ПО ТУ СТОРОНУ СНА


ПРОЛОГ

Он сидел один в офисе, вальяжно развалившись в кресле. Был уже поздний вечер, но домой идти не хотелось. Сегодня он был не просто рад, он был счастлив. Последнее время ему везло, как никогда.

Наконец-то удалось избавиться от этой идиотки. Она собственными руками вырыла себе яму! Всего пару дней назад он всю собственность переписал на жену, теперь не зацепятся. А после того, что он недавно раскопал, ему вообще никто не нужен. Он теперь миллионер! Можно завязывать с этой мелочевкой – ртутью. Тоже, конечно, неплохой доход, но таким крутым, каким он теперь стал, просто унизительно заниматься этой ерундой.

Фантазия рисовала виллу в Калифорнии, личный самолет, бассейн с полуобнаженными красотками. Его впалая грудь выпятилась. Он почувствовал себя важным и значительным. Правда, до всех этих прелестей жизни надо еще дожить. Совсем чуть-чуть. Ничего, он подождет. Ждал и дольше. Скоро появятся покупатели… Только бы не продешевить, но с его-то умом и хваткой все удастся. Перед глазами опять поплыли красивые картинки: чемоданы денег, чековые книжки, офисы роскошных банков, где его встречают как самого важного клиента.

Весь кайф поломали чьи-то шаги. Он сфокусировал взгляд на дверном проеме. Увидел знакомый силуэт.

«Вот черти принесли некстати», - подумал он, а вслух сказал:

Ему пришлось повернуть голову назад, чтобы продолжить свой монолог. В человеке его уровня все должно быть величественным, а ему приходится беседовать в такой неудобной позе. Зачем было заходить сзади?

В глазах полыхнули молнии и стало темно, голова упала на стол… Вокруг медленно расплывалось темное пятно. Послышался шорох удаляющихся шагов, и стало совсем тихо, как бывает тихо на кладбище.

 

ГЛАВА 1

 

Она летела в пропасть, которая затягивала все глубже. Наконец, на дне уже стали видны громадные валуны и темная тяжелая вода. Еще немного, но... Какая-то сила с прерывистым завыванием выхватила ее со дна и поставила на ноги. Казалось, можно успокоиться, но завывание продолжалось. Вскоре стало ясно, что это дребезжал телефонный звонок. Он ее и спас.

Вика села в постели, потрясла головой, чтобы прийти в себя. Противный липкий сон все еще не отпускал, а телефон продолжал звонить и звонить. В ночной тишине он чем-то напоминал сигнал воздушной тревоги. Она его никогда не слышала, но представляла именно так.

Дальше она не стала слушать и вырвала шнур из розетки. «Вот сволочь, - подумала Вика. - Хотя, если бы не этот козел, может, разбилась бы»?

Она снова легла и попыталась заснуть, посчитала слонов, верблюдов, кого-то еще, но все бесполезно, сна не было. Последнее время для нее это стало привычным состоянием. Подруга советовала показаться врачу, но Вика знала, что это не болезнь. Изменится ситуация, и она снова будет спать, как младенец. Но она боялась не дожить до этого.

Черт бы побрал Эдика с его жмотством, он же просто искал повода, чтобы отделаться от нее и захапать все себе. Как она могла так ошибаться в этом человеке! Конечно, если быть честной перед собой, Вика уже несколько лет знала, что дело идет к этому, но ничего не предпринимала. Возможно, из-за нежелания что-то менять пока идут приличные деньги, а скорее, надеялась, что все утрясется, Эдик изменится и снова станет нормальным человеком, каким казался ей, когда они познакомились почти десять лет назад.

Вот наивная дура! Так ей и надо, теперь она сидит ни с чем, если не считать заначки и квартиры, этой жалкой дыры, которую она купила очень недорого, как только появились первые деньги, а этот подлец пользуется плодами их совместных усилий и радуется, что так легко от нее избавился. Но она еще не сказала своего слова. Ничего, она, Вика, умная, что-нибудь придумает, а Эдик еще пожалеет, что связался с ней. Такие мысли успокоили ее, и она заснула, несмотря на то, что первые лучи солнца уже пробивались между шторами и золотили ободранную стену. Проскользнула последняя мысль: «А ремонт я все-таки сделаю». Дальше был сон, во время которого она не отдохнула и проснулась опять в таком же подавленном состоянии, в котором находилась всю последнюю неделю.

С тяжелым сердцем Вика поплелась на кухню, включая по пути телевизор, магнитофон и радио. Это создавало эффект присутствия и не давало настроению упасть окончательно. Холодильник был пуст, если не считать непонятно как попавших туда горчицы, пачки соли и журнала «Космополитен». «Придется ограничиться кофе», – решила хозяйка. Включив газ под чайником, она двинула в ванную, но не успела перенести ногу через бортик, как зазвонил телефон.

Звонил их бывший с Эдиком приятель Александр. Почему бывший? Этот гаденыш Эдик кинул и его. Вику мучила совесть, так как она знала тогда об этом заранее и не предупредила Сашку.

Вика засопела в ответ.

И никакой внутренний голос, никакая женская интуиция в тот момент не подсказали Вике, что лучше бы десять лет назад она пошла работать нянечкой в детский сад.

 

Вика решила идти на встречу с Александром пешком. Проживание в небольшом городе давало свои преимущества, главное из которых – экономия времени на дороге. Она шла не спеша, снова и снова прокручивая в голове создавшуюся ситуацию.

Года три назад на их фирме по производству керамики дела пошли в гору. Они стали увеличивать штат. Брали без трудовых книжек, платили сдельно, в конвертах. Контингент был из тех, кто о стаже не задумывался. Тогда к ним и пришла Света, девочка – колокольчик, миниатюрная, хрупкая блондинка с большими голубыми глазами. Училась в местном университете. Родители жили где-то в глубинке, денег было немного, а студентке они всегда нужны. Света оказалась девочкой умной и сообразительной, быстро освоила профессию. Все шло прекрасно. Пока неожиданно Эдик к ней не воспылал. Стал делать дорогие подарки, водить в рестораны и кафе… Вика надеялась, что Света, будучи девушкой неглупой, быстро поймет, что она станет просто временной игрушкой. Да и внешние данные Эдика в глазах молодой девушки должны быть невыигрышными: за сорок, невысокий, худой, сутулый. А впалая грудная клетка и козлиная бородка делали его, на Викин взгляд, просто отталкивающим.

Несмотря на все это, у Эдика было одно неоспоримое преимущество: он – работодатель, и он платит. Вика знала от него самого, что он уже снял квартиру для встреч, эдакое любовное гнездышко, и охмурение идет полным ходом. Вскоре Света сдалась. Возможно, она на самом деле надеялась, что Эдик бросит семью и женится на ней, а возможно, действительно увлеклась им. Вопреки здравому смыслу – любовь не поддается бухгалтерскому счету с его «дебетами» и «кредитами».

Вике стало жаль Свету. Первый жизненный опыт мог оказаться печальным не только морально, но и физически. Эдик не пропускал ни одной юбки, приобретая по пути не только опыт. В общем, Вика вызвала Свету в подсобку и, не особо заботясь о подборе слов, все ей выдала. Надо отдать должное девушке, она поняла все правильно. Через несколько дней Эдик получил отставку по полной форме и Света больше у них не появилась. Этот день стал концом их совместной работы.

 

Вика сидела в подсобке и выписывала накладные. Она всегда приходила во время, в отличие от Эдика, который чувствовал себя полным хозяином и уже почти ничего не делал. В одну из последних своих выходок он принял на работу управляющим своего близкого родственника, а Вику просто поставил перед фактом, добавив при этом, что платить новому сотруднику они будут по пятнадцать процентов от прибыли каждого совладельца. Вика проглотила и это, хотя внутри все кипело, от наглости, с которой лезут в твой карман, но скандала не хотелось.

Сквозь производственный шум послышался визгливый голос Эдика:

Вика, еще не понимая, что это относится к ней, высунула из подсобки голову.

Дальше монолог Эдика звучал в тех вдохновенных словах, которые по телевизору перебивают звуковым сигналом. В данном случае, он бы звучал без перерыва минут десять. Вбежав в подсобку, даже не потрудившись закрыть за собой дверь, Эдик начал кричать, что Вика сломала ему жизнь, лишила его любви, что, не имея своей семьи, завидует чужому счастью. От такого сюрприза Вика настолько обалдела, что просто молча слушала. Эдика это вдохновило и его понесло дальше. В течение несколько минут она наслушалась о себе, своих родственниках и предках до седьмого колена столько гадостей, сколько не слышала за всю жизнь.

Последние слова поставили все на свои места. Вика поняла. Это - игра на публику. Она была уверена, что крики, истерика, открытая дверь, чтобы все слышали, какая она - все до последнего жеста продумано.

Теперь Эдик ее выставит, и никто его не осудит – так ей и надо. Все поддержат его, несчастную жертву женской подлости и коварства. Дальнейшие события проходили, как ускоренная съемка. Вика успела схватить накладные, тетрадь со всеми записями и бросила их в сумку.

Тем временем Эдик сгреб ее за шиворот. Этот хилый, на первый взгляд, хорек оказался довольно сильным. От его пинка, Вика полетела с лестницы, цепляясь каблуками за ступеньки и уже прощаясь с жизнью. К счастью для нее, Эдик орал громко. На крики внизу собрались рабочие. Они Вику и поймали.

 

Едва приковыляв домой, Вика решила проверить обвинения Эдика. Она позвонила на квартиру, которую Светлана снимала с двумя студентками и выяснила, что с ней все в порядке, потом набрала телефон квартиры Эдика:

Теперь ясно, что пострадала только она. Жулик Эдик обманывал всех и всегда. Когда он один возил товар заказчикам, недостача была постоянно. Но на Викины претензии у Эдика всегда имелись различные объяснения: то разбили, то украли, то что-то купить понадобилось. Она все терпела. Хотя чушь он нес очевидную, концы откровенно не сходились, и надо было иметь Викино ангельское терпение, чтобы не проявить характер. Ну не дал ей бог умения твердо стоять на своем! Почти год назад Вика составила договор об их совместной деятельности, но он так и не был подписан. У Эдика опять были на это свои причины и объяснения. Вот теперь она лишилась всего. Вика, хорошенько всё обдумав, пришла к выводу, что она тоже отчасти виновата в случившимся. Ну, показалось этой девице, что Эдик влюбился в нее, надо было оставить все, как есть. Так нет, полезла со своими советами, объяснять, что шансов нет, поматросит и бросит! Заботливая нашлась, о работниках думает, об их личной жизни и душевном состоянии! Теперь Вика представляла, что эти работники думают о ней. Какой позорный скандал перед всеми!

Она полезла за сигаретами, руки так дрожали, что сумка упала, и все содержимое высыпалось на пол. Взгляд упал на смятую рекламную газету. Вика закурила, ее глаза бездумно бегали по строчкам. Люди что-то покупали, продавали, меняли…

Вдруг, как выключатель щелкнул, она перечитала: «Решаем проблемы, телефон…» Набрала указанный номер. Мужской голос объяснил, что, видимо, к ней попала старая газета, они этим уже давно не занимаются, но встретиться все-таки стоит. Возможно, сумеют помочь. Предложил перезвонить через три дня.

 

Надо же, она шла на полном автопилоте! Александр щелкал пальцами уже перед ее носом. Вика невидяще посмотрела на него и пришла в себя.

Вика согласно кивнула. Войдя в зал, она тут же закурила. Александр покосился на пачку «Давидофф» и прокомментировал:

Вика вылупила глаза:

Она знала и опустила глаза.

 

Александр с Эдиком совместно купили старое полуразвалившееся помещение бывшей котельной. Решили сделать ремонт, а затем перепродать. Активничал там Эдик, он облазил все, сделал план, вроде бы что-то приобрел и начал делать ремонт, а потом представил такой счет, что за эти деньги можно было купить супермаркет в центре Москвы, а не материалы для ремонта. Александр платить отказался, решил продать свою часть и покончить с этим.

Эдик тогда хвастался Вике, какую гениальную финансовую операцию он провернул, какие деньги с этого поимеет и сколько выбьет у Шурика. Тогда она не стала вмешиваться, о чем потом горько пожалела.

Вика молчала.

Вика утвердительно кивнула головой.

Вика забеспокоилась:

Сашка начал успокаивать ее:

Вика полезла за следующей сигаретой и не увидела, как за «Жигулями» приятеля тихо двинулась черная «БМВ» с тонированными стеклами.

 

Переговорив по телефону с парнями, которые «решают проблемы» и, договорившись о встрече, Вика решила, что Александр был прав. Большого энтузиазма они так и не проявили, но и не отказали, что вселяло некоторую надежду. Придя не место, Вика увидела потрепанный «Фольксваген», и надежда опять стала таять.

Из машины вышли двое, представились. Вика не сдержалась и хихикнула, обоих парней звали одинаково – Евгениями. Про себя она окрестила их: Большой и Маленький. Выяснив все обстоятельства, Большой сказал, что они попробуют, свяжутся с нужными людьми и так далее. На том и разошлись. Из поведения Евгениев Вика сделала вывод, что дело дохлое, но вида не показала, слишком сильное впечатление произвел на нее Большой Евгений – высокий накачанный красавец. Последнее время Вика вела совершенно монашеский образ жизни. Работа – дом. Она втянулась в это и большего не хотелось. Так приятно, придя домой вечером, полежать перед телевизором с книжкой, тихо, спокойно, короче, полная благодать.

И вдруг, гормоны взбунтовались, сделала вывод Вика, пытаясь в корне задавить возникшее желание. Вечером, сидя перед телевизором и мучаясь над вопросом, стоит ли соглашаться на предложение Александра, она услышала из сумки мелодичное пение мобильника. Вика купила его всего несколько дней назад, сразу после скандала с Эдиком. В данной ситуации – это вещь первой необходимости, но привычка еще не выработалась. Поэтому ей понадобилось некоторое время, чтобы сориентироваться.

Звонил Евгений – большой. Сердце Вики затрепетало, голос задрожал. Евгений сказал, что надо бы еще кое-что обсудить и предложил встретиться прямо сейчас. Вика бросила взгляд на часы: одиннадцать вечера. Видимо, гормоны взыграли не только у нее. Сомнительно, чтобы за это время что-то выяснилось. Вика решила не отказываться, надо же как-то отвлечься, сколько можно сидеть дома и жалеть себя.

Бросив мобильник на тумбочку, она рванула в ванную. Быстренько вымывшись, Вика глянула на себя в зеркало и сморщилась. Лицо усталое, осунувшееся, круги под глазами. «Надо исправлять», - решила она.

Вскоре Вика смотрела на себя уже с удовольствием. В зеркале она видела гладенькое личико, обрамленное короткими красно-каштановыми волосами. Вика решила, что теперь выглядит значительно моложе своих тридцати двух, ну, лет двадцать пять, не больше. Она относилась к тем редким счастливицам, которые не знают, что такое мучительный процесс похудения и могла позволить себе носить облегающие вещи. Коротенькое, черное платье и туфли на шпильках лет не прибавили. Полчаса прошли и, захлопнув дверь, она заторопилась вниз по лестнице.

Судя по слегка ошалевшему виду Евгения, все было правильно. Процесс пошел. Он открыл дверцу, и Вика плюхнулась на сиденье.

Вика закурила, всем своим видом показывая, что для нее раз плюнуть решать свои дела в двенадцать ночи с малознакомыми мужчинами.

Ее начали мучить ужасные сомнения. Он сейчас будет отказываться от дела, а она, как последняя идиотка, решила, что он запал на нее. Вика похолодела и замолчала. Тяжело попасть в более глупое положение.

Уф! Слава богу! Мысль, что она не совсем законченная кретинка, ее успокоила, значит, все понято правильно. Теперь можно в отместку и поломаться.

Вика откинулась на сиденье и устало прикрыла глаза. Весь дальнейший путь прошел в молчании.

Заведение называлось «Трактиръ». Оно находилось на въезде в город и представляло собой двухэтажное здание - смесь ресторана с гостиницей. Ресторан довольно большой, а гостиница малюсенькая, всего несколько номеров. Это было первое посещение Викой сего достойного помещения. Внутри оказалось чисто и уютно, но почти пусто. Заняты были всего два столика. Едва ноздрей Вики коснулись ароматы кухни, как поняла насколько голодна. Она даже не смогла вспомнить, когда ела в последний раз. Вика быстро наверстала упущенное и смела со стола все, что принесли. Удивленный взгляд Евгения она прокомментировала:

Вика откинулась на спинку стула, закурила и занялась любимым занятием – начала вести умную беседу. К ее удивлению, Большой был далеко не дурак и что совсем поразило, они оказались очень похожи. Взгляды, отношение ко многим вещам, ну просто – близнецы. В голове Вики уже проплывали красивые картинки, как все будет здорово на Канарах или Багамах. Из романтического настроения ее вывел напряженный взгляд Евгения. Вика повернулась и проследила направление, взгляд был направлен на гостиничную лестницу. Ей все стало ясно, но, в конце концов, на Канарах или Багамах без этого тоже не обойдешься. Да она и сама ничего не имела против, посему, согласно кивнула головой и поднялась.

Мечты никогда не совпадают с реальностью! Уж она в своем не юном возрасте могла бы это знать! Реальность оказалась пошлой и примитивной.

Уже в машине она размышляла, может быть, сама что-то не так сделала. Откуда-то из глубин подсознания всплыло умное изречение, что постель чужих людей делает еще более чужими и только близких делает ближе.

Надо же, а казался таким близким и все понимающим, правда, совсем недолго. Но что-то исчезло бесследно. По пути они вначале поговорили ни о чем, а потом и вовсе замолчали. Когда Вика вылезла из машины, Евгений, приоткрыв дверцу, сказал, что на днях позвонит. Она уже знала, что это неправда, но и сама не хотела продолжения. Это было не то, что ей надо, совсем не то. А тогда зачем продолжать?

Уже поднимаясь по лестнице и, услышав звук отъезжающей машины, побежала еще быстрей. Она торопилась, несмотря на поздний час, позвонить Александру. Только что Вика решилась. Хватит тянуть кота за хвост. Крутые, значит крутые. В конце концов, там не будет никаких личных отношений, только деловые, а это намного лучше и удобнее.

Нащупала в темном коридоре выключатель, щелкнула и набрала номер.

 

ГЛАВА 2

 

Хотя Вика ждала этого звонка, он прозвучал неожиданно. Был выходной день. Она совсем уже собралась навестить давнюю подругу Катюху и поделиться с ней последними печальными событиями своей жизни. Катюха - девушка умная, хотя и оторва порядочная. Вот Вика и решила получить от нее совет, но все планы рухнули.

Голос звучал корректно, вежливо, но от этого вежливого тона руки Вики вспотели, и по спине побежал холодок. Однако, отказываться было уже поздно. Ее неопределенное мычание голос в трубке воспринял, как согласие и спросил:

Вика начала быстро прокручивать в голове места, где меньше шансов быть убитой.

Вика была там уже через полчаса. Она стала прогуливаться вокруг скверика, изучая обстановку. Увидев нескольких милиционеров, слегка успокоилась. Может, все-таки сразу не убьют, решила она. Ровно за пять минут до назначенного времени она заметила подъехавший темно-синий джип с тонированными стеклами. Вика юркнула за дерево.

Из джипа вышли четверо и направились к той самой скамейке. Сердце упало. Будь она даже Никитой, с четырьмя не справиться. Но отказываться поздно, Рубикон перейден. Вика вздохнула и направилась к месту встречи.

Вика кивнула головой и промолчала.

Вика слегка попятилась. Четверка заметила ее непроизвольное движение, и все, как по команде, заулыбались.

Вика на негнущихся ногах двинулась в сторону джипа. В итоге она оказалась на заднем сиденье, зажатой с двух сторон здоровенными парнями. Николай Николаевич сел рядом с шофером. Вика вытащила сигарету, увидела сразу две поднесенные зажигалки, попыталась прикурить, но руки так тряслись, что получилось не сразу. Лихорадочно оглянувшись назад, увидела, что сзади, почти вплотную, стоит черный «БМВ» с тонированными стеклами. Она почувствовала, что покрывается противным, липким потом.

Вике тут же вспомнились старые фильмы из жизни уголовного розыска. Культурные, вежливые следователи советской милиции. Манеры у парня были точно такие же.

«Следователь» уточнил:

Парни молчали и переглядывались. «Следователь» откуда-то выудил салфетку и бутылку с водой, протянул ей.

Пара легких пощечин привели ее в норму. Вика всхлипнула, высморкалась в салфетку и глотнула из бутылки:

Она помолчала и пожала плечами:

У Вики отвисла челюсть. Такого наглого вранья она даже предположить не могла:

Сердце ухнуло вниз, в области солнечного сплетения стало прохладно. Все кончено. Наверняка Эдик обработал сотрудников, и они тоже подтвердят, что она никто, только их коллега, вернее, бывшая коллега – склочная, скандальная, вздорная бабенка.

Слезы опять начали наворачиваться на глаза. Вика всхлипнула. Вдруг ее осенило:

Теперь и они откажутся, выкинут ее из машины и уедут, а она останется ни с чем. Вика быстро и взволнованно затараторила, ухватив «следователя» за рукав:

«Следователь» вышел из машины, выпустил Вику и попрощался:

Идти пешком сил уже не было. Вика была так измотана и напугана, что даже не стала смотреть вслед удаляющемуся джипу с машиной сопровождения, чтобы запомнить номер. Она решила, что так будет спокойней. Как говорится: меньше знаешь, лучше спишь. Оказавшись дома и, едва доковыляв до дивана, она просто провалилась в сон. Странно, но Вика впервые после ссоры с Эдиком спала спокойно, и кошмары ее не мучили.

Проснулась она отдохнувшей и свежей. Но какая-то неопределенная мысль мешала почувствовать себя совсем спокойно.

Вика сосредоточилась. Да-да, речь, кажется, шла о доказательствах того, что она является совладельцем фирмы. В голову ничего не приходило. Она оделась и вышла на улицу, по пути набирая Катюхин номер.

Они не виделись несколько месяцев. По довольному виду похудевшей Катюхи, было видно, что у нее все в порядке. Подруга благоразумно молчала, пока готовила кофе. Они вышли на балкон с чашками. Пора.

Викин рассказ она перебивала только ахами, охами и комментариями типа: какой ужас! и ну надо же! Конечно, Катюха сочувствовала, но глаза продолжали гореть от возбуждения. Помолчав и переварив все сказанное, подруга вдруг задала все тот же сакраментальный вопрос:

Вика пожала плечами. Катюха завела глаза к потолку и стала предлагать:

Вика пожала плечами и полезла в сумку за сигаретой. У нее была большая бесформенная сумка, в которую входило все, что угодно. Катюха взяла сумку за край, чтобы отнести в комнату и, не удержав, уронила. Оттуда на кафельный пол балкона посыпались бумаги, которые Вика прихватила перед тем, как Эдик ее выкинул. Катюха радостно завопила:

Очень довольная своим умозаключением Катюха посмотрела на Вику. Секунду они смотрели друг на друга, потом захохотали. Когда вопрос коснулся денег, они покинули прослушиваемую территорию балкона и вернулись в комнату.

Катюха открыла рот и тихо ахнула, это сумма была уже за пределами ее понимания.

Дальше беседа плавно перетекла на тему личной жизни. И Вика, краснея, поведала о своем неудачном времяпровождении в «Трактире». К ее удивлению, Катюху это совершенно не смутило, даже наоборот. Подруга менторским тоном указала на ее ошибки:

Поговорив еще о том, о сем, Вика засобиралась домой, и только Катюха со смехом успела сказать:

Затренькал мобильник. Подруга навострила уши.

Вика согласилась и предложила тот же скверик, он был в двух шагах от Катюхиного дома. На том и порешили. Подруга от возбуждения чуть из джинсов не выпрыгивала:

 

Уже на подходе к скверику Вика заметила тот же «БМВ», что стоял за джипом. Странно, она вдруг поняла, что совершенно не помнит, как выглядит этот Вадим. Стало неудобно, вдруг там будет кто-то еще, а она даже не поймет, кто есть кто. Так и получилось. Из машины вылезли два парня, поздоровались и ситуацию спас один из них:

Вика открыла рот, чтобы запротестовать, она не собиралась кормить этих мужиков за свой счет.

Когда уселись за столик, и заказ был сделан, посыпались вопросы. Это был самый настоящий перекрестный допрос. Вика поняла, что в машине были мелочи, так, тренировка. Через полчаса она была выжата, как лимон и еле шевелила не только мозгами, но и языком. Единственным утешением в этом процессе было то, что если на нее тратится столько сил, значит, они согласны помочь, значит, перспективы есть и не все потеряно. К тому же, Вика пришла к еще одному положительному для нее решению. Эдику хана. Эта компания тоже сделала вывод, что он козел. Все ясно.

Вовремя она сходила к Катюхе!

В последний момент, перед тем, как передать бумаги, она вспомнила Катюхино предостережение, что обдерут, как липку, но выхода не было. Часть лучше, чем ничего, решила Вика, протягивая пачку документов. Не дожидаясь наводящих вопросов, начала объяснять сама:

Вначале Вика опешила, потом смутилась, а в заключение разозлилась.

Он был прав. В таких случаях надо исходить из худшего. Вика это понимала, поэтому оставила последнее высказывание без комментариев. Следующий вопрос она задала, будто ничего не случилось, а они уже согласились прижать Эдика:

Вика поняла. Все выходило значительно хуже. Лучше бы запросили денег.

Слово «покончим» прозвучало довольно зловеще. На всякий случай, решив уточнить, Вика задала совершенно идиотский вопрос:

Конечно, она не рассчитывала получить правдивый ответ, тем более, утвердительный. Вопрос был задан скорее для самоуспокоения.

Вика согласилась. Дорогу они не спросили, а ее даже не удивило, что эти малознакомые парни знают, где она живет. Оказавшись дома, она отчиталась Катюхе. Подруга назвала предположительную цифру десять – пятнадцать процентов от прибыли и пожелала спокойной ночи. Теперь оставалось ждать. Для Вики это было самое неприятное состояние, когда от тебя ничего не зависит. Она закурила и уткнулась в телевизор. Ждать…

 

Ждать, к счастью, пришлось недолго. Оказалось, такие вещи делаются быстро. Всего через пару дней утром раздался звонок:

Она тут же развила кипучую деятельность по поиску машины и грузчиков и всего через пару часов уже гордо поднималась по той самой лестнице, с которой так позорно скатилась не так давно.

Ее встретила гробовая тишина. Сотрудники смотрели настороженно и злобно. Эдика не было видно. Вика вздохнула с облегчением. Она выбрала одну из двух печей для обжига, отобрала формы. В последний момент заметила, что из печи вынута вся начинка. Гад Эдик и здесь пытается наколоть. «Ну ладно, пожалеешь», - решила Вика и резко дернула дверь подсобки. Враг был там.

- Давай быстро недостающие детали, - без всякого вступления потребовала она.

Он пнул в ее сторону мешок с бракованными изделиями. Мешок начал заваливаться, и Вика еле-еле успела отскочить, чтобы не быть с ног до головы обсыпанной пылью и осколками. Она сдержалась и, попыталась сказать, как можно спокойнее:

Как не жаль было Эдику делиться, но, видимо, неприятные воспоминания о недавней беседе были еще свежи в памяти. Вика забрала все, что хотела. Уже выходя за грузчиками, она оглянулась и ехидно предупредила Эдика:

Бывший напарник запустил в нее чем-то тяжелым, судя по удару в дверь.

Вечером того же дня, пристроив все вывезенное к знакомым в гараж, Вика сидела в кафе с Вадимом и Виктором и с их помощью считала упущенную выгоду.

Несмотря на усталость, настроение было приподнятое. Деньги выходили приличные, и будущее уже не виделось в таком мрачном свете, как несколько дней назад, а все окружающие казались мягкими и пушистыми, как плюшевые игрушки.

 

Так и оказалось. Вика стала богаче на несколько тысяч долларов. Эдик, показывая всем своим видом, насколько она ему противна, отдал деньги и прошипел:

Эдик пошел от злости красными пятнами, но сделать ничего не решился. Знал, ребята ждут ее во дворе, поэтому ограничился тем, что зашипел сквозь зубы нецензурщину в адрес Вики. На что она мило улыбнулась и выплыла из комнаты.

Во дворе, рассчитавшись с «охраной», села в свою восьмерку и довольная покатила к Катюхе. Сказать, что Вика водила плохо, было бы очень мягко. Она водила ужасно, поэтому сама ездила редко и только в спокойном состоянии духа. Так было и сейчас.

На том и порешили. Но оказалось, что они ошибались. У вновь испеченной «крыши» появились коммерческие предложения.

Вкратце они заключалось в том, что фирма Николая Николаевича выкупает котельную у Саши и Эдика, ремонтирует. После чего она переходит в Викино управление.

Все было бы неплохо, кроме одного. Стоимость данной услуги была оценена в пятьдесят процентов от прибыли. Сбывались худшие прогнозы. Вика стала активно сопротивляться, и чтобы окончательно не испортить отношения, стороны решили вернуться к этому разговору после покупки помещения.

Казалось, компания от Вики отстала. Все затихло. Вскоре до нее дошли слухи, что возникли проблемы с Эдиком. Он отказывается продавать свою часть котельной. Время шло, Эдик упирался. Вике это было на руку. Она воспользовалась моментом и быстренько выкупила дешевое помещение в получасе езды от города. Начала делать там ремонт, почти совсем забыв об Эдике и «уголовниках».

 

 

ГЛАВА 3

 

Вике показалось, что она нашла хорошего управляющего. Рома готов был даже снять в пригороде квартиру, чтобы не тратить время на дорогу. Одно Вику смущало – наличие двух бывших жен. Молодой парень, нет еще и тридцати, а уже целых две «бывших». Но она взяла его по рекомендации своих знакомых, поэтому не стала лезть в дебри Ромкиной личной жизни. Ну не повезло парню, бывает. Работать он взялся очень активно, старался. Был мил и услужлив. Но когда узнал, что у Вики машина, квартиру решил не снимать, поэтому каждое утро они ездили на объект в ее восьмерке.

Машину водил Рома и, несмотря на хозяйские протесты, лихачил. Через месяц на почти новой машине уже красовалось несколько вмятин и царапин. К тому же появились непонятные претензии личного характера.

Вика не хотела с ней соглашаться. Одной было тяжело заниматься ремонтом, поэтому пока терпела.

 

В этот неприятный момент они появились снова.

Вика пошла в наступление, да и повод был подходящий.

Вика опешила, сердце ухнуло куда-то в желудок. Повисла зловещая пауза.

Перед глазами Вики заплясали черные точки, показалось, что она сейчас потеряет сознание. Жалобно пискнула:

Дальше Вика выслушала, как надо складывать, вычитать и делить. Итоговая сумма к выплате была впечатляющая, но не смертельная.

За это время Вика почти полностью пришла в себя и решила поторговаться. Теперь ее положение было не таким критическим, а ремонт помещения требовал больших денег. Делиться было жалко.

Вика вздохнула. Она понимала, что может нарваться на неприятности типа поджога, когда все уже будет отремонтировано. Кроме того, понимала, что влипла и ее будут доить дальше. Но шанс еще оставался.

Николай Николаевич захохотал. Вика поняла, что все это время почти не дышала

 

Вика вздохнула и поплелась домой. Денег было страшно жалко, почти до слез. Но поджог или что-нибудь из этой же серии еще хуже. Она опять вздохнула и закурила. Зазвонил телефон.

Она замолчала. Но, вдруг поняв, что он издевается, решила уточнить:

Вика насторожилась:

На следующий день под горячую начальственную руку попался Ромка со своими претензиями. За что и пострадал. Вика обещала его уволить при повторении подобного.

 

«Представляешь? - жаловалась она Катюхе вечером. - Доконал он меня вопросами. Куда я хожу, с кем, куда езжу без него. Как-то забрала машину со стоянки вечером. Так этот козел закатил мне форменную истерику. Ночью ходил проверять что ли? Обнюхал весь салон, непонятно, что искал. Будто права какие на меня имеет!».

После повторного совета подруги выгнать «зарвавшегося наглеца», она уже задумалась. Уже дома начала прикидывать, может Вадим кого-нибудь посоветует, хотя кого? У таких как он, определенный круг знакомых. Эти работать не умеют и не любят. Надо искать где-то еще. Мысль перескочила на самого Вадима. Вроде ничего, приятный мужик, обходительный, вежливый, не быдло с распальцовкой. Пригласил поужинать, дальнейшие планы ясны, как божий день.

Стоит ли соглашаться? Можно ли извлечь из этого пользу? Какое он занимает место в их иерархии? Не простой боевик, ясно. Допросы ведет. Может, бывший мент или эфэсбешник. Мысли наскакивали друг на друга, их было много, они роились и кружились в голове, мешая друг другу. Главная - четко стучала в мозгу: «польза, польза, польза».

«С Катюхой надо бы посоветоваться», - решила Вика, но передумала. Только что от нее ушла, смешно просто, будто ее по каждому поводу направлять надо. К тому же, зная Катюху, ясно, что она скажет. У Вики в голове очень ясно прозвучал наставительный голос подруги:

Решение было принято. Теперь надо сделать все, чтобы очаровать, оболванить и победить. При самом удачном раскладе, еще и деньги можно будет сэкономить.

 

К встрече Вика готовилась тщательно. Это был уже не гормональный выброс, это был бизнес, поэтому подойти у нему надо с умом. Несколько месяцев назад, по случаю, она купила несколько париков разных цветов, и теперь, сидя перед зеркалом в сильно декольтированном черном платье, прикидывала, какой цвет волос точно убьет объект наповал. Вскоре остановилась на иссиня-черном, длинном каре. С ее зелеными глазами смотрелось довольно экзотично.

Еще более экзотично Вика смотрелась в скверике, по пути к той же самой третьей скамейке в девять вечера. Редкие прохожие смотрели в ее сторону жадными глазами. Вике стало нехорошо, если Вадим по каким-то причинам задержится, у нее точно возникнут проблемы.

Слава богу! Она увидела, что Вадим идет по соседней аллее. Вике стало смешно, он ее не узнал. Остановился недалеко от скамейки, глядя в противоположную сторону. «Даже обидно, - подумала она, - в конце концов, мог бы просто обратить внимание». Вика тихонько подкралась сзади и задушевным голосом пропела:

Вадим оглянулся. Ради такого взгляда стоило поработать над своим внешним видом! Полный ступор – вылупленные глаза и открытый рот производили впечатление, да еще какое! Вика мысленно поздравила себя с заложенным фундаментом победы. Вадим с трудом выдавил из себя:

Вика задумалась, на всякий случай решила уточнить:

 

Вскоре они прибыли в ресторан – филиал известного московского одноименного заведения. Обстановка и публика были соответствующие, цены тоже. Вот это последнее пролилось бальзамом на Викину душу. Она смотрела в меню, пытаясь не промахнуться и выбрать самое дорогостоящее. Из математических потуг ее вывел голос Вадима:

Тут над ее ухом раздался голос:

Взгляд, которым, уходя, одарил их Виктор, совсем не понравился Вике. «Значит, у них отношения не очень, - решила она, - можно попытаться и из этого извлечь пользу». Она посмотрела на напрягшегося Вадима, мило улыбнулась и промурлыкала:

Она медленно полезла в сумку, душа стонала и обливалась кровью. Вика в последний раз понадеялась, что Вадим ее остановит, усиленно старалась, чтобы у нее не дрожали руки, когда протягивала конверт новому владельцу. Вадим, не глядя, сунул конверт в нагрудный карман.

Вадим пожал широкими плечами:

Вика продолжала изображать счастливую идиотку:

Улыбка Вики завяла. Зря он думает, что не дура, очень даже дура, если ее маневры настолько очевидны. «Роковая женщина» тяжело вздохнула. Дальнейшие слова Вадима привели ее в шок:

Вика с опаской посмотрела ему в глаза. Холодные, стальные, но вроде не злится. Паршивая она актриса. Все к черту! Пожалуй, она последует его предложению, как следует отдохнуть. Она улыбнулась, встала из-за стола и предложила:

Вадим поднялся.

Дальнейший вечер прошел на удивление приятно. Вика полностью расслабилась и вовсю веселилась. Уже ночью Вадим проводил ее до дома. Только проводил – без приставаний и намеков!

В том же приятном состоянии Вика плюхнулась в постель, и тут зазвонил телефон. Гнусавый Эдиков голос перечеркнул несколько предыдущих часов.

Не дослушав поток ругани, Вика бросила трубку и выключила телефон. Она решила завтра же вечером заехать к Эдику, чтобы расставить все точки над i.

 

Утром Ромка, увидев Вику сонной и довольной, сделал свои далеко идущие выводы. Он тут же попытался устроить допрос. В последний момент его почти пустую голову посетила мысль, что он перегнул палку, но было поздно.

Они остановились на пустынном шоссе. Вика вышла из машины и, обойдя ее, открыла дверцу водителя.

В зеркало заднего вида она с ехидной ухмылкой увидела растерянную фигуру Ромки и прибавила скорость.

 

На следующий день, кроме явных преимуществ мгновенного Ромкиного увольнения, проявились и недостатки, так что домой Вика возвращалась уже затемно. У нее возникли сомнения, на месте ли Эдик, но, услышав в трубке мобильника его недовольное бормотание, решила заехать.

На вахте никого, ворота закрыты, поэтому, оставив машину на улице, Вика проскользнула в боковую калитку. Здание наполовину закрывшегося завода выглядело совершенно заброшенным, освещены были только лестничные пролеты. Днем здесь теплилась хоть какая-то жизнь, а вечером просто фильм ужасов снимать можно. Вика отыскала глазами четыре светящихся окна. Совсем недавно это был их общий офис, она вздохнула и замедлила шаги. Идти туда было неприятно, но еще неприятнее доказывать свою непричастность к Эдиковым проблемам в милиции – она серьезно отнеслась к его угрозам.

Вика медленно поднялась по лестнице и толкнула новую увесистую металлическую дверь. Видимо, Эдик боялся не только ее визитов, для этого достаточно было бы просто поменять замок. Дверь натужно открылась с тяжелым вздохом. Тишина. Вика кашлянула. В ответ ничего. Неожиданно в голове возникла картинка: Эдик прячется в углу за спиной с кирпичем в руке и сейчас долбанет ее по голове в отместку за все причиненные неприятности. Она резко оглянулась – никого. Сопровождаемая зловещей тишиной, Вика осторожно двинулась в сторону подсобки. По затылку растекался холодок. Она просто кожей чувствовала: что-то здесь не так.

Позже Вика никак не могла объяснить себе, почему не стала открывать дверь подсобки рукой, здесь уже работали инстинкты и подсознание. Она лишь слегка пнула ее ногой. Несмазанные петли издали в тишине громкий, скрежещущий звук, от которого сердце сжалось и укатилось в пятки. Она не была врачом, но все было очевидно даже для такого профана. Эдик сидел, уронив голову на стол. Вокруг расплылось бурое пятно. Кровь еще не успела засохнуть. Она разминулась с убийцей на каких-нибудь полчаса, а может, даже меньше. При самом же худшем раскладе, он был еще где-то здесь.

Волосы Вики зашевелились, не потому что она не видела покойников, а вот такая простая, как молоток, встреча с убийством, могла выбить из седла кого угодно и с более крепкими нервами. Она крепко прижала руку ко рту, чтобы не завопить за весь завод. Вика медленно пятилась к выходу, моля бога, чтобы ее не увидел никто, особенно убийца, если он был еще там. Выйдя из помещения, она пулей пронеслась по улице и отдышалась, только захлопнув дверцу машины.

Хотя ее трясло от пережитого, она честно призналась себе, что никакой жалости к Эдику не испытывает. Так ему и надо. Но если ее кто-то все-таки видел?..

 

Вика вспомнила, что не только оставила открытой входную металлическую дверь, но и отпечатки пальцев на ней. Она не была большой любительницей детективов, но такие элементарные вещи были известны даже ей.

Что делать? Вернуться, закрыть дверь, стереть отпечатки? С одной стороны это – правильная мысль, но с другой! Если ее никто не заметил до сих пор, то при повторном визите эта опасность возрастает, да и просто идти туда снова у Вики не хватило бы духу. Она выкуривала уже третью сигарету, а умная мысль все не посещала. В конце концов, не сидеть же здесь всю ночь. Вика медленно, на всякий случай, не зажигая фары, двинулась по улице. Надежда, что так ее не заметят, пока еще не покидала. Дома она полчаса кружила вокруг телефона, решая, кому позвонить. Катюхе? Александру? Вадиму? От Катюхи, пожалуй, пользы сейчас не будет никакой. От двоих других – может и будет, но Вика не была уверена, а вдруг это один из них? Тогда она – следующая?

С милицией связываться тоже желания не было, доказывай потом, что это не она пристукнула. Сама же на каждом углу грозилась замочить этого гада. Что же все-таки делать? К кому обратиться? Руки Вики тряслись, когда она набирала номер. Металлический голос в трубке монотонно протянул: «Номер временно заблокирован».

В груди росло неприятное чувство. Это был телефон Вадима. Больше она звонить никому не стала и поплелась за снотворным, так как была уверена, что не заснет без фармацевтической помощи.

 

ГЛАВА 4

Разбудил ее телефонный звонок. Вика глянула на часы и присвистнула – почти полдень!

«Не он», - про себя решила Вика. У нее оставался только один вариант, а вслух произнесла:

Вика положила трубку и задумалась. Ехать заниматься ремонтом сил не осталось. На душе было неспокойно и как-то муторно. Эдик, конечно, был мерзавец, каких мало. Его не жалко. Но ведь у него была семья. Правда, насколько она знала, довольно непутевая дочка вышла замуж и куда-то уехала. Жену она никогда не видела, несколько раз разговаривала с ней по телефону и знала, что зовут ее Наташка. Так всегда называл ее Эдик. По-женски Вика сочувствовала Эдиковой жене – еще бы, жить с таким козлом!

Правда, не факт, что свое козлинство он переносил на дом. Возможно, там он был законченным подкаблучником и отрывался исключительно на чужой территории. Неожиданно Вике захотелось увидеть эту женщину. Посмотреть, может у человека не горе, а праздник, что, наконец, отделалась. К тому же там можно будет узнать новости, а это ей сейчас не помешает.

 

Вика решила ехать на машине. Адрес Эдика она знала, но никогда не была в квартире. Заехав на рынок за цветами и попетляв некоторое время по кварталам новостроек, она, наконец, отыскала нужный дом. Некоторое время Вика сидела в машине, наблюдая.

Столпотворения не было, милиции с мигалками тоже. Вдруг Вика представила такую картинку. Она приходит с соболезнованиями, а никто ничего еще не знает. Вот черт! Как же быть? Промучившись в машине еще с полчаса, Вика пришла к выводу, что печальное известие все-таки уже должно дойти до жены. С тяжким вздохом она покинула машину и направилась к подъезду.

Да… Если то, что внутри соответствовало входной двери квартиры, то Эдик получал намного больше, чем она. Вика сделала, как ей казалось, скорбное лицо, и нажала на кнопку звонка. Через сейфовую дверь не было слышно ни треньканья звонка, ни каких-то других звуков. Поэтому Вика вздрогнула, когда дверь неожиданно открылась. На пороге стояла невысокая, элегантно одетая, интересная женщина лет сорока.

Вика осторожно пристроила цветы на полку для обуви, не решаясь отдать их в руки вдове, и замялась в коридоре.

От смущения Вика бочком протиснулась в комнату, она чувствовала себя не в своей тарелке, надо было заранее заготовить какую-нибудь речь. Но, оказавшись в комнате, она просто обалдела. Помещение выглядело роскошно, как фотография из дорогого журнала. Здесь явно пахло не теми деньгами, которые крутились у них.

Наталья Александровна не выглядела как человек, у которого случилось несчастье. Вика помолчала, затем продолжила:

Новоиспеченная вдова улыбнулась:

Вика с облегчением вздохнула. Получается – не оставил Эдик после себя несчастных людей. Все вроде бы довольны. Она еще немного помялась и все-таки задала мучивший ее вопрос напрямую:

Вике откровенно дали понять, что надо уходить и вдову не очень волнует вопрос «кто?». Она быстро попрощалась. Уже выходя, ее взгляд зацепился за обувную полку, на которой лежали принесенные цветы. Что-то здесь было не так.

Она сидела в машине, курила и прокручивала в голове свое посещение вдовы. Все вроде бы нормально, но что-то не то с обувью. Вика прикрыла глаза, вспоминая полку. Стоп! Несколько пар женских туфель, босоножек, тапки на Наталье и мужские ботинки… Пара очень дорогих мужских ботинок, брошенных при входе и нет мужских тапок. Вика знала вкусы Эдика. Находясь во вполне зрелом возрасте, он предпочитал косить под студента и носил обувь типа кроссовок. К тому же, ботинки стояли не на месте, так, словно человек, снявший их, только что вошел. В свете последних событий, Эдик войти не мог. Все ясно, у вдовы был какой-то мужчина в то время, пока она распиналась про убийцу – он все слышал. Ладно, если из ментовки, может, поймет, что это не она прикончила бывшего коллегу, а если нет? Как бы ей не составить компанию Эдику.

Вика поежилась и осмотрела площадку перед домом. Как узнать, на какой машине прибыл этот гость? Сидеть и ждать опасно, он наверняка видел ее в окно и если заметит, что она его ждет, может быть только хуже. Ей хотелось выть от злости и отчаяния. Если бы можно было отмотать время на несколько недель назад, она никогда не сделала этого снова, сидела, как мышка, пусть свинья Эдик имеет кого хочет, не ее это дело.

Но, увы, машину времени еще не изобрели, а становиться мишенью не хотелось, поэтому, Вика медленно тронулась и осторожно поехала между домами, выискивая место, где можно незаметно приткнуться и понаблюдать за подъездом. Конечно, там живет куча народу, она может так и не узнать таинственного гостя. Мало ли, кто выйдет из подъезда. Но вдруг ей повезет, она поймет, догадается, что-то увидит или вычислит? Должно же ей хоть когда-то повезти, наконец!

Ждала она долго, выкурила половину пачку, ноги затекли. Входили и выходили люди, жизнь шла своим чередом. Вика посмотрела на часы, прошло уже два часа. Неожиданно она вспомнила слова Натальи Александровны, что ей нужно ехать в морг, значит скоро, а то вдруг закроется? Может, они хотя бы выйдут вместе? Темно-синий джип с тонированными стеклами мягко подкатил прямо к подъезду. Вика, аж подскочила от неожиданности. Это был очень знакомый джип, связанный с неприятными воспоминаниями. В этот момент из подъезда вышел… Николай Николаевич и, резко открыв дверцу, плюхнулся на переднее сиденье.

Джип тронулся и скрылся за поворотом. Вскоре из того же подъезда выпорхнула Наталья Александровна в черном костюме, села в подъехавшее такси и укатила. После всего этого в голове Вики появилось намного больше вопросов, чем даже было до этого. Вариантов ответов – тоже тьма-тьмущая. Надо ехать домой обдумывать и советоваться. Но с кем неопасно?

 

Пока она открывала дверь своей квартиры, там, не переставая, заливался телефон. Когда Вика подняла трубку, то тут же пожалела, что так спешила.

Вика прокашлялась, она уже догадывалась, кто это.

Они договорились о встрече. Вика заехала за ним на машине. Следователь Морозов оказался совсем еще молодым человеком очень серьезного и интеллигентного вида. Наверное, сразу после ВУЗа, решила Вика, кто еще, кроме вчерашнего студента, пойдет на такие деньги.

После стандартных вопросов типа: сколько времени знакомы, когда последний раз виделись и так далее, последовал вопрос:

Вика вздрогнула, предположения у нее были, но она хотела оставить их при себе, поэтому ответила неопределенно:

Молодой следователь старался оставаться серьезным:

Вика замерла.

Он полностью повторил ее мысли. Вика знала, как он прав. Но не факт, что если расскажет ему о своих предположениях, то окажется в безопасности. К тому же, она не знает, возможно, у Николая Николаевича здесь тоже есть знакомые. Она вздохнула и отрицательно покачала головой. Повинуясь внезапному озарению, Вика спросила:

Рот Вики открылся, в таком дурацком виде она и замерла. Из ступора ее вывел голос следователя:

Вика молча, утвердительно кивнула головой и сунула листок в сумку. Морозов попрощался и хлопнул дверцей машины. Вика осталась одна.

 

Катюха просто подпрыгивала от восторга, слушая продолжение истории.

Катюха молчала, наморщив лоб и уставившись в окно. Было ясно, у человека идет мыслительный процесс. Вика подождала несколько минут, но, так и не дождавшись ответа, решила поторопить:

Это была серьезная угроза. Катюха насупилась, лишать ее такой захватывающей информации было и впрямь жестоко. Вика это поняла и улыбнулась.

Вика замялась. Возможно, Катюха права, но опасность вляпаться еще глубже тоже присутствовала.

Катюха расстроено вздохнула и сказала:

 

Дома Викины мучения продолжались. Она несколько раз бралась за телефон, но так и не позвонила. Включила телевизор. Увы, успокоения он тоже не принес – теракты, мины – растяжки, взрывы…

Зазвонил телефон. От неожиданности Вика даже вскрикнула. Может телепатия, но это был Вадим. Разговор начал как бы ни о чем:

Вика решила воспользоваться ситуацией:

Судя по долгому молчанию, ее предложение восторга не вызвало. Но, видимо, Вадиму неудобно стало отказываться в такой ситуации, и он согласился.

 

К удивлению Вики, уже утром от Вадима позвонил человек, представившийся Юрой и сказавший, что он как раз ищет работу. Юра оказался дядечкой лет пятидесяти, толстеньким, лысеньким, но добродушным и обаятельным. Вика была довольна. Хоть не будет, как Ромка, клинья к ней бить. Об условиях они решили договориться позже, когда Вика посмотрит на его работу. Когда приехали на Викин объект, она поняла, что Юра может быть и не добродушным. Пока шла промывка мозгов, Вика тихонечко сидела в машине. Когда же она пошла на осмотр объекта, то была поражена.

Все нанятые рабочие, которые обычно встречали ее шуточками, вальяжно прогуливались и, не спеша, курили, теперь молча пахали изо всей мочи. Просто дым шел.

Юра хитро улыбнулся и сказал:

Но наученная горьким опытом, Вика все-таки предложила взять Юру с испытательным сроком на месяц, а потом заключить договор. Довольные друг другом они расстались. Юра остался на объекте и сказал, что с жильем разберется сам, а она может приезжать раз в неделю. Для Викиного теперешнего положения это был идеальный вариант. Она тут же согласилась и отбыла домой морально готовиться к Эдиковым похоронам.

Вадим заехал за ней на «служебном» «БМВ», и они сразу поехали на кладбище.

Вике эта улыбка показалась подозрительной, она напряглась, но ответила самым безоблачным тоном:

Вадим тут же притормозил и повернулся к ней:

 

ГЛАВА 5

Вика замерла, на несколько секунд у нее отнялся язык и пересохло во рту. Она сипло спросила:

Вадим неопределенно пожал плечами:

Вика молчала. Сомнения продолжали грызть ее. Вадим же не скажет, кто ее там видел. А видеть мог только убийца. Или нет? Может он ее вообще на пушку берет? Вадим ждал. Вика упорно продолжала молчать. Пауза затягивалась и становилась просто физически ощутимой.

Она почему-то чувствовала неудобство. Может, все-таки он правда хотел помочь ей?

Народу на кладбище, как Вика и ожидала, оказалось немного, буквально несколько человек. Вдова была одна. Дочка с мужем, видимо, не нашли возможности приехать. Все процедуры прошли быстро без вздохов и слез. Поминки ее тоже не привлекали. По пути к машине Вика продолжала обдумывать свои дальнейшие действия. Она так ушла в свои мысли, что услышала голос Вадима только, когда он буквально крикнул ей в ухо:

Этот вопрос капитально озадачил Вику.

Планов у нее действительно не было, она согласно кивнула головой и села в машину.

Кладбище находилось за городом, и если отъехать от него совсем недалеко, начинался лес. Вот туда машина медленно и вкатила.

Вика подозрительно покосилась на Вадима.

Мысль была своевременная и правильная. Вика вышла из машины, потянулась и медленно пошла вглубь леса. Шелест деревьев, пение птиц и вправду успокаивали. Как хорошо отключиться от всего, ни о чем не думать, а слушать и впитывать. Вадим правильно сделал, даже вдвойне правильно. Первое – привез ее сюда, второе – не пошел за ней, оставил одну. Вика села на поваленное дерево. Мыслей о плохом уже не было. Наоборот, мир показался светлым и тихим. На Вадима она тоже посмотрела другими глазами. Неожиданно прохладный ветер нагнал тучи, потемнело. Вика поежилась и пошла к машине. Когда же она увидела Вадима, сидящего на капоте машины, ей вдруг стало тепло и спокойно. Он открыл ей дверцу машины, и Вика юркнула на мягкое сиденье. Машина тронулась. Она даже не стала спрашивать, куда они едут.

 

Квартира Вадима производила странное впечатление. Металлическая сейфовая дверь, сигнализация давали повод думать, что внутри все шикарно. Но, увы, минимально стандартный набор всего, что должно быть, и в тоже время, что-то не так. Какая-то нежилая квартира. Пока Вадим возился на кухне. Вика осматривалась. Она пыталась сделать выводы относительно человека, который здесь живет.

Испытывая чувство неловкости, Вика открыла дверцу шкафа. Несколько рубашек, пиджаков, кожаная куртка. Осторожно, стараясь не шуметь, она закрыла шкаф. Книги – так, непонятный набор, сборная солянка. Такое ощущение, что сюда просто приволокли ненужные книги из разных мест. На стенах какие-то дурацкие картинки в дешевых рамках. Нет никаких мелочей, безделушек, которые есть в каждом доме. Вывод был неутешительный – скорее всего, здесь никто не живет.

Решив включить телевизор, Вика поискала вокруг взглядом. Пульта не было. Может он в каком-нибудь ящике? Она бездумно выдвигала и задвигала ящики. Почти все они были пустые. Один из нижних не выдвигался и показался тяжелым. Вика, как следует, рванула, не думая о производимом шуме. От любопытства она забыла о том, что находится в чужой квартире, а это чужая мебель. Внутри ящика что-то щелкнуло, и он тяжело поехал ей навстречу. Вика с шумом втянула воздух. Перед ней был оружейный склад. Да-да, именно так, потому что оружия было много. Вика побоялась рассматривать, быстро задвинула ящик и оглянулась. Прямо позади нее стоял Вадим. Она почувствовала, как яркая краска стыда заливает лицо. Не поднимая глаз, жалобно проблеяла:

Она стояла как провинившаяся школьница, боясь поднять глаза.

Вадим молчал. Вика все-таки решилась. Очень медленно, осторожно, примерно от его груди, она буквально заставляла свои глаза подниматься вверх. Наконец уперлась взглядом ему в переносицу.

Показалось, что он не сердится. Наверное, показалось, не может быть, чтобы не сердился. Сейчас она получит по полной программе и правильно получит.

Вика издала какой-то слабый мяукающий звук, даже скорее писк. Ну вот, сама напросилась! Она молча, печально уставилась на Вадима, может, пожалеет.

Все стало ясно, он шутит. Вика улыбнулась, к ней вернулся дар речи, чем она и воспользовалась:

Совместными усилиями им удалось разыскать пульт в ящике кухонного стола. «Совершенно странное место», - отметила Вика про себя.

Зато холодильник в этой «нежилой» квартире был заполнен до отказа. Чем они вскоре и воспользовались. Вечер получился милый и романтический. В общем, на Викин взгляд похороны и последующие за этим поминки прошли очень даже на уровне.

Спохватилась она, когда было уже совсем темно. Вскочила и взяла сумку.

Вадим тоже поднялся, подошел к ней. Забрал из рук сумку и отбросил куда-то. Вика не выдержала:

 

Проснулась Вика от звука тихо работающего телевизора. Значит, ночью они забыли его выключить. «Мы», – надо же, всего одна ночь, а она уже так думает о них.

Вика протянула руку, нащупала на полу пульт, выключила телевизор, улыбнулась и, угнездившись, снова заснула. Проснулась она довольно поздно и в полной тишине. Вадима уже не было.

На кухне на столе лежала записка, которая гласила: «Не стал тебя будить. Будешь уходить – захлопни дверь. Я тебе позвоню».

Она вернулась в комнату и рывком выдвинула ящик, тот самый, в котором накануне вечером нашла оружие. Как и следовало ожидать, его там уже не было.

Путем несложных умозаключений, Вика пришла к выводу, что искать здесь что-то еще бесполезно. Если Вадим спокойно оставил ее одну, значит, для него это уже безопасно. Ей очень хотелось поплакаться кому-нибудь в жилетку. Вика набрала Катюхин рабочий номер. Подруга работала в госучреждении, поэтому они договорились встретиться в обед, который должен был начаться вот-вот. Оказывается, Вика проспала почти полдня.

 

Катюха уже ждала ее на лавочке в скверике. По Викиному голосу она поняла – случилось что-то печальное, поэтому лицо у нее было соответствующее моменту.

Вика начала рассказывать, не выдержала и в конце концов расплакалась.

Катюха пожала плечами:

Вика и впрямь перестала плакать и рассказала про разговор со следователем.

Смысла темнить перед подругой не было, поэтому она сказала правду:

Вика ошалело посмотрела на нее. Эта элементарная мысль не приходила ей в голову:

Они замолчали. Наконец, Катюха подвела итог:

Вика вылупила глаза:

Это было опасное состояние для нее. В азарте подругу остановить было невозможно. Вика постаралась вернуть ее на землю:

Вика всегда знала, ее можно уговорить на что угодно. Она вздохнула и... согласилась. Обед заканчивался, и Катюха понеслась через улицу, махнув на прощание Вике рукой. Уже с противоположной стороны она крикнула:

С этими словами Катюха скрылась в подъезде очень солидного здания.

Вика продолжала растерянно стоять возле перехода. Зачем она согласилась на эту авантюру? Опять создала себе проблемы. Видно надо смириться, такой у нее дурацкий характер и ничего с этим не поделаешь. Вика развернулась и медленно поплелась домой. Ждать звонка? Она уже и не представляла, чего ей теперь ждать.

 

Но прошел день, за ним следующий. Телефон молчал. Вика злая, как пантера, сидела дома, поглядывая на безмолвный аппарат.

Наконец, в четверг вечером он звякнул. Именно звякнул, потому что Вика, не ожидая самого звонка, схватила трубку.

Вика передумала бросать трубку, как собиралась сделать за секунду до этого:

Но Катюху не так просто было сбить с намеченного пути.

Послышались короткие гудки. Катюха уже повесила трубку. Она точно была человеком действия. Вика ей по-хорошему завидовала. Никаких тебе сомнений и метаний, сказано – сделано.

 

В пятницу Вика уже с утра не находила себе места. Она боялась. Поэтому, чтобы занять себя, решила съездить посмотреть, как там продвигается ремонт. То, что она увидела, действительно подняло ей настроение. Рабочие пахали, как лошади. Юра, увидев ее, мило заулыбался и засеменил навстречу.

Юра засунул бумагу в карман и повел ее показывать, как продвигаются дела на объекте. Вика ахнула, за несколько дней было сделано больше, чем за все время, пока этим занимались они с Ромкой. Вика решила не ждать окончания испытательного срока, заплатила аванс и успокоенная вернулась в город. Особых дел не было и, чтобы не ждать семи часов, она заехала за Катюхой на работу.

Подруга уже была вся в планах будущей вылазки.

Идея правильная и была тут же осуществлена. Обе они видели эту котельную впервые.

Старое здание из красного кирпича с парой небольших окон, даже не окон, а проемов от них. Дверь была забита старыми досками, гвозди проржавели от сырости и времени.

Они обошли здание вокруг, поняли, что, к счастью, место тихое и вряд ли их кто заметит ночью. Вика несколько успокоилась, так что вечер у Катюхи провели в уютной и мирной обстановке. Где-то в половине двенадцатого, прихватив с собой фонарь, спички, моток веревки, несколько свечек и пару перочинных ножей, искательницы приключений отбыли.

 

Когда они оказались на месте, стало как-то неуютно. Ночью здание выглядело жутковато. Но отступать было поздно. Катюха, кряхтя, первой влезла в окно и зажгла свечку.

Помещение оказалось довольно большим, и Вика сделала вывод, что для ее бизнеса это был бы вполне подходящий вариант. Следов, бывшей котельной здесь практически не было. Просто голые, ободранные стены, несколько ржавых труб, какие-то доски в углу и все. Вскоре Вике надоело лазить по этой пыли, и она присела в углу на корточки.

Катюха же со свойственным ей энтузиазмом продолжала обследовать помещение. Она бормотала:

Вика молча проводила ее взглядом. Катюха вместе с фонарем удалилась куда-то за угол. Вдруг послышался треск, затем - грохот, сопровождаемый вначале Катюхиным криком, а затем ее же совершенно непарламентскими выражениями. Наверное, фонарь она тоже выронила, потому что стало совсем темно и тихо. Вика замерла...

Через пару минут послышалось Катюхино жалобное поскуливание:

Вика пошарила в темноте, нащупала сумку и, выудив свечку, щелкнула зажигалкой. Прикрывая слабый огонек рукой, она стала осторожно продвигаться туда, откуда слышались Катюхины стенания.

Зайдя за тот же угол, Вика, однако, не увидела подруги.

Вика посмотрела себе под ноги. И во время. Оказалось, что она стоит на самом краю ямы отдаленно напоминающей небольшой погребок. Вика очень осторожно, маленькими шажками подошла поближе. В неверном, колеблющемся свете спасительной свечки с одного края стали видны полуразвалившиеся деревянные ступеньки. Ясно, Катюха свалилась с другого края, где ступенек не было. Придерживаясь одной рукой за грязную, ободранную стену, Вика осторожно спустилась вниз. Катюха растрепанная и грязная сидела на полу.

Казалось, подвальчик вырыли совсем недавно. Катюха отыскала фонарь. Они осмотрелись. В глаза бросилась куча мусора в углу.

Она легким пинком направила Вику в угол, и они начали разгребать мусор. Непонятно кто из них заметил его раньше. Взвизгнули они почти одновременно. Из-под кучи хлама показался небольшой металлический ящик, даже не ящик, а скорее, какой-то контейнер типа пенала сантиметров семьдесят длиной, на одном из концов которого была плотно завернутая крышка.

Вика попыталась сдвинуть ее ногой – никакого эффекта. Вдвоем – тоже.

И тут в свете фонаря ярко засветился желтый кружок с тремя черными треугольниками. Радиация! Они отпрянули как по команде и пулей вылетели наверх, а через секунду уже были на улице

Приблизительный ответ был очевиден. Телевизор они все-таки смотрели. Как только отдышались, Катюха заявила:

Закидали они контейнер моментально и вернулись к машине. Катюха протянула руку:

Катюха набрала номер, услышав ответ, тут же затараторила:

Она быстро привела себя в порядок со сноровкой красивой и деловой женщины, которые умеют ценить время. Через десять минут они уже остановились возле старой хрущевки и Катюха понеслась внутрь. Через пять минут запыхавшаяся подруга плюхнулась на сиденье и «обрадовала» Вику:

Вика вздохнула, и машина по пустым улицам резво покатила назад.

Уровень радиации около бывшей котельной был нормальный. То есть нормальный по словам Катюхи. Вика, в отличие от подруги, не была так уверена в ее глубоких дозиметрических познаниях.

Внутри – тоже спокойно.

Они медленно, глядя на дозиметр, спускались в подвал. Если уровень радиации и повышался, то совсем незначительно. Наконец, подруги добрались до той самой кучи мусора.

Дозиметр попискивал с такой скоростью, как будто ему перехватили горло.

После этого они быстро рванули на улицу.

 

Вика легла спать часа в два, и снились ей атомные взрывы и прочая чернуха. В соответствующем состоянии она и проснулась. За окном лил дождь, даже под одеялом было зябко. Вика сморщилась и опять закрыла глаза. Она попыталась заснуть, но, увы. «Умные» мысли уже вовсю шевелились в голове. Поворочавшись еще с полчаса, она все-таки подняла свое несчастное, невыспавшееся тело и поволокла его на кухню пить кофе и курить. Сразу стало легче. Даже мысли приобрели более – менее оформившийся вид.

Катюха права, надо с кем-то проконсультироваться. Или не надо? В конце концов, какая разница, что там лежит. Ей то, что? Это не ее и все. А чье? Чей контейнер лежит в этом чертовом подвале, пускает свои рентгены и вообще, неизвестно, какую еще пакость делает. А ведь это бешеные деньги. Наверное, миллионы долларов. Но откуда Эдик мог стырить эту радиоактивную фигню? Вика поняла, что одна она ни к какому определенному выводу прийти не сможет. Коллективная мыслительная деятельность – вещь хорошая. Она сняла трубку. Катюхин голос был хриплым и сонным.

У Катюхи была милая привычка забывать или путать имена. Вика поняла, что она имела в виду не Вадима.

Мысль была абсолютно правильная и очень логичная. Проследив цепочку владельцев, возможно, она сумеет понять хотя бы, кто знает об этом контейнере, а там уж будет видно. Вика набрала номер Александра и стандартно начала разговор:

Судя по тону, он даже не предполагал, каким богатством обладает. Викины мысли просто метались в поисках предлога, подходящего для вопроса о предыдущем хозяине.

Вика просто перестала дышать. Дальше копать и не приходилось. Вот оно совсем близко, только руку протяни. Стараясь никак не проявить себя голосом, она спросила:

Она не хотела, чтобы Александр заметил ее волнение.

Но тут же, резво бросив трубку на рычаг, она сделала несколько радостных прыжков по комнате. Снова подсев к телефону, она вздрогнула от резкого звонка неожиданного раздавшегося в тишине комнаты.

 

ГЛАВА 6

Вика сразу же узнала хрипловатый голос Вадима. Разговор он начал, как ни в чем не бывало:

В душе Вики боролись двойственные чувства. С одной стороны, ей хотелось сказать что-то типа: «Ты опоздал», - и бросить трубку. Но с другой стороны… Было много, очень много причин не делать этого. В итоге после недолгой внутренней борьбы она ответила голосом, который мог заморозить все вокруг:

И злодейски вывесила паузу. Пусть теперь выпутывается, никакой помощи он от нее не получит.

Вадим, видимо, понял все правильно.

Вика засопела в ответ и ответила:

Она, наконец, почувствовала себя хозяйкой положения и решила слегка подергать нервы незадачливому кавалеру.

Тут же выяснилось, что Вадим думает иначе.

Против того, чтобы встретиться, Вика не имела ничего, но вот делиться… Это вопрос сложный. Николай Николаевич опять же где-то здесь, близко. Кто эту бригаду знает, что им в голову придет?

К тому же, ей хотелось встретиться с Кривцовой. Вике пришло в голову, что если они придут вдвоем с Вадимом, это будет более солидно. Но как сделать, чтобы он ничего не понял?

Вика покосилась на телефон. Выходной день, может, не надо звонить. Хотя в выходной день больше шансов застать человека дома. Но вот проблема – как объяснить свой интерес к старой котельной? Вике удалось с превеликим трудом вытащить из своих несчастных уставших от всего мозгов только одну мысль. Она журналистка, пишет о… Что может привлечь пишущий люд в данное помещение? Хотя… В тот же самый двор, где находилась котельная, выходил дом, который в самом деле был достаточно стар, и в 19 веке в нем проездом останавливалось одно известное историческое лицо. Об этом сообщала большая мемориальная табличка на доме. Точно! Можно будет сплести, то, что позднее стало котельной, было когда-то сараем или псарней.

Вика сняла трубку телефона. К счастью, Ольга Федоровна оказалась дома. Приезд журналистки восторга у нее не вызвал, но и отказывать она, видимо, посчитала неудобным. Они договорились на послеобеденное время. Когда перезвонил Вадим, Вика даже удивилась. Переключившись на «журналистские» фантазии, она совсем забыла о нем.

Сев в машину, решила хотя бы частично предупредить его. А то еще подумает, что имеет дело с шизофреничкой, страдающей раздвоением личности.

Ответ предполагал, что уже пора заткнуться на эту тему, что она и сделала, но сразу же продолжила о своем:

Вика заерзала на сиденье.

От дальнейшего ее спасло то, что они остановились около магазина, и Вика быстро юркнула в открытую дверь. Вернувшись, она сделала вид, что не помнит, на чем они остановились перед этим, и веселым голосом сказала:

Вике показалось, что Вадим несколько обиделся на ее скрытность и поэтому весь оставшийся путь молчал.

 

Квартира Ольги Федоровны оказалась совершенно стандартной, как и сама хозяйка, безо всяких следов богатства. Здесь Александр оказался прав. Вручив коробку конфет, Вика с хозяйкой сели за стол, а Вадим пристроился позади в кресле. Тут же Вика достала блокнот и начала плести какую-то едва продуманную чушь с легким намеком на исторические факты. Боковым зрением она увидела, что Вадим сдерживается, чтобы не засмеяться.

Но, казалось, Ольгу Федоровну это абсолютно не задевало. Она, к счастью для Вики, слушала вполуха, не особенно вдаваясь в подробности. В заключение Вика выдала совершенно бредовый перл:

Сзади послышался какой-то сдавленный звук. Она поняла, что Вадим все же не выдержал и попыталась показать ему кулак за спиной.

Если Ольга Федоровна и удивилась исторической ценности развалюхи, то никак не показала этого. Немного подумав, она сказала:

Она вздохнула. Вика сделала вывод, что здесь ловить нечего, кроме, разве что:

Вика услышала звук выдвигаемого ящика, шелест бумаги. Вдова вернулась с записной книжкой в руках, которая, видимо, принадлежала ее покойному мужу. Полистав книжку, Ольга Федоровна продиктовала номер мобильного телефона бывшего главного бухгалтера, при этом, сказав:

Вика очень даже понимала, поэтому, быстро попрощавшись, они отбыли.

Уже в машине Вадим не выдержал и приступил к допросу:

Вадим не поддался на провокацию:

На самом деле такая мысль часто приходила ей в голову. Но она скорее откусила бы себе язык, чем призналась в этом Вадиму, поэтому она продолжала вещать:

К сожалению, пока Вика этого не знала, но очень хотела бы знать. Ей так нужен человек, на которого можно было бы опереться, который мог помочь, защитить в случае чего. Она горестно вздохнула и пожала плечами:

В ответ, к своему разочарованию, она услышала неопределенное мычание, переходящее в смех:

Машина остановилась, и Вика увидела, что они подъехали к дому Вадима. Разозлившись, она вышла, громко хлопнула дверцей и завопила:

И развернувшись, как ей казалось, гордо прошествовала по направлению к ближайшей остановке. Но ушла она недалеко. Вадим ухватил ее за локоть, развернул и легкими тычками направил в подъезд. Вике не хотелось устраивать потасовку перед домом, и она послушно поплелась в квартиру. По пути в ее голове зрели ужасные планы того, что она сейчас сделает с Вадимом.

Войдя, Вика уселась в кресло, заложила ногу за ногу и молча уставилась в окно. Вадим плюхнулся в кресло напротив.

Вадим выхватил телефон у нее из-под руки и переставил вне пределов досягаемости.

К счастью, Вадим отреагировал ожидаемо.

Вика заерзала. Ой, как же ей не хотелось раскрывать карты! Уверенности в своей безопасности у нее все-таки не было, поэтому решила попытаться еще раз:

Вика дождалась утвердительного кивка.

Вика вздохнула поглубже, прикрыла глаза и выпалила:

Вадима она не видела, но по повисшей паузе она поняла, что тот медленно приходит в себя. В подтверждение прозвучал вопрос:

Ей не хотелось вмешивать в эти дела еще и Катюху. Она молчала, ждала продолжения и прокручивала в голове варианты: Вадим тут же побежит сообщать Николаю Николаевичу или решит все оставить себе.

Как само собой разумеющееся, она отмела версию, что он поделится с ней. Вадим тоже молчал. Ему было о чем подумать. Наконец, он предложил:

Вика пожала плечами, ей уже было все равно.

Белым днем им не понадобилось никакого «спецоборудования». Вика объяснила, где находится погреб, который они с Катюхой наскоро прикрыли чем попало, и осталась ждать на улице. Вадим вернулся быстро, она не успела даже выкурить сигарету. По его напряженному лицу было ясно, что они с Катюхой сделали правильный вывод.

Он отошел от нее подальше, достал мобильник и с кем-то тихо переговорил.

Вика выудила блокнот из сумки и продиктовала номер. От начала разговора она просто онемела.

Дальше она слушать уже не могла. От наглости человеческой просто уши закладывало. Вика смотрела на Вадима и даже не слышала о чем он договаривается. Она потрясла головой и услышала последнее предложение:

Она была довольна, что Вадим сказал «мы», значит, берет с собой, и она еще не совсем за бортом.

Они огляделись и на той стороне улицы увидели кафе, куда и направились.

Вика протянула руку:

За легкой беседой ни о чем время прошло быстро. Вика даже не заметила, как стрелки часов подкрались к половине шестого.

 

Дом Марины оказался элитным. Они переглянулись. Стало ясно, почему квартира Ольги Федоровны такая скромная. Все деньги были здесь.

Судя по внешнему виду, Марина была таким же бухгалтером, как Вика балериной. Древнейшая профессия оставила на ней, несмотря на окружающую роскошь, неизгладимый отпечаток. Поведение тоже было соответствующим. Она нагло липла к Вадиму. Вика молча бесилась, но молчала. Дело – прежде всего. К тому же, она получала садистское удовольствие, наблюдая, как Вадим мотает «бухгалтершу» своими вопросами.

Слушая их беседу, Вика решила, что с ней бригада обращалась еще очень мягко. Здесь же Вадим с милой улыбкой довел Марину до слез всего за несколько минут. Казалось, она выложила все, что знала. Для Кривцова она стала последней любовью, которая требовала определенных денежных вложений. Марина точно не знала, как он вышел на какое-то еле шевелящееся НИИ. Короче, выяснилось, что Кривцов каким-то «черным» толканул несколько граммов плутония. Все, что они видят вокруг, было куплено на деньги, вырученные от этой продажи.

Марина захлюпала носом и стала объяснять, как сильно она любила Кривцова, и какой трагедией стала для нее его смерть.

Марина отрицательно покачала головой. Вадим ухмыльнулся, но промолчал, тогда Вика продолжила:

Опять отрицательный кивок.

Вадим тут же конфисковал пакет и предупредил:

С этими словами они ретировались. Уже в машине Вика решила кое-что поспрашивать.

Немного позже, уже на квартире Вадима они начали разбирать пакет с документами. Вика подумала, что хорошо бы все это прихватить к Катюхе, как-никак посмотрел бы специалист. Но, покосившись на Вадима, решила, что шансов на вынос документов у нее нет и промолчала. Фиктивные печати, отчеты тут же возвращались в пакет. С ними все было ясно. Вскоре на столе оказались две пачки. Одна большая и ненужная – в пакете и другая, совсем тоненькая – в отношении которой ясности не было.

Пока копались в бумагах, Вика пришла к выводу, что она чего-то не понимает и решила уточнить:

Самым толстеньким в тонкой пачке был небольшой ежедневник. Им и занялись. Записи там шли беспорядочно, и что-то понять было трудно.

Но главное стало ясно через пять минут. Несколько листов было вырвано, причем совершенно неаккуратно. Видно, что, человек сделавший это, очень торопился. Они переглянулись.

Часы показывали половину первого. Домой ехать не хотелось, да и незачем.

 

В восемь утра в Викиной сумке затренькал мобильник. Она нащупала сумку и, приоткрыв один глаз, увидела на мониторе телефон Катюхи.

Подруга всегда считала, если проснулась она, значит пора и всем остальным.

«Вот зараза, - беззлобно подумала Вика, - Можно было еще спать и спать». Тут только до нее дошло, что сказала Катюха. Она не дома. Вот черт! Вадима опять нет. Хотя… Вика прислушалась, с кухни доносился его приглушенный голос. Она оделась и высунула голову из комнаты. В этот момент Вадим уже вешал трубку. Любопытство просто разъедало. Вика тяжело вздохнула и спросила:

Про звонок Катюхе она уже забыла, впереди маячили такие интересные события!

Вскоре они подъехали к знакомому дому. На звонок никто не отвечал.

Вадим ничего не ответил и подергал ручку двери. Закрыто. Покопавшись в кармане, он вынул какой-то инструмент, и через несколько секунд в замке что-то щелкнуло, дверь неожиданно легко и тихо открылась. Стало слышно, что в комнате довольно громко вещает телевизор, никаких других посторонних звуков не было. Изумленная Вика уже перенесла ногу через порог, но в ту же секунду почувствовала, как Вадим схватил ее за плечо и почти выкинул на площадку. По пути она обо что-то больно стукнулась.

Вика возмущенно оглянулась и хотела сказать пару ласковых слов на тему грубого обращения с женщиной. Но тут же прикусила язык. Она увидела, что нанесло ей травму. В руке Вадима тускло блестел пистолет. Вика на цыпочках протиснулась в угол площадки и притихла. Ей уже совсем не хотелось идти внутрь квартиры, но и одной оставаться на лестнице было страшно. Пересилив себя, «лейтенант Сидорова» все-таки шагнула вслед за Вадимом в темный коридор.

Вика послушно сунула руки в карманы джинсов. Что зря спорить, если человек прав.

Марина сидела в кресле перед включенным телевизором, остекленевшими глазами глядя на экран. На журнальном столике около нее стояли пепельница с несколькими окурками, рюмка и открытая бутылка водки.

Вика молча вытащила из кармана руку, сложив пальцы по всем известной форме, и сунула ему под нос.

Совет звучал довольно издевательски.

Почему Вадим над ней все время издевается? Надо же быть таким ехидным, нет – помочь, посочувствовать, а не мотать нервы.

С этими словами Вадим вытолкал ее из квартиры и носовым платком протер кнопку звонка и ручку двери.

 

ГЛАВА 7

 

В машине Вадим с ходу заявил:

Вика оглянулась вокруг и сказала:

Вика заерзала на сиденье. Домой не хотелось. Вдруг она что-то упустит. Попыталась нудить, но номер не прошел, Вадим был неумолим. По пути Вика все же спросила:

Ей даже не хотелось упоминать, чьей. Слишком много стало вокруг смертей.

Вике показалось, что он что-то заметил, но не хочет с ней делиться. Она продолжила выяснение:

Вика тут же вспомнила про Катюху с ее логическими изысканиями и решила ехать прямо к ней на работу.

Вадим вроде удивился:

Вадим притормозил около Катюхиной конторы, и, обиженная за подругу, Вика молча выскочила из машины.

Машина тут же резко тронулась и, взвизгнув тормозами, скрылась за поворотом. Вика, проводив ее взглядом, направилась к Катюхе. Та сидела с умным видом, уставившись в компьютер. Заглянув через плечо подруги, Вика увидела, что Катюха раскладывает пасьянс. Большим преимуществом ее работы был отдельный кабинет и небольшая загруженность, что давало возможность пообщаться.

Вика быстро кивнула, вспомнив, что с утра вообще не ела и спросила:

За кофе разговор пошел очень даже бойко. Все последние новости, как и следовало ожидать, Катюха восприняла со все возрастающим интересом, а в заключение спросила:

Продолжила она уже серьезно:

Вика задумалась. Нет, получается, они ничего не обсуждали. Она знала только то, что видела своими глазами, поэтому Вика отрицательно покачала головой.

Вика пожала плечами и вздохнула. В голове полный сумбур, ни одной конкретной мысли.

Катюха задумчиво уставилась в окно. Вика почти воочию видела, как в голове приятельницы идет мыслительный процесс. Через несколько минут Катюха подтолкнула по столу древний дисковый телефон и предложила:

Катюха, слегка открыв рот, пытливо на нее смотрела. Видимо, такая простая идея не пришла ей в голову, а мыслительный процесс двигался дальше, но медленно, с усилием.

Подруги помолчали. Вопрос был довольно скользкий, и обе понимали, что если Вика озвучит то, что пока неизвестно милиции, она может попасть в очень неудобное положение.

Вдруг Катюхину голову без видимой причинно-следственной связи озарила следующая мысль:

Следующая Катюхина идея была достойна Маты Хари:

Вика знала – это истинная правда. В чем-чем, а в склонности к вранью Катюху обвинить было нельзя, к тому же, она обладала потрясающей интуицией. Слишком часто ее предположения сбывались.

На Катюхином столе зазвонил телефон. Быстро переговорив, она тут же выставила Вику:

Уже закрывая дверь, Катюха неожиданно предположила:

С этими словами она понеслась по коридору, помахав на прощанье рукой.

Озадаченная ее последними словами, Вика пошла домой. Катюхины слова были очень неприятны для ее самолюбия, но в тоже время их стоило обдумать из-за неумолимой логичности, тем более, доля правды явно просматривалась. Так зачем все-таки она нужна Вадиму?

 

Домой Вика пришлепала с окончательно испорченным настроением. Выводы, которые она сделала по пути, были неутешительными. Вадима подослала к ней эта чертова бригада. Они ведь должны быть в курсе того, что у нее происходит. Дойная корова должна давать молоко, в ее ситуации – делиться. Управляющий найден, если все и дальше пойдет также гладко, скоро она запустит производство, пойдет продукция, а с ней прибыль.

Вика лежала в ванне, закрыв глаза и мучаясь над вопросом – все женщины такие дуры или только ей при дележке мозгов досталось так мало? Похоже, Катюхе мозгов досталось побольше, но, во-первых, она тоже может ошибаться и, во-вторых, она ведь ничего не утверждала, а просто предложила обдумать. Как же Вике не хотелось признавать, даже самой себе, что ее опять использовали! Она начала прокручивать в голове все моменты их с Вадимом знакомства. Вкратце они выглядели так: «следователь» - выкачивание из нее оплаты; отступные Николаю Николаевичу, правда, с ужином за счет Вадима.

А что было дальше? Вика задумалась. Потом он позвонил, когда она выгнала Ромку. Может, за ней уже присматривали? Как-то позвонил Вадим уж очень во-время и помог быстро, как в сказке, а сказок в жизни не бывает. Грустно все это! Вика нащупала на полочке сигареты и зажигалку, закурила. Спокойно, без нервотрепки лежать в ванне, курить, вот это – кайф. А мужики все как один – мерзавцы! Но если все было так тщательно продумано, не должен был Вадим тащить ее домой, где практически свободно валяется оружие. Это произошло случайно? Или нет? Ответа не было.

К тому же, на Эдиковы похороны Вика сама позвала его. Но потом он опять исчез и появился точно после их с Катюхой визита в котельную. Совпадение? А потом? Потом, она, как распоследняя дура, выложила Вадиму все, и он этим, как обычно, воспользовался. Стоп! А как он этим воспользовался?

Почти остывшая вода в ванне прервала Викин мыслительный процесс. Угнездившись в кресле у телевизора, она пришла к выводу, что если после всего, что они на пару выяснили, Вадим не появится, значит, действовал по заданию. А следующее его появление будет только на фирме при получении с нее денег за крышу. Если же в ближайшие дни, Вадим появится, значит, он еще не совсем потерян для общества вообще и для нее, в частности. В самом потаенном уголке своей романтической души Вика очень хотела, чтобы последнее ее предположение оказалось правильным. Потому что несмотря не все Катюхины подколы, ну очень ей нравились такие крутые мужики, как Вадим. При этом Вику почему-то совсем не волновал вопрос о подлинности его рубоповского удостоверения.

Но пока остается только ждать и вздыхать. Чтобы сократить этот период, Вика быстренько отправилась спать. И сны, которые посетили ее в эту ночь, были приятные и благостные.

 

Утро оказалось не таким приятным. «Малолетнему», как назвала его Катюха, следователю звонить не пришлось. Он позвонил сам:

Вика помолчала. Может, сослаться, что слышала это имя от Эдика. У него уже никто ничего не уточнит, и она промямлила:

Вика задумалась. В какой связи Эдик мог при ней упоминать чью-то любовницу?

Чистосердечное признание во всем тянуло за собой длинную цепочку других людей, которые были бы совсем не в восторге от этого.

Вике стало совсем тошно и противно. Она еле слышно промямлила:

Сейчас этот юный страж закона скажет, что Марину убили, а их с Вадимом там видели. Она даже перестала дышать.

За это время Вика успела взять себя в руки:

Собственный голос показался ей каким-то незнакомым.

По тону Виталия Сергеевича было ясно, что он не верит ее ничего-не-знанию. Но заставить Вику говорить было, слава Богу, не в его власти. Морозову оставалось только ждать, когда она соизволит расколоться по собственной воле.

Виталий Сергеевич промолчал.

Вика несколько секунд простояла с прижатой к уху трубкой, слушая короткие гудки. Потом почти бережно, положила ее на рычаг и задумалась.

Мысль была одна, но очень неприятная будет ли следующий труп и если будет – то чей?

 

Как и следовало ожидать, телефон Вадима был «временно заблокирован», о чем ей и сообщил механический голос. Вика со злостью бросила трубку.

«Вот сволочь, - подумала она, - Никогда его не найдешь, когда мне нужен. Зато, когда ему нужно, вынь, да положь!» Для успокоения Вика решила пройтись по магазинам. Ведь, как пишут во всяких толстых журналах, шоппинг просто создан для утешения женщин.

Она полдня слонялась по городу, заглядывая во все встречные магазины, когда уже порядком уставшая, доковыляла до какого-то мехового бутика. «Бутик» было не только претенциозное название магазина, но и цены вещей, выставленных в витрине, впечатляли. Вика слегка помялась перед входом, размышляя, стоит ли заходить внутрь. До последнего времени она была девушкой не бедной, но цены бутика – просто запредельные!

Перед ней в магазин зашла пара: мужчина и женщина. Вика видела только их спины и, скорее всего, пошла бы дальше. Для себя она уже решила – не заходить внутрь, но тут женщина слегка повернула голову в сторону витрины. Вика моментально отвернулась – Эдикова вдова, а с ней – здесь не ошибешься: сам Николай Николаевич. Вика тихо попятилась так, чтобы ее не было видно через стекло витрины. Поискала глазами темно-синий джип. Его не было, правда, совсем недалеко был припаркован новенький серый «Мерседес».

Она начала обдумывать вариант слежки – быстро нанять какую-нибудь машину, обвела взглядом стоящие рядом. Кроме «Мерседеса» иномарок не наблюдалось. Если это, в чем Вика не сомневалась, машина Николая Николаевича, то шансов догнать его на «Москвиче» у нее не было, но и выхода тоже не было.

«Не догоню, так разогреюсь», - решила Вика и направилась к наиболее приличной машине. На ее счастье, водитель был на месте.

Мужик назвал, но после нескольких минут ее нытья и вздохов, сошлись на половине, и Вика быстро, боясь, что ее заметят, шмыгнула на переднее сиденье.

Водила равнодушно кивнул и уставился в окно.

Время шло. Вика начала уже волноваться. Вдруг там есть другой выход, а «Мерседес» не имеет к Николаю Николаевичу никакого отношения. Когда она уже почти отчаялась, дверь открылась, и сладкая парочка с большим пакетом выкатилась на улицу.

Вика ткнула локтем в бок почти заснувшего шофера и заверещала:

Человек за рулем неожиданно посмотрел на нее с сочувствием.

Вика, запнувшись совсем на мгновение, решив, что это очень удачный вариант, и утвердительно кивнула. Ей даже удалось вполне натурально и жалобно всхлипнуть. Вика оказалась права. Парочка загрузилась в «Мерседес». Машина рванула с места. Нанятый мужик тоже оказался не промах и бойко пристроился следом. Они закружили по улицам. Вскоре стало понятно, что парочка направляется в элитный пригородный поселок. Вика с шофером переглянулись, ясно, что если ехать туда за ними, то велика опасность быть замеченными, но пришлось этим пренебречь.

Они проехали за серым «Мерседесом» еще несколько кварталов. Вика покопалась в своей безразмерной сумке, выудила темные очки и водрузила на нос. Не бог весть какая маскировка, но все-таки лучше такая, чем никакой.

Вика отдала деньги, быстро покинула машину и скорым шагом припустила дальше. Ей хотелось увидеть, в какой коттедж заедут преследуемые. Ей повезло.

Вика увидела мелькнувший серый хвост машины, въехавшей в ворота. Она зашла за угол и набрала Катюхин номер. Мысль, что стоит кого-то предупредить, где она находится, стукнула в голову только сейчас. Но здесь Викино везение кончилось. Катюхи на месте не было. Длинные гудки пронзительно били по мозгам. Вика попробовала набрать еще один номер – Вадима: «Номер заблокирован». Она со злостью бросила мобильник в сумку и резво потрусила в сторону намеченного коттеджа. Увидев при входе видеокамеру, Вика резко притормозила и, свернув в сторону, пошла вокруг. Забор по ее прикидкам был довольно высокий – метра три, не меньше. Отсюда и видимость – нулевая. Вика медленно брела по периметру забора, надеясь хоть что-нибудь увидеть или услышать. В итоге, засмотревшись в сторону коттеджа, она больно стукнулась лбом об дерево. Вика уже открыла рот, чтобы пискнуть, но передумала издавать звуки и только молча потерла лоб рукой.

Дерево было вполне солидное, такое большое, ветвистое. Вика запрокинула голову. Даже в детстве она не была любительницей лазить по деревьям. Кто бы мог подумать, что, дожив до такого возраста, она будет обдумывать эту возможность. Вика вытянула вверх руку, проверяя, дотянется ли до нижних веток. Дотянулась. В голове мелькнула мысль, что лучше бы не достала, тогда, ничего не найдя, тихонько удалилась бы домой. А так придется действовать.

Она повесила сумку на шею и, уцепившись за нижнюю ветку, с кряхтеньем стала подтягивать ноги по стволу. «Надо было в тренажерный зал ходить», - пыхтя, думала она. Наконец Вике удалось зацепиться ногами за толстую нижнюю ветку и после нескольких акробатических телодвижений, усесться на нее верхом. Она с небольшой высоты огляделась вокруг. Никакого движения заметно не было. Вика вздохнула с облегчением. А когда представила, как она выглядела со стороны, то начала тихонько всхлипывать от едва сдерживаемого смеха.

Дальше было проще. Перелезая с ветки на ветку, Вика добралась примерно до середины ствола и там разыскала наиболее затемненное место. Получше угнездившись, она осторожно выглянула из-за ствола. Открывшийся симпатичный вид был, как на ладони. Перед ней раскинулся небольшой парк с бассейном и водопадами, с беседками и скамейками. Вика пожалела, что у нее нет с собой бинокля или фотоаппарата. Коттеджик тоже ничего себе – только над землей она насчитала три этажа, а кто знает, что внизу?

По территории сновали какие-то люди. Вика напряженно всматривалась в мелькавшие силуэты – все-таки довольно далеко – вдруг кого знакомого удастся рассмотреть? Неожиданно она решила еще раз попытаться дозвониться до Катюхи и выудила из сумки мобильник. В этот момент он зазвонил. Вика посмотрела на монитор – Вадим. Секундное раздумье и она ответила, продолжая внимательно смотреть вниз.

Нападение – лучший способ защиты. Это классика, к тому же можно обойти ответ на вопрос.

Вот так. И все. Без комментариев.

Вика завершила разговор очень вовремя. Она поняла, что сейчас свалится с дерева. Вадим выходил из дверей коттеджа. Хотя было довольно далеко, уверенность, что это он, была стопроцентная. Вика, не сводя глаз с движущихся внизу объектов, снова начала набирать Катюхин телефон.

Идея, как и все Катюхины идеи, была нестандартна. Вика продиктовала номер.

Вика продолжала напряженно вглядываться в двигающиеся внизу картинки. Вот к Вадиму подошел Николай Николаевич, этого она узнала по костюму, о чем-то поговорили. Время тянулось и тянулось. Фигуры двигались и двигались.

Вика решила, что пора слезать. Ноги уже затекли и начали замерзать. Вряд ли она увидит еще что-нибудь интересное, а услышать хоть слово ей точно не удастся. Вика начала медленно слезать с дерева. Вдруг какой-то ветке надоело держать такой вес, и она подломилась. Вика кубарем полетела вниз, по пути цепляясь за все, что торчало. Ей показалось, что она летела, мужественно, не издавая ни звука.

Перед тем, как приземлиться, Вике послышалось, что кто-то зовет ее по имени. Сразу же после этого, она треснулась головой об хорошо утрамбованную землю под деревом, из глаз полетели искры, и Вика потеряла сознание.

 

ГЛАВА 8

Вика медленно вплывала назад. Над ней слышались чьи-то голоса. На голову была наброшена ткань, которая мешала не только смотреть, но и дышать.

Может, люди решили, что она уже умерла, поэтому ее и накрыли? Эта идея отступила также быстро, как и пришла.

В этот момент Вика решила пошевелиться и снять тряпку, как вдруг явственно услышала над своим распростертым телом уверенный Катюхин голос и решила полежать еще.

Вскоре послышались тяжелые удаляющиеся шаги. Удивительно, но Катюхе с ее наглостью удалось разогнать целый взвод чьих-то охранников. Вика слегка пошевелилась.

С головы упал Катюхин пиджак.

Вика, кряхтя и стеная, встала. Голова побаливала и вообще чувствовала она себя не важно. Катюха подхватила с земли Викину сумку, отлетевшую в сторону, и легким пинком задала направление.

За углом их ждала «Волга», на заднее сиденье которой подруги и приземлились. Катюха назвала Викин адрес. Машина тронулась.

Вика молча кивнула, соглашаясь с ее заявлением.

Вика вылупила глаза:

Шофер опять забулькал. Вика, почти придя в себя, тоже начала хихикать. Катюха слегка передохнула и продолжила:

Неожиданно Катюха начала хохотать. Вика посмотрела на нее, как на полоумную. Подруга, большими усилиями, придушив в себе приступы хохота, спросила:

Вика не въезжала. Она решила, что это связано с ударом ее головы об элитную землю поселка, поэтому жалобно попросила:

Вике стало ну очень неприятно от такой перспективы. Она попыталась выместить свою досаду на Катюхе:

- Дура! Как ты могла такое сказать?

Вике стало стыдно. Подруга сделала все, чтобы спасти ее, а она, как последняя свинья, еще и ругается.

Катюха была отходчива, она весело махнула рукой и сказала:

«Волга» притормозила возле Викиного дома. Катюха посмотрела на нее и спросила:

Вика плавно и торжественно выбралась из машины. Только приняв устойчивое вертикальное положение и удостоверившись, что «практически здорова», она наклонилась к Катюхиному окошку и сказала:

И медленно поплыла в сторону подъезда.

К тому времени, когда Вика добралась до своей квартиры, у нее уже болело все, до самой мельчайшей косточки, и мечта была только об одном – снять свое грязное тряпье и залезть в ванну. Поэтому первое, что она сделала, закрыв входную дверь, начала наливать ванну и только потом включила свет и глянула на себя в зеркало.

«Ой, мамочки! Вот это рожа!» - мысль была не из приятных. На Вику из зазеркалья смотрело нечто в грязных разводах, с уже заметным синяком на скуле и с торчащей во все стороны паклей непонятно какого цвета на голове. Вика вытряхнула из одежды свое болящее тело и еще раз охнула. По всему правому боку и конечностям с той же стороны красовались несколько здоровых синяков и кровавых полос. Вика вывернулась перед зеркалом и посмотрела на свой вид сзади. Ничего утешительного – все такое же синее, как и сбоку.

Морщась, она опустилась в горячую воду. После первого приступа резкой боли наступило постепенное блаженство. Проснулась она в почти остывшей воде. «Хорошо, что не утонула», - пробормотала, быстро споласкиваясь и вылезая из ванны. Завернувшись в полотенце, Вика пошлепала в комнату и посмотрела на часы.

Выяснилось, что она проспала больше двух часов, уже темнело. В этот момент в полутемной квартире резко прозвенел входной звонок. Вика притихла. Она никого не ждала. Звонили довольно долго, потом послышались удаляющиеся шаги. Вике хотелось подойти к окну и выглянуть, но побоялась, что ее заметят.

Пока она размышляла над вопросом, как незаметно выглянуть в окно, зазвонил телефон. Почему-то решив, что это Катюха, Вика, не раздумывая, сняла трубку.

Все ясно. Катюхины финты не помогли. Он ее узнал.

Вскоре опять раздался звонок. К двери Вика шла очень медленно, напряженное ожидание стянулось в тугой клубок.

Вика посторонилась, пропуская его в комнату. Вадим оглядел комнату и даже присвистнул:

Вика, чтобы потянуть время, молча направилась на кухню, зажгла под чайником газ, открыла холодильник. После всех тяжелых событий дня аппетита не было никакого, ну, может быть, пару бутербродов.

Их милую беседу, уже грозившую вылиться в перепалку, прервал еще один звонок.

На пороге стояла Катюха с тортом.

Вика опешила. Она ни о чем не могла предупредить Катюху. Оставалось надеяться на ее сообразительность.

Эти Катюхины слова окончательно пригвоздили Вику к месту. И только, сделав над собой невероятное усилие, ей удалось протащиться на кухню.

Катюха уже плюхнулась на табуретку напротив Вадима и пристально его разглядывала. У Вики, несмотря на то, что Катюха была ближайшей подругой уже много лет, появилось острое желание выбросить ее из окна, к тому же, это был пятый этаж.

У той остановилось сердце.

Вадим кивнул, а Вика вздохнула. Нет, все-таки эту хитрюгу стоило бы вышвырнуть в окно, но кто бы ее спас в этом чертовом элитном поселке?

Катюха обвела взглядом слушателей и, будто на совещании, предложила:

В ответ тишина.

После сей длинной тирады, Катюха молча стала сверлить глазами Вадима.

Проглотив обиду на подругу, Вика понимала в душе, что Катюха права. Она сама никогда в жизни не поставит вопрос вот так в лоб. А напористой Катюхе возможно удастся выудить из Вадима, какую-нибудь ценную информацию.

В маленькой кухне повисла напряженная тишина. Все ждали, кто заговорит первым.

Катюха помолчала, видимо, пытаясь хорошенько сформулировать список претензий. А Вика сидела и тихо завидовала ее уверенной легкости общения с малознакомыми людьми.

Она была уверена, что сама никогда в жизни не смогла бы вести такой диалог, да еще с человеком, которого видела впервые в жизни и знала только с чужих слов. Вика сидела и вспоминала, что она рассказала Катюхе и что – нет, но у нее никак не получалось сосредоточиться.

Он попытался что-то сказать, но Катюха перебила его:

Вика покосилась на Вадима. Катюха права. Она об этом ничего не говорила. По его лицу было видно, что он удивлен и смотрит на Катюху с некоторой долей уважения и интереса.

Теперь стало ясно, что он тянет время. Обе девушки смотрели на Вадима выжидающе, и ни одна из них не выказали желания помочь.

Вика пришла к выводу, что чувствует он себя в такой ситуации неважно и зловредно ухмыльнулась.

Ответ Вадима оказался неожиданным для них.

Катюха прикусила язык. Это была истинная правда.

Чайная церемония слегка разрядила обстановку. Но настырная Катюха не забыла о заданном вопросе и, едва отхлебнув горячего чая, снова спросила:

Вика замерла. Подруга озвучила то, над чем она сама думала последнее время.

Они с Викой переглянулись. Вадим уже откровенно хохотал.

Вадим полез в нагрудный карман. Катюха выжидающе пощелкала пальцами. Вика вытянула шею.

Вика пожала плечами, но Катюха промолчать не могла:

С этими словами она пошлепала к телефону заказывать такси. Была уже поздняя ночь. Через минуту из коридора послышался Катюхин голос:

И хлопнула входной дверью.

Хотя совсем недавно Вика и обижалась на Катюху, но все же решила защитить подругу, которая по причине отсутствия сама сделать этого не могла.

Вика неопределенно пожала плечами. Неожиданно мелькнула мысль, что она так и не узнала, зачем же он пришел. Спрашивать почему-то не хотелось. Она потерла начинавший снова болеть бок и уставилась в темное окно.

От неожиданности Вика вздрогнула.

Видимо, Катюхино ментальное тело еще витало в воздухе и оказывало на Вику положительное влияние. Она решила не сдаваться.

Вадим это сразу заметил.

Вика засопела, но промолчала. Она очень устала, все кости болели, к тому же, хотелось спать, поэтому на продолжение спора она была не способна.

Закрыв за ним дверь, Вика устало доковыляла до дивана. Стеная и кряхтя, начала торопливо стелить постель.

 

К счастью, временами у Катюхи хватало соображения не тревожить больного человека в восемь утра. Поэтому она позвонила почти в одиннадцать.

В ответ опять послышалось какое-то жалобное блеяние.

Вика опять вздохнула и без энтузиазма спросила:

В телефонной трубке послышался какой-то хлюпающий звук, который Вика расценила, как Катюхино обиженное сопение. Через секунду слова подруги это подтвердили:

Обижать Катюху ей не хотелось по двум причинам. Первая заключалась в том что, подруга и правда старалась помочь ей всеми силами. А вторая, обидевшись, Катюха вполне могла зажать что-нибудь интересное. Конечно, потом она бы все сказала, но дорого яичко к Христову дню.

Вика поняла, что она тянет время. Это была маленькая месть за не проявленный энтузиазм по поводу Катюхиного открытия.

 

Вика злилась, но молчала. Она понимала – если проявит любопытство – Катюха будет тянуть еще больше часа. Приходилось терпеть.

Катюха не выдержала и захохотала.

 

 

ГЛАВА 9

Вика молча уставилась на телефон, как будто там таилась разгадка.

Вика повесила трубку и задумалась. Если Катюха при ее энтузиазме не рвется в бой, что-то здесь не то. Может быть, эта знакомая из паспортного стола сказала что-то такое, охладившее ее пыл? Но никаких мыслей, кроме печального состояния ее тела, в Викину голову не шло и, отключив телефон, она снова погрузилась в блаженный сон.

 

В таком сомнамбулическом состоянии Вика провела несколько дней. Пару раз забегала Катюха с кассетами. Они смотрели фильмы, лопали салаты и трепались обо всем, при этом, не сговариваясь, обходили, последние события. Время привычно текло и ничего примечательного не происходило. Вика даже начала надеяться, что все закончилось, и жизнь вошла в обычное спокойное русло. Придя к такому радостному выводу, она решила навестить заброшенного Юру и выяснить, скоро ли можно приступать к производству.

Заканчивалась «золотая осень», скоро должны наступить холода и с ремонтом пора было завершать. Восьмерка мягко шелестела шинами по опавшим листьям. Вика затормозила перед входом. Помещение выглядело не шикарно, но уже вполне респектабельно. Наверное, Юра увидел ее в окно, потому что столкнулись они прямо при входе.

Он с гордостью показал Вике отремонтированное помещение. Потом до вечера они сидели в небольшой комнатке – офисе, обдумывая планы, уже реально просматривающегося производства. В благостном состоянии Вика подъехала к своему дому, надеясь на такой же спокойный и приятный вечер. Не успела она выйти из машины, как в сумке затренькал мобильник.

Выудив из сумки косметичку, Вика на себя глянула в зеркальце. Решила, что, несмотря на запудренный синяк на скуле, выглядит вполне прилично и осталась сидеть в машине. Ждать пришлось недолго. Машина оказалась незнакомая. «Какой богатый у них таксопарк», - подумала Вика. За рулем сидел Виктор. Она слегка поморщилась. Что-то Вике в нем упорно не нравилось, но капризничать показалось неудобным. И выдавив немного натянутое приветствие, она плюхнулась на заднее сиденье.

Вика плохо водила машину и не получала никакого удовольствия от процесса своей езды. Но в качестве пассажира, да еще на хорошей машине, было очень даже приятно. Она расслабилась, слушала негромкую музыку и бездумно смотрела в окно. Спохватилась о том, куда они едут, только минут через двадцать. Район за окном был совершенно незнакомым.

Вика притихла. Вечер перестал казаться ей приятным и тихим. Музыка в салоне начала раздражать. Она представила, что находится в компании двух малознакомых здоровых мужиков и в незнакомом месте пригорода с совсем не ясными перспективами. Фантазия разбушевалась. Картинки были все больше о трагическом – как милиция находит в лесу ее хладный труп. Вика подняла глаза и в зеркале увидела физиономию Виктора. Его улыбочка показалась ей двусмысленно зловещей. Вика поерзала на сиденье и почувствовала, как где-то в области солнечного сплетения разрастается противный холодный комок.

Машина притормозила около бесцветной девятиэтажки с магазинчиком на первом этаже. Бросив на ходу:

А Виктор, ухмыляясь, повернулся к Вике. Улыбочка у него точно была зловещая и не просто зловещая, но и противная, решила она.

Вика изобразила на лице абсолютно блаженное спокойствие. Не отвечая, она медленно вытащила сигарету, закурила, выпустила колечко дыма в сторону собеседника. Только после этого, как ей казалось, достаточно высокомерно заявила:

Вику передернуло от такого пошлого обращения.

Внутри у Вики все сжалось. Она бросила косой взгляд на дверь, потом за окно. Машина стояла около бровки тротуара и поэтому, чтобы развернуться в обратную сторону, пришлось бы ехать до ближайшего перекрестка. Все это Вика оценила взглядом почти бездумно и только чуть позже поняла, что готовит пути к бегству.

«Господи! - тоскливо подумала Вика. - Ведь потом даже в милицию идти стыдно будет. Скажут, сама же поехала, дура великовозрастная!» Она снова покосилась на дверь.

Вика молчала, переваривая. Она так до конца и не могла понять, что это – зашедшая далеко дурацкая шутка или ужасная, дикая правда? Если попытаться смыться, а все окажется шуткой, то в их глазах она будет выглядеть просто психопаткой, что тоже неприятно. Если же это – правда, то, оставаясь в машине, она как бы дает свое согласие на все последующее. Вика решила сделать еще одну попытку разъяснить ситуацию. Насколько смогла, мило улыбнулась Виктору и протянула с придыханием:

Вика была уже на пределе.

Предел закончился. Вика рванула дверцу и выскочила в осеннюю темноту. Быстро оглядевшись, потенциальная жертва рванула вдоль шоссе в сторону города. Вслед неслось довольное ржание Витька. «Хорошо, что не пошла домой прихорашиваться», - мелькнуло в голове Вики. В кроссовках бежать было значительно удобнее, чем в лодочках на шпильках. Выбрав момент, когда поток транспорта несколько уменьшился, она на стайерской скорости перебежала шоссе и понеслась в ту же сторону, что и машины.

Время от времени, Вика притормаживала на несколько секунд, пытаясь остановить какую-нибудь машину, но, увы, все было напрасно. Ни один гад так и не остановился, чтобы подобрать ее, наверное, боялись темноты. Странно, что в такой ситуации человек еще способен думать. Вначале Вика решила свернуть с шоссе и спрятаться в каком-нибудь дворе. Потом отмела эту мысль, ведь она вообще не знала, где находится. Пока бежала вдоль шоссе, имелся шанс, что попадется милиция или может быть, скорая помощь. Ну где, хоть кто-нибудь, кто поможет ей – несчастной дуре?

«Спортом надо было заниматься, - корила она себя мысленно. - А то – с дерева свалилась. Еще и десяти минут не бегу, а сердце уже где-то в горле трепыхается и задыхаться начала».

Вика и в самом деле уже с трудом переводила дыхание, правый бок кололо, перед глазами разбегались черные точки. Она остановилась и попробовала проголосовать. Все машины опять мимо. Слегка передохнув, она поковыляла дальше и тут же замерла, услышав прямо за спиной визг тормозов.

 

Через секунду Вадим ухватил ее за локоть и развернул лицом к себе. Вика от ужаса закрыла глаза и жалобно пискнула.

После его слов, Вика ошалело посмотрела на Вадима и пробормотала:

Вика почувствовала, что сейчас заревет от облегчения.

Вика чувствовала, что слезы уже катятся по лицу. К счастью, было темно, и Вадим, кажется, этого не заметил.

Вике после всего произошедшего совсем не хотелось встречаться с этим шутником.

Вика снова оказалась на том же заднем сиденье. Все трое молчали. Напряжение было почти ощутимо. В зеркале Вика поймала неприязненный взгляд Виктора. Она поджала губы и отвернулась к окну, слушая музыку. Никаких мыслей, нужно просто прийти в себя. Вскоре машина резко затормозила. Вика вернулась на землю и посмотрела вокруг. Это было уже знакомое место – здесь жил Вадим. Настроение было паршивое и, решив им поделиться, она закапризничала:

Они вылезли из машины и отошли достаточно далеко, чтобы Вике не был слышен их разговор, и она начала мучиться от любопытства. Увы, придушенный приемник и открытое окно почти ничего не дали. Собеседники говорили тихо. Вику опять начали мучить сомнения и подозрения. Она даже вышла из машины и медленно начала двигаться в сторону ближайшей остановки троллейбуса, но потом передумала и вернулась.

«Начинается мания преследования», - решила Вика, прогуливаясь вокруг машины. Позади услышала шаги. Виктор достаточно громко и обиженно произнес:

Было ясно, что сказано это специально для нее. Вика тут же отреагировала:

Виктор угрожающе пробормотал что-то себе под нос и загрузился в салон. Вика тоже сделала несколько шагов в сторону машины.

Аккомпанементом в подтверждение ее слов прозвучало злорадное ржание Виктора, стук захлопнувшейся дверцы и звук отъезжающей машины. Они остались вдвоем около подъезда.

Душа Вики требовала отмщения. Она полезла в сумку за мобильником.

Он открыл дверь подъезда, и Вика, как кролик загипнотизированный удавом, начала подниматься по лестнице. Откуда-то из подсознания всплыли Катюхины слова про сомнительную квартиру и не только непрописанного в ней, но и вообще несуществующего человека.

Они вошли в квартиру. Дверь захлопнулась.

 

Вика почувствовала себя очень неуютно. Не то, чтобы она боялась. Просто, помня об их последней встрече, она ожидала дальнейшего выяснения отношений. Правда, еще оставалась надежда, что Вадим забыл об этом, но очень эфемерная. Если ему нужно что-то выяснять, то пусть сам начинает, она не будет помогать. С этими мыслями Вика гордо прошествовала на кухню, молча плюхнулась за стол и закурила.

Вадим вошел следом, зажег под чайником газ и обернулся к Вике.

Ей не хотелось вмешивать Катюху в последствия того, что она собиралась сейчас сказать. Поэтому, решив все взять на себя, она выпалила:

Выпалив это, Вика замерла, ожидая. Вадим молчал. Пауза затягивалась.

Вика перевела дыхание и покосилась на Вадима – не разозлился ли. Все-таки лучше не будить спящую собаку. На девяносто процентов она уже была уверена, что он ничего ей не сделает.

Но ведь существовали еще десять, так что лучше было подстраховаться и не перегибать палку.

Судя по тону, он не злился – уже хорошо, решила Вика. Вадим продолжал:

Вика молчала. Злость начала отступать. Черт, а ведь Вадим был прав. Почему-то Эдику со всеми его гадостями, пусть не полностью, но она верила до последнего момента разрыва. А Вадим… Мало ли, какие у человека есть причины скрывать свое имя. Но, если быть честной перед собой, Вика таких причин могла придумать очень немного, и все они были связаны с нарушением закона. С другой стороны, Вадим и в самом деле не сделал ей ничего плохого, скорее помог. Может быть, он прав? Надо принимать все, как есть. А со временем… Со временем все выяснится и встанет на свои места. Может быть.

Вика вытянула из сумки сигарету, закурила.

Дальше Вика выложила ему всю историю про меховой магазин и небольшую погоню, про сидение на дереве и предупреждающий звонок Катюхе. И главное – про свое изумление, когда увидела там же своего собеседника.

На плите уже вовсю свистел чайник. В этот момент Вика поняла, что страшно проголодалась и посмотрела на часы – почти час ночи. Совсем неподходящее время для еды, но если очень хочется? Она покосилась на холодильник и спросила:

Несколько бутербродов с икрой, чашка кофе окончательно примирили Вику с окружающим миром и настроили ее на уютный домашний лад. Поэтому она не стала настаивать на вызове такси и возвращении домой. Хотя все проблемы остались, Вика постаралась отогнать их подальше и хотя бы на время забыть о них. Но зато она почему-то вспомнила любимое Катюхино выражение – любовь зла, полюбишь и козла.

 

Прямо с утра Вадим умудрился испортить Вике настроение. Он ехидно поинтересовался, не тошнит ли ее по утрам.

Вот в этот момент настроение Вики снова испортилось.

Вика хищно зашипела и, забыв, что она, мягко говоря, не совсем одета, вскочила с постели. Правда, тут же вернулась и, надув губы, залезла под одеяло. Вадим смеялся. Сию намечающуюся идиллию прервал звонок Викиного мобильника. Но откуда идет этот приглушенный звук, она никак не могла понять. Ей понадобилось некоторое время вспомнить, что Вадим забросил его в карман своей куртки.

Не вылезая из-под одеяла, она пыталась дотянуться до куртки брошенной на кресло, но к тому времени, когда ей это удалось, телефон замолчал. Вика посмотрела на дисплей – Катюхин рабочий номер. Пока она раздумывала, стоит ли перезванивать, телефон зазвонил снова. Опять Катюха. Шевельнулось нехорошее предчувствие.

Это была истинная правда. Вика натянула на себя свитер и пошлепала в ванную, надеясь, что Вадим не заметил, как она прихватила вместе с джинсами мобильник.

Вика включила воду на всю катушку, чтобы не было слышно разговора, и сама набрала Катюхин номер.

Вика послушно опустилась на краешек ванны.

 

ГЛАВА 10

Вике стало трудно дышать, и перед глазами зароились черные точки. Только не хватало сейчас хлопнуться в обморок.

Глянув на себя в зеркало, она ужаснулась. На нее смотрело совершенно белое лицо с трясущимися губами.

Она быстренько умылась холодной водой и слегка покусала губы. Это немного вернуло краски. Из ванны Вика выплыла почти в нормальном виде. Умная мысль пришла неожиданно даже для нее самой.

Взяв чашку кофе чуть вздрагивающей рукой, Вика мило улыбнулась и пропела:

Вадим удивленно поднял брови:

Внутренний голос усиленно сообщал Вике, что он ей не верит. Да, в конце-то концов, какая разница – верит, не верит. Это уже его проблемы.

Она бодренько встала из-за стола и пошла вызывать такси. Даже выдавить улыбку хватило сил. Сама себе удивлялась.

Решив, что отказ будет выглядеть подозрительно, Вика уселась перед телевизором. Ждать пришлось совсем недолго.

Вскоре она уже вытряхнулась из машины перед Катюхиной работой.

 

Вика с трясущимися коленками пулей влетела на третий этаж и дернула дверь. Катюха с грустью на нее посмотрела, налила кофе и только после этого спросила:

Вику часто потрясали Катюхины самые невероятные знакомства.

Вика опустила глаза на лист. Все правильно. Просто выть хочется. А список статей, какой длинный, мама дорогая! Понятно, почему Катюха их не запомнила. К тому же здесь одни цифры. Уголовник чертов!

Вика согласно кивнула. Они помолчали. Катюха предложила:

На этом они расстались, и Вика поехала домой.

Вещи она собрала довольно быстро. После чего включила телевизор и стала бессмысленно смотреть на экран, совершенно не вникая в смысл происходящего.

Неужели то, что случилось, правда? Вике очень не хотелось в это верить. Может, это ошибка? Двойник какой-нибудь? По ее понятиям уголовник – рецидивист, да еще и убийца, должен выглядеть совсем не так. А как? Вика задумалась. Всплыла картинка: здоровый мужик в засаленной, грязной кепке, с золотой фиксой, весь в наколках, говорящий на каком-то плохо воспринимаемом нормальными людьми жаргоне.

А так ли это? Вика попыталась вспомнить Катюхину ориентировку. Надо же, она была в таком состоянии, что прочитала все и почти ничего не усвоила. Кажется, там сказано, у него высшее образование. Похоже на это. Вот он такой умный сколотил банду, занимающуюся грабежами и убийствами. Поймали – сбежал. Пристроился пока здесь. Уголовный мир своим помогает. Перекантуется какое-то время, а там видно будет. Поэтому и не женат. Все встало на свои места. Все логично, но почему же так тошно на душе? И Вика горько заплакала.

В этот момент она жалела себя и ненавидела весь остальной мир. Включая Вадима и Катюху. Ее, понятное дело, за ужасную новость, как это всегда и бывает. Целый день Вика слонялась по квартире, курила, пила кофе, листала журналы, продолжая плакать и жалеть себя. Ничего кроме этого она делать не могла, все валилось из рук.

К вечеру физиономия полностью потеряла свой товарный вид, а глаза опухли. Вид стал просто потрясающий. Катюха по голосу сразу все поняла.

В трубке послышались короткие гудки.

Вика повздыхала еще несколько минут, а затем, нацепив темные очки, чтобы прикрыть красные, опухшие глаза, вышла в коридор. Когда она уже закрывала дверь, мелькнула нехорошая мысль – а вдруг она сюда уже больше не вернется? Почему-то это придало Вике сил, и она стала бодро спускаться по лестнице. Выйдя из подъезда, на всякий случай оглянулась. Хотя прекрасно понимала, что такой специалист, как она, вряд ли что-нибудь заметит. Так оно и вышло.

Убедившись, что все, как обычно, Вика поплелась к остановке. Возможно, Катюха и права, но уж очень не хотелось ехать общественным транспортом. Но авторитет подруги был велик. И она честно поехала раздрыганным троллейбусом.

Катюха ждала ее уже одетая.

На служебной «Волге» они быстро добрались до места.

Квартирка оказалась небольшой уютной двушкой. Войдя в гостиную и отдышавшись, Катюха положила ключ от входной двери на стол и сказала:

Катюха вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Вика осталась одна в чужой квартире.

Она залезла с ногами в кресло, включила торшер, и ей показалось, что вообще осталась одна на всем белом свете. Так она и заснула.

 

Проснулась от настойчивого звонка в дверь.

Вика засмеялась и открыла дверь. На пороге стоял одуванчик со всеми признаками богом избранной нации. Вика тут же выдала ей требуемые две тысячи и быстро выпроводила за дверь. Затем слазила в холодильник. Она вспомнила, что ничего не ела со вчерашнего утра, и пустой желудок настойчиво давал о себе знать. В холодильнике почти ничего не было, не считая нескольких банок с вареньем. В одном из шкафов Вике удалось обнаружить начатую банку с кофе и сахар. Решив позже купить хозяевам новую банку кофе и какого-нибудь варенья в порядке компенсации, она без угрызений совести приступила к завтраку.

Чуть позже Вика исследовала квартиру. Потом стала вспоминать, какие из ее тряпок не были знакомы Вадиму и его компании. Вспомнить это ей удалось с немалым трудом. В итоге она разложила вещи из чемодана на две стопки – что можно одевать, а что – она зря сюда перла. Вика глянула на себя в зеркало. Сегодня она выглядела несколько лучше. Вполне можно пойти прогуляться, купить чего-нибудь поесть и снова залезть в нору.

Как же неприятно чувствовать себя скрывающейся и абсолютно беспомощной. Прямо крыса какая-то! Для повышения самооценки надо было улучшить свой внешний вид. Перед походом в магазин Вика зашла в первую попавшуюся парикмахерскую. Не в свою, а, именно, в первую попавшуюся. Ведь никто не должен знать, что она находится в городе. Была середина будничного дня, народу в салоне – никого, поэтому молоденькая парикмахерша решила выжать из клиентки все, что можно. Она предложила сделать стрижку, окраску, мелирование, химию и еще много всего другого. Вика задумалась: стрижка, да, конечно, а, что касается всего остального…

Неожиданно ей пришла в голову мысль – даже если за ней следят, то ведь следят за шатенкой! К стрижке Вика добавила окраску – теперь она станет блондинкой назло всем.

Пока парикмахерша колдовала над ее головой, Вика закрыла глаза. Ей хотелось увидеть результат, пропустив процесс созидания. Конечно, время от времени ей приходилось открывать глаза, но она старательно избегала смотреть в зеркало. Наконец зашумел фен, Вика подняла глаза… Н-да, надо сказать – впечатление было двойственное. Для начала она себя не узнала вообще. Это было очень даже хорошо. Если уж человек сам себя не узнает, куда тут другим! Только торчащие во все стороны короткие перья требовали привыкания. Вика заговорчески улыбнулась отражению.

Она вышла из парикмахерской совсем другим человеком, во всяком случае – внешне. И в полной уверенности, что ее никто не узнает, отправилась гулять по городу, иногда заходя в магазины и просто шаря глазами по витринам. После всего произошедшего было приятно почувствовать себя человеком-невидимкой. Вика представляла, что находится в чужом незнакомом городе проездом, где ее никто не знает и самое главное, так никогда и не узнает. Сегодня она здесь, а завтра нет ее – испарилась, будто и не существовала вовсе.

 

Вечером позвонила Катюха, выяснила, что все нормально и, пожелав спокойной ночи, повесила трубку.

По Викиным прикидкам, она уже дня три должна была загорать на пляже, все было тихо и спокойно. Получался какой-то курорт на дому. Она уже начала обдумывать Катюхино предложение о солярии.

Неожиданно, вечером подруга пришлепала сама. Вначале она ничего не заметила, затем наступил легкий шок.

Вика кивнула. Катюха, как обычно, приволокла торт и мороженое. Она испытывала к сладкому непреодолимое влечение. К счастью, это влечение пока не сказывалось на фигуре.

Вика согласилась и решила позвонить ему утром, чтобы наверняка застать на месте.

Дальше разговор мягко перетек на ничего не значащий треп и перемалывание косточек общим знакомым. Около одиннадцати часов Катюха спохватилась и засобиралась домой. Вика закрыла за ней дверь. Несколько секунд послушала удаляющиеся шаги на лестнице и пошла включить телевизор. Больше делать было нечего.

 

Через несколько минут раздался звонок в дверь. Решив, что зачем-то вернулась Катюха, Вика пошла открывать.

Свет на лестничной площадке был потушен. А в дверях стоял Виктор и очень нехорошо улыбался. Вика отпрянула и попыталась захлопнуть дверь. Но не тут-то было. Силы у них слишком неравные.

За спиной незваного гостя в полумраке Вике удалось различить еще двоих здоровых парней. Сердце не ушло, оно просто упало в пятки. Оттеснив Вику плечом, Виктор с компанией втиснулись в узкий коридор, который при таком наплыве показался еще меньше. Вика медленно пятилась в гостиную. Там на столе лежал мобильник. Хотя бы его прихватить незаметно.

Ей удалось высвободить плечо из цепких пальцев Витька, и так же пятясь задом, она вползла в комнату.

Быстро оглянувшись, Вика отметила, где именно лежит телефон и направилась туда. Присев на край стола, она прикрыла собой мобильник и небрежно спросила:

Она понимала, в нормальном состоянии никогда в жизни не стала бы с этим существом разговаривать в таком тоне, сработал бы инстинкт самосохранения, но тут ей, как шлея под хвост попала.

Вика молча смотрела на него. Она ничегошеньки не понимала.

Несколько минут Витек молчал. В это время Вика очень осторожно и медленно тянулась рукой к мобильнику. Наконец, она его зацепила и также медленно стала придвигать к себе.

Вика вздрогнула так, что чуть не выронила телефон, но, к счастью, удержала.

Виктор схватил ее за шиворот и хорошенько встряхнул. Вовремя, ох, как вовремя, закрепила она телефон.

Вика напряженно смотрела на него, пытаясь уловить хоть какую-то логику и хоть что-нибудь понять. Единственный вывод, который она сделала: «свой мужик» - это Вадим. Больше у нее ничего не вышло, пришлось спрашивать:

Дальше следовал набор выражений, из которых Вика, в лучшем случае, поняла только половину.

И чтобы перекричать его, Вика завопила, как резанная:

Он вытащил из кармана небольшой сверток, достал из него какую-то вонючую ткань и прижал к Викиному лицу. Она начала сопротивляться, но силы были неравные, так что протрепыхалась она всего несколько секунд. Их хватило, чтобы снотворное начало действовать.

Вика почувствовала, что проваливается в пропасть, которая, опять как когда-то во сне, затягивает все глубже. Последней осознанной мыслью в голове было – пропасть ей знакома. Это с ней уже происходило. Она не разобьется. Дальше – кромешная темнота. И все.

 

Голова трещала и разваливалась на множество кусков, хотелось пить. Вокруг та же кромешная тьма, только все вокруг почему-то качается. Может, это у нее в голове? Вика попыталась поднять руку, чтобы пощупать голову. И в этот момент поняла – вокруг так мало места, что даже руку поднять невозможно, а лежит она на каких-то жестких буграх и сложена, как складной домик. Все еще ничего не понимая, Вика попыталась вспомнить, что же с ней произошло. С трудом ей удалось вызвать в памяти злобное лицо Виктора, его выкрики, что она кого-то сдала, белую тряпку на лице.

Господи! Вика резко дернулась и больно стукнулась лбом обо что-то металлическое. Оно глухо звякнуло. Все стало ясно – это качается не у нее в голове, а просто едет машина, а она – в багажнике. Все – ей кранты! Вика тихо, монотонно завыла. Потом она вспомнила, у нее есть телефон, значит – не все еще потеряно. Пошевелив рукой, ей удалось нащупать мобильник.

Кажется, корпус цел. Но доставать его Вика побоялась. Вдруг машина сейчас остановится. Багажник откроют, а у нее в руках телефон. Тогда ей точно – несдобровать.

Интересно, долго ли она проспала? Катюха ушла около одиннадцати. Так. А вдруг и она что-то успела заметить – еще одним шансом больше. Плюс полчаса на милую беседу с Витьком. Наверное, сейчас двенадцать – половина первого, вряд ли она проспала больше часа. Вика сосредоточилась и попыталась еще раз прикинуть свои шансы: телефон – раз, Катюха – два. У Витька с Вадимом крупные разборки – три.

Виктор сказал, что она сдала шефа. Шеф – Николай Николаевич, значит, он арестован. Вот оно! Из-за этого она едет, как последняя афганская женщина в багажнике. Бригада осталась без главаря, теперь они точно передерутся и поубивают друг друга.

Но Виктор почему-то считает, что она имеет к этому отношение. Вике совсем не хотелось, чтобы убийства начались с нее. Она снова слегка поерзала и попыталась пошевелить конечностями. Что там еще сказал этот козел – Витек? Вроде Вадим собирается все захапать. Ну что же, флаг ему в руки. Это еще увеличивает ее шансы на спасение. К тому же, если в планы Виктора входило убить ее, он мог сделать это прямо на квартире. Зачем же создавать себе проблемы с перевозкой ее живой? Тело, наверное, вывезти проще. Вике удалось немного себя успокоить. Только она чуть-чуть расслабилась, как машину стало сильно подкидывать, и Вика костями пересчитала все бугры, на которых лежала. Да еще несколько раз стукнулась лбом о крышку багажника.

Такая тряска ясно говорила, что едут они или через лес или по проселочной дороге. Вике даже показалось, что она уловила запахи леса и травы. Может, это было самовнушение? Вскоре дорога снова стала довольно приличной. Вика напряглась. Кажется, они скоро приедут. Она оказалась права.

Послышался металлический лязг, машина куда-то свернула, наверное, въехала во двор, снова лязг. «Ворота закрылись», - странно равнодушно отметила про себя Вика.

Какие-то голоса… Вика слышала их как сквозь вату. Щелкнул замок. Вика прикрыла глаза от яркого света, бьющего прямо в глаза.

 

ГЛАВА 11

 

Вика села в багажнике. Ни одна зараза, из стоящих вокруг, даже не попыталась помочь ей. Пришлось карабкаться самой. Встав на ноги, Вика осмотрелась. Свет, бьющий в глаза, оказался фонарем над входом в небольшой кирпичный домик. Чья-то дача, отметила Вика.

Прямо перед ней на крыльце возвышался Виктор, а около дома стояли еще человек семь таких же рож. Часть из них она вроде бы уже видела.

Неожиданно Вике пришло в голову, что примерно так должны вести беседу уголовники – рецидивисты. Надо было ей Катюху попросить про этого козла что-нибудь узнать. Вот он точно – уголовник. Бочком, протискиваясь в дверь мимо Виктора, Вика покосилась на его руки. Вот, пожалуйста, наколки – перстни, солнце.

Почему она раньше не обращала на это внимания, поостереглась бы. Теперь поздно. Ей очень крупно повезет, если она живой отсюда выберется. Все рассуждения в багажнике машины показались в этот момент Вике наивными и смешными. Она тут одна в компании уголовников, которые хотят выяснить то, чего она не знает в принципе. Иначе с удовольствием сказала, только бы вырваться от них. А теперь у нее шансов практически нет.

Вика вошла в ярко освещенную комнату, насквозь прокуренную, несмотря на открытое окно. Увидев кресло в углу, она тут же в него и забилась. Виктор прихватил стул и уселся напротив, просто прикрыв дверь. Больше в комнату никто не вошел.

Вика снова попыталась вразумить его:

Удивительно, решила Вика, но если посмотреть на происшедшее с точки зрения Виктора, то все было логично, даже ее исчезновение.

Вика молчала, она просто была не в силах ответить на такое. Просто молчала и смотрела на него.

Вика вжалась в сиденье.

И тут с ужасом увидела, как глаза Виктора наливаются кровью.

Вика молчала. Доводы иссякли. Лучше бы про Николая Николаевича спрашивал. Там хоть объяснить что-то можно. Решив использовать эту тему, как шанс, она спросила:

Витек сразу опечалился, как-то обмяк и вернулся на свой стул. Вика вздохнула с облегчением. Пронесло пока.

Вика попыталась перехватить инициативу, пока он снова не вспомнил Вадима. Это на него явно плохо влияло.

Виктор с подозрением посмотрел на нее.

Ужас снова обуял Вику и, видимо, очень явственно отразился на лице, потому что Виктор смягчился и «успокоил»:

Он с легкостью поднял ее за шиворот и потащил в соседнюю комнату, крикнув кому-то, чтобы приготовили подвал. Следом вошли несколько парней. Открыли дверцу в полу, сбросили туда одеяло, а следом, Витек пинком отправил Вику.

Она плюхнулась задом на одеяло и, прежде чем закрылась крышка, жалобно попросила:

Надо отдать должное Виктору, пакостничать по мелочи он не стал. Все требуемое Вика получила. Дверь захлопнулась, послышался звук закрывающейся задвижки, и она осталась в одиночестве на бетонном полу, прижимая к груди бутылку с водой и фонарь. Вокруг было темно и тихо. Вздохнув, Вика включила фонарь и уселась на одеяло. Картина, открывшаяся ей в неровном свете, была далеко не радостной. Замызганные полки по стенам, заваленные каким-то барахлом, плесень, паутина, вот и все, что удалось разглядеть.

Вика достала мобильник, покрутила его в руках, раздумывая. Конечно, существует телефон 02, но как она сможет объяснить, где находится? А если позвонить Катюхе, то будет то же самое. Господи! Что же делать?

Вдруг компания наверху сейчас расслабится, выпьет, их на подвиги потянет, вспомнят о ней… Бр-р. Вика поежилась, в подвале было довольно прохладно, но просить еще одно одеяло не хотелось, чтобы лишний раз не напоминать о себе. Все-таки, наверное, стоит позвонить Катюхе. Две головы лучше, чем одна. Вика посмотрела на часы – час. Поздновато, конечно, но ведь не каждый день ее похищают. Задвинув подальше муки совести, Вика набрала номер.

Один, два, … пять гудков. Не отвечает.

Вика выключила телефон. Вот здорово. Куда же Катюха делась? Сказала, что пойдет домой. Жаль, что она принципиально не покупает мобильник, считая, что человек должен иметь свое личное время. Вика предполагала, что на самом деле ей просто жалко денег.

«Надо было подарить ей сотовый на день рожденья», - с досадой пробормотала она.

Телефон мелодично затренькал. Вика глянула на дисплей, номер незнакомый.

У Вики отлегло от сердца.

Подруга повесила трубку.

Может, все-таки не стоит звонить Вадиму? Вика мучительно соображала. Если Катюха заявит ему такие вещи, то им обеим несдобровать. А может, до этого не дойдет, и он без нажима, сам решит помочь. Промаявшись так довольно долго, Вика пришла к выводу, что хуже все-таки не будет и, угнездившись, насколько это было возможно в такой обстановке, задремала.

 

Вике показалось, что она только на минуту закрыла глаза, как уже проснулась, словно ее толкнули. Она села и попыталась сообразить, где находится. Вокруг темно и промозгло. Вверху топот, крики. Вика все вспомнила и запаниковала. Что же там происходит? Быстро пристегнув сзади мобильник, она зажгла фонарь. Услышав звук отодвигаемой задвижки, Вика просто вжалась в стену. Сердце стучало так, что казалось, его должен слышать весь дом. Люк открылся, и подвал наполнил тусклый свет раннего утра. Вика отпрянула еще дальше, хотя это казалось невозможным и выронила фонарь.

Теперь ей был виден только темный силуэт. Вдруг этот силуэт знакомым голосом ехидно спросил:

Да, это был Вадим. Он протянул ей руку и с легкостью вытащил наверх. Вика огляделась. Как она предполагала в комнате стояла бледная, растрепанная Катюха и двое из вчерашних парней. Но они скромно топтались сзади и не делали попыток вернуть ее в подвал. Витька вообще не было видно. «Наверное, домой спать свалил, гадина», - зло подумала Вика. Она, молча, через плечо Вадима посмотрела на Катюху. Та отрицательно покачала головой и зевнула. Слава богу, значит, шантаж применять не пришлось.

Не говоря ни слова, вся троица уселась в машину. Но как только они выехали за пределы дачного поселка, Вадим резко затормозил, повернулся к Вике и буквально приказал:

Она оглянулась и посмотрела на Катюху. Ей обязательно надо было выяснить, что же та сказала Вадиму. Катюха ухмыльнулась и протянула:

Вадим посмотрел на нее еще раз и загоготал. Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения. Вика заревела.

Вадим пожал плечами, и машина тронулась. По пути Вика поняла, что про явочную квартиру Вадим не знает, во всяком случае, пока, потому что ехали они к ней домой. Молодец, Катюха! Они вышли из машины, Катюха, улыбнулась и сунула ей в руки сумку, прихваченную из той, другой квартиры. А когда зашли, тут же смылась в ванную – приводить себя в порядок. Ей все-таки надо было еще идти на работу.

Вика поняла, что малоприятный разговор будет вестись один на один и полезла в сумку за сигаретами, чтобы хоть немного успокоиться. Она залезла с ногами в кресло, закурила, руки противно и мелко дрожали. Вадим уселся на диван, и допрос начался.

Вика неопределенно пожала плечами:

Некоторое время Вадим ошалело смотрел на нее. В комнату заглянула посвежевшая Катюха и спросила:

Они переместились на кухню. Вадим молча продолжал переваривать, сказанное Викой.

Вика пошла закрыть за ним дверь, почти бегом вернулась назад и попросила:

Дальше стала рассказывать то, что сказала Вадиму, выпустив кусок про чужую квартиру. Как, уже выходя от Вики, увидела подъезжающую машину и высыпавших из нее крутых. Записала номер. Как дождалась за углом выноса тела, поднялась наверх, стала до него дозваниваться. Не дозвонилась и пошла навестить лично.

Там она рассказала про звонок Вике и какой-то дачный поселок. У Вадима оказалось несколько вариантов. По ним они и ездили.

 

Когда за ней закрылась дверь, Вика устало поплелась в ванную, глянула на себя в зеркало и сразу перестала обижаться на Вадима за то, что он захохотал в машине. Несмотря на навалившуюся усталость, ей самой стало смешно. Вдоволь посмеявшись над собой, Вика налила ванну и блаженно вытянулась в ней. Но понежиться не получилось. В голову начали лезть всякие мысли. Основная из них была о Николае Николаевиче. То, что в этой компании не все чисто, ясно, как божий день. На чем же они погорели? Об этом она не догадывалась.

Но дело сейчас даже не в этом. Кто-то ведь его все-таки сдал? Как там Вадим отреагировал на то, что она сказала про Витька? Да, никак, удивился только. А вот что его удивило? Надо думать, про Николая Николаевича он знал. Значит, предположение Виктора, что он хочет на себя все перетянуть вполне логично. Так хочет или нет? Если совсем недавно он возглавлял какую-то банду… От этих мыслей Вика поморщилась, но мысль все-таки закончила. - то быть у кого на побегушках – обидно.

При таком раскладе идея Витька выглядела вполне жизнеспособной. Как бы узнать, чем они занимаются? Эта мысль не давала покоя Вике весь день, но придумать ничего толкового она так и не смогла. С этими мыслями она съездила за своими вещами, отдала ключ Катюхе и вернула свое барахло на место в шкаф.

Вечером появился Вадим и с порога заявил:

Вике понадобилось некоторое время, чтобы переварить такую неожиданную новость. Наконец, она выдавила из себя:

Ведь, находясь так близко, у нее будет много больше возможностей что-то узнать, а она-то целый день мучалась над вопросом, как это сделать.

Правда, возникали проблемы с Катюхой. Будет сложно обсудить что-то без свидетелей. Но она что-нибудь придумает.

Поток Викиных мыслей прервал голос Вадима:

Вика согласно кивнула и снова пошла собирать чемодан.

 

- Странная у тебя квартира, - сказала она.

Ей давно хотелось это сказать, но все было как-то не к месту, а уж если предстоит прожить здесь какое-то время, то можно и обсудить.

После этого Вадим, сказав, что вернется поздно, куда-то исчез. Одинокий вечер Вика посвятила обустройству проживания, не забывая об удовлетворении любопытства. Не спеша, с чувством, с толком она осмотрела все шкафы и ящики. Но, увы, единственное, что она смогла раскопать, был пистолет. К нему она уже отнеслась, как к должному и проигнорировала. Дальнейшие поиски ни к чему не привели. И Вика, для порядка, покопавшись в холодильнике и что-то пожевав, отправилась спать.

Когда пришел Вадим, она не слышала и очень удивилась, обнаружив его утром дома.

Вика очень даже хотела. «Ребята» выпьют, языки развяжутся, начнут обсуждать какие-то свои дела, может ей что-нибудь из их разговора и пригодится.

И слинял. Вика начинала злиться. Что же это такое?! Вадим относится к ней, как… Она задумалась. Как к собачонке какой-то. Даже не к собачонке, а к щенку неразумному. Оставил еду и закрыл в квартире, чтоб под машину не попала. Ни слова, ни полслова. Сидеть, ждать. И все.

С этими грустными мыслями Вика поплелась к телефону пожаловаться Катюхе. Вопреки ожиданиям та ее не поддержала:

Делать было совершенно нечего. Вика полдня провалялась на диване, бездумно смотря какие-то тупые сериалы из латиноамериканской жизни с южными страстями и душераздирающими сюжетами. Ближе к вечеру она решила воспользоваться Катюхиным советом и занялась собой. В этой ситуации ничегонеделанья Вика начала находить свои положительные моменты. Никогда в жизни у нее не было столько времени, чтобы накраситься, сделать прическу, выбрать платье, подобрать к нему аксессуары и так далее. Обычно такие вещи делались наспех.

А тут она балдела прихорашиваясь целых четыре часа! Не жизнь, а малина.

Вадим заявился около девяти и, бросив на нее быстрый взгляд, одобрил:

Вике тут же захотелось сказать ему гадость, чтобы стереть с лица это самодовольное выражение собственника, но быстро в голову ничего не пришло, а потом поезд ушел. Приехали они в тот же самый ресторан, где они впервые когда-то ужинали с Вадимом. Видимо, это было их постоянное место для проведения посиделок. Встретилось много знакомых физиономий, включая тех, кто сопровождал ее с Витьком на дачу. А вот с натянутой улыбкой показался и он сам. Однако, были и незнакомые – какие-то кавказцы, а в торце длинного стола – полная неожиданность – Наталья Александровна, мило беседующая с одним из них. По всему чувствовалось, что она здесь человек не посторонний или, во всяком случае, не новичок.

Вика изумленно вылупила глаза. Оказалось, это взаимно. Она оглянулась на Вадима, он слегка пожал плечами, что, видимо, должно было означать – мое-то какое дело!

Вике очень хотелось послушать идущие вокруг разговоры. Поэтому, когда к Вадиму подошел потрепаться какой-то мужик, она, заверив их, что ей совсем не скучно, пошла прогуливаться по залу. Нещадно орала «живая музыка», что очень мешало Викиному занятию. Прямо по курсу она опять увидела Виктора, беседующего с кем-то из кавказцев. Хотя Витек, судя по его цвету лица, был уже в сильном подпитии, но беседа, видимо, была серьезная.

Вика сделала попытку дефилировать в пределах слышимости. Но вскоре поняла, что это без толку. Музыка заглушала все. Расстроенная, она еще какое-то время кружила по залу, пытаясь хоть что-то уловить. Бесполезно.

Вот Виктор подгреб к вдове, довольно грубо схватил ее за локоть и начал что-то втолковывать ей прямо в ухо. Наталья растерянно улыбалась, пытаясь вырвать руку. Наконец, ей это удалось, и она направилась к выходу, но не тут-то было. Витек снова ухватил ее за локоть и вернул в зал. Вдова поджала губы и пошла к своему месту за столом, на ходу вытаскивая мобильник.

Вика просто изнывала от любопытства, но видела только шевелящиеся губы Натальи. Неожиданно она с удивлением отметила, что совсем забыла о контейнере с радиационным веществом в котельной. «Надо будет Вадима спросить», - сделала в голове зарубку.

Вика уже почти час слонялась по залу, но удалось расслышать лишь отдельные слова, в которых не было ничего интересного. От громкой музыки уже начала побаливать голова, да и время позднее. Она обвела взглядом зал. Несколько пар танцевали. Вадим о чем-то увлеченно беседовал с кавказцами. Виктор угрюмо смотрел на замкнувшуюся в себе вдову. «Нашел паук очередную жертву», - злорадно подумала Вика.

Вдруг Наталья резко встала и снова направилась к выходу, но Витек бдил. Секундная перепалка, и они вдвоем вышли в коридор. Вика не спеша выплыла следом. Забавно, вдова вошла в туалет, а Виктор остался пастись перед входом.

Решив поиздеваться, Вика спросила:

Наконец, она открылась и их глазам предстала посвежевшая вдова. Витек, тут же забыв о Викином присутствии, пошел за ней.

Музыка в зале неожиданно стихла, и Вика припустила назад. Там явно что-то намечалось. Только она успела опуститься на стул возле Вадима, как ведущий так называемой, программы объявил:

Вика во все глаза смотрела на выходящего из боковой двери «дорогого гостя» Николая Николаевича. Грохнули аплодисменты, послышались приветственные выкрики. Так приветствуют только VIP-персон. Она искоса посмотрела на Вадима. Переживает? Нет, улыбается. Николай Николаевич подходит, они обнимаются. Что такое? Он благодарит Вадима за помощь. Все запуталось окончательно.

 

ГЛАВА 12

В ответ послышались крики, которые можно было расценить, как одобрение.

Вика обвела взглядом сидящих за длинным столом. Умиленный Витек даже прослезился от неожиданно вышедшего из боковой двери счастья. Очевидно, явление Николая Николаевича стало для него настоящим сюрпризом, как для собаки возвращение хозяина. При этом, он упорно не отпускал от себя вдову, которая за столом сидела рядом и вроде тоже довольно улыбалась.

Зазвенели рюмки и бокалы. Вика коротко вздохнула, поднимая свой бокал.

Все потянулись к Николаю Николаевичу, и в этот момент послышался звон разбитого стекла, присутствующие повернулись на звук. Не совсем трезвый Витек налетел на вдову и уронил свою рюмку. На мраморном полу она разлетелась на мелкие осколки.

Все выпили. После чего народ потянулся к «имениннику»: дружеские рукопожатия, хлопанье по плечу, объятия и все остальное из этой же серии.

Вдруг раздался женский вскрик:

Вика быстро повернулась на голос. Кричала вдова. Возле нее бледный Витек, схватившись за сердце, медленно оседал на пол. Все засуетились, стали открывать окна. Кто-то предложил вызвать скорую. Мужчины неумело трясли его, пытаясь привести в чувство.

Наталья попросила всех отойти, присела около Виктора и быстро осмотрела его. Вика вспомнила, когда-то Эдик говорил, что жена у него – медик.

Стало тихо. Вика быстро глянула на Наталью. Та, не отрываясь, смотрела на стол с остатками еды.

Шеф обвел глазами присутствующих:

Тот слегка кивнул головой и направился к месту, за которым всего несколько минут назад сидел Виктор.

Наталья обратилась к Николаю Николаевичу:

Она начала подниматься, но наступила ногой на край скатерти. Посуда медленно поехала.

Вадим сумел молниеносно подхватить скатерть.

Несколько человек мгновенно вынесли тело. Вика посмотрела на Вадима. Он задумчиво перебирал оставшуюся на столе посуду.

Наконец он нашел, что искал. Осторожно завернул в салфетку рюмку Виктора и сунул в карман.

Уже в машине она решила обидеться.

Желание продолжать перепалку сразу прошло.

Когда они подъехали к дому, Вадим проводил ее в квартиру и ушел. «Ну и черт с тобой», - пожелала Вика закрывшейся двери. Ей очень хотелось поделиться последними новостями с Катюхой, но была уже глубокая ночь, надо и совесть иметь. Поэтому Вике ничего не оставалось, как отправиться спать. Заснула она с мыслями о том, что завтра надо попробует расколоть Вадима по интересующим ее вопросам.

 

Утром, покосившись на спящего Вадима, Вика быстро продумала тактику. Она будет просто пусечкой – напоит, накормит, он расслабится, вот тут-то и можно будет все выяснить.

Вика пошлепала на кухню, готовая претворять в жизнь свою идею, но телефон на столе притянул ее взгляд, и она вспомнила, что надо бы позвонить Катюхе. Вика плотно прикрыла дверь и набрала номер.

Вика уже положила трубку и в этот момент поняла, что уже не одна. Оглянулась. Точно, на пороге кухни стоял Вадим. Она так заболталась, что не услышала даже, как он открыл дверь.

Вспомнив, что нападение – лучший способ защиты, Вика с ходу заявила:

Вика вздохнула, пусечкой быть не получилось, но попытаться еще можно. Она сладко промяукала:

Вадим удивленно и подозрительно посмотрел на нее:

И ушел в ванную, а Вика полезла в холодильник. Она была далеко не хорошей хозяйкой. Готовила только, если уж очень приспичит, да и блюд в ее арсенале было немного. Решив, что яичница – самый беспроигрышный вариант, Вика приступила к приготовлению. Она эффектно оформила стол, достав из стенки более-менее красивую посуду.

В общем, старалась изо всех сил. Даже пока они ели, не задавала никаких вопросов. Но когда перешли к кофе, она не выдержала:

Издевается гад, тут же решила она, но еще пыталась держать себя в руках:

Вика задержала дыхание, сейчас она готова была пообещать все, лишь бы знать.

Вика сникла. Ей ужасно не хотелось давать, а тем более, выполнять такое обещание. Было жалко оставлять Катюху в неведении, да и посоветоваться тогда будет не с кем. Вика обиженно промолчала.

Вика решила, что пообещает, а насчет выполнения подумает позже.

Неожиданно Вика вспомнила про свою зарубку на память:

Вика напряженно думала, что бы еще спросить. Возможность вот так, в спокойной обстановке, поговорить выпадала не часто. Да и настроен он сейчас более-менее… Что же еще она забыла спросить? Было, было вчера еще что-то…

Она начала прокручивать в голове вчерашний вечер. Вот они входят в зал, знакомые лица, ах, да, кавказцы. Вот оно!

Ответ ее не удовлетворил, и она решила попробовать надавить:

Вике его равнодушие показалось наигранным. Значит, он больше ничего ей не скажет. В последний момент, перед тем как встать из-за стола, она все-таки задала еще один вопрос:

Вадим помолчал, потом спросил:

 

Вика захотела. Какое-то время она бездумно шныряла по городу. Потом поймала себя на том, что находится рядом со стоянкой, на которой была ее машина.

На душе было спокойно, поэтому вполне можно прокатиться, решила она, и взяла машину. Выехав со стоянки, Вика притормозила и задумалась – куда?

Навестить Катюху – так особенно добавить к уже сказанному по телефону нечего. Но где-то в глубине души нарастала жажда деятельности. Надоело быть жертвой обстоятельств, а последнее время все складывалось так, что она плыла по течению и ничего от нее не зависело. Захотелось личной инициативы. Теперь надо подумать, что она может выяснить. Не навестить ли Наталью Александровну? Правда, та явно не очень жаждала с ней общаться, но ведь они оказались в одной компании, чем не повод? Пожалуй, о предполагаемом покушении стоило молчать.

Имелся еще вариант – повидаться со следователем Морозовым и узнать, как идут дела. Вдруг там появится возможность что-то выяснить? Вика остановилась на этом и поехала в райотдел. Кабинет юного следователя, как называла его Катюха, оказался обшарпанным и прокуренным «пеналом» на двух человек. Второго, правда, не было в наличии.

Когда Вика переступила порог кабинета, Виталий Сергеевич что-то искал в толстенной папке. Он поднял голову и удивленно воззрился на гостью.

«Господи, – мысленно взмолилась Вика, - неужели еще один вариант Вадима? Отвечает практически на все вопросы и при этом ничего не говорит».

Вика вздохнула, закурила. Неожиданно для самой себя она решила рассказать, как все было. Может, это и вправду поможет?

По лицу молодого следователя было видно, что он рад такому повороту дела:

Дальше Вика рассказала, как приехала к нему выяснять отношения, надеясь, что Морозов не заметил, что она мягко обошла вопрос, почему Эдик согласился. Как было тихо и страшно на темном заводе, как нашла Эдика с пробитой головой, испугалась и уехала.

Вика отрицательно покачала головой. Она вспомнила, что Вадим говорил – кто-то видел ее на заводе, но сказать этого не могла, поэтому облекла мысль в другую форму.

Вика молча кивнула. Морозов продолжил:

Снова утвердительный кивок.

Вот так, опять мимо.

Вика снова отрицательно покачала головой. Вот по поводу этой самой Марины она точно ничего сказать не может, чтобы не впутать Вадима. Она поднялась.

Вика плюхнулась в машину и закурила. Значит, Николай Николаевич все-таки погорел из-за Эдика, но не только. Частично, как сказал следователь. Но чьи же показания оказались решающими?

Кого-то из Эдиковых сотрудников вряд ли. Тогда бы его задержали уже давно. Нет, это должен быть кто-то из его окружения, он-то и мог что-то выяснить несколько позже. Вот так, узнал что-то ценное и тут же побежал в ментовку.

Что-то здесь не сходится. Николая Николаевича часто видят только свои, а никто из них не стал бы этого делать. Подозрение падало на Вадима. Он здесь недавно, но ведь он же каким-то способом и помог, значит, не он. Тогда кто, кто?

Если предположить, что тот же самый человек, который случайно убил Виктора, покушаясь на Наталью? Голова у Вики пошла кругом. Пришло время навестить Катюху, да и время близилось к концу рабочего дня.

Катюха посмотрела на часы.

Вика опустилась в старое унылое кресло и прикрыла глаза.

 

Но долго отдыхать ей не пришлось. Вскоре вернулась Катюха и вытолкала из кабинета со словами:

Они загрузились в машину, по пути заехали в магазин и прикупили продуктов на вечер. Посидеть решили у Катюхи. Со всех точек зрения, это было самое безопасное и тихое место.

Вика выложила последние новости, которые ей удалось вытянуть из Вадима и Морозова. Катюха молча обдумала, потом спросила:

Вика подпрыгнула от возмущения.

Вика задумалась. При всей дикости, в Катюхиных рассуждениях была доля истины. В бригаде знали, что Витек ее вывозил на дачу, запугивал, допрашивал…

Они вполне могут прийти к тому же выводу и решат отомстить за коллегу. Да, но Вадим-то знает, что она не убивала… А откуда он это знает? Она одна шаталась по залу, может, и всыпала эти таблетки.

Внезапно Вика поймала себя на том, что рассуждает вслух, но Катюха не смеялась, а молча, не перебивая, слушала. Вика уже осознанно продолжила вслух:

Дальнейшее обсуждение ни к чему не привело, и разговор перетек в другое русло.

Но окончание предложения повисло в воздухе, словно подчеркивая ее неуверенность. В Викиной сумке ожил мобильник. Катюха не смогла это не прокомментировать:

Она оказалась права, это был Вадим:

Она и думать забыла об обещании, данном только сегодня утром.

Вика продиктовала адрес и уныло пошла собираться. Она только успела спуститься по лестнице, как Вадим уже подъехал. Тут только она сообразила, что здесь же стоит ее машина.

Что и было сделано. Уже на стоянке Вадим плюнул ей в душу, сказав, что лучше бы она шла пешком. Она и сама знала, что плохо водит, зачем же напоминать лишний раз?

Вика пересела в машину Вадима, и они поехали домой. Именно так она и подумала – домой.

 

ГЛАВА 13

 

Похороны Виктора прошли тихо и благостно, с отпеванием в церкви, как это теперь стало принято. Вика чуть не свернула шею, пытаясь проследить за всеми. Печальная и испуганная Наталья стояла, опираясь на руку Николая Николаевича. На заднем плане маячили несколько кавказцев. Вдруг один из них, отделившись, направился к Вадиму, и что-то прошептал тому на ухо.

Они отошли в сторону, тихо разговаривая. Вика задумалась, и тут ее осенило. Совсем недавно кто-то из «лиц кавказской национальности», может, даже этот же самый, в ее глазах они все были на одно лицо, пообщался с Виктором, и через часок, нате вам, труп. Что же такое опасное они знают? Как бы вытрясти из Вадима ответ? Она посмотрела на разговаривающих. Вроде бы, все, разошлись. К этому времени завершилась и похоронная церемония. Все расселась по машинам и направились в тот же ресторан, но уже на поминки.

По пути Вика решила закинуть удочку.

Вадим молча вел машину, обдумывая ее слова. Наконец спросил:

Вика задумалась – вроде бы ничего не делала. Она снова стала прокручивать в голове тот вечер. Да, точно!

Они замолчали. Ну, вот опять, выложила все, что знала, а этот гад в ответ снова ничего не сказал. Надо его колоть, к чему Вика и приступила:

Снова повисла пауза, теперь уже надолго. В полном молчании они подъехали к ресторану и присоединились к остальным.

Вика заметила, что Вадим внимательно наблюдает за вдовой. Она тоже совсем другими глазами посмотрела на Наталью. Сама та убила мужа или застала его уже мертвым? Зачем она туда ездила? И еще не последний вопрос – что там делали эти кавказцы? Вика так задумалась, что не пила, не ела, а как истукан сидела за столом, пока Вадим локтем не подтолкнул ее. Она заморгала и очнулась.

Вике очень хотелось обсудить все это с Катюхой, но такой возможности в ближайшее время, видимо, не представится. На крайний случай, сошел бы и Вадим, но с ним не особо пообсуждаешь – будет молчать. Снова уйдя в себя, Вика стала советоваться с тем собеседником, который всегда под рукой, то есть с собой.

Если предположить, что Наталья укокошила муженька, то стоило Виктору сказать, что ее там видели, как она решила избавиться и от него тоже. Нет, не сходится, она должна была выяснить, кто ее видел, и избавляться от того. Возможно, Виктор сказал, что он видел? А причем здесь тогда бухгалтерша Марина, и кто ее отравил, тоже Наталья? Прямо черная вдова какая-то. Вика усмехнулась. Нет, пожалуй, нужна дополнительная информация, здесь не хватает какого-то звена. Надо дать отдохнуть измученным мозгам, а потом снова подумать. Про себя Вика решила, что если Вадим опять куда-нибудь испарится, то она пригласит Катюху, благо ключ теперь есть, и они все обсудят. Вдруг той придет в голову что-нибудь интересное.

Но когда они, на удивление рано, вернулись домой, выяснилось, что Вадим никуда не собирается, и Вика решила посоветоваться хотя бы с ним.

Она начала выкладывать свою идею. Наталья убила мужа, а потом решила по каким-то причинам избавиться от Николая Николаевича и сдала его ментам. Но кавказцы ее видели на заводе и сказали об этом Виктору. Тот понял, что ошибался в том, кто сдал его любимого шефа, и пригрозил Наталье все рассказать Николай Николаевичу. Она испугалась и траванула Витька. Вика передохнула и победоносно посмотрела на Вадима. Тот улыбался.

Вика даже не обиделась на издевку, она задумалась. Действительно, зачем? У Натальи было все, в конце концов, она могла бы разойтись с Эдиком и жить припеваючи. А теперь все очень расплывчато, могут и посадить.

Вика даже подпрыгнула в кресле. Она совершенно забыла об этой находке. Тогда все становилось на свои места. Мозайка складывалась целиком. На Вику прямо-таки нашло озарение. И она тут же его озвучила.

Теперь понятно, почему вдова никак не хотела продавать свою часть котельной. Она знала, что там находится, и надеялась присвоить все себе. Эдик, видимо, пострадал от своего хвастовства. Когда он нашел контейнер и выяснил, что в нем, то не мог не похвалиться хотя бы перед Натальей.

Та каким-то образом убедила его переписать все на нее. Да, и еще, у него ведь были какие-то общие дела с… Вика пощелкала пальцами, вспоминая фамилию.

Надо же, он ее слушал, не перебивая. Согласен с ее умозаключениями? Или выслушает, а потом опять издеваться будет?

Ладно, там будет видно, а пока все идет очень даже гладко. Вика продолжала.

Наверное, знакомые у них тоже были общие. Бухгалтер Марина говорила, что Кривцов каким-то «черным» толкнул плутоний. Эдик их тоже мог знать. Вот и обратился к ним с предложением. Возможно, очень даже возможно, что это были те же самые кавказцы, с которыми и у Николая Николаевича имелись дела. Вика вошла в раж. Все получалось так хорошо и гладко, что даже самой нравилось. Вот, значит, Эдик забил с ними стрелку, в тот день, когда его кокнули. Может, опять похвастался жене, как все хорошо идет. А она решила получить не жалкую часть, а все полностью. Надо думать, Эдик выдал бы ей не половину.

Так вот, кавказцы приехали заранее, чтобы перестраховаться. Присматривались. Увидели Наталью, она вошла, а вскоре вышла, но тогда они еще не знали, кто она. Потом увидели ее, Вику.

После всех посещений зашли, убедились, что Эдик того, и по-тихому смылись.

Вика не ясно представляла себе, где и как вдова познакомилась с Николаем Николаевичем, но не это самое главное. Главное – после этого между ними установились достаточно близкие отношения. Неизвестно, сказала ли Наталья ему, что это она угробила муженька. Скорее всего – нет. А вот про плутоний, видимо, сказала, рассчитывая, что он поможет с поиском покупателей. Не зря он ее так обхаживал и шубки покупал. Надеялся, что поделится. Наверное, так и было договорено.

Видимо, тему плутония он и стал обсуждать с их общими знакомыми, кавказцами. То-то они обрадовались, что плутоний никуда не делся.

Вадим промычал что-то неопределенное. Вика махнула рукой – потом – и продолжила.

А когда дело подошло к завершению, делиться вдове не захотелось, и она наплела следователю, что Эдика грохнул именно Николай Николаевич. Решила сама все доделать и получить деньги целиком. Тут на приеме ее и узнал кто-то из кавказцев. Наверное, наиболее знаком им был Виктор. К тому же, надо думать, они знали его преданность хозяину и поделились своими сведениями. Витек, будучи на взводе после всего произошедшего, не стал тянуть, а пошел к Наталье и выложил, что она не только кокнула муженька, но и подставила вашего любимого шефа, и ей грозят большие неприятности.

Вика замолчала и посмотрела на Вадима. Все-таки еще не хватало какого-то маленького кусочка. Как Наталье удалось избавиться от Виктора? Откуда в рюмке оказалось это, как-там-его, лекарство? Не носит же она его с собой на случай, если кого-то убить понадобится.

Вадим, как ей показалось, смотрел на нее с восхищением, даже зааплодировал.

Дальше уже Вадим высказал свое предположение. Наталья могла позвонить какой-нибудь знакомой и попросить привезти лекарство. Пронести его в туалет – дело техники. Оттуда же эта самая знакомая могла позвонить по мобильнику, даже разговаривать не надо было, текст отправить – и все. После этого Наталья идет в туалет, берет лекарство и, выбрав момент, спокойно высыпает его к себе в рюмку. А затем, подгадав момент, толкает бедного Виктора и – добрейшая душа – предлагает ему свою рюмку. Получается, что она совершенно вне подозрений, отравить-то хотели ее.

Правда, теперь у нее возникает проблема – наш любимый шеф. Делиться-то тогда придется.

Странно Вадим это произнес: «наш любимый шеф», - решила Вика. Но мысль мелькнула, не задержавшись. По всему выходило, что Вадим полностью согласен с ее видением этой истории. Ну, возможно, какие-то детали разнятся, но в целом, да.

Они переглянулись. Пожалуй, это был их первый такой длительный разговор, да к тому же прошедший без споров к полному обоюдному согласию.

Вика вздохнула. Если бы не Катюхина пакостная информация о Вадиме, она бы чувствовала себя просто прекрасно. Может, попробовать поговорить с ним о его прошлом? Ситуация вроде бы подходящая.

 

Утром Вика проснулась от щелчка захлопнувшейся двери. Все, как обычно, она даже начала привыкать к этому. А как хорошо было вчера – во время, да и после разговора… Она лениво потянулась. Интересно, расскажет Вадим об их предположениях по поводу Натальи своему шефу или нет?

А может, у него есть какие-то свои варианты, и почему она не додумалась спросить об этом?

Внезапно Вику посетила мысль – навестить Наталью. Совсем недавно она уже собиралась, но перевесил визит к следователю. Это даже к лучшему. Зато теперь, когда она обо всем догадывается, посещение может стать намного продуктивнее. Вроде бы, теперь они из одной компании, можно и подружиться. Купить торт, бутылочку вина, Вика поморщилась и усмехнулась, представив себе, как притащит вино, а Наталья ей в эту бутылку – лекарство. Ситуация могла выглядеть забавной, если бы не была такой опасной.

Надо предпринять защитные меры, прежде чем идти. Звонить Вадиму – чревато, не отпустит. Можно предупредить Катюху, эта всегда сообразит, что делать.

Вика как следует причепурилась и перед самым выходом позвонила подруге.

Вика решила явиться без предупреждения. Купив по пути торт и вино, она еще немного посидела в машине, обдумывая линию поведения и корча перед зеркалом рожи, чтобы выбрать самое запуганное выражение.

Наконец, она решилась – вышла из машины и, чтобы не передумать, почти бегом юркнула в подъезд.

Если Наталья Александровна и была удивлена, то никак этого не показала. Вика усиленно корчила из себя недалекую барышню, надеясь, что со слов покойного мужа, вдова так и должна думать. Естественно, всегда и везде самым умным был Эдик. Они сели на кухне, обставленной техникой, как подводная лодка. Выпили кофе с тортиком, разлили вино. Болтовня шла ни о чем. Вика пожаловалась на тяготы бизнеса в одиночестве и как хорошо, что подвернулся Вадим, который, правда, считает ее круглой дурой, но кое в чем все-таки помогает. Она обиженно засопела.

Вроде бы позавидовала Наталье, что так удачно получилось с Николаем Николаевичем после трагической смерти мужа, ведь как плохо быть одной, она знает на собственной шкуре. Правда, вот в их теплой компании появился убийца. В этот момент Вика вздрогнула и перешла на таинственный шепот. А ведь на месте Виктора мог быть кто угодно – и вопросительно посмотрела на вдову – знает или не знает про рюмку?

Наталья тоже поежилась и сказала:

Так, значит, они с Вадимом были правы. Витек на нее наехал. Теперь осталось уточнить, там ли это произошло.

Вика задумалась. Может, стоит навести Наталью на кавказцев, пусть попробует кого-нибудь из них прикончить. Но как это сделать, чтобы не навести подозрения на себя? Вопрос.

Ей показалось, нет, пожалуй, не показалось, что Наталья напряглась. Значит, все правильно. Давить дальше?

Вика вспомнила, что управляющим был Эдиков родственник. Свои люди – разобрались, а может, избавляется от собственности, чтобы получить денежки за плутоний и свалить по-быстрому.

Н-да, больше спрашивать нечего, толком ничего выяснить не удалось. Но их догадки находят косвенное подтверждение. Неожиданно Вика решила проверить еще один вариант. Она резво поднялась, ойкнула, схватилась за сердце, медленно опустилась на стул и залепетала:

С этими словами Наталья вышла. Вика решила, на всякий случай, держаться роли, поэтому прикрыла глаза, неглубоко и часто дышала и время от времени жалобно попискивала.

Вошла Наталья с почти пустой упаковкой в руках. Налила в стакан воды и протянула Вике таблетку.

Вика проглотила. Она и в самом деле чувствовала, что сердце у нее ведет себя не очень хорошо.

Вика несколько минут посидела, успокаиваясь. Зазвонил мобильник.

Вика выползла в коридор и медленно пошла по лестнице. У нее же сердце болит, в конце концов, поэтому идти надо не спеша. Так же медленно Вика пересекла двор и забралась в машину. Дальше она проследовала по тому же маршруту, что и в предыдущее посещение вдовы.

Набрала Катюхин номер:

Вика осмотрела двор – несколько российских машин и иномарок. Интересно, у Натальи своя есть, а водить она умеет. Вика курила и обдумывала то, что удалось выяснить.

Виктор точно узнал все в тот вечер в ресторане и, по всей видимости, именно от того кавказца, с которым она его видела. Наталья не была с ними знакома, иначе они бы давно ее опознали, но хотела познакомиться поближе, чтобы вместо Николая Николаевича вести с ними дело. Теперь ясно, что Виктора прикончила Наталья. Что же делать? Самое простое – пойти к юному Морозову и стукнуть на нее. А потом эта компания прикончит ее за то, что лишила их таких денег.

Советоваться с Вадимом точно не стоит. Он тоже не откажется от денег, ведь если они прижмут Наталью, то деньги от продажи наверняка поделят. Вон Вадим в ресторане с чеченцами, или с кем там, беседовал, может, как раз на эту тему? А она, такая честная, будет им палки в колеса вставлять?

Пожалуй, не стоит связываться. Себе дороже. Придя к такому «утешительному» выводу, Вика решила сваливать. И только протянула руку к ключу зажигания, как увидела выходящую из подъезда Наталью.

Рука Вики замерла. Вдова не спеша пересекла двор и подошла к стоянке. Вдруг Вика вспомнила – серый «Мерседес», тот самый, который она пыталась преследовать до коттеджа. Вот же он стоит! Точно, Наталья села именно в него и стала выезжать со двора.

Вика завела мотор. Ей бы сейчас очень пригодились навыки вождения, а то ездит как медведь на велосипеде. Может, ей повезет и окажется, что вдова тоже водит не очень хорошо. Вика медленно тронулась следом: игра стоила свеч.

Она старалась держаться на достаточном отдалении, чтобы ее не заметили. К счастью для Вики, Наталья, видимо, никуда не спешила и ехала не торопясь.

Вскоре Вика начала догадываться, куда едет Наталья. Пункт назначения – старая котельная.

 

 

ГЛАВА 14

Вика оказалась права. Наталья завернула во двор и остановилась. Вике пришлось проехать мимо и, оставив машину довольно далеко, возвращаться пешком. Она прошла через какой-то замызганный двор и осторожно выглянула из-за угла – как раз вовремя, чтобы увидеть, как подъезжает вторая машина. Из нее высыпали несколько кавказцев. Вика замерла. Выходит, Наталья не побоялась связываться с ними даже в обход Николая Николаевича.

Вика огляделась. Впереди маячили несколько деревьев, правда, на них почти не осталось листвы, но стволы были очень даже толстые и вполне могли прикрыть ее. Потоптавшись, она решилась. Осторожно ступая по опавшим листьям, Вика подбежала к ближайшему дереву. Не заметили. Теперь следующее. Тоже удачно. Она прислушалась. Говорят очень тихо. Может, не стоит искушать судьбу? Вика замерла. До нее долетали обрывки фраз. По ним очень тяжело было составить полную картину. До слуха донеслось слово «счет». Она совсем медленно, буквально по миллиметру, стала высовывать голову из-за дерева.

Но в последний миг ей удалось увидеть, что Наталья что-то положила в сумку. Еще несколько минут они о чем-то договаривались. Слова: «сегодня», «ночь» и «завтра» отпечатались в Викином мозгу. Наконец продавец и покупатели разъехались. Вика отлипла от дерева и не спеша пошла к своей машине. «Ну вот, если попытаться собрать из четырех слов что-то удобоваримое, то получится: вдове на счет перевели часть денег, она клала в сумку пластиковую карточку, сегодня ночью заберут товар, а завтра – остальные деньги», - решила Вика и захлопнула дверцу машины.

Теперь надо было решить, кого осчастливить этой информацией - Вадима или все-таки следователя Морозова. Вика вытащила из сумки мобильник. Пусть решает судьба. Первому она все-таки позвонит Вадиму, а если у него, как обычно, «номер временно заблокирован», то сам виноват. Следующим будет Морозов.

Вика набрала номер. Не заблокирован – гудки и неожиданно:

Пауза, а затем:

Надо же, она еще не успела докурить, как машина, взвизгнув тормозами, остановилась прямо позади ее восьмерки, Вика опустила стекло и высунулась. Очередная иномарка с тонированными стеклами. Из нее выскочил Вадим:

Конечно, не хотелось сознаваться в проведении своего дилетантского расследования, но для полноты картины, пришлось. Она рассказала и о визите к вдове, включая «сердечный приступ», и о медленной погоне, и о разговоре с «лицами кавказской национальности», и о выводах, которые сделала из всего подслушанного и увиденного.

Вадим пошел к своей машине, наклонился к правому окну, что-то сказал, оттуда высунулся незнакомый мужик и протянул ему телефон. Значит, их там целая компания. Вика предположила, что Вадим сейчас попытается отправить ее домой. Ну, уж нет - почти все, что он знает, он знает от нее. И как одно из главных действующих лиц, она хочет присутствовать при финале.

А то, что финал приближается, Вика явно чувствовала. Вадим передал телефон в машину и направился к ней.

Почему все мужчины так предсказуемы? Вика даже рассмеялась.

Он отрицательно покачал головой и снова предложил отправиться домой. Она тягостно вздохнула и заявила:

Судя по лицу Вадима, он не верил ни на грош, но заставить ее не было никакой возможности. Поэтому, буркнув: «Ну, как хочешь», - он вышел из машины, громко хлопнув дверцей.

Вика медленно тронулась с места и в самом деле поехала к Катюхе. Новости были просто сногсшибательные. Ей не повезло. Подруги на месте не оказалось. В соседнем кабинете сказали, что она уехала куда-то в район и должна появиться только завтра. Душа Вики просто изнывала от безделья и любопытства. Сейчас, когда начинались такие потрясающие события, ей очень хотелось в них поучаствовать, а приходилось пассивно ждать. К тому же существовала опасность, что Вадим может в любой момент изъять ее из событий и где-нибудь закрыть, что будет совсем обидно.

Вика отъехала от Катюхиной конторы, по пути решая, куда бы ей направить колеса. Какое-то время она крутилась по центру города, так и не придя к какому-то решению. Внезапно ей показалось, что ее преследуют. Это был не факт, а просто необъяснимое предчувствие. Вика начала часто и нервно посматривать в зеркало заднего вида и вскоре убедилась, что женщину предчувствия обманывают редко. За ней абсолютно открыто и нагло перся какой-то занюханный «Жигуленок».

Скорости-то она, конечно, прибавила. Но это не помогло. Водитель той, другой машины, правил значительно лучше, поэтому шансов уйти у нее не было. Вика выбрала место для стоянки и приткнулась около какого-то магазина. Посмотрела в зеркало. «Жигули», проехав дальше всего несколько метров, тоже ткнулась в тротуар.

Вика стала прикидывать, куда бы податься. Вариантов было не так много – поехать к себе домой, к Вадиму или на виллу Николая Николаевича. Внутренний голос подсказывал, что Вадим должен быть именно там. Последний вариант был, пожалуй, наименее предпочтителен. Если она заявится к Николаю Николаевичу и скажет, что за ней следят, то ее точно не выпустят, и просидит она под замком все самое интересное. К тому же еще неизвестно, кто ее преследует. Может быть, не следует показывать им, с кем она знакома.

Ох, плохо, когда нет выбора, а когда он большой – еще хуже. Зато в квартире Вадима двери крепче, неожиданно решила Вика и поехала туда. «Жигули» тут же пристроились ей в хвост. Ухмыляясь, Вика не спеша проследовала через весь город. Поставила машину, прогулочным шагом вошла в подъезд. А дальше бегом поднялась к квартире и, путаясь в замках, начала отпирать дверь. Впервые она делала это сама.

Вика захлопнула дверь, понеслась к окну и стала высматривать преследователя. Вот ведь паразит, стоит себе почти около подъезда. Ее посетила садистская мысль – выбросить из окна что-нибудь тяжелое, прямо на крышу этой чертовой машины. Ведь если она ничего не предпримет, то куковать ей здесь до завтрашнего дня как минимум. И тут в голову Вики опять пришла нестандартная идея. Она вышла из квартиры и поднялась на верхний этаж. Дальше находился чердак. На последней площадке небольшая металлическая лесенка, вела к люку в потолке. Вика покрутила головой и прислушалась. Все тихо. Она поднялась по лесенке и присмотрелась к люку. Он закрывался лишь на щеколду. Осторожно отодвинув ее, Вика приподняла крышку, втянулась на чердак и опустила ее за собой.

Теперь возникал вопрос – как открыть люк в каком-нибудь другом подъезде? Не исключено, что в каком-то из них, щеколда просто-напросто отсутствует. Поднимая древнюю пыль и протискиваясь мимо куч мусора непонятного происхождения, она двигалась к следующему люку. Подергала – закрыто. То же было и с остальными. Вика задумалась. Можно попытаться отодвинуть щеколду чем-нибудь острым изнутри, как показывают в фильмах. Пришлось вернуться назад.

Больше для порядка, чем с надеждой, что «Жигулей» нет, Вика выглянула в окно. Машина стояла на прежнем месте.

Выбрав на кухне нож с самым широким лезвием, она снова отправилась наверх и прошла до крайнего подъезда. Подергала люк. Дверца приподнялась, но не открылась. Наверное, запор привинчен совсем кое-как, решила Вика. Может, если стукнуть посильнее, он просто отскочит?

Вика изо всех сил долбанула ногой по краю крышки. Та дернулась, но не открылась. После нескольких ударов несчастная крышка стала шататься сильнее, но щеколда все еще держалась. Вика встала на колени и заглянула в образовавшуюся щель, через которую почти проходил палец. Нащупав щеколду, она попыталась ее сдвинуть. Бесполезно. В ход пошел нож. Очень медленно, помогая ножу всем телом, ей удалось слегка сдвинуть щеколду. Значит, она действует правильно. Вику это вдохновило, и она удвоила энергию. Наконец, люк открылся. Чтобы не оказаться снова в таком же положении, Вика решила окончательно отковырять щеколду, которая держалась совсем на соплях. Она подсунула под нее нож и надавила. Для щеколды все было кончено. Осторожно прикрыв люк и довольная результатом, Вика вернулась назад.

Теперь надо было заняться собой. До вечера времени было достаточно. Вика облачилась в темно-синий спортивный костюм, который вообще-то носила исключительно дома, но для выполнения сегодняшней задачи он подходил просто идеально. Само собой – кроссовки. Теперь надо подумать, чем прикрыть торчащие во все стороны белесые патлы. Было еще тепло, поэтому взять с собой что-то на голову она даже не подумала. Приходилось обходиться подручными средствами. Жаль, она не захватила с собой парик. Вика подумала и выудила из чемодана шарф. Вообще-то это был очень дорогой и красивый шарф, который полагалось носить с вечерним платьем, для этого она его и взяла.

Пропыхтев перед зеркалом около получаса, Вика соорудила на голове нечто отдаленно напоминающее тюрбан, который прикольно смотрелся со спортивным костюмом и кроссовками. Она снова посмотрела в окно. Уже смеркалось. Машина торчала там же. Неожиданно зазвонил телефон. Вика автоматически протянула к нему руку, но тут же отдернула. Она же не у себя дома. Мало ли кто звонить может. Телефон продолжал надрываться.

Вика подняла трубку, но не издала ни звука.

Все складывалось не редкость удачно. Вадим убедился, что она послушно сидит дома. Наверное, перестанет ее проверять в ближайшее время, и она спокойно сможет улизнуть.

Погасив свет, Вика выскользнула из квартиры. Перед ней стояла еще одна проблема – как незаметно выехать со двора. Выйти из последнего подъезда уже казалось сущей мелочью. Почти в полной темноте она пробиралась по чердаку, моля бога, чтобы никто из бомжей не забрел сюда переночевать. Но, кажется, все было тихо. Споткнувшись несколько раз и посадив около десятка синяков, Вика все-таки доковыляла до пункта назначения. Прислушалась – вроде бы тихо, осторожно подняла крышку. На лестничной площадке тоже темно. Неудобно, конечно, но ей это было на руку.

Ощупывая ногами каждую ступеньку, она медленно спустилась на пол и быстро покинула чужую площадку. Крадучись, вышла из подъезда. Хорошо, еще не все листья осыпались. Кустов вокруг дома было полно, и это облегчало задачу. Присев на лавочку под кустом, Вика закурила, посматривая в сторону «Жигулей». Если она бегом доберется до машины и поедет, он легко догонит и повиснет на хвосте, что совсем несложно, учитывая ее роскошное вождение. Как же избавиться от навязчивой опеки?

Вдруг совершенно для нее неожиданно, водитель «Жигулей» покинул машину и вошел в подъезд. Вику озарило – она ведь потушила свет! Он какое-то время подождал, пока она выйдет, понял, что так долго спускаться нельзя, и пошел с проверкой. Вике стало смешно. Вот как совершенно случайно удалось от него отделаться. Ей показалось, что прошло всего несколько секунд, как мужик выскочил обратно, на ходу сообщая что-то по мобильнику. Она вскочила с лавки и спряталась в подъезде. Вскоре мимо нее буквально пронеслись «Жигули». Тщательно продуманная маскировка не понадобилась.

Теперь можно было спокойно ехать по своим делам. Вика залезла в свою восьмерку, сняла с головы тюрбан и не спеша тронулась.

Вначале она решила посмотреть, как дела у вдовы. Очень медленно проехав мимо машин, стоящих во дворе дома Натальи, Вика обнаружила знакомый «Мерседес».

Она въехала на свое, ставшее уже привычным, место наблюдения и посмотрела на окна вдовы. Свет горел – значит, Наталья еще на месте. Можно посидеть, отдохнуть. Вика закурила.

Ожил мобильник. На дисплее – номер Вадима. Вот черт!

Вика оборвала разговор и вообще выключила телефон. Не хватало еще, чтобы неизвестно кто поднимал на нее голос. Конечно, совесть слегка ее мучила, может, Вадим и правда переживает, но повоспитывать его следовало. Поэтому, бросив мобильник в сумку, она снова уставилась на знакомые окна. Свет в квартире Натальи погас. Вика повернула ключ зажигания, приготовилась. Вдова вышла, села в «Мерседес» и тронулась.

Вике незачем было следить за ней. Пункт назначения был и так ясен. Она поехала окольным путем, чтоб ее не заметили. На одном из светофоров Вика бросила взгляд на безмолвный мобильник, торчавший из сумки. Совесть продолжала грызть. Она даже протянула руку, чтобы включить телефон, но тут зажегся зеленый свет, пришлось отложить включение на потом.

Свою восьмерку Вика оставила подальше. Остаток пути проделала пешком через тот же самый замызганный двор, в котором была совсем недавно. Было уже совсем темно. Вике удалось в лунном свете разглядеть циферблат – около одиннадцати часов. Несколько коротких перебежек между деревьями, и она оказалась почти рядом с «высокими договаривающимися сторонами».

Кавказцы прибыли на здоровенном джипе. Еще бы, такую тяжеленную бандуру везти! Они еще о чем-то пошептались с Натальей и скрылись в котельной.

Вика повертела головой. Как же так? Почему не видно никого из компании Николая Николаевича? Неужели она зря рассказала все Вадиму! Может, они испугались связываться с чеченцами и все тихо сдали? Лучше бы она позвонила Морозову, тогда их хотя бы менты повязали. Такой труд – и все зря. Вике стало обидно до слез. Вот сейчас они выволокут контейнер, и – прощай, плутоний! А потом, если он всплывет у каких-нибудь террористов, она, Вика, будет в этом виновата! Конечно, она вряд ли об этом узнает, но все-таки неприятно. Вика уже решилась звонить в милицию, но вспомнила, что закрыла и сумку, и телефон в машине. Приходилось только наблюдать.

Она, прищурившись, всмотрелась – номер джипа был тщательно заляпан грязью, что наводило на мысль, что сделано это специально. Вика, насколько это было возможно, высунула голову из-за дерева и попыталась прочесть хотя бы марку. С трудом пополам это ей удалось. Хоть что-то. Сейчас она вернется к своей машине, вызовет милицию, их всех поймают, а она получит какое-нибудь благодарственное письмо от МВД. При этой мысли Вика едва не фыркнула, но тут послышался шум.

Она напряглась и снова высунулась из-за дерева. Так и есть. В свете фар в оконном проеме было видно, как кавказцы с трудом волокут тяжеленный контейнер. Несколькими ударами они изнутри выставили забитую дверь и вытащили его на улицу. Наталья вышла следом. Один из кавказцев отозвал вдову в сторону, они совсем близко подошли к тому месту, где пряталась Вика. Она замерла и буквально слилась с деревом.

Вика решила, что это очередная кредитная карточка.

В голове Вики всплыла картина, которую они с Вадимом видели в Марининой квартире. Называлась эта картина никак не иначе, как «Пейзаж с клофелином». Кажется, этот красавец имел в виду именно ее. Значит, Марина сама вырвала листы из ежедневника Кривцова и пыталась шантажировать их, за что и поплатилась. Как бы и ей не пострадать за излишнее любопытство.

Выдержке Натальи можно было позавидовать. Вике показалось, что она даже улыбнулась.

Их обмен любезностями прервал вскрик кого-то из кавказской компании. Дальше шел местный диалект, и понять что-то было невозможно, кроме того, что тон говорившего был возмущенный. Произошло явно что-то из ряда вон выходящее. Собеседник Натальи бросился туда. Она посмотрела на вдову – та замерла, а потом начала почти незаметно отступать к своей машине. Видимо, тоже поняла – случилось что-то очень неприятное. В этот миг Наталью схватили.

Один из кавказцев хорошенько встряхнул ее и прошипел прямо в лицо:

Наталья жалобно трепыхалась у него в руках, но сказать ничего не могла, наверное, горло у нее было перехвачено. Темпераментный брюнет, поняв, что так он ничего не добьется, ослабил хватку. Вдова прижала руку к горлу и прокашлялась. Компания окружила плотным кольцом. Вика даже посочувствовала Наталье и ужаснулась, что вот сейчас станет свидетелем убийства.

Вдова отрицательно покачала головой.

Вике не было видно, что показали Наталье, обзор закрывали спины. Голова вдовы качнулась утвердительно, и вся компания двинулась к джипу. Вика поняла, что сейчас они отойдут достаточно далеко, и она больше ничего не услышит. Выдержать это было невозможно. Вика сделала рывок – ее не было слышно, все перекрывал топот компании – и пристроилась за ближайшим деревом. Она отдавала себе отчет, что здесь ее обнаружить пара пустяков, но понадеялась, что из-за своих важных дел, они не станут озираться.

Вика вытянула шею. Ей показалось, что в руках Натальи был дозиметр. Вдова подошла к контейнеру. Стало совсем тихо. Да, точно дозиметр, до Вики донеслось редкое попискивание. Она вспомнила, что когда они с Катюхой недавно проделывали то же самое, датчик пищал не переставая. Значит, теперь радиации нет. А если нет радиации, значит, нет и вещества, которое ее излучает! Вика чтобы не вскрикнуть прижала руку ко рту. Кто-то спер плутоний! А тут валяется пустышка.

О плутонии знали всего несколько человек. Катюха и она исключены. Покойная Марина могла кому-то трекнуть, но сомнительно. Она знала о самом факте торговли, но о деталях не имела понятия. И уж тем более вряд ли могла знать, где это находится. Вадим и Николай Николаевич – вместе или по отдельности? Кто-то из них или оба? Но совсем недавно Вадим сказал, что не будет воровать чужой плутоний. Или к тому времени он его уже прихватил? Возможно, Николай Николаевич понял, что Наталья хочет его кинуть, и решил сделать это первым? Мысли вихрем пронеслись в Викиной голове. Так и не придя к какому-то выводу, она снова сосредоточила внимание на происходящем.

Вика услышала какой-то незнакомый звук и выглянула из-за дерева. В руках Натальиного собеседника был пистолет. Он чем-то пощелкал и направил ствол в голову вдовы. Вика безмолвно ойкнула и снова позавидовала выдержке Натальи. Та рукой отвела пистолет и медленно, подбирая слова, попыталась объясниться.

Вика снова выглянула из-за своего укрытия. С противоположной стороны к компании двигался Николай Николаевич, окруженный своими людьми.

 

ГЛАВА 15

Вике захотелось зарыться в землю, что-то подсказывало ей, что выяснения отношений с применением оружия не избежать.

Вика посмотрела на Наталью – на той лица не было. Она понимала, что для нее все это значит. Собеседники еще какое-то время обсуждали исчезновение плутония и что теперь делать, в частности, с Натальей.

Значит, Вадим. Больше вариантов у Вики не было. Да и самого его что-то не было видно. Вика похолодела. Вдруг он смылся, и Николай Николаевич решит отыграться на ней? Тогда она позавидует Эдику, который спокойно лежит на кладбище.

Черт! Надо вызывать милицию, и пусть забирают всех. Только эта умная мысль посетила Викину голову, как она поняла, что это абсолютно бессмысленно! Оснований арестовывать кого-то – нет. Все живы, здоровы, мило беседуют под луной о покупке старой котельной.

Новый шум привлек Викино внимание, и она снова рискнула высунуться из-за дерева. Кавказец, который держал в руках пистолет, стоял, согнувшись и прижав ладони к лицу. Наверное, Наталья чем-то в него брызнула. Потому что она, держа в руках его пистолет, запрыгивала в свой «Мерседес». Это было настолько неожиданно не только для Вики, но и для всех остальных, что никто даже не шелохнулся. Вдова рванула с места. Вика тоже. Она уже не обращала внимания на производимый ею шум – он потонул в общем гвалте.

Все разбегались по машинам. Когда Вика подскочила к своей восьмерке, из-за угла выскочил серый «Мерседес» и, чуть не сбив ее, понесся вниз по улице. Очень хорошо, решила Вика, теперь она хотя бы знает, куда путь держать.

Вика на секунду прикрыла глаза – то, что ей предстояло сейчас сделать, было равносильно самоубийству. Участвовать в погоне ей, до сих пор путающей педали наравне с остальными – это круто! Но Вика тоже рванула с места.

Она мчалась за «Мерседесом», время от времени закрывая от страха глаза и слыша позади шум погони. Вскоре ее обогнали два джипа и «БМВ». Вика вздохнула с облегчением – вот сейчас она пристроится в хвост погони и досмотрит все остальное с галерки – но не тут-то было. Сзади ее догоняли еще несколько машин.

Господи, подумала Вика, сколько же их там еще, прямо какая-то моторизованная армия! Она сбавила скорость и выглянула в окно. Мимо пронеслись две иномарки – легковушка и джип. Вика опять прибавила скорость и пристроилась в хвосте кавалькады. Она мчалась по ночному городу и прикидывала, что будет, если их попытается остановить постовая служба. Погоня приближалась к кольцевой. Вика видела, что машины, которые попадаются им по пути, шарахаются к обочине, чтобы не быть смятыми. Бешеная гонка продолжалась, а ей с огромным трудом удавалось на жалкой восьмерке держать темп погони.

За окном мелькнул пост ДПС. Вика втянула голову в плечи. Вот оно, сейчас! Но нет, ничего не произошло. Вика чуть сбавила скорость и посмотрела в окно поста. Сотрудник службы с кем-то говорил по телефону – предупреждал об их приближении или просто их не заметил, занятый разговором? Пока Вика крутила головой, это чуть не стоило ей жизни. Машину вынесло на встречную полосу. Спасла случайность – там никого не было, возможно, из-за позднего времени, а возможно, бог помогает таким чокнутым, как она. Вика выровняла машину и покатила дальше. Она решила, что испугается потом, когда все закончится.

Ей вспомнился отключенный телефон. Пожалуй, стоило его включить. Вдруг Вадим позвонит и скажет, куда плутоний пристроил. Она хихикнула, потянулась к сумке и достала мобильник. Вика не успела его положить, как он зазвенел. Она прижала его плечом к уху, не отводя взгляда от дороги: жизнь все-таки дороже.

Вика выронила трубку и затормозила так резко, что чуть не вылетела через лобовое стекло. Вот так! Значит, он в какой-то из этих машин. Она пошарила рукой под сиденьем и выудила телефон.

Вика отключилась и сразу же тронулась, только ехала она теперь несколько медленнее, чем до этого. В конце концов, дорога здесь единственная, никуда они не денутся, решила она и оказалась права. Вскоре до ее слуха донеслись какие-то звуки, которые она по опыту просмотра боевиков расценила, как выстрелы. Вика совсем сбавила скорость и стала медленно, с потушенными фарами, подползать к месту происшествия. Участие в перестрелке не входило в ее планы. Когда впереди замаячили освещенные фарами машины, она сползла на обочину и направилась параллельно дороге прямиком через лес. В пути она не забывала поглядывать по сторонам. Это было не опасно – ехала Вика со скоростью, едва ли превышающей черепашью.

Рассмотреть что-то было сложно. Впереди горела перевернутая машина. Наверное, скоро взорвется, философски решила Вика, но вряд ли Наталья станет участвовать в перестрелке. Значит, там были все свои, а она опять под шумок слиняла.

Вика поискала глазами Вадима, но ничего разобрать было нельзя. Пожалуй, она все-таки волновалась за него. Подогнав машину поближе, она высунулась в окно. Зря. Кажется, этот противный звук означал, что мимо просвистела пуля.

Вика тут же убралась внутрь салона. Вроде бы те, кого она невдалеке видела, были кавказцами – или ей показалось? Теперь, кажется, мелькнул кто-то из людей Николая Николаевича. Значит, они на одной стороне. А кто тогда те, другие? Вадима нигде не было видно. Вика разозлилась: наверное, он дешево купил ее. Сидит себе дома с бабками от продажи плутония, а она тут под пули из-за него лезет. Вика вздохнула, сожалея о всеобщей женской дури, и медленно поползла в сторону шоссе. Выехав на гладкую асфальтовую поверхность, она прибавила газу, насколько это было возможно, и решила попытаться догнать Наталью.

Наконец впереди замаячили чьи-то габаритные огни. Вика не была большим специалистом по машинам, чтобы определить на таком расстоянии марку, но впереди идущая машина, ехала на пристойной скорости, чтобы не быть остановленной за превышение. Вика прибавила скорость, достигнув почти максимальной, на которую была способна ее восьмерка, и приблизилась на такое расстояние, чтобы в свете фар можно было разглядеть машину. Да, это был серый «Мерседес». Вика расслабилась и сбавила скорость. Теперь можно хоть немного передохнуть.

Минут десять они сладкой парочкой катили по шоссе, и никто им не мешал. Вдруг сзади послышался нарастающий гул мощного двигателя, за ним еще. "Выжившие продолжают погоню", - мрачно подумала Вика, и следом за Натальей прибавила скорость. Она даже не стала оглядываться, все и так было ясно. Вика с улыбкой представила, как это все должно было выглядеть со стороны. Первым несется серый «Мерседес», за ним убогая восьмерка, непонятно какого цвета от покрывающей ее грязи и пыли, а сзади несколько бывших роскошных, а ныне помятых и простреленных джипов в компании других иномарок.

Преследователи были уже близко. Вика втянула голову в плечи и, крепче вцепившись в руль, снова на секунду прикрыла глаза. Через открытое окно послышался тот же звук, который она слышала в лесу, – пули!

Вика хотела остановиться, но уже не могла – ее раздавили бы едущие сзади, хотя бы ради того, чтобы убрать ненужного свидетеля. Вадим был прав, следовало убраться домой. Господи, взмолилась Вика, я сразу поеду домой, только сделай так, чтобы у меня появилась такая возможность, я больше никогда и ни во что не стану вмешиваться!

Выстрелы теперь звучали ближе, но пока мимо. Похоже, все-таки целью была не она. Может, еще есть шанс остаться живой? Они приближались к дамбе местного водохранилища. Там была довольно сложная дорожная развязка с мостами на бетонных сваях и разъездами. У Вики тряслись руки. Одно дело мчаться по прямой, ровной дороге и совсем другое – крутиться по мостам и разъездам на такой скорости. Она точно свалится в воду или куда-нибудь врежется.

То, что она услышала позади, кажется, было автоматной очередью, за ней последовали еще и еще… Вика сжалась в маленький комочек, вцепившись в руль повлажневшими руками.

«Мерседес» впереди странно дернулся. Его поволокло в сторону, откуда-то сбоку повалил дым. Попали, отстранено подумала Вика. Иномарка вильнула и, сбивая столбики, начала приближаться к одной из бетонных свай. Скорость при этом оставалось явно слишком большой, чтобы успеть затормозить. Вика смотрела широко открытыми глазами. «Мерседес» на всем ходу влепился в сваю, раздался взрыв. Все – конец! Вика выпустила руль, истошно закричала и прикрыла руками голову. На нее посыпались осколки выбитого взрывом лобового стекла.

Она почувствовала, что ее машина вот-вот проделает тот же путь, что и Натальин «Мерседес». Вика потом так и не смогла понять, как ей удалось затормозить и относительно мягко ткнуться в соседнюю сваю.

Она уронила голову на руль и зарыдала. У нее уже не было сил оглянуться и посмотреть, кто стрелял и не идут ли ее добить. Ей было все равно.

Сзади слышались шум, выкрики, несколько одиночных выстрелов. Постепенно Вика стала приходить в себя, и выкрики в ее голове стали обретать ясную форму:

Милиция? Господи, хорошо-то как! В этот миг Вика так любила нашу милицию и так хотела ее увидеть! Она попыталась открыть дверцу и вылезти, чтобы глянуть на все собственными глазами. Дверца не поддавалось, кажется, заклинило.

Вика повесила сумку на шею и стала торопливо выбираться через отверстие, которое совсем недавно было лобовым стеклом. Сползала она почему-то задом наперед, поэтому не увидела, а почувствовала, что на кого-то наткнулась. Она вздрогнула от неожиданности, а этот кто-то сказал знакомым голосом:

Вика аж подпрыгнула. Как он мог здесь оказаться! Она резко обернулась. Вадим, как ни в чем не бывало, стоял около ее несчастной разбитой машины.

Она перевела взгляд за спину Вадима и увидела, как на оставшихся в живых людей Николая Николаевича, его самого и нескольких кавказцев надевают наручники люди в черных масках и камуфляже.

Теперь можно было предположить, что перестрелку, которую она наблюдала в лесу, вели именно они. Вика посмотрела на Вадима, открыла рот и снова произнесла только:

Она снова замолчала.

Вика облегченно вздохнула и почувствовала, что вся дрожит. Да и на улице под утро стало довольно прохладно. Вадим заметил это, накинул на нее свою куртку и повел к одной из стоящих невдалеке машин.

Она залезла на заднее сиденье и трясущимися руками начала искать в сумке сигареты. Вадим включил ей печку и вышел из машины. Вика бездумно следила за ним взглядом. Вот он подошел к одному из мужчин в камуфляже. Они о чем-то разговаривают. Неожиданно Вике стало ясно, куда делся плутоний. Теперь ей многое стало ясно. Но некоторые детали требовали уточнения. Одной из главных было, кто все-таки Вадим? И выяснить это она намерена прямо сегодня, сейчас.

Небо на востоке начинало светлеть. Вика почувствовала, как на нее накатывает сон, и она уже не в силах ему сопротивляться. Гул голосов, шум близкого шоссе сливались в шелест, который становился все глуше и глуше. Она заснула прямо на сиденье.

 

Проснулась Вика в мягко покачивающемся автомобиле и не сразу сообразила, где находится. Воспоминания вспыхнули ярко и сразу. Она села. Вел машину человек в камуфляже, с которым разговаривал Вадим перед тем, как она заснула, а рядом с ним сидел он, собственной персоной.

Вика посмотрела в водительское зеркало. Он улыбался.

Продолжать разговор ей не хотелось. Она попытается все выяснить позже. Один на один. Наконец, они подъехали к дому Вадима. Вика вытряхнулась из машины и трусцой побежала к подъезду. Было холодно и очень хотелось спать. К тому моменту, когда Вадим поднялся за ней в квартиру, Вика спала как убитая на диване, не сняв даже кроссовок.

 

Когда затренькал мобильник, было всего лишь начало девятого. Вика догадывалась, что звонит Катюха, но даже это не помогло. Она дотянулась до сумки и выключила телефон. Наступила блаженная тишина. Она снова провалилась в сон, заметив, что лежит в постели.

Проснулась Вика, когда уже начинало темнеть. Вадим прокомментировал это словами:

Еще не совсем проснувшись, она молча прошлепала в ванную и по шею погрузилась в воду. Полный балдеж, и не нужно ничем забивать голову. Теперь почти все ясно.

Вадим заглянул к ней и сказал:

Вадим фыркнул.

Когда Вика почти кончила мыться, кто-то позвонил в дверь. Она прислушалась. Катюха! Не дозвонилась и пришла сама. Вика быстро вытерлась и выскочила из ванной.

Вадим зажег газ под чайником. Катюха снова посмотрела на него и спросила:

Вика с облегчением вздохнула. Это избавляло ее от большой части сложных вопросов, которые она собиралась задать Вадиму. Он поморщился и посмотрел на Вику:

Вика начала рассказывать и так увлеклась, что не заметила, как Вадим оставил их ахать и охать. Подруга это заметила первой, прикрыла дверь и заговорщически подмигнула Вике:

Вике сначала захотелось ее пристукнуть, а потом она задумалась. В самом деле, что бы она предпочла?

Вика закрыла за ней дверь и вернулась в комнату. Было и в самом деле поздно, а выяснить ей предстояло еще многое.

Решив показать, что ей на все наплевать, хотя на душе скребли кошки, Вика с милой улыбкой плюхнулась в кресло и спросила:

Она замолчала и начала усиленно моргать.

 

ЭПИЛОГ

Международный аэропорт «Шереметьево-2» ночью переливался многочисленными разноцветными огнями и шумел множеством разноязычных голосов.

Вика, несмотря на свои довольно высокие доходы в последние годы, никогда не была в дальнем зарубежье. Обычно ее отдых ограничивался Крымом и Кавказом, да и то происходило это далеко не каждый год – бизнес есть бизнес. Поэтому сейчас она особенно волновалась не только из-за самой поездки. Они с Юрой запустили производство, последнее время все шло гладко. И все-таки Вика переживала, как там без нее, даже Катюху попросила присматривать, хотя на нее надежда плохая – не специалист, однако.

Мысли Вики вернулись к поездке. Пусть не роскошный Париж, а турецкая Анталия, но все-таки – заграница. Она повертела в руках уже второй бланк декларации. Первый только что испортила. Вика просто забыла, что теперь у нее другая фамилия. Она улыбнулась и покрутила на пальце обручальное кольцо. А потом посмотрела на табло и быстро начала заполнять бланк. Вот-вот должны были объявить посадку.

 

Самолет мягко взлетал, а Вика, не отрываясь, все смотрела в иллюминатор. Хотя была ночь, ей удалось разглядеть проплывающие под крылом припорошенные снегом поля. На душе было спокойно и уютно, наконец ей было на кого положиться.

Всего через несколько часов они будут нежиться на южном солнечном пляже. В голове Вики всплыли слова припева какой-то старой дурацкой песенки: «Истамбул, Константинополь, Истамбул, Константинополь».

Вике больше не снилась темная пропасть, в которую она проваливается. Ей снилось солнце, синее море и желтый песчаный пляж. Все как в жизни.

 

 

 




Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com

Рейтинг@Mail.ru