслись руки. Теперь она, Марго, находится в таком же положении, правда, в отличие от Ольги, руки ее трясутся без свидетелей, но что удивительно, думали они об одном и том же человеке.

Марго быстро сунула блюдце в раковину и посмотрела в чашку. Опытная гадалка, сама оставила в чашке слишком много жидкости, чтобы кофе стек по стенкам бесформенной массой, почти не оставляя за собой читаемых картинок. Марго усиленно всматривалась в чашку, пытаясь найти хоть что-нибудь в темной густой массе. Как было хорошо, когда ее посещали видения, решила она, а сейчас – ничего, пусто. Ей показалось, что удалось разглядеть какой-то намек на картинку. Марго пригляделась внимательнее – вроде бы самолет. Но какой-то странной формы. Что-то с ним было не так…

Внезапно чашка оказалась в тени. Марго даже не стала поднимать головы. Ей и так все было ясно, и она пробормотала:

Она суетливо бросила чашку в раковину и пустила воду. И только после этого, улыбнувшись, посмотрела на Сергея:

Уже лежа в постели, она пыталась вспомнить, как выглядел силуэт самолета и что с ним не так. Плохое предчувствие тяжелым камнем опять сдавило где-то внутри и мешало дышать. В конце концов, Марго все-таки заснула, но сон ее был тревожным, прерывистым и тяжелым.

 

Утром она проснулась не только с головной болью, синяками под глазами, но и с предчувствием надвигающейся беды. Марго не была сильно верующим человеком, но в церковь ходила регулярно – ставить свечки и думать о вечном. Ее это всегда успокаивало и придавало сил. Сегодня она решила обязательно сходить в церковь.

Недалеко от банка, в старом уютном переулке располагалась совсем маленькая церквушечка. Точнее, это была даже не церковь, а скорее часовенка. Вот в нее-то Марго и направилась. Здесь царил полумрак, было прохладно и тихо. В углу сидела пожилая монашка и тихо бормотала себе под нос молитвы.

Марго положила в ящик для пожертвований несколько монет, привычно взяла свечку, поставила ее перед иконой богоматери и хотела уже выйти на улицу, но какая-то сила удержала ее. Марго подняла глаза к лику. Она не знала никаких молитв, поэтому просто про себя начала просить: «Помоги мне, сделай так, чтобы для него все закончилось хорошо. Я ведь прошу совсем немного. Правда?» Она внимательно всмотрелась в лик Богородицы на иконе. Та взирала на мир спокойно и благостно, любя всех вокруг и никого конкретно. Взгляд ее был устремлен поверх голов в то далекое пространство, в которое не дано заглянуть простому смертному и грешному человеку. Марго еще раз про себя повторила свою просьбу. Она ждала, вдруг ей будет дан какой-то знак свыше, который сможет успокоить и дать надежду. В этот момент Марго показалось, что глаза на иконе уже смотрят прямо на нее. Вначале ей показалось, что это все лишь плод ее желания, она сморгнула и снова посмотрела на икону. Богородица продолжала пристально смотреть ей прямо в глаза. У Марго по телу побежали мурашки. Она не могла понять, не могла оторваться от этого завораживающего взгляда. Так продолжалось несколько секунд, а может быть, часов. Потом лик на иконе окутался как бы дымкой ладана, хотя его не было и в помине. Марго тихо охнула, попятилась и выскочила из часовенки.

На улице ее встретил ясный и солнечный день. Все было точно так же, как несколько минут назад, когда она только входила. Марго прислонилась к стене и на несколько секунд прикрыла глаза. Ей надо было прийти в себя и попытаться истолковать поданный знак. В том, что он был, сомнений не было.

Марго медленно брела назад в банк. Что это означало? Она плохо спала прошлую ночь и, как материалиста подумала, что, может, ей все просто привиделось? Нет, это был сигнал того, что ее молитва услышана. Но будет ли все хорошо? Или взгляд богородицы выражал сочувствие по поводу того, что ей уже ничем нельзя помочь? Ясности так и не было. Ругая себя за непонятливость, плохую интуицию и за все остальные действительные и мнимые грехи, она вошла в прохладный вестибюль банка.

 

Коттедж Шамиля

несколько дней спустя

 

Шамиль уже третий день не покидал свой дом. Если его спросить, пожалуй, не смог бы четко ответить, почему он это делает. Последнее время у него появилась необъяснимая боязнь внешнего мира. Он мог бы назвать ее манией преследования. На первый взгляд все шло так же хорошо, как обычно. И все же, что-то было не так. Вековое чутье охотника-горца, заставило его насторожиться. Он ничем и никак не хотел, да и не мог объяснить это чувство, появившееся внезапно, ниоткуда и без видимой внешней причины. Ему постоянно казалось, что за ним следят. Пару раз он даже порывался позвонить в Москву своему покровителю, но так и не сделал этого. Ему было стыдно сознаваться в своих беспричинных страхах. К тому же, он, во-первых, сомневался, что тот хоть пальцем пошевелит, чтобы помочь Шамилю, если тот действительно окажется в опасности. Сразу сдаст собака, чтобы спасти свою шкуру. А во-вторых, Шамиль не был уверен, что угрожающая опасность исходит не от самого москвича. Однако, Шамиль ничуть не сомневался, что его предчувствия возникли не на пустом месте. Подсознание настойчиво предупреждало о грозящей опасности, которую стоило пересидеть дома. Так он и делал. Своим людям сказал, что пошаливает давление, и врач прописал постельный режим. Им этого хватило. Традиционно установленный порядок обязывал их не задавать лишних вопросов хозяину.

 

Офис «Техбанка»

следующее утро

 

Зазвонил мобильник, Максим первым делом глянул на дисплей – Руслан.

Максим быстро поднялся к Марго и предупредил, что ее идея возможно скоро будет претворена в жизнь – Шамиль своими фальшивками своим же людям в Чечне заплатит за освобождение брата Ирины.

Марго это порадовало, но наученная жизненным опытом, она решила пока не делиться с Ириной полученной информацией. А то, когда ожидаешь чего-то, и оно уже совсем близко, кажется, протяни руку и возьми, в такой момент нечто подталкивает поделиться с приятелями… и все. Сразу происходит что-нибудь такое, что полностью меняет ситуацию и ничего не получается. Причем это были не единичные случаи, а система. Тогда, Марго пришла к выводу, что закрытый рот еще никому не помешал и, в дальнейшем, неуклонно следовала этому принципу.

 

Пригород Грозного

несколько дней спустя

ночь

 

Формально Шатун и каждый из его группы в отдельности были «в отпуске на юге», а отпуск заключался в том, что они всей компанией вот уже несколько часов сидели в засаде возле одного неприметного полуразвалившегося частного домика в пригороде Грозного. Они приехали задолго до назначенного времени, так как должны были убедиться, что все безопасно.

Послышался звук подъезжающей машины. Шатун посмотрел на часы. Судя по всему это именно те, кого они ждут. Он и еще трое его ребят вышли из укрытия. Остальные остались там, на всякий случай…

Обмен произошел довольно быстро. Шатун боялся одного, что бандиты узнают баксы собственного изготовления и тогда – пиши, пропало. Сделка не состоится, а парню это может стоить жизни. Конечно, они предварительно хорошенько поработали над подделками. Теперь их трудно узнать. Но ведь хороший портной всегда может определить вещь, которую он сшил.

Поэтому, как только испуганный, грязный и истощенный паренек оказался у них в руках, Шатун сразу же затолкал его в одну из нанятых на пару дней машин, и они рванули с места, разбрызгивая грязь и щебень с неприветливой чеченской земли. По пути парня быстро успокоили, сказав, что везут домой. Но уверенности, что все обошлось без выстрелов и погонь, пока еще не было. И только, когда они пересекли границу Чечни, Шатун достал мобильник, набрал хорошо знакомый номер и с облегчением сказал в трубку:

 

Офис Шамиля

утро следующего дня

 

Шамиль положил трубку и озадаченно посмотрел на телефон. Ему только что сообщили, кто-то выкупил братишку этой девицы. Интересно, кому он мог понадобиться? Ахмед буквально пару дней назад вернулся с очередной партией фантиков и заверил, что дома все спокойно. Быстро, однако, они все обтяпали. Кто такие «они» Шамиль не знал, поэтому и обозвал их таким обтекаемым словом, за которым так и маячила какая-то необъяснимая угроза. Неизвестность снова стала перерастать в страх, который все сильнее и сильнее окутывал его сознание, мешая спокойному и взвешенному анализу.

Разумеется, у семьи таких денег нет и вряд ли когда-нибудь будут. Может, девица нашла себе какого-нибудь богатого любовника, и он, чтобы произвести впечатление, сделал широкий жест, выкупив парня? Это был возможный, но маловероятный вариант. Если все же это так, то, вскоре следовало ожидать отказа девицы от выполнения его поручений.

Конечно, можно было пошантажировать Ирку тем, что он, Шамиль, может опозорить ее перед всем банком, рассказав, чем она там занималась все время. А если к ней это вообще не имеет никакого отношения? Зря, зря с ним не посоветовались, прежде, чем отдавать парня. Надо было его еще подержать, пока здесь все окончательно устаканится. Но переговоры вели старейшины села. Им не принято отказывать. В конце концов, не будет он пока забивать себе голову всякой ерундой. Если девица на днях вдруг заартачится, вот тогда он и решит, что с ней делать, а пока у него и так полно важных и срочных дел.

 

Шамиль вскоре действительно переключился на текущие дела, полностью выбросив из головы странный выкуп брата Ирины. Еще какое-то время в его голове тоненько позвякивали затихающие колокольчики, словно предупреждая о грозящей опасности, но вскоре и они затихли. День вошел в обычное русло. Еще один удачный день в череде многих последующих за ним.

 

Офис «Техбанка»

несколько дней спустя, утро

 

Ирина сидела перед компьютером. Она только что перегнала очередную информацию для Шамиля, и на душе у нее было отвратительно.

Неожиданно дверь открылась и на пороге возникла улыбающаяся Марго. Ирина съежилась. Узнав, о необычных способностях Маргариты Юрьевна, она откровенно стала ее побаиваться. Вдруг узнает о шпионаже?

Марго, глядела на нее каким-то странным взглядом, казалось, она спокойно и методично прочитывает самые потаенные мысли насмерть перепуганной девушки. И вдруг Марго неожиданно пригласила зайти в свой кабинет.

Ирина кивнула, встала и поплелась к выходу, как идет приговоренный к смерти человек на плаху. Ничего хорошего для себя она уже не ждала. Перед тем, как войти в кабинет, Марго задержала ее словами:

Ирина вздрогнула, медленно потянула дверь на себя, просунула голову в образовавшуюся щель и оглядела кабинет. В кресле отмытый и переодетый во все новое сидел… Лешка.

Ирина издала дикий ликующий визг, который наверняка было слышно на улице, и бросилась к нему на шею.

 

Офис Руслана

тот же день

 

Руслан еще раз убедился, что с Максимом можно иметь дело. Свою часть Савельев выполнял четко.

Максим попрощался и отключился, а Руслан сразу же позвонил своему помощнику и сказал всего одно слово:

В этот момент судьба Шамиля была решена окончательно и бесповоротно.

 

Ресторан Шамиля

комната для VIP – персон

 

Шамилю захотелось побыть одному. Он потребовал никого не пускать и закрыл дверь в «кабинет». Последнее время его все чаще стала посещать мысль – отделаться от своего покровителя. Все и так шло прекрасно. Совсем недавно прибыла очередная порция фантиков, и он сразу пристроил ее в «Техбанк». Ему страшно надоело делиться. Да и зачем? Работает и рискует он один, а тот, в Москве, только получает бабки и совсем немаленькие. А ведь если что случится, помощи от него не дождешься. Так за что платить?

Шамиль достал мобильник. Хотя он и так был уверен, что все прошло нормально, как обычно, но все-таки следовало убедиться. Он небрежно набрал знакомый номер и вдруг… Металлический женский голос монотонно сообщил:

Решив, что ошибся в какой-то цифре, он достал бумажник, нашел все записи по банку и снова, более внимательно цифру за цифрой набрал номер. Металлический женский снова монотонно повторил то же самое.

Шамиль почувствовал, что у него от ужаса зашевелились на затылке волосы. Он снова взял мобильник и набрал следующий номер, ввел пароль. Ответил уже мужской металлический голос, но текст был до ужаса схож с предыдущим:

Шамиль покрылся липким холодным потом. Он снова и снова набирал номера, вводил коды, еще надеясь, что это какая-то ошибка и вот-вот все встанет на свои места. Не встало. К тому же от множества звонков сел мобильник. Делать было нечего, во всяком случае, сегодня. Он тяжело поднялся и, сунув в карман мобильник, с трудом поплелся к выходу. Сегодня он хорошенько выспится, а завтра прямо с утра отправит своих людей к этому охраннику Максу. Он, кажется, считает себя самым умным или хитрым, но ему придется вернуть все, да еще с процентами, а сам поедет в Москву и все выяснит.

По пути Шамиль решил, что не стоит, пожалуй, отправлять ребят к Максу. Он, видимо, здесь ни при чем. Тут поработал какой-то классный специалист-программист и, видимо, не местный. Ну не может тупой охранник, сидя здесь в банке, накрыть все его счета. Этого просто не могло быть!

Завтра он разберется во всем. И, хотя неприятно признавать, но придется обратиться за помощью к тому самому москвичу, от которого буквально несколько минут назад Шамиль так мечтал отделаться.

На самый крайний случай можно будет послать Ахмеда в Чечню и попробовать запустить станок на круглосуточную работу. Конечно, процесс это долгий – десять тысяч в сутки, больше напечатать невозможно. Значит, ему удастся поправить свое положение не раньше, чем за полгода. Не восстановить! А именно поправить. Тогда, возможно, удастся избежать неприятного разговора с московским покровителем. Но как он сможет объяснить полное отсутствие денег и необходимость их восстановления? Ведь восстанавливая свои счета, ему придется какое-то время не платить долю москвичу, которому такой поворот не понравится точно.

Шамиль вышел из ресторана и медленно направился к своему джипу. Открыв дверцу, он привычно плюхнулся на заднее сиденье и раздраженно бросил шоферу:

Но уж если не везет, то не везет во всем. Вначале ему показалось, что этот придурок заснул и не услышал приказа. Шамилю было лень шевелиться, и он повторил уже громче:

В ответ снова – ни звука, ни движения – тишина. В груди Шамиля снова зашевелилось неприятное чувство страха. Он привстал с сиденья и толкнул шофера в плечо. Рука попала во что-то липкое и влажное. Неприятное предчувствие начало оправдываться – тело шофера тяжело завалилось на руль.

Шамиль все понял. Он уже полез в карман за мобильником, но вспомнил, что сейчас не сможет им воспользоваться. Чертыхнувшись, Шамиль протянул руку к дверце – придется вернуться в ресторан и оттуда созвониться с начальником УВД. Тот обязан ему помочь, почти все время, что Шамиль был здесь, тому очень хорошо и богато жилось.

Обе дверцы раскрылись одновременно, двое мужчин запрыгнули в джип, и Шамиль оказался зажат ими с двух сторон.

Джип стоял далеко от фонарей, поэтому в салоне было темно. Шамиль понимал, что ему не дадут включить свет. Внимательно всмотревшись, он все-таки узнал в говорившем Руслана. У Шамиля мелькнула надежда, что, может быть, удастся его уговорить? Ведь если бы он, Шамиль, не избавился от Исы, то и Руслан не занял бы такого высокого положения.

Шамиль понял, что для него все кончено. Как ни крути, а Руслан и Иса были из одного тейпа, следовательно, родственники, а кровную месть в Чечне пока никто не отменял, хотя формально она была запрещена давно. Оставался один выход – попытаться вырваться и скрыться, причем, прямо сейчас, немедленно. Но как только Шамиль напрягся для прыжка, открылась дверца со стороны шофера. Кто-то из людей Руслана столкнул тело на соседнее сиденье и занял его место. Джип тронулся, унося Шамиля в мрачную неизвестность.

 

Вскоре джип выехал из города и, по едва видневшейся в темноте тропинке, углубился в лес. Шамиль заволновался и задергался. Он почему-то решил, что здесь его и убьют.

Джип остановился на небольшой полянке в чаще. Оказалось, что там их ждет совсем неприметная «Нива».

Шамиль тяжело вздохнул и послушно выполз из машины. Силы совершенно оставили его. Страх скрутил внутренности, не давая толком дышать. Но надежда, последнее, что оставляет человека, поэтому он упорно цеплялся за мысль, которая истончалась, но не покидала окончательно, а вдруг повезет?

Шамиля быстро запихали на заднее сиденье «Нивы», где компанию ему составил один из людей Руслана. Сам же Руслан с шофером, который их привез сюда, начали что-то делать возле его джипа. Буквально через несколько минут они сели в машину и на максимально возможной в лесу скорости стали удаляться от поляны. Остекленевшим взглядом Шамиль провожал в окно джип. Там же, за окном в безвозвратном прошлом оставалась и его шикарная прошлая жизнь. Вслед им грохнул взрыв. Шамиль любил, чтобы его машина всегда была заправлена под завязку. Он оглянулся. Через деревья были хорошо видны всполохи горящей машины.

«Нива» выбралась на трассу, и Руслан достал мобильник. То, что он сказал по телефону, прозвучало для Шамиля похоронной музыкой:

Значит, этот гаденыш поделился кассетой с Русланом. Теперь понятно, почему у них расстроились возможные общие дела. Интересно, сколько Макс взял за помощь по беспроблемному пропуску машины? Шамиль был так зол на себя, на собственную глупость, на то, что дал обвести себя вокруг пальца какому-то охраннику – недоумку, что даже на какое-то время забыл о собственном безвыходном и беспросветном положении. А в следующий момент отчетливо осознал, если Руслан в его присутствии спокойно говорит о самых секретных вещах открытым текстом, значит, его участь решена окончательно и бесповоротно. Страх вернулся снова. Он расползался от внезапно взмокшей головы, опустошил все внутренности. После этого одеревенели и стали непослушными руки и ноги, а через какое-то мгновение страх теперь уже окончательно поселился в его душе. Единственное, что можно попробовать сделать Шамилю это накрутить Руслана против Савельева. Если он его потом уберет – не так обидно будет. Задумавшись, Шамиль уловил только последние слова разговора. Голос Руслана прозвучал несколько удивленно:

Руслан сунул в карман телефон и обернулся к Шамилю.

Шамиль почувствовал, что ему не хватает воздуха. Перед глазами все поплыло. Только теперь он узнал правду, всю правду чудовищную и неумолимую. Она заключалась в том, что московский покровитель не просто его подставил, но и сдал, сдал намеренно и расчетливо тому, от кого не стоило ждать пощады.

Теперь Шамиль понял, почему в последнее время его постоянно преследовал страх. Просто он чувствовал, что враг очень близко. Прикрыв глаза, Шамиль попробовал представить лицо Григорьева, каким он его видел на суде. Смутно, очень смутно. Мог ли быть Савельев тем самым майором, или они просто знакомы? Шамиль так и не смог решить. По большому счету это было уже не важно – месть настигла в такой неожиданный момент! С самое страшное заключалось даже не в том, что его скоро убьют, как мужчина он должен быть готов к этому. Намного страшнее для Шамиля было сознание, что накануне он лишился всего, чего ему удалось достичь за все это время непрерывной цепью предательств, подлостей и унижений. Враг поступил очень тонко. Одно дело было, если бы скажем, его застрелили на улице. И совсем другое, когда его вот так жалкого и нищего, как барана, везут на убой.

Шамилю стало жаль себя, жаль потраченных впустую сил. Теперь он мог предположить, что это московский пес лишил его всех денег, присвоив их себе, и он, Шамиль, был теперь всем без надобности…

Руслан обернулся и протянул трубку. Шамиль сразу вцепился в нее и поднес к уху. На том конце тишина. Шамиль понял, что Максим ждет, что первым заговорит он, ну и ладно, сейчас не до выпендрежа.

Его обрадовало, что Максим в ответ промолчал. Значит, это произвело на него впечатление.

Если Шамиль и был несколько недоволен тем, как Максим воспринял его сообщение, то никак не показал этого, возвращая телефон Руслану, который без вопросов и комментариев сунул его в карман. Шамиль был уверен, что Максим так просто этого не оставит, и у большого москвича еще будут неприятности.

Вскоре «Нива» выехала на федеральную трассу и покатила на юг. Шамиль, посчитав, что он сделал все, что мог, равнодушно смотрел в сторону. За затемненными окнами проплывал типичный среднерусский пейзаж. Но Шамиль уже понял, что через какое-то время все изменится, дорога начнет петлять по горам. Возможно, тогда у него появится шанс… Ему еще не так много лет, и он вполне может начать все сначала. Тем более что там, дома, у него есть станок, который может снова сделать его богатым. Но теперь он будет в сто раз умнее и хитрее. И не станет больше связываться с такими покровителями…

Шамиль закрыл глаза и провалился в тяжелое полузабытье, которое вряд ли могло принести с собой отдых, если, только проснувшись, он не поймет, что это был просто кошмарный сон и ничего больше.

 

Проснувшись, Шамиль не сразу понял, где находится. Ему понадобилось несколько минут, чтобы окончательно прийти в себя и осознать, что едет он в той же самой «Ниве» на юг, навстречу своей смерти.

За окном мелькали дорожные указатели. Было уже светло. Пейзаж за окном заметно изменился. Из чего Шамиль сделал вывод, что проспал довольно долго.

Вскоре они притормозили возле какого-то небольшого придорожного кафе и зашли туда перекусить. Шамиль отдавал себе отчет, что это его шанс. Но в тоже время на него напала какая-то необъяснимая апатия, которая мешала собраться и начать действовать. В душе он просто поражался как послушно следует указаниям похитителей. Они шли плотной группой, и со стороны никому не могло прийти в голову, что это идет конвой, а в центре – приговоренный к смерти преступник, преступивший все допустимые нормы человеческих отношений, и Бог тут был ни при чем.

После завтрака его снова затолкали на заднее сиденье «Нивы» и, немного отъехав от кафе, притормозили.

Шамиль опять занервничал.

Боковым зрением Шамиль увидел, что сидящий рядом с ним человек полез в нагрудный карман и через секунду в его руке появился шприц. В последний момент Шамиль попытался дернуться, но маленький салон «Нивы» не очень располагал к размаху. И иголка шприца, прямо через одежду воткнулась в руку повыше локтя. Шамиль даже не ощутил боли.

Уже засыпая, Шамиль понял, что умирает последняя надежда остаться в живых. Черный провал, не сопровождаемый никакими сновидениями, окутал его плотным коконом, который уже вполне можно было считать саваном.

 

«Нива» ехала, не спеша, не нарушая правил движения, аккуратно останавливаясь на всех постах, не создавая ни себе, ни другим никаких проблем. К вечеру они были на месте без единой задержки.

Проснувшись, Шамиль увидел вокруг себя знакомые лица тех, кого он надеялся больше никогда не встретить в своей жизни. Почти так и получилось. Перед смертью, Шамиль повел себя далеко не так, как ему бы хотелось. Остатки храбрости куда-то улетучились. Он униженно ползал в ногах своих кровников, как навозный червяк, умоляя пощадить и обещая заплатить большие деньги. Не помогло.

Следующим утром патруль федеральных сил на окраине Грозного нашел изрешеченный пулями труп хорошо одетого мужчины. К удивлению военных, при нем был найден мобильник, крупная сумма денег и паспорт с именем и пропиской в областном центре, который находился далеко на север от Грозного…

 

Руслан не стал будить Максима ночью. Какой смысл? Пусть выспится человек, а утром он порадует его хорошей новостью.

 

«Техбанк» утро

кабинет Максима

 

Он не мог решить, стоит ли звонить заказчику, что дело сделано, или тихо смыться, предоставив тому не только узнать по своим каналам о смерти Шамиля, но и расхлебывать проблемы, которые скоро возникнут у него самого. Вначале он даже склонялся к первому варианту, но потом прикинул, что в этом случае проблемы могут возникнуть у людей, которые его сейчас окружают, в том числе у Ольги или Марго. Пожалуй, не стоит впутывать их в это дело, а он сумеет о себе позаботиться. Сергей решился и набрал номер.

 

Столичный кабинет

высокого военного начальника

 

Майор аккуратно положил трубку и с удовлетворением потер руки. Затея удалась. Сергей только что сообщил ему о смерти Шамиля, окончательно подписав себе этим смертный приговор. Теперь осталось порадовать новостью шефа и быстренько завершать дело, благо, подходящие люди уже найдены.

Майор слегка постучал в дверь начальственного кабинета и почти сразу же просунул в дверь голову:

Конечно, майор и сам знал, что нужно приступать. Только проявлять инициативу, в таких вещах не стоит. Это он знал прекрасно. Поэтому, вытянувшись в струнку, дожидался ответа, который не заставил себя ждать.

Майор вздрогнул. Ему совсем не светило попасться в столице с фальшивыми чеченскими долларами. Он достаточно знал законы и писаные и неписаные, а потому слишком хорошо понимал, что в этом крайнем случае отвечать он будет по полной программе и совсем один.

Его мало привлекала карьера, гораздо притягательнее выглядела свобода и чековая книжка в кармане. Тогда на пляжах какой-нибудь Ниццы, или Канар уже не он, а его будут обслуживать. С этими радужными мыслями майор покинул кабинет начальника и полез в стол за номером телефона «нужного человека», который взялся завершить намеченную работу.

 

Москва, район

недалеко от здания

известного, как «Аквариум»

 

Шатун был потрясен тем, что рассказал ему Сергей, но сделал свои выводы.

Сергей был полностью согласен с этой идеей. Она ему приходила в голову, но загружать бывших подчиненных своими проблемами не хотелось. Они и так уже достаточно помогли. А негласная разработка столь высокого чина такой службы могла для них плохо кончиться.

На этом они и расстались

 

Офис «Техбанка»

день

 

Марго сидела в своем кабинете. Компанию ей составляла Ольга. Последнее время она довольно часто наведывалась в банк, а когда узнала, что теперь здесь работает Марго, то и вообще стала забегать постоянно. Чисто по-человечески Ольга ей нравилась, но она слишком хорошо теперь представляла ситуацию со всеми возможными последствиями. Судьбы Юрия Николаевича, Ольги, Сергея и ее самой переплелись в такой тесный клубок, что становилось страшно за судьбу их всех. Поэтому Марго крайне беспокоила возможная встреча Ольги с Сергеем именно сейчас, когда все было так зыбко и неопределенно.

А Ольга была вполне довольна жизнью, она собиралась в ближайшее время уволиться из поликлиники и заняться чем-нибудь более приятным и доходным. Например, открыть свою клинику. Как раз об этом, попивая кофе, она возбужденно рассказывала Марго.

По натуре она не была коммерческим человеком и самостоятельное предприятие немного пугало. К этому времени авторитет Марго в ее глазах был достаточно велик.

Она уже знала о смерти Шамиля. Вроде бы все закончилось и можно радоваться, но не тут-то было. Сергей больше ничего не рассказал, но Марго чувствовала, как он напряжен в ожидании какой-то неведомой опасности. Масла в огонь подлило то, что он собрался уехать из города на неопределенное время. Марго не могла понять, с чем это связано, а Сергей упорно молчал, утверждая, что все в порядке, просто у него есть кое-какие дела в другом месте.

Незаурядная интуиция подсказывала ей, что любимому человеку грозит смертельная опасность, но откуда она исходит, Марго никак не могла понять. Известного источника опасности уже не существовало, а ощущение нарастало и нарастало, усиливаемое неизвестностью.

Поэтому Марго сидела задумчивая и погруженная в себя, не очень вслушиваясь в Ольгин рассказ. Приятельница вскоре это поняла.

Когда дверь за Ольгой закрылась, Марго покосилась на чашки с остатками кофе на дне, которые откровенно просились к ней в руки. Марго уже потянулась к чашке Ольги, но передумала. Последнее время она предвидит одни неприятности, а это не сулит ничего хорошего. Марго вздохнула, оставила чашки и вернулась к работе.

 

Ольга в приподнятом настроение бодро сбегала по лестнице. Жизнь прекрасна! При выходе она столкнулась с каким-то мужчиной. Увидев ее, он как бы замер. Всего на мгновение. Проскочив мимо, она даже не заметила его секундного замешательства. Только оказавшись на улице, у Ольги возникло ощущение, что они кажется знакомы. Оно было туманное и легкое, как облако, но чем дальше, тем больше ощущение захватывало ее и не отпускало. Где-то в глубине подсознания замелькали искорки тревожного воспоминания, о чем-то неудавшемся и забытом. Они так и не смогли оформиться во что-то определенное, но это мешало уйти по своим делам и забыть. Немного помешкав у входа, Ольга резко открыла дверь и влетела к Марго. Неосознанное предчувствие оформилось в страшную мысль, которая требовала подтверждения или отрицания.

Марго с недоумением воззрилась на вновь возникшую на пороге Ольгу.

Марго почувствовала, как по спине у нее пробежал холодок. Вот и случилось именно то, чего она боялась все это время. Даже если Ольга видела именно его, как она смогла узнать бывшего мужа в новом обличье?

Она подумала, что Ольга, описывая внешность незнакомца, сама поймет, что ошиблась. Так и получилось.

Она открыла глаза и с облегчением вздохнула.

Она уже начала обдумывать что делать, если Сергей останется здесь. Им ведь не избежать встречи. Вопрос снова всплывет и надо будет его как-то решать. Она понимала, в каких запутанных отношениях они все окажутся. Это пугало, но мысль отказаться от Сергея и уйти в сторону, предоставив им самим выяснять непростые отношения, ей даже не приходила в голову. Сергей теперь был только ее и этим все сказано.

 

Профессиональным чутьем, выработанным годами работы в спецслужбах, Сергей уже несколько дней знал, что за ним следят. Он ничего не предпринимал, потому что ждал звонка от Шатуна. Сергей уже сказал Марго, что через несколько дней уедет на время по делам. Кажется, она ему не поверила, даже не стала делать вид. Но он не хотел ее обнадеживать, поэтому молчал о возможных неожиданных поворотах своей судьбы. В силу сложившихся обстоятельств, он уже обманул одну женщину. Это не доставило ему никакого удовольствия, но он загнал вглубь все эмоции и продолжал жить, чтобы все расставить по местам. В лице Марго он не хотел еще одной жертвы, принесенной своей профессии, а потому терпеливо ждал.

Недели Шатуну хватило. Все было готово. Марго, которая мужественно держалась все это время, наконец, не выдержала, расплакалась и осталась дома. Это было даже к лучшему. Теперь оставалось предупредить Юрия Николаевича.

 

Грищенко удивился неожиданному решению Максима уехать, но тот довольно убедительно объяснил, что после гибели Шамиля возникли проблемы с его московским прикрытием, поэтому для него будет лучше какое-то время переждать за границей. Юрий Николаевич, благодарный Максиму за свою спокойную жизнь, пообещал, что место останется за ним столько, сколько потребуется.

 

На следующее утро Максим уехал в Москву. Спешить ему было некуда, поэтому он долго колесил по улицам. Время от времени отмечая, что хвост так и не отстает. «Пусть покатаются ребята, заодно город посмотрят», - философски решил Сергей и полдня катал сопровождающих по Москве.

Он не обижался на них. Ребята делали свою для кого-то романтическую и привлекательную, а для другого просто неприметную работу. Одно огорчало, делали они ее непрофессионально, не столько работая, сколько играя в шпионов.

К вечеру он остановился около крупного универмага и медленной, небрежной походкой вошел в помещение. «Хвост» прилепился намертво. Примерно через час солидный мужчина в новом дорогом костюме и темных очках вышел из магазина, сел в поджидавший его «Мерседес» и укатил.

Наблюдавшие за Сергеем парни еще долго, почти до закрытия магазина, пытались отыскать его в толпе, но все было бесполезно. Зло сплюнув, они вернулись в машину. Один из них набрал номер и выпалил:

 

«Мерседес» еще немного покружив по Москве, свернул в направлении аэропорта «Шереметьево». За рулем сидел Юрий Николаевич, а на заднем сидении уткнувшись в плечо Сергея, тихо всхлипывала Марго.

 

Аэропорт «Шереметьево – 2»

примерно час ночи

 

«Мерседес», подкатил к аэропорту буквально за несколько минут до завершения посадки. Не стоило лишний раз мозолить глаза. Ведь оставался еще покровитель Шамиля, который жил и работал именно здесь, в Москве. Марго так до конца и не была уверена, знает ли Сергей, кто это, но ей очень хотелось верить, что знает, и уже принял необходимые меры.

Сергей пошел заполнять декларацию, а Марго с Юрием Николаевичем остались ждать в зале недалеко от входа с надписью «Таможня».

Марго украдкой посматривала в сторону Сергея. Она боялась, что он может опоздать и тогда неизвестно еще, чем все это закончится. Она боялась непрерывно, ни на секунду не успокаиваясь. К столику с декларациями подошел какой-то крупный мужик и на несколько минут перекрыл Сергея.

Марго еще больше заволновалась. Вдруг, пока с их места ничего не видно, там что-нибудь случится или его убьют?

Сергей сунул паспорт в карман и увидел как к ним, нервно облизывая губы, приближается Марго.

Марго подошла к ним в тот момент, когда громила отошел, и Сергей стал ей виден. В какие-то доли секунды у Марго мелькнула мысль, что здоровый мужик и Сергей знакомы, ей даже показалось, что Сергей что-то взял у него и положил в карман, но все произошло так быстро, что мелькнуло, как хвост кометы, и так же быстро растаяло в пространстве.

А Сергей уже направлялся к ним. Он пожал руку Юрию Николаевичу, чмокнул Марго, попав в кончик носа, залитого слезами и, не спеша, пошел к паспортному контролю.

Сердце Марго вначале замерло, а потом ухнуло куда-то вниз, стуча так громко, что, казалось, все вокруг должны слышать этот неровный грохот. Руки стали влажными. Она, пристально, не мигая, смотрела, как Сергей небрежно протянул паспорт таможеннику. Ему хорошо удавалось скрывать свои чувства. Таможенник шлепнул печать и вернул паспорт. Все.

Марго с облегчением выдохнула. Сергей оглянулся, помахал им рукой и скрылся в зале ожидания. Он прошел таможню одним из последних. Посадка уже заканчивалась. Вроде бы, все в порядке. Но Марго еще волновалась. Вот когда самолет оторвется от земли, тогда можно будет окончательно сказать, что все в порядке.

Она села за столик, а Юрий Николаевич пошел к стойке. Со своего места Марго могла видеть табло, на котором мелькали и менялись номера рейсов, время прилета и вылета самолетов. Она внимательно смотрела на табло и мысленно считала минуты.

Последнее время Марго ловила себя на том, что, несмотря на вполне позитивные перемены в жизни, она становится законченной неврастеничкой и пессимисткой. Это начинало угнетать.

Юрий Николаевич поставил перед ней чашку. Марго поболтала ложкой и поняла – кофе, к счастью, растворимый. Она боялась неожиданно накатывающих видений, боялась увидеть что-то плохое. Ждала и боялась.

Они молча выпили кофе. Марго чувствовала, что у Юрия Николаевича тоже кошки скребут на душе. Напряжение вокруг сгустилось и стало почти осязаемым.

Табло снова защелкало. Марго подняла голову. Номера рейса Сергея на нем уже не было. Быстро допили кофе.

Они направились к выходу из аэропорта. Уже подходя к стоянке, Марго вдруг почувствовала, как в душе нарастает не просто волнение и ожидание чего-то плохого. Это были ужас и паника, которые захватили ее целиком. Стало трудно дышать, на лбу выступили бисеринки пота. Она прикрыла глаза и покачнулась.

Юрий Николаевич поддержал ее. В искусственном свете многочисленных фонарей лицо Марго казалось ему совершенно белым. Он видел, что это не обморок. Ее глаза под прикрытыми веками продолжали двигаться очень быстро. Она опять что-то видела, и он был уверен, судя по ее лицу, это что-то – очень плохое.

Вначале Марго увидела темное ночное небо, усыпанное звездами, и небольшую мигающую красную точку в нем. Неожиданно точка дрогнула, увеличилась, распалась на множество маленьких горящих в воздухе точек. Наверное, это был какой-то взрыв, потом безо всякого перехода перед ее глазами поплыли искореженные куски металла, человеческих тел, обгоревшие вещи и обрывки бумаг, которые вперемежку валялись на земле, слегка припорошенной снегом. Она всмотрелась в куски металла – ближе и внимательней… Внезапно она наконец поняла, что было не так с самолетом, который она недавно смутно видела в своей чашке – он был, как бы надломлен посередине, а небольшие точки вокруг это – взрыв. Все встало на свои места.

Он всячески старался успокоить, хотя в глубине души верил ей. Юрий Николаевич прекрасно знал, что «просто показаться» Марго ничего не может, значит, вот-вот должно случиться страшное несчастье.

Над ними совсем низко, постепенно набирая высоту, пролетел самолет. Может быть, именно тот, на котором летел Сергей. В темном небе был виден только вытянутый силуэт и мерцающие цветные огоньки. Марго подняла голову, провожая его взглядом. В этот момент она поняла, что уже ничего нельзя изменить…

Самолет удалялся, поднимаясь вверх все выше и выше. Марго почувствовала, как по лицу катятся слезы. Она судорожно вздохнула и пошла догонять Юрия Николаевича. Хотелось надеяться, что он окажется прав, и все это ей только показалось.

Перед тем как сесть в машину, она последний раз взглянула в темное ночное небо, усыпанное звездами. Бортовые огоньки превратились в точку, которая продолжали удаляться.

Неожиданно эти точка дернулась, как бы замерла в воздухе, а потом дрогнула, увеличилась в размерах, в небе что-то полыхнуло. И сразу же множество маленьких горящих в воздухе точек, кувыркаясь, неровными, рваными скачками понеслись вниз к земле… Боковым зрением Марго заметила, что Юрий Николаевич буквально выскочил из машины, глядя вверх. Значит, он тоже заметил это. Видение снова было правдивым, и она опять слишком поздно это поняла.

Ничего уже нельзя было сделать, или изменить. Ни-че-го! Только что взлетевший борт должен быть заправлен под завязку…

Взрыв не заставил себя ждать. Небо осветилось яркими всполохами. Через секунды они оказались скрыты черными клубами дыма, едва различимыми на ночном небе. И наступила давящая на уши мертвая тишина. Марго беспомощно огляделась по сторонам.

Оказалось, что на улице собралось много людей. Все они видели катастрофу. Это уже не было только ее видением. Это было страшной непоправимой правдой.

Юрий Николаевич тоже это знал, поэтому не стал спорить, а захлопнул дверцу и включил зажигание. «Мерседес» мягко тронулся.

 

Столичный кабинет

высокого военного начальника

 

Несмотря на поздний час, генерал не уходил. Он ждал звонка. В тишине кабинета даже мелодичный звонок мобильника прозвучал резко и неожиданно. Генерал вздрогнул и поднес телефон к уху.

Генерал щелкнул пультом. На экране появилась заставка экстренного ночного выпуска новостей.

Генерал прослушал информацию и вздохнул с облегчением. Теперь все позади, проблемы остались в прошлом, ему больше нечего и некого бояться, не о чем волноваться. Все концы обрублены окончательно и навсегда.

Генерал нажал кнопку вызова:

Через несколько минут в дверях возник тот самый майор, но уже с новыми погонами подполковника и с подносом в руках. Он улыбался. То, что произошло, должно привести его к следующему повышению очень скоро. Все идет просто прекрасно. Он молча поставил чашку перед шефом.

Больше никто не мог ему помешать. Теперь перед ним открывались широкие перспективы. Генерал удовлетворенно потер руки и направился к выходу.

 

Коттедж Ю.Н. Грищенко

 

Ольга открыла дверь и, вздохнув, отступила вглубь коридора. На пороге стоял Юрий Николаевич, придерживая за талию, вконец зареванную Марго.

Все вошли в зал. На громадном диване лежала Женька, прижав к себе рыжего пушистого Максика. Оба безмятежно спали.

Марго посмотрела на нее опухшими заплаканными глазами и промолчала. Ольга знала далеко не все. Да и не стоит ей это знать. Лишнее. Что зря душу травить. Она его уже однажды похоронила.

Марго выдавила из себя какой-то звук, который при желании можно было посчитать за «спасибо».

Ольга привела ее в спальню и вышла, тихо прикрыв дверь. Марго упала на кровать, обхватила себя руками, натянула на голову подушку, чтобы не было слышно за стеной, и завыла в голос. Но измученный организм включил защиту, и она не заметила, как заснула.

 

В спальне было светло, и этот свет мешал спать. Наверное, ложась, она забыла закрыть шторы. К тому же кто-то щекотал ей лицо. Марго с трудом разлепила веки, увидела прямо перед собой рыжую усатую морду Максика и улыбнулась. Но тут же всплыли события ночи, и она поняла, что снова осталась одна.

Конечно, Юрий и Ольга – друзья, они будут утешать, и помогать ей прийти в себя, но… Марго сползла с кровати, глянула на себя в зеркало и ужаснулась. Глаза от слез заплыли, нос распух. С трудом, буквально заставляя делать себя каждый шаг, она потащилась в ванную и сунула голову под холодную воду.

Потом пришла Ольга и, как врач, напихала в нее успокоительных таблеток. Марго впала в какое-то полузабытье. В таком состоянии она провела, как потом выяснилось, несколько дней.

 

Через неделю она вернулась к себе домой, заставила себя выйти на работу и даже что-то там умудрялась делать.

Жизнь шла дальше своим чередом. Утром Марго уходила на работу и старалась загрузить себя, как можно больше. Вечером она спешила домой – накормить Максика, который, как ей казалось, толстел и толстел. Хотя, надо отдать ему должное, он тоже долго тосковал по Сергею, но потом, видимо, смирился с этой мыслью и посвятил все свои помыслы исключительно еде.

Марго снова начала принимать дома клиентов. Ей совершенно не нужны были их деньги, она делала это, чтобы не оставаться одной. К тому же клиенты здорово грузили ее своими проблемами, и Марго с удовольствием на них переключалась: слушала, ахала, охала и давала советы, как ей казалось – полезные.

Кроме этого Марго наконец-то покончила со своими семейными проблемами и официально развелась с Толиком, оставив ему свою малогабаритную квартиру. Когда Марго встретилась с ним, оформляя документы, то в первый момент даже не узнала, настолько далеко она ушла от прежней жизни. Несмотря на все трагические происшествия последнего времени, ей совершенно не хотелось возвращаться в ту, прежнюю жизнь. Марго потом долго удивлялась себе, как она могла прожить столько лет с таким пустым местом, которое называлось Толиком.

 

Приближался Новый год, а с ним – новый век и новое тысячелетие. Марго казалось, что людям вокруг очень хорошо, и все они живут в ожидании чуда, ведь не каждый год меняется тысячелетие. Весь мир ждал чего-то необыкновенного именно от этого Нового года.

Предновогодняя погода тоже соответствовала. Улицы присыпал чистый, только что выпавший снег, который продолжал медленно падать, погружая город в белую новогоднюю сказку последнего дня тысячелетия.

Но Марго ничего этого не видела, она сидела перед компьютером и возилась с очередной головоломной программой. Зазвонил внутренний телефон:

Марго быстренько свернула программу и бодрой рысью понеслась к начальнику. Она вошла в приемную, и уже на пороге ей все стало слышно. Дверь в кабинет Грищенко была открыта. Ирина, как и большинство сотрудников, которые наполняли кабинет, топталась недалеко от двери, время от времени приподнимаясь на цыпочки, чтобы заглянуть в телевизор.

Звук был включен громко. Марго явственно слышала голос первого Президента, который говорил о своей добровольной отставке и передаче всей полноты власти недавно назначенному премьер-министру.

Марго тихо вошла в кабинет и пристроилась за спинами сотрудников. Посмотреть выступление, теперь уже бывшего Президента она успеет и вечером, а слышно и так было достаточно хорошо.

Вскоре все закончилось, удивленный и ошарашенный народ потянулся к выходу. Марго, пропуская их, прижалась к стене. Кабинет быстро опустел. Она тоже повернулась и хотела уже выйти, но Юрий Николаевич остановил ее:

Марго вздохнула и неопределенно пожала плечами. Она вспомнила, что один умный человек сказал по этому поводу – история не имеет сослагательного наклонения, и жизнь человеческая тоже.

В этот момент из-за слоя облаков пробился совсем маленький и слабый солнечный лучик, скользнув по кабинету, он опять скрылся в тучах. Марго расценила это, как хорошее предзнаменование и сразу же решила, что пойдет встречать Новый год к Юрию Николаевичу. Свинцовая тоска понемногу отступала.

Она ведь так и не видела свою чашку. Людям свойственно желание заглянуть в свое будущее. Но Марго знала человека, который сказал, что не хочет его знать. Она была с ним согласна и решила, что просто будет надеяться на лучшее. Вдруг оно все-таки наступит? А смотреть она станет исключительно чужие чашки, и не будет брать близко к сердцу проблемы случайных клиентов. Она вышла из кабинета и по пути заставила себя думать исключительно о том, в чем она будет встречать новое тысячелетие.

 

Вечером, готовясь к первому за долгое время выходу, ей удалось уговорить себя хотя бы на время забыть все печальные мысли. В машину, присланную за ней, она села, почти довольная жизнью, прижимая к себе Максика, растерянного от вида снежной улицы и неожиданной перемены привычной обстановки.

К счастью, гостей оказалось совсем немного и все свои. Когда часы пробили полночь, а все как-то незаметно оказались в новом тысячелетии, Юрий Николаевич торжественно сказал:

Он протянул ей конверт, в котором лежало что-то маленькое. Марго заглянула внутрь. Там был ключ. Она непонимающе подняла глаза на Юрия Николаевича.

Вся компания высыпала во двор коттеджа, и перед изумленным взором Марго предстала небольшая салатового цвета машина, перевязанная многочисленными яркими ленточками.

Выбежавший вслед за ними Максик потерся об ее ноги и, пытаясь заглянуть в глаза, уверенно что-то говорил на своем кошачьем языке, видимо, подтверждая слова Юрия Николаевича. Марго взяла кота на руки и прижала к себе увесистый теплый комок.

 

Стимул и, правда, оказался хорошим. Теперь львиную долю своего свободного времени Марго посвящала изучению правил вождения и даже записалась на курсы. К ее удивлению, она оказалось очень хорошим учеником, а потом водителем.

Марго схватывала все на лету. И уже к концу весны бойко рассекала улицы города на своем красивом новеньком «Фольксвагене».

 

В последнее время все шло, в общем-то, неплохо. Только спокойному течению ее жизни постоянно мешала Ольга. Видимо, испытывая угрызения совести, от того, что Марго правдиво предсказала ей такое удачное замужество, а сама оказалась как бы не у дел. Ольга ей сочувствовала, потому что сама выхлебала достаточно из этой горькой чаши, называемой одиночеством, поэтому она периодически пыталась с кем-нибудь познакомить Марго. Но та упорно отказывалась. Она боялась и не хотела еще раз пережить даже теоретическую вероятность тяжелой потери.

 

Офис «Техбанка»

кабинет Марго

 

После чудесного спасения брата и так счастливо оборвавшейся рабской зависимости от Шамиля, Ирина почувствовала себя совсем другим человеком. Вскоре она стала всеобщей любимицей. Ирина, конечно, понимала – чудес не бывает, и догадывалась, что все произошло не без участия Маргариты Юрьевны. Будучи человеком неискушенным в хитросплетениях сложной науки психологии, Ирина все-таки сумела сопоставить отдельные намеки и интонации. Поэтому считала себя бесконечно обязанной этой красивой женщине за освобождение брата.

Утром она зашла к Марго и молча положила на стол толстый запечатанный конверт без обратного адреса, на котором небрежным почерком были написаны фамилия и имя Марго, прибавить к этому она могла только улыбку.

Сердце Марго на секунду замерло, а потом закувыркалось и ухнуло куда-то вниз. Она быстро отпустила Ирину. Внутренний голос подсказывал, что содержимое конверта, предназначается только ей. Марго разорвала упаковку. Там оказалась всего лишь дискета, правда, пока она докопалась до нее, пришлось развернуть листов двадцать плотной бумаги. Наверное, это было сделано на всякий случай, чтобы дискету нельзя было нащупать через конверт.

Марго помедлила какое-то время, крутя ее в руках. Осторожность била во все колокола. Может, выбросить ее? Вдруг там такое, что снова круто изменит ее жизнь? И, кто знает, а вдруг это будет не в лучшую сторону? Марго уже ничего не хотелось. Она устала от всего и лишь надеялась остаться в своей удобной, привычной и накатанной колее. Ей не нужны были никакие перемены. Тот взрыв поставил точку на всех перспективах, и теперь ее жизнь была яркой до взрыва и никакой – после.

Но дискета просто жгла руки. Марго начала себя уговаривать. В конце концов, она ведь может посмотреть, что там. Если это опять что-то опасное, всегда можно ее уничтожить и навсегда забыть. Ничего страшного, это ведь просто дискета – кусочек пластмассы – ничего больше.

Дискета с тихим щелчком встала на место. Марго посмотрела на экран. Там возникла надпись: «Введите пароль». Марго непонимающе смотрела в компьютер. Откуда, господи, боже мой, она может знать пароль какой-то неизвестной ей дискеты? Если эта дискета прислана для нее, то могли бы, по крайней мере, позаботиться о том, чтобы сказать пароль. Марго слазила в урну, достала уже выброшенные листы бумаги, в которые была завернута дискета и лихорадочно начала их просматривать. Может, она пропустила или не заметила, что на одном из них был написан пароль? Нет, все листы абсолютно чистые. Получается, человек, который передал для нее дискету, был уверен, что она сумеет с этим справиться.

Не так много людей знали об ее хакерских наклонностях. Всего два, но теперь остался только один из них, и ему нет никакого смысла передавать ей сообщения таким образом, достаточно зайти в соседний кабинет. Марго замерла и вытерла внезапно вспотевшие руки о юбку.

Неожиданно зазвонил телефон. От его резкого звука Марго просто подпрыгнула на стуле. Она протянула руку к трубке, но замерла, не решаясь снять. В этот момент Марго уже догадалась, что звонит хозяин дискеты. Телефон продолжал надрываться. Она нерешительно сняла трубку.

Марго почувствовала спазмы где-то в области солнечного сплетения.

Марго хотела что-то сказать, но поняла, собственный голос ей не повинуется, и промолчала.

Нелепая затеплившаяся надежда исчезла, оставив после себя горький осадок.

Послышался щелчок и короткие гудки. Марго медленно и осторожно, словно боясь разбить, положила трубку на рычаг, а затем перевела взгляд на экран компьютера. «Введите пароль», - продолжала взывать надпись на экране. Марго взяла себя в руки, внутренне собралась и приступила к работе. Действительно, стоило заканчивать со всей этой историей.

 

Чай, обед, перерывы, перекуры были забыты. Какой-то опытный специалист хорошо поработал над дискетой. Марго утешало то, что если бы она попала в чужие руки, то вряд ли ее смогли прочесть. К вечеру ей удалось просмотреть часть документов на дискете. Но каждый, буквально каждый из них, был закодирован по другому и давался с большим трудом.

Марго была в ужасе от прочитанного. Наши солдаты гибли в Чечне непонятно за что, а некоторые высокие начальники еще и обогащались на этом.

Поздним вечером ей все-таки пришлось ехать домой. Максику было наплевать на трудности с расшифровкой, ему нужна была еда желательно побольше и главное - вовремя. Единственное живое существо, ожидающее дома ее прихода, требовало заботы и ласки.

 

Ночью Марго почти не спала, прокручивая в голове разные варианты. На следующее утро в половине восьмого она уже сидела за компьютером. Дело приближалось к концу. На одной дискете просто не мог уместиться объем информации намного больше того, что она уже сумела прочитать.

Переде глазами возникла надпись «Банки и номера счетов», а затем, уже ставшее привычным: «Введите пароль».

Марго промучилась с этим последним паролем почти целый день. Ничего не получалось. Номера счетов и фамилии их владельцев оставались закрытыми для нее. Завтра должен был позвонить неизвестный доброжелатель, а она все никак не могла увидеть полный текст. Хотя и прочитанного, вполне хватало на то, чтобы упечь главное действующее лицо в тюрьму лет на сто по совокупности.

В конце концов, здесь были не только деньги, но явно просматривалась преступная связь с покойным Шамилем, да и известные боевики тоже отметились. Читая текст с дискеты, Марго раздумывала над вопросом – московский покровитель Шамиля, объект с дискеты и человек, отдавший приказ взорвать самолет, – это одно лицо? Возможно, тот, кто позвонит ей завтра, знает ответ на этот вопрос, а если нет? Если она, имея в руках разрозненные ниточки этого дела, должна будет сама сделать необходимые выводы? А что дальше, после этих выводов равносильных приговору?

Решив немного передохнуть, Марго включила чайник и машинально насыпала в чашку пару ложек молотого кофе. Сначала она не собиралась гадать, зачем? Но, уже наливая кипящую воду, быстро загадала – пусть этот чертов последний пароль появится на дне чашки.

Марго не стала действовать по установленным правилам, если ей суждено увидеть пароль в чашке, она его и так увидит. Поэтому, быстро выпив кофе, она перевернула чашку с остатками гущи на блюдце и, выждав пару минут, снова взяла ее в руки и поднесла к лицу.

Марго медленно поворачивала чашку, внимательно вглядываясь в кофейные разводы. Перед этим она постаралась полностью выключить свою интуицию, чтобы в нужный момент ее не отвлекли никакие видения, которые могли бы помешать. Кажется, это удалось, и она, пожалуй, впервые в жизни, спокойно рассматривала свою чашку отстраненным взглядом незаинтересованного человека, и никакие отвлекающие мысли Марго не посещали.

Показалось или нет? Марго впилась глазами в небольшой завиток. Похоже на букву А. Она взяла лист бумаги и черкнула на нем увиденную букву. Вот перед ее глазами проплыла очень витиеватая В, которая тоже сразу оказалась на бумаге. Марго наморщила лоб – какая-то странная буква Р. Она почему-то повернута не в ту сторону. Марго поморгала, перевернула чашку и тут поняла, что ошибалась. Это была не Р, это был мягкий знак.

Она записала его на лист и отставила чашку. Дальше смотреть не имело смысла. Марго ввела пароль – ведьма.

Перед ее глазами по экрану проплывали названия стран, банков, номера счетов и фамилии их владельцев…

 

Утром Марго не могла усидеть на месте в ожидании звонка. Когда незнакомец около одиннадцати позвонил, она, уже точно зная, кто это, схватила трубку сразу же после первого звонка.

Ей теперь было совершенно наплавать на собственную безопасность, а идея незнакомца просто грела душу. Наконец-то эти гады получат то, что заслужили давно.

Повисла пауза. Марго замерла в ожидании ответа. Ей хотелось получить утвердительный ответ. Она ждала именно его. После этого выполнить просьбу незнакомца ей было бы не просто удовольствием. Таков был долг перед памятью того, кто уже не сможет все сделать лично. «Месть – такое блюдо, которое нужно есть холодным», - всплыли в голове Марго чьи-то слова. Ее чувство мести уже достигло стадии остывания. Теперь пора. Одним ударом она сможет не только уничтожить врага, но и сохранить много молодых жизней ни в чем не повинных ребят, которые продолжали гибнуть как им казалось, во имя долга, но на жестком языке правды это понятие называлось совсем по-другому. Так хочется верить, что те, кто придут на смену такому начальству, будут честнее, лучше, порядочнее. Ей не хотелось верить, что за какой-то десяток лет можно было разрушить ту армию, которой они всегда гордились и любили.

Щелчок и короткие гудки.

Марго положила трубку на рычаг и, пододвинув к себе клавиатуру, задумалась. Она вспоминала ночь в «Шереметьево» и почти сразу перед ее глазами встала картинка. Она смотрит на Сергея, заполняющего декларацию, и тут весь обзор ей перекрывает какой-то здоровенный мужик. Марго видела его лицо всего одно мгновение, когда он уходя повернулся, поэтому так и не смогла вспомнить лица, но теперь она была уверена, что это и был таинственный друг Сергея.

И он прав, тысячу раз прав – не стоило подставляться загнанному в угол и смертельно раненому зверю. В такой ситуации они бывают очень опасны. Надо только хорошенько подумать и у нее все получится.

Повинуясь этим мыслям, пальцы Марго быстро забегали по клавишам.

 

Несколько дней спустя

 

Солнечным летним утром практически все центральные средства массовой информации получили информацию, которую в первый момент восприняли, как очередную сенсационную утку.

Но даже поверхностная проверка показала, что все было указано точно. Информация подтверждалась стопроцентно. Телефоны информагенств раскалились. Такое обилие международных разговоров случалось только во время зарубежных поездок главы государства. Больше всего удивляло руководство СМИ то, что они никак не могли обнаружить источник такой убийственной информации для нескольких высокопоставленных чиновников в погонах. Все это приводило к единственно логичной мысли, которая могла возникнуть в такой ситуации – о специально продуманной утечке из соответствующих компетентных органов. В этот день телефоны ФСБ разрывались так же, как и в информационных агентствах.

До самого вечера телевизионные руководители всех уровней еще думали и сомневались. Но свобода слова уже прочно поселилась в их душах и, наплевав на все и всех, вечерние выпуски новостей со скандальной анонимной информацией были подписаны к эфиру, практически во всех центральных электронных СМИ.

 

 

Столичный кабинет

высокого военного начальника

 

Перед генералом стоял его бледный помощник. Дрожащими губами он уже в который раз, запинаясь, повторял:

Несколько секунд генерал смотрел на него тяжелым немигающим взглядом.

Подполковник моментально испарился, будто его и не было вовсе. Генерал снял трубку и набрал номер.

Генерал долго сидел, глядя в одну точку. Помощи ждать было неоткуда. Столько лет все шло хорошо. У него не укладывалось в голове, как мог произойти такой грандиозный провал. Он прекрасно понимал, кто будет крайним в этом строю. Шансов не было никаких. К тому же оставалась семья, не стоило ее вмешивать в свои проблемы, и генерал достал табельный пистолет.

 

Вечер

квартира Марго

 

Марго пришла домой пораньше и с пяти часов вечера не отходила от телевизора. Она сделала все, что было в ее силах, и теперь ждала. Ничего. К девяти часам вечера она уже во всю мандражировала. Неужели их усилия пропадут даром, и все останется по-прежнему? Неужели не удастся отомстить зарвавшимся жуликам?

Марго пошла на кухню – налить чаю. Уже, наверное, пятую чашку.

В момент она оказалась на диване перед телевизором. Через столько времени наконец-то увидела его лицо. Это было лицо не только ее личного врага, но убийцы двух сотен людей, летевших в самолете и многих, многих других, погибших и погибающих в Чечне. Марго показалось, что в один миг перед ней промелькнули лица всех их. Лица жертв. Теперь настала очередь палача – ответить за все. Она показала экрану телевизора средний палец.

Слова: «Не дожидаясь ареста, застрелился в своем кабинете из табельного оружия» несколько вывели ее из того благостного состояния умиротворения и удовлетворения, в котором она находилась перед этим, слушая репортаж, но жалости не вызвали.

Потом она просмотрела, как показали задержание помощника генерала, какого-то подполковника, и еще нескольких человек. Марго предполагала, что их фамилии тоже фигурировали на ее дискете. Но самым интересным оказалось задержание в Чечне группы, которая печатала те самые высококачественно подделанные доллары, которые она когда-то держала в руках.

Хорошо поставленным голосом диктор бесстрастно сообщал об арестах, произведенных не только в Москве и Чечне, но и в штабе Северо-Кавказского военного округа. Мощная, разветвленная и хорошо организованная банда перевертышей и предателей прекратила свое существование. Впереди их ждали суды. Приговоры и неизбежные нары. Законность медленно, но неуклонно набирала обороты.

Холодное блюдо оказалось просто превосходным на вкус. В ее приятно-расслабленное состояние ворвался телефонный звонок.

Она не успела ответить: «Не за что». Она и сама получила от этого большое удовольствие, как послышались короткие гудки.

Марго сгребла в охапку Максика, поцеловала его прямо в мокрый нос и закружилась с ним по комнате. Впервые за несколько месяцев, с того злосчастного осеннего дня, у нее было легко и спокойно на душе.

Возможно потом, позже, она будет переживать о том, что сделала. Может, ее будет мучить совесть… Но Марго хотела надеяться, что ничего этого не произойдет. Тот, кто сегодня утром застрелился в своем служебном кабинете, не стоил мук ее совести. Сегодня, сейчас она была в этом уверена на сто процентов.

 

Месяц спустя,

кольцевая дорога вокруг

областного центра

 

Шел такой сильный ливень, который может быть только в середине лета, в самую жару. Марго даже притормозила у обочины. Дворники не справлялись с потоками обрушившейся сверху воды, и вокруг почти ничего не было видно.

Последнее время Марго полюбила ездить после работы на кольцевую дорогу и гонять по ней на большой скорости. Это, с одной стороны, успокаивало нервы, а с другой – добавляло в кровь адреналин. Видимо, после всего произошедшего его не хватало, а может, она просто подсознательно искала рисковых приключений на свою голову.

Такой ливень не мог продолжаться долго и, буквально через несколько минут, он превратился в приятный летний дождичек. Марго тронулась. Впереди замаячила дамба.

Неожиданно в голове Марго мелькнула мысль – хорошенько разогнаться и на всей скорости прямо с дамбы… Она попыталась отогнать ее. Но неотвязная мысль снова всплыла в голове и шептала тихим проникновенным голосом: «Кому ты нужна? Все равно у тебя никого нет и теперь уже не будет. Ты только мешаешь всем вокруг. А тут сразу решишь все проблемы. Тебе будет хорошо и легко».

Марго включила четвертую скорость. За окнами чаще замелькали деревья, дорога мокрой черной лентой стелилась под колеса, педаль газа оказалась утопленной до отказа. «Фольксваген» на бешеной скорости вылетел на дамбу. Задушевный тихий голос продолжал нашептывать: «Скоро все закончится. Проблемы исчезнут. Зачем продолжать мучиться дальше?». Марго, расширившимися глазами смотрела на приближающиеся железобетонные опоры дамбы, не сворачивая и не сбавляя скорости. Еще несколько минут и все закончится, без проблем и переживаний…

Краем глаза Марго глянула вверх. Дождь почти закончился, и через все небо висело светящееся коромысло двойной радуги – красивой и чистой… Марго вздрогнула, пришла в себя и теперь уже до упора вдавила в пол педаль тормоза. Колеса завизжали, машина вильнула, еще какое-то время по инерции юзом скользила по мокрому асфальту и остановилась, как вкопанная, не доехав до опоры дамбы совсем чуть-чуть…

Марго медленно вышла из машины. Какое-то время она мерила шагами дамбу, приходя в себя от чуть не стоившего жизни наваждения. Как у нее могла возникнуть такая дикая мысль? Она просто не понимала. Наверное, в самом деле, какое-то дьявольское наваждение…

 

Она села в машину, развернулась и медленно поехала домой. А про себя решила, что в ближайшее время ни за что не будет сюда приезжать.

По пути она сделала небольшой крюк и заехала в старую часовенку. Напряжение требовало разрядки. И ей неожиданно захотелось поставить свечку не за кого-то, а просто так, чтобы у всех все было хорошо. Марго медленно вошла в затемненное прохладное помещение, положила на стол перед монахиней, уткнувшейся в Библию несколько монет, взяла свечку и, перекрестившись, поставила перед иконой, которая почти год назад так ее испугала. «Ну, а теперь-то, что скажешь?» - Марго казалось, что она задала свой вопрос мысленно, поэтому вздрогнула, услышав за спиной тихий старческий голос:

Марго оглянулась. Старая монахиня пристально смотрела на нее сквозь толстые очки. Марго отрицательно покачала головой и пробормотала:

Марго кивнула.

Честно говоря, Марго даже не помнила, где он. Но ей стало стыдно в этом сознаваться, и она сказала:

Неожиданно Марго почувствовала, как ноги сами, почти без малейшего усилия буквально поднесли ее к маленькому столику в углу часовни.

Завороженная Марго, как сомнамбула взяла крестик, повесила его на шею и пробормотала:

Марго повернулась и двинулась к выходу. Вслед ей послышался шепот:

Или это ей только показалось? Марго быстро обернулась. За столом, у которого только минуту назад она видела старую монахиню, никого не было. Правда, позади в полумраке виднелась дверь, которую Марго раньше не замечала. «Наверное, вышла в эту дверь», - решила она.

На улице ее ждал прекрасный солнечный и теплый вечер, а на душе стало легко и светло. Марго села в машину и тронулась.

 

Дома ее встретил совершенно мокрый Максик. Марго вошла в комнату и ахнула. Утром, перед уходом она совершенно забыла закрыть балкон, и дождь залил половину комнаты. Ну, а Максик, само собой, воспользовался предоставленной свободой и вышел подышать воздухом на балкон.

Марго сначала протерла пол перед балконом и слегка отжала насквозь промокшие шторы, а потом взяла полотенце и попыталась вытереть кота. Но он почему-то нервничал, и ей никак не удавалось завернуть его в полотенце и хорошенько обсушить.

Он был очень своеобразным котом хотя бы потому, что абсолютно не понимал, чего от него требуют люди, когда издают нелепый звук: «Кис-кис», отзывался он только на собственное имя, которое знал очень хорошо во всех вариациях. Сам Максик практически не мяукал, а выговаривал довольно длинные фразы, в основном содержащие требования еще и еще поесть, открыть ненароком закрытую дверь, или в любой другой ситуации, где нормальный кот устроил бы обыкновенный ор. Марго, смеясь, говорила знакомым, что он практически уже не кот, но еще не стал человеком. За важную хозяйскую походку она иногда называла его шефом. Он реагировал и на это имя. Хотя вряд ли понимал тот большой смысл, который вкладывала хозяйка.

Марго сделала себе пару бутербродов, залезла с ногами на диван и уткнулась в телевизор. Теперь она так проводила почти каждый вечер. Было даже странно, что еще не растолстела от малоподвижной жизни. Впрочем, нервы тоже хорошо сжигают калории, а до последнего времени она ни минуты не чувствовала себя спокойно. Был ли тому причиной освященный крестик, посещение часовни, или все вместе – она не знала. Да это было неважно.

Откуда-то снизу, как ей показалось, из-под дивана, послышался приглушенный звонок телефона. Марго обвела взглядом комнату. Интересно, куда она пристроила телефон? Максик, еще не совсем обсохший, прыгнул рядом с ней на диван, по пути сбив подушку, из-под которой показался продолжавший звонить телефон.

Марго взяла трубку.

Комната закружилась перед глазами, она выронила трубку, прижав дрожащие пальцы к губам. Максик недовольно фыркнул, соскочил с дивана и потрусил в сторону входной двери. Марго с ужасом и безумной надеждой смотрела на безмолвный телефон. Это совсем не было похоже на звонок с того света, но телефон больше не звонил.

«Теперь у тебя все будет хорошо», - вдруг снова явственно прозвучал у нее в ушах старческий голос. Она затравленно оглянулась по сторонам, и в этот момент раздался звонок в дверь. Марго бросилась открывать, охваченная каким-то непонятным и необычным волнением. Мысли бились в голове, как птицы в тесной клетке, не находя выхода. Может, это чья-то злая шутка? Когда она подошла к двери, Максик уже был там и усиленно скребся, стараясь ее открыть.

Марго, не глядя в глазок, решительно распахнула дверь и покачнулась, издав какой-то сдавленный звук. На пороге стоял Сергей.

Марго всхлипнула и решила, что завтра обязательно сходит в ту самую часовенку, разыщет старую монахиню и еще раз посмотрит в глаза Богородице. Уже без страха, но с любовью, верой и надеждой…

 

 

 

2004 год

 

 

 

 


Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/

Рейтинг@Mail.ru